Часть 2

—От лица Натаниэля— Веснински сидел в одиночной камере и доедал завтрак который просунул в маленькую щёлку какой-то хвдощавый мужик. Красивая женщина которая принимала его в тюрьму сказала что в одиночке он будет всего-то день. Он приехал вечером значит сегодня он должен выйти в социум. Нат ещё не знает как вести себя с голово... или.. знает. Веснински закрыл глаза оперевшись спиной на стену поднял голову вверх, выдохнув, скатился на жёсткий матрас ведь до обеда тут делать нечего. Закрыл глаза, вспоминал, думал, на удивление, даже не заплакал. Если сегодня его переведут в камеру и он не с кем встречаться не будет, то проблем возникнуть не должно, но вот в чём вопрос, как тогда удовлетворить требование отца? За размышлениями ребенок, незаметно для себя уснул. После пробуждения Нат полноценно потерял щёт времени, в разум проскользнула мысль, что если бы его похитили, у него не было бы и шанса. Посидев ещё немного он задумался, а был ли обед, ведь ребенок завтракал, но в животе уже не хило бурлило, подумав ещё над этим он сделал пометку либо спросить об этом, либо самому проверить. Подождав ещё немного, Нат решил, что дальше корчится от боли в животе не имеет смысла и завалился, от нечего не деланья, спать. Сон был поверхностным, неспокойным и он был даже рад, когда его разбудил звук открывающейся форточки для еды. Ему просунули в щёлку поднос с едой, который он принял. На нём были вообще не солённые макароны, зато котлета была очень и очень солёной, а как вишенка на торте был кусочек огурца, который был капец, какой, тёрпкий. К вечеру его отпустили, сопровождал до камеры, тот же худой мужик, Нат пригляделся и заметил бейджик, который заверял в том, что перед ним тюремный надзиратель: Лиам Янг. Он был все так же занощив и груб. В самой камере пока что было пусто, насколько Нат понял из замечаний Лиама—все дети на прогулке или на командной игре. У ребенка промелькнула мысль, о том, что за нахрен спортивные игры в колонии? Но да ладно, он потом с этим разберётся. В самой камере было чисто, настолько, что даже не было ясно чия кровать занята, решив не рисковать, он уселся на пол рядом с тумбочкой разграничивающей кровати. Не было понятно, зачем она? В этом месте не должно быть много вещей, разве нет?