Глава 0: Осколки Годриковой впадины

      Ночь на 1 ноября 1981 года в Лондоне выдалась неестественно тихой, словно сама природа затаила дыхание после великого потрясения. В районе площади Гриммо тени казались гуще обычного, а тусклые уличные фонари едва пробивались сквозь серую дымку. Когда тяжелая дубовая дверь дома номер двенадцать распахнулась, в холл ворвался ледяной ветер, принесший с собой запах гари, сырой земли и горького отчаяния.       Сириус Блэк не вошел - он рухнул внутрь, прижимая к груди сверток из грязных, опаленных одеял. Его лицо, обычно дерзкое и красивое, превратилось в маску из копоти и застывших слез. Руки дрожали так сильно, что казалось, он вот-вот уронит свою драгоценную ношу. Магия дома, обычно враждебная к отступникам, на этот раз лишь глухо отозвалась скрипом половиц, узнавая в незваном госте наследника крови.       Вальбурга Блэк ждала его в центре холла. Она стояла неподвижно, как мраморное изваяние, сжимая в бледной руке палочку. Родовое гнездо уже нашептало ей о падении Темного Лорда, но она не ожидала увидеть своего «блудного сына» на пороге в таком сокрушенном состоянии.       – Это безумие, Сохатый... - прошептал Сириус, обращаясь к пустоте за своим плечом, будто призрак Джеймса всё еще следовал за ним по пятам. Он осторожно опустил сверток на массивный мраморный столик под портретом прадеда. – Мама, ты должна помочь. Дамблдор... он хотел отдать его Петунье. К маглам, которые ненавидят нашу природу сильнее, чем мы ненавидим предателей крови. Он хотел спрятать его в безвестности, сделать из него обычного ребенка, пока весь мир будет праздновать и пить за его здоровье.       Вальбурга сделала медленный, величественный шаг вперед. Ткань её тяжелого платья шуршала по камню, как чешуя змеи. Кончиком палочки она откинула край грязного, пахнущего гарью одеяла. Маленький Гарольд не плакал. Его огромные зеленые глаза смотрели на нее с пугающим, совершенно недетским спокойствием. На лбу мальчика зияла свежая, сочащаяся темной магией рана в форме молнии - след, который не смогла стереть сама Смерть.       – Ты привел его в Дом Блэков, Сириус, - её голос прозвучал как удар хлыста, эхом отразившись от высоких потолков. – Ты понимаешь, что это значит? Если он останется здесь, он никогда не станет тем «светлым героем», которого ждет министерство. Мы выкуем из него нечто иное. Мы спрячем его за щитами, которые не пробьет ни один Директор. Он будет расти в тени, чтобы однажды стать самим светом... или самой тьмой.       – Пусть так, - Сириус поднял на нее взгляд, и в нем впервые за ночь блеснула сталь. – Лучше пусть он будет живым Блэком, чем мертвым Поттером в чулане под лестницей. Магическое крестничество закреплено, мама. Дамблдор не сможет забрать его силой, если магия этого дома признает его своим наследником.       Вальбурга коснулась тонкими, унизанными кольцами пальцами края шрама. Её руку мгновенно обожгло холодом - остаточный след смертельного заклятия сопротивлялся чужому прикосновению, защищая свою территорию. Она довольно прищурилась.       – Кричер! - властно позвала она, и в углу холла с тихим хлопком появился старый домовик. – Приготовь детскую в восточном крыле. Достань из архивов записи о лечении проклятых ран и родовые обереги.       У нас много работы. Этот мальчик - больше не осколок прошлого. Отныне он - фундамент нашего будущего.       Так, среди пыли, портретов и шепчущих теней площади Гриммо, началась новая история Гарольда Поттера. История без маглов, без жалости и без права на слабость.