Часть 2

## **Глава 3: День, которого не должно было быть** Ты проснулся с тяжелым чувством в груди. Календарь на стене показывал дату, которую ты старался игнорировать последние двадцать лет. **24 октября.** Твой день рождения. Для большинства людей это праздник. Торты, подарки, друзья, звонки от родных. Для тебя — это просто еще один день, который напоминает о том, как давно ты одинок. Всё началось, когда тебе исполнилось **пять лет**. Ты не помнишь подробностей, но помнишь ощущение: пустой дом, отсутствие подарков, тишину, которая кричала громче любого шума. С тех пор каждый год эта дата становилась днем траура по самому себе. Днём, когда ты осознавал: *"Никто не вспомнит. Никому я не нужен"*. И сегодня, на базе элитного спецподразделения Task Force 141, ты чувствовал то же самое. Только теперь к одиночеству добавлялся страх, что они узнают. Что увидят твою слабость. --- **07:00. Жилой блок.** Ты сидел на краю кровати, обхватив голову руками. Телефон молчал. Ни одного уведомления. Ни одного поздравления. *"Конечно. Кто должен писать? У меня нет друзей. Родители... мы не общаемся годами. А здесь? Я для них просто новый аналитик. Замкнутый, странный, "неудобный" парень"*. Ты решил не выходить из комнаты. Просто пролежать весь день. Сделать вид, что даты не существует. Забыть, что тебе снова исполнился год, который ты потратил впустую. Но в 141-м планы редко остаются планами. В дверь постучали. Не резко, не требовательно. Мягко. — Открой, — голос Соупа. Ты замер. *"Откуда он знает? Я никому не говорил"*. — Я знаю, что ты там, — продолжил шотландец за дверью. — Прайс сказал проверить всех перед утренним брифингом. А ты не ответил на вызов. — Я... заболел, — соврал ты хрипло. — Голова болит. Останусь здесь. Пауза. Затем звук ключа в замке. Прайс дал им мастер-ключи на случай чрезвычайных ситуаций. Дверь открылась. Соуп вошел, оглядел темную комнату, шторы, задернутые несмотря на утро, и тебя, сидящего в углу. Его лицо смягчилось. Он всё понял мгновенно. — Сегодня твой день рождения, да? — спросил он тихо. Ты опустил голову, глядя в пол. Глоток воздуха дался с трудом. — Откуда... — Газ проболтался вчера. Видел твою анкету при поступлении. Дата рождения. Соуп подошел ближе, присел на корточки, чтобы быть с тобой на одном уровне: — Почему ты прячешься? — Потому что... — твой голос дрогнул. — Потому что мне пять лет. Соуп нахмурился: — Что? — Мне *всегда* пять лет, — выдохнул ты, и слова полились рекой, словно плотину прорвало. — С тех пор, как мне исполнилось пять, этот день ничего не значит. Никто никогда не поздравлял. Никаких подарков. Никакого торта. Просто тишина. И я привык. Я научился не ждать. Но сегодня... сегодня почему-то особенно больно. Потому что я здесь. Среди вас. И я почувствовал... надежду. А потом realized, что я всё тот же никто. Ты закрыл лицо руками, ожидая насмешки. Или равнодушия. *"Соберись, солдат"*, скажут они. *"У нас война, а ты тут сопли распустил"*. Но вместо этого ты почувствовал тяжелую руку на плече. — Послушай меня, — голос Соупа стал серьезным, но теплым. — Ты ошибаешься. Ты поднял глаза. В них стояли слезы, которые ты так тщательно скрывал месяцами. — Ты не никто, — твердо сказал Соуп. — И ты не один. Мы — 141-й. Мы семья. Да, мы все сломанные. У Гоуста свои демоны, у Прайса — свое прошлое, у меня — ошибки, которые я не могу исправить. Но мы держимся друг за друга. Он встал и протянул руку: — Вставай. — Куда? — шмыгнул ты носом. — В столовую. Быстро. --- **07:30. Столовая база 141.** Ты шел за Соупом, чувствуя себя преступником, которого ведут на казнь. Ты хотел развернуться и убежать обратно в свою нору. Но когда вы вошли в столовую, ты остановился как вкопанный. Обычно утром там было пусто или несколько человек пили кофе в тишине. Сегодня стол в дальнем углу был накрыт. Не парадно, по-военному скромно, но... празднично. За столом сидели **Прайс**, **Гоуст**, **Газ** и еще пара оперативников из технического отдела. На столе стоял небольшой торт (откуда они его взяли на секретной базе?!) с одной свечой. Рядом лежали какие-то упаковки — возможно, шоколад или энергетические батончики, перевязанные скотчем с надписью "С ДР". Прайс курил сигару (нарушая все правила пожарной безопасности, как обычно), но при твоем появлении он потушил её и улыбнулся — той редкой, настоящей улыбкой, которая появлялась только после успешно выполненной миссии. — А вот и именинник, — прогремел его бас. — Мы уже начали думать, что Соупу придется тащить тебя силой. Ты стоял у входа, не в силах пошевелиться. Твой мозг отказывался обрабатывать картинку. *"Это сон? Розыгрыш? Ошибка?"* Газ встал и подошел к тебе: — Эй. Прости, если я нарушил твои планы. Я не должен был говорить Соупу без спроса. Но... мы не могли оставить этот день без внимания. — Зачем? — прошептал ты. — Я же... я ничего не сделал. Я неудобный. Я молчаливый. Я... Гоуст, сидевший в своем неизменном балаклаве, перебил тебя: — Ты спас нам задницу в прошлом месяце. Ты работаешь больше всех. И ты — часть этой команды. Разве этого недостаточно? Ты покачал головой, слезы снова навернулись на глаза. — Но у меня нет друзей. У меня никого нет. С пяти лет... Прайс подошел вплотную. Его фигура заслонила свет ламп, создавая ощущение защиты. — Слушай сюда, солдат. Прошлое осталось в прошлом. То, что было до 141-го — не важно. Важно то, кто ты сейчас. И где ты сейчас. Он указал на стол: — Здесь твои братья. Здесь люди, которые прикроют твою спину ценой своей жизни. И сегодня мы празднуем не просто дату. Мы празднуем то, что ты с нами. Соуп подтолкнул тебя к столу: — Садись. Задувай свечу. И загадывай желание. Только чур, не желать world peace, у нас график плотный. Все рассмеялись. Теплый, искренний смех. Не насмешливый. Принимающий. Ты медленно подошел к столу. Руки дрожали. Ты посмотрел на эти лица. Прайс — суровый, но добрый отец. Соуп — веселый старший брат. Гоуст — молчаливый защитник. Газ — верный друг. Люди, которых ты боялся, которые казались недосягаемыми легендами... сейчас сидели ради тебя. Ради твоего дня рождения. Ты наклонился к торту. Свеча дрожала в воздухе. *"Я хочу...",* — подумал ты. *"Я хочу, чтобы это не кончалось. Я хочу верить, что я достоин этого"*. Ты задул свечу. — С днем рождения, — хором сказали они. Прайс протянул тебе маленькую коробочку, завернутую в камуфляжную ткань. — От всего отряда. Это не много, но... это от сердца. Ты открыл коробку. Внутри лежал жетон. Не обычный армейский. Специальный. На нем было выгравировано: **"TASK FORCE 141 — БРАТСТВО НАВСЕГДА"** и твое имя. Под жетоном лежала записка от руки Прайса: *"Никогда не забывай: ты дома."* Ты сжал жетон в ладони так сильно, что металл впился в кожу. Боль была реальной. Как и тепло, разливающееся по груди. Впервые за 20+ лет... в твой день рождения ты не чувствовал себя пятилетним ребенком в пустой комнате. Ты чувствовал себя частью чего-то великого. Частью семьи. — Спасибо, — выдавил ты, и голос сорвался. — Спасибо вам... всем. Соуп хлопнул тебя по спине так, что ты чуть не подавился: — Ну всё, хватит нюни распускать! Ешь торт, пока Гоуст не съел его целиком. Он любит сладкое, хоть и виду не показывает. Гоуст лишь фыркнул, но в его глазах (единственной видимой части лица) мелькнула искра amusement. Ты откусил кусок торта. Он был немного сухим, крем слишком сладким, но это был **самый вкусный торт в твоей жизни**. Потому что он был приготовлен не из муки и сахара. Он был сделан из принятия. Из любви, которой тебе так долго не хватало. И в этот момент ты понял: Ты больше не один. Ты — 141-й. И это навсегда. --- **Конец третьей главы** > *P.S. Иногда семье не нужны общие гены. Иногда достаточно общих шрамов, общей миссии и одного маленького торта в серой столовой.* 🎂