Часть 6

Жданов нарезал круги по Садовому кольцу, пытаясь разобраться в себе, в своих мыслях. Он отчетливо понимал, что не Малиновский ему помеха, а обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки и просто снять его будет недостаточно. Он должен быть свободен ото всех обязательств. Он знал, что меньшее эту женщину не устроит. Предстояло решиться на разговор с Кирой. В том, что она его больше не любит, он был уверен, но вот согласится ли на развод… Похоже, сейчас ее все устраивало. Он приехал домой. Вышагивая по квартире из комнаты в комнату, пытался представить, как он начнет новую жизнь, без Киры, без привычных мест обитания. Его квартира, в которой он жил до свадьбы с Кирой, сейчас стояла пустая. Они сдавали ее, а пару месяцев назад квартиранты съехали. Он все собирался начать ремонт, чтобы потом снова сдать квартиру, но так руки и не дошли. Может, к счастью, - подумал Андрей и решительно достал из кладовки чемодан. - Что ты делаешь? - поинтересовалась вернувшаяся достаточно поздно домой Кира. - Вещи собираю, - посмотрев прямо в глаза Кире, он сказал: - Нам надо поговорить. Присядь. Кира улыбалась: - Ты такой загадочный. Что-то случилось. - Случилось. - Ну рассказывай. - Помнишь, спутницу Зорькина на показе? - Ну кто же ее не помнит. Красивая. Даже Вика признала, что та лучшее нее, - с усмешкой констатировала факт Кира. - Кира, я хочу, чтобы мы разошлись. - Из-за нее? - Кира говорила достаточно спокойно. - Андрюша, ты знаешь ее совсем недолго. И сразу расходиться? - Она не согласится на другие отношения. - Откуда ты знаешь? - Она сама сказала. Да и я не хочу никого обманывать. - Раньше тебя это не заботило. Что сейчас изменилось? - Кира, раньше я никого не любил. - И меня? - Прости, Кирюш, но я буду до конца честным, раз уж мы завели этот разговор. И тебя не любил. То есть любил, уважал, но не так. Мне кажется, нам пора уже устроить свои жизни. У нас обоих есть право на счастье. Давай, наконец, попробуем не плыть по течению, а изменить наши жизни. Андрей обнял Киру. - Ты всегда будешь моим самым лучшим другом. Я благодарен тебе за годы, прожитые с тобой. Сейчас мне очень стыдно за всех тех девиц, которых я даже не трудился скрывать от тебя. Господи, Кира, как ты жила со мной? Странно, но сейчас мне никто не нужен, кроме нее. - Да, Андрюша, моя любовь прошла. Что ж… Давай попробуем все начать сначала. У нас у каждого должна быть своя жизнь. Хочешь, я помогу тебе собрать вещи? - Не надо, я сам. Просто посиди рядом. - Куда ты пойдешь? К ней? - Нет, я вернусь на старую квартиру. А ты живи здесь, если тебе нравится. А не захочешь, мы можем ее продать потом. - На развод ты подашь? - Можем вместе... - Ну, что ж, давай вместе. - Прости меня, Кира, не поминай лихом, - попросил Жданов, открывая входную дверь. - Остальные вещи я заберу потом. Подхватив чемодан, Жданов шагнул в новую жизнь. Кира вернулась в пустую квартиру. В душе тоже была пустота. Закончился этап жизни, связанный с Андреем Ждановым. Ей тоже предстояло начать все сначала. * * * Катя сдаваться не собиралась. По крайней мере, пока. У секретаря были всё те же инструкции, а попытки Жданова дозвониться с других телефонных номеров успехом не увенчались. Услышав его голос, Катя тут же ссылалась на занятость и отключала телефон. Андрей уже начал отчаиваться. Он никак не мог понять, почему она отказывает ему. Малиновский же сиял день ото дня все ярче и ярче. Хотя тоже не понимал, почему Катя воздвигла вокруг себя стену и не переступает за рамки дружеской беседы. Любые попытки Малиновского перейти к более близким отношениям пресекались на корню. С Андреем они теперь общались только по работе. Роман с удивлением узнал, что Андрей и Кира решили расстаться. Он не видел причин для такого поступка. Зорькин узнал о разрыве Ждановых от Вики и поспешил доложить об этом Кате. - Пушкарева, если бы ты знала, что творится в Зималетто. Все только об этом и говорят. - Ну и что же такого выдающегося там случилось? - Андрей ушел от Киры. - Ушел таки. Я думала не решится. - Ну вот. Тут такие события, а я ничего не знаю. Ты хочешь сказать, что он ушел из-за тебя? - Я, Коля, думаю, что ушел он из-за себя. - Нет, я ничего не понимаю. - Да, тут и нечего понимать. Я ему сказала, что никогда не свяжу себя отношениями с женатым мужчиной. - А зачем тебе Малиновский? - Да ни за чем. Хочу посмотреть ему в лицо, когда он, наконец, меня узнает. - Я бы тоже не отказался от этого шоу. Жданов не собирался сидеть сложа руки. Он не сомневался ни на минуту, что не перестанет действовать, только не мог придумать, чтобы такого сделать, чтобы растопить Катино сердце. А еще очень хотелось насолить Малиновскому. Тут ему повезло. Андрей случайно услышал разговор Малиновского с Катей. Он приглашал ее вечером в клуб. Они договорились, что он заедет за ней в офис к 8 вечера. Жданов вышел из кабинета и подошел к Вике: - Солнце мое, я ухожу, и хочу тебя попросить об одном одолжении. Пожалуйста, задержись сегодня до того момента, как Малиновский пойдет домой. Можешь даже вместе с ним выйти из офиса. Как только он уедет, пожалуйста, я тебя очень прошу, позвони мне. Я очень буду ждать звонка. - Андрей, ну а вдруг он будет здесь долго. Мне совершенно не хочется здесь сидеть. - Вика, я дам тебе отгул. - Заметь, не я это попросила. Хорошо. Я обязательно посижу, а потом позвоню. А ты куда? - По делам. Жду звонка. Андрей припарковался почти у входа в Катин офис и достал телефон в ожидании звонка. Ждать пришлось достаточно долго. Наконец, телефон зазвонил. - Андрей, Роман Дмитриевич только что уехал. Жданов вышел из машины и вошел в офис. Катя, уверенная, что это Малиновский, с улыбкой шагнула ему навстречу. Она была в джинсах в обтяжку, в босоножках на высоком каблуке и открытой соблазнительной маечке, в руках она держала джинсовую куртку. Убедившись, что это не Малиновский, улыбка на лице Кати погасла. - Опять Вы? Что Вы хотите? У меня назначена встреча. - Здравствуйте. - Простите, здравствуйте. - Видите ли, Екатерина. Роман Дмитриевич чуть задерживается. Он попросил меня подъехать за Вами и довезти до клуба. Мы хотели предложить Вам, посидеть втроем. Если Вы не возражаете, конечно? - Вместе? Он мне ничего не говорил. - Не успел. - А что с Романом? - Ничего, он не успел закончить переговоры, и подъедет прямо в клуб, - Жданов врал самозабвенно. Кате даже в голову не могло прийти, что ее могут обмануть в такой мелочи. Жданов проводил ее до машины, помог сесть в нее, и сказав: - Я сейчас, - скрылся в дверях Катиного офиса. Подлетев к секретарю, он, обворожительно улыбаясь, попросил ее: - Когда придет Малиновский, скажите ему, что госпожу Дель Ченто увез Андрей Жданов. Я Вас очень прошу, непременно передайте, Андрей Жданов. С абсолютно невинным видом Андрей вернулся в машину и повез Катю в клуб. За всю дорогу Катя задала только один вопрос: - А Роман точно придет? - Конечно, - снова соврал Жданов. Сейчас было главным усыпить бдительность Кати. В клубе было достаточно темно, гремела музыка. Андрей заказал напитки. - Катя, расслабьтесь, я не сделаю Вам ничего плохого. Катя пыталась себя успокоить тем, что Роман вот-вот придет, и обстановка станет совсем непринужденной. Пока же все её нервы были натянуты как струны. Присутствие Андрея заставляло сердце биться в груди все сильней и сильней. Она все время оглядывалась на двери, ожидая увидеть Романа. Но Малиновский всё не появлялся. Вместо Кати у нее в офисе Малиновского ждало неприятное сообщение. Секретарь с улыбкой сообщила ему, что ее начальницу увез Андрей Жданов. - Кто увез? - переспросил Малиновский. - Да-да, Андрей Жданов. Он так и просил Вам передать. - Просил передать? - Да, непременно передать. - Ну, что ж, спасибо, милая. Конечно, в Москве не миллион клубов, что если попытаться их найти… А зачем? Малиновский не знал, что ему делать. - Что-то Роман не идет? Может, позвонить ему. - А зачем нам Роман? Разве Вам со мной плохо? И вообще он мне звонил, сказал, что переговоры еще не закончились. - Так, Андрей, рассказывайте. Вы это все сами придумали? - Катя, я отчаялся, Вы не хотите со мной видеться. - Андрей, так нельзя, это же неудобно. Что он подумает? - А что он может подумать? Он подумает, что Андрей Жданов пытается увести у него девушку. И правильно подумает. Катя отвернулась. Андрей повернул ее лицо к себе. В его глазах было столько страсти. - Не сердитесь, Катя. Лучше потанцуйте со мной. - Андрей протянул Кате руку, и она послушно шагнула в его объятия. Они медленно двигались в такт музыке. Катя прислонилась щекой к плечу Андрея. Волнение и дрожь разливались по ее телу. Она танцевала с мужчиной своей мечты. От близости Андрея у нее кружилась голова. Ей хотелось, чтобы музыка звучала вечно, а Малиновский не пришел вовсе. Андрей прижимал Катю к своему разгоряченному телу. - Вы потрясающе привлекательная, - услышала она голос Андрея. - Жаль, что вокруг столько людей, потому что когда я смотрю на Вас, мне становится неудобно от моего безумного желания. Катя резко вскинула голову, пытаясь отодвинуться, но его руки крепко прижимали ее к себе. Он задержал взгляд на ее губах, а затем накрыл их своими. Мир перестал для нее существовать, были только эти горячие мужские губы. Его рука скользнула в ее густые волосы, а язык проникал все глубже. Сквозь ткань Катя почувствовала прямое свидетельство его разгорающейся страсти и задрожала от растущего в ней желания. Она начала терять контроль над своим телом. - Катя, давай уйдем отсюда. Он взял ее за руку и повел за собой. В машине они боялись даже посмотреть друг на друга, потому что тогда им придется остановиться прямо посреди дороги. Катя не спрашивала, куда он ее везет, она только надеялась, что не к Малиновскому. Он привез ее к себе. В лифте он крепко держал ее за руку, как будто боялся, что она исчезнет. В комнате посадил в кресло, налил два бокала вина, один протянул Кате, и уселся на пол у ее ног. - Тебе удобно? - Да, спасибо. - Ты дрожишь. Тебе холодно? Катя встала с кресла и подошла к окну, любуясь огнями ночного города. Андрей неслышно приблизился и встал сзади. Когда он обнял ее, Катя вздрогнула. От прикосновения его рук, Кате показалось, что она потеряла дар речи. Она только кивнула, и он еще сильней прижал ее к себе, пытаясь согреть. Одним глотком опустошив свой бокал, он поставил его на стол и взял за руку. Их пальцы сплелись. - Пойдем, там теплее. Катя так нервничала, что не понимала, куда идет, пока не оказалась в роскошной спальне, выдержанной в бежево-коричневых и белых тонах, и не увидела огромных размеров кровать. Обняв ее сзади одной рукой за талию, он откинул в сторону ее шелковистые волосы, обнажая шею, Катя вся замерла, когда его губы коснулись шеи и заскользили по направлению к уху, в то время как руки стали двигаться вверх. - Андрей, - шептала Катя. От его ласковых прикосновений по всему телу разбегались импульсы. Ноги подкашивались, она откинулась назад, прижимаясь к нему, и почувствовала явное доказательство его возрастающей страсти. - Катя, я ждал тебя целую вечность. Руки Андрея задрожали от переполнявшей его нежности, когда он взял ее лицо в ладони. После недель упорных отказов Катя смотрела на него с нежной покорностью. Ее глаза светились желанием, и таким сильным, что он почувствовал и смущение и гордость одновременно. - Катя, - в его голосе звучали новые, непривычные для него нотки, - я люблю тебя. Она обвила руками его шею и крепко прижалась к его обнаженному телу. Пытаясь сдержать свою бушующую страсть, он наклонил голову и поцеловал ее. Внезапно он потерял контроль над собой. С тихим стоном он опрокинул ее на кровать и начал страстно ласкать. Его губы коснулись ее груди, и она задохнулась от наслаждения. Она запрокинула голову, ее руки заскользили по его напряженному телу. - Я хочу тебя, - хрипло шептал он. - Я так хочу тебя! Каждое прикосновение его губ и рук погружало ее в мир, где существовала только их всепоглощающая страсть. Сила и нежность каждого движения довели Катю и Андрея до последней точки, за которой было только невыразимое блаженство. * * * Катя проснулась очень рано. Надо было возвращаться домой. Посмотрела на Андрея - он улыбался во сне. Чтобы подняться с кровати, Кате пришлось высвобождаться от его объятий. Он даже не пошевелился, так крепко спал. Катя привела себя в порядок, оделась и подошла к Андрею, чтобы попрощаться. Она наклонилась к нему и поцеловала. Это легкое прикосновение разбудило Андрея, и он, не открывая глаз, обнял Катю. - С добрым утром, любимая! Когда она поднимала голову, он открыл глаза и уставился на нее. - Не может быть, - он помотал головой, пытаясь освободиться от наваждения. Он сразу вспомнил постель, только больничную, и женщину, склонившуюся над ним. Это была либо она, либо как две капли воды похожая на ту женщина. Он сел в кровати. - Что случилось? Жданов удивленно смотрел на Катю. Катя поправила волосы. - У меня что-то не так? - Нет, что ты. Все хорошо. Ты очень красивая, - Андрей решил пока не обсуждать с Катей свое странное видение. Он хотел сначала сам разобраться в своих миражах. Потому что появился еще один мираж - ему всю ночь казалось, что ему знакомо это тело. Он попытался найти ответ в тайниках своей души, но ничего путного не вспоминалось. «Кто ты? Почему ты приходила ко мне в больницу? Откуда ты меня знаешь? Почему я не помню твое лицо, но помню тело?», вопросы один за другим проносились в его голове. - А ты куда собралась? - Андрей, мне пора домой, заеду переоденусь и поеду в офис. - Так я сейчас быстро встану и отвезу. - Нет. Я сама. Тем более я уже собралась, а ты еще поспи, еще очень рано. - А как же завтрак в постель? - В следующий раз. - А он будет? Он поцеловал ее на прощанье, только не как не прощанье, а как при встрече. И если бы Катя задержалась еще на секунду, секунда превратилась бы в часы. Андрей действовал на Катю как наркотик. Попробовав однажды, она уже не могла отказаться от него. Перебирая в голове события прошлой ночи и сравнивая их с теми далекими ночами, она отчетливо видела, что тот Андрей и этот, совершенно два разных человека. Тот занимался с Катей Пушкаревой сексом, а этот с графиней Дель Ченто любовью. «Будь что будет. Жизнь сама подскажет верное решение», промелькнуло в Катиной голове. - Мама, мама, где ты была, я так долго тебя вчера ждал? А ты все не приходила? - Катя подошла к кроватке сына и подняла его на руки. - Привет, мой хороший. Заработалась. Я пришла совсем поздно, ты уже спал. Елена Александровна уже готовила завтрак. - Идите, я блинчиков напекла. Катя и Лука сели за стол. Пришел Валерий Сергеевич. При ребенке он не стал задавать вопросов, только укоризненно смотрел на Катю, мол, почему не позвонила. - Папа, ну заработалась я, не могла позвонить, - начала разговор Катя, когда сын ушел в комнату смотреть мультики. - Ну что ты на меня так смотришь, как будто мне десять лет? - Ты это брось. Какая бы ты взрослая не была, для меня все равно ребенок, и я буду беспокоиться. Валерий Сергеевич в сердцах хлопнул дверью и пошел к внуку смотреть вместе с ним мультфильмы. - Кать, ты где была-то? - Мама, ты не поверишь. Я была с Андреем Павловичем Ждановым. - А, - Елена Александровна прикрыла ладонью раскрывшийся от удивления рот. - Господи, как же это тебя угораздило? - Мама, он сказал, что любит меня. - Ну, это старая песня, это мы уже слышали. А новенького ничего не сказал? А про жену свою рассказал тебе? - Они разошлись. - Это он тебе сказал? - Нет, Зорькин, об этом говорит все Зималетто. - Да, дела. Ну и что ты теперь будешь делать? - Мама, слышала песню: «Я за ним одним, я к нему одному…» - Господи, что делается-то. Кать, а он знает? - Мне кажется, он и не догадывается. Ему это просто в голову не приходит. - А если узнает? - Ну вот тогда и думать будем… - Роман, здравствуйте. - Катя, здравствуйте, ну куда же Вы вчера пропали? Я пытался дозвониться. - Извините, у меня отключился телефон. - Мы сегодня с Вами обедаем? - Роман, я хотела сказать Вам, мы не будем больше обедать вместе. - Почему? - задал глупый вопрос Малиновский, хотя ответ на него он уже знал. Обошел его Жданов. - Не спрашивайте, Роман. Не сердитесь на меня. Прощайте. - Катя, Катя, - повторял в трубку Малиновский, но слышал только гудки. С этого дня все ее мысли были поглощены только Андреем. Они обедали вместе, ужинали, засыпали и просыпались, а в выходные к ним присоединялся другой самый главный мужчина в Катиной жизни - Лука. Она познакомила их, когда они решили выбраться в одно из воскресений погулять в Архангельское. Катя обрадовалась тому, что ребенок совершенно не тяготил Андрея. Можно сказать, что даже наоборот, он был доволен, что Катя брала сына с собой. Поначалу Лука довольно настороженно отнесся к Андрею, но постепенно Жданову удалось завоевать сердце ребенка, и теперь они были друзьями. Только родителям Кати не нравилась сложившаяся ситуация, но они помалкивали и старались не влезать в Катины дела. - О чем ты думаешь? - Катя задала вопрос Андрею, увидев, что он смотрит в одну точку. - О себе. - А что ты думаешь о себе? - Я думаю, как я мог раньше жить без тебя? - Но ведь жил… - Не жил. Существовал. В это трудно поверить, но, похоже, ты моя первая взрослая любовь. - Неужели ты никого никогда не любил? - Пожалуй, нет. Так в школе, как у всех. - А жену? - Киру? Нет. - Зачем же ты женился? - Мы выросли вместе и с детства знали, что поженимся. Об этом всегда в шутку говорилось на всех совместных мероприятиях, пока были живы ее родители. А когда они… Ты знаешь, у нее еще есть брат Александр и сестра Кристина… остались без родителей, то мы вообще почти все время жили в одной квартире. Кира умна, красива, она резко отличалась от тех девушек, которые меня окружали. Родители настаивали. - И что у тебя не было повода отказаться от этого? - Я не видел смысла отказываться. Повод, правда, однажды был. Знаешь, я как-то давно взял на работу, в общем-то, в пику Кире девушку. Она была настолько некрасива, что ее многие невзлюбили сразу. Но жутко была умная. Я ее очень ценил. Я даже начал испытывать к ней совершенно другие чувства. Но так получилось, что она меня предала. - Почему? - Так сложились обстоятельства. - Андрей замолчал, а Катя решила, что не стоит продолжать разговор. - Ну ладно, что мы все о грустном. У тебя на сегодня какие планы? - Мне надо домой, меня родители ждут и сын. - Ты знаешь, ей тоже всегда надо было домой, ее всегда ждали родители. - Не к месту вдруг сказал Жданов. - Ты о ком? - Катя сделала вид, что не поняла. - Да так, прости, ни о ком. Я отвезу тебя. - Нет. Я доберусь сама. - Ты у меня такая загадочная. Мы уже столько времени вместе, а я все не знаю, где ты живешь. Я ни разу не проводил тебя. - В этом нет необходимости. Я вполне могу доехать одна. - Катя… - Не спрашивай. - Хорошо, не буду. Мы увидимся вечером? - Да, я уложу сына спать и приеду. Пока. Жданов уже не раз порывался проследить за ней. Но что-то его всегда останавливало. Вот и в этот раз она опять ушла одна. А еще он часто наблюдал за ней, очень осторожно, чтобы она не заметила его странного, изучающего взгляда. На сто процентов он, конечно же, не был уверен, так на девяносто девять и девять, что это она была тогда в больнице. Он пытался придумать разные версии, одна из которых была - может, Катя была свидетелем аварии и это она вызвала скорую и милицию. Но вопросов не задавал, считал, что еще не время. Правда, он и не знал, а когда наступит это время. * * * Три месяца знакомства Андрей и Катя решили отметить в ресторане. Катя долго собиралась, наряжалась, переодевалась, доставала то одно, то другое платье, то эти туфли, то другие. Потянув на себя очередную коробку, она не удержала ее, и содержимое коробки высыпалось на пол. Туфель там не было, зато была всякая всячина, которая уже не нужна, но жалко выбросить. Катя перебирала давно забытые вещицы, всплывали разные воспоминания, связанные с ними. Среди всех этих безделушек ей попались ее старые смешные очки, с круглыми стеклами. Она надела их и посмотрела в зеркало. В зеркале отразилась женщина, которую не портили даже эти нелепые очки. - Мама, смотри какая я смешная. - Смешная? Почему? - Елена Александровна вошла в комнату и увидев Катю засмеялась. - Да уж, точно смешная. Катя, я что хочу спросить. - Да, мама. - Ты когда собираешься Андрею правду рассказать. - Не знаю, - беспечно ответила Катя. - Когда-нибудь расскажу. - А вдруг он обидится? - Это мне, мама, надо обижаться. За три месяца не узнать меня. - А сегодня вы куда? - У нас сегодня как раз три месяца знакомства. Отмечать идем. - А ты домой-то придешь? - Не знаю, мама. Ну что ты? - Ладно, не буду. Если бы Катю спросили, зачем она положила очки в сумочку, она бы не ответила, просто с этими очками было так много связано, а сентиментальность ей была свойственна, поэтому она их туда и положила. Катя подъехала к ресторану. Андрей уже ждал ее. Стол бы накрыт на две персоны и красиво украшен. Огромный букет роз стоял рядом на отдельном столике. Андрей был неотразим. Шампанское за встречу и три месяца красивых отношений. - За тебя, Катя. - За нас. Они вспоминали, как первый раз увидели друг друга на показе, и как потом Андрей украл ее у Малиновского. Романтический ужин подходил уже к завершению, когда Андрей положил перед Катей бархатную коробочку. - Открой. Внутри было необыкновенной красоты кольцо с большим бриллиантом. - Я хочу сделать тебе предложение. Выходи за меня замуж. Катя перевела взгляд с Андрея на коробочку. Молодая женщина молчала, глядя на кольцо, которое лежало перед ней на столе. «Вот и настало время расставить все по своим местам, если любит - поймет, если не поймет - значит, меня постигло еще одно разочарование», подумала Катя. Тут она открыла сумочку, достала оттуда заколку, подняла руки к голове и стянула волосы на затылке в пучок. Затем она снова полезла в сумочку, достала из нее свои очки и водрузила их себе на переносицу. После всех этих манипуляций, она подняла на него глаза, и, глядя прямо ему в лицо, произнесла: - Графиня Екатерина Дель Ченто не выйдет за Вас замуж, Андрей Палыч. Мы разного поля ягоды. Она произнесла это таким знакомым тоном и голосом, что у Жданова по спине пробежал холодок. Прозрение не заставило себя долго ждать. Перед ним сидела Екатерина Валерьевна Пушкарева. Графиня Дель Ченто встала из-за стола и вышла из ресторана, оставив изумленного Жданова наедине со своими мыслями. Раньше Катя расплакалась бы. А сейчас слез не было. Была абсолютно ясная голова. Решение так поступить пришло спонтанно. Катя, конечно, надеялась, что когда-нибудь Андрей сделает ей предложение. Но что именно в этот день… А потом он должен был узнать правду. И самое главное, она хотела, чтобы он сделал предложение не ей, нынешней, графине Дель Ченто, а той Кате Пушкаревой, которой она была на самом деле. В голове у Андрея был полный хаос. Господи, как же он раньше не догадался. Он никак не мог поверить в то, что видел. Две совершенно разных внешне женщины. Но изумление длилось недолго. Он вдруг почувствовал себя абсолютно счастливым от того, что это была не просто графиня, а Катя, его Катя, та самая Екатерина Валерьевна Пушкарева, бывшая помощница, которая еще тогда, давно, говорила, что любит его, которая отдавала ему всю себя в те далекие ночи, та женщина, которая привиделась ему на больничной койке, и та, которую он любил, и которая несколько минут назад отказала ему. Сейчас он понял, почему ему всегда казалось, что он ее знает, ее взгляд, голос, ее тело. Все было до боли знакомо. Он не знал только ее лица. Но теперь все будет по-другому, он добьется ее любви, докажет ей, что он ее любит. Пока все живы, все можно исправить. Вспоминая их последние ночи любви, и не только ночи, и именно любви, он был уверен, что она тоже любит его, не могла же она так искусно притворяться. Он помнил, что Катя Пушкарева чувствами никогда не играла. Она жила ими. А то, как она произнесла фразу: «Графиня не выйдет за Вас замуж, Андрей Палыч». Это ее «Андрей Палыч» сводило его с ума. Он улыбался от того, он любил не светскую красавицу, Екатерину Дель Ченто, а ту прежнюю Катю, он теперь отчетливо видел, кто прятался внутри этой ухоженной, гордой красавицы - та добрая, милая, наивная, доверчивая Катя Пушкарева. Те несколько лет, что они не виделись, изменили ее до неузнаваемости, но все же это была она. И ему захотелось крикнуть на весь мир: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, КАТЯ!». ***** Со счастливой улыбкой на лице Жданов набрал номер Малиновского. - Роман, это я. Нам надо поговорить. Я в ресторане. Ты можешь сейчас подъехать? Это очень важно. Минут через тридцать Малиновский сел за столик перед Ждановым. - Слушаю тебя, - сухо произнес Роман. - Ром, давай помиримся, я скучал по тебе, - выражение лица Жданова было как у кота из Шрека. - Ты что Андрей, ориентацию сменил? - Нет Рома. - Тогда зачем я тебе? - Рома, я не хочу тебя обидеть, но я хотел сказать тебе, что твой интерес к известной нам с тобой особе был изначально обречен на провал. - Если ты пригласил меня обсудить эту тему, то уволь. С тобой я это обсуждать не собираюсь. Малиновский попытался встать, но Жданов удержал его за руку. - Я думаю, ты сейчас изменишь свое мнение. Как ты думаешь, кто она? - Что за дурацкий вопрос? Мы оба знаем, кто она. - Нет, оказалось не знаем. Графиня Дель Ченто - это Екатерина Валерьевна Пушкарева. Помнишь такую? - Кто? - Малиновский аж подскочил на стуле, - Да ладно. Вся злость на Жданова в одну секунду прошла. Он пытался сравнить то, что видел, с тем, что когда-то знал. Получалось, что он, Роман Малиновский, вполне серьезно ухаживал за Пушкаревой? Он - за Пушкаревой, той самой, которую даже за женщину-то и не держал. Первое, что он вспомнил, это свою глупую инструкцию. - И что же теперь будет? - Ром, я сделал ей предложение. - Иди ты! А она? - Она отказала. Роме стало обидно за товарища. Он тоже переживал разрыв с Андреем, столько общего было у них за плечами. Он жалел, что в их жизни появилась женщина, которая смогла разрушить их дружбу. Но теперь, наконец, они могли помириться. - Не, Андрей, я не въезжаю. Лучшей мести не придумаешь. Мне отомстила тем, что я в нее влюбился, а тебе просто отказала. Молодец. - Мне кажется, она не мстила. - Тогда как ты все это объяснишь? - Все очень просто. Мы же такого даже предположить не могли. Я чувствовал, что я ее знаю, я пытался вспомнить, я сравнивал ее с кем угодно, пытаясь найти сходство, но ее я никогда не вспоминал в этом смысле. Кстати, помнишь, в больнице, я спрашивал тебя, не видел ли ты девушку? - Ну? - Это была она. А еще как-то ее маленький сынишка рассказывал мне, что у него есть дедушка и бабушка. Ты знаешь, Малиновский, у нее классный пацан. - Не отвлекайся. - Так вот. Я спросил, а как их зовут. И он ответил мне - дедушка Валера и бабушка Лена. И я даже не потрудился подставить отчество к ее имени. Но сейчас мне кажется, что даже если бы я подставил, кубики бы не сложились, настолько далек я был от этой мысли. Ты представляешь, Малиновский. - Да, Жданов, ты попал. - Малиновский с сочувствием смотрел на друга. - Что ты будешь делать? - Не знаю, подожду до завтра, как говорится, утро вечера мудренее. Знаю только одно - я женюсь на ней. Андрей еле дождался наступления утра. Он помчался к дому Пушкаревых. Взлетев на их этаж, он резко нажал на звонок. Пушкаревы завтракали. Дверь открывать вышла Катя. На пороге стоял запыхавшийся Жданов. Он быстро начал говорить: - Помнишь, я тебе рассказывал про девушку, которая работала у меня. Я тогда тебе не все рассказал. - Не все. - По совету Малиновского, чтобы спасти компанию, я сделал вид что, люблю ее. Я вел себя с ней как подонок. Но она не знала одного. - Чего? - Под ее влиянием я начал меняться. Я уже стоял перед той гранью, за которой находился другой мир - ее мир. Меня надо было только подтолкнуть, поддержать. Я, действительно, ждал совета директоров. Я хотел после него объявить Кире, что свадьбы не будет. Но девушка никогда мне не верила, и, услышав другой разговор, представила совету не тот отчет. Он замолчал. Потом медленно опустился перед ней на колени, обнял ее и прижался головой к ее телу. - Прости меня, Катя. Я люблю тебя. Катя гладила его по голове, запутываясь в волосах. По ее лицу текли слезы. Она долго не возвращалась, и чтобы выяснить, где Катя, в коридор вышли родители. Увидев стоящего на коленях перед Катей мужчину, не узнать которого было невозможно, они в изумлении замерли. Жданов отстранился от Кати и обратился к Пушкаревым: - У вас я тоже хочу попросить прощения. За все. Простите меня. - Бог простит, - сказала потрясенная Елена Александровна, и подтолкнула мужа назад в кухню. - Уходите, Андрей Павлович, мне надо подумать. Весь следующий день Жданов пытался дозвониться Кате на мобильный, но постоянно в трубке слышал только: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Отчаявшись дозвониться, он решился набрать ее домашний телефон. - Здравствуйте, Валерий Сергеевич. - Здравствуйте, Андрей Павлович. - Я могу поговорить с Катей. - Не можете. - Почему, Валерий Сергеевич? Мне показалось, что вчера мы все выяснили, и холодная война закончилась. - Да не в этом дело. Не можете, потому что нет ее, улетела. - Как улетела? Куда? - Куда, куда? В Италию. - Одна? - Нет. Сына тоже забрала. - А не знаете зачем? - Не знаю. Сказала, срочное и важное дело. - А когда вернется, не сказала? - Сказала, как только закончит дела. Ничем не могу Вам помочь, Андрей Павлович. Сам ничего не знаю. Остается только ждать. - А Елена Александровна? - Она тоже ничего не знает. Для нее это как гром с ясного неба. - Ну что же, подождем. Спасибо. До свидания. - До свидания, Андрей Павлович. - Жданов звонил? - спросила Елена Александровна. - Жданов. - Чего хотел? - Спрашивал, где Катя. Ну а что я могу сказать, если сам ничего не знаю. - Знаешь, Валер, мне кажется, он любит нашу Катеньку. - Не знаю, раньше он тоже названивал, а что толку. - Ой, Валера, сколько времени-то прошло. ***** - Бабушка, бабушка, - Лука бросился из машины к вышедшей из дверей дома женщине, - я вернулся. - Родной ты мой, как я по тебе соскучилась. - Здравствуйте, Валерия, - подошла Катя. Женщина обняла невестку, на глазах показались слезы: все это время ей не хватало этих двух самых близких ей людей, оставшихся после сына. - Здравствуй, ну наконец-то. Пойдемте в дом. Внук, ни на минуту не умолкая, рассказывал бабушке, как хорошо ему было у бабушки и дедушки в Москве. Валерия внимательно изучала Катю, понимая, что не просто так она прилетела. На Катином лице явно просматривались следы душевных переживаний. Валерия ждала, когда Катя сама начнет разговор. Отправив Луку гулять, Катя и Валерия расположились на уютной лужайке, окруженной кустами великолепных роз. - Валерия, я хочу с Вами поговорить. - Догадываюсь, дочка. Что случилось? - Я хочу вернуться в Россию. - Ты же только оттуда? - Я хочу совсем вернуться. - Что-то подобное я ожидала. Почему, разве тебе плохо здесь? - Нет, мне хорошо, мне очень хорошо. Катя встала и в смятении начала ходить взад-вперед по лужайке. «Господи, как сказать? А вдруг она обидится?» - Тогда что же? Катя собралась духом, подвинула кресло поближе к свекрови, и, твердо взглянув, ей в глаза, сказала: - Валерия! Нет - мама! Я… я жду ребенка. «Вот сказала», с облегчением подумала Катя. Она всматривалась в глаза Валерии, стараясь разглядеть в них недовольство. Но женщина улыбалась. - Так это же хорошо! У меня будет еще один внук или внучка! Зачем же тебе возвращаться? - А как же отец ребенка? Он же в Москве! - Катя, а пусть и он приезжает. Мы будем все вместе жить, - мечтательно и с воодушевлением говорила свекровь. - Валерия, ну так же нельзя. Я не могу. Да и он не сможет. Это неправильно. Эйфория Валерии сменилась тоской. - А как же я, Катя? Я же совсем одна. Паоло нет. Ты уедешь, заберешь Луку. Катя, я умру здесь от тоски. Слезы потоком катились из глаз пожилой женщины. Кате стало жалко ее. Она очень любила свою свекровь и не хотела, чтобы она так страдала. Но что же делать? - Ну не плачьте, пожалуйста, а то я тоже сейчас расплачусь. - Катя, если у тебя там не сложится, ты возвращайся, обязательно возвращайся. Мы вместе поднимем детей на ноги. Обещай мне! - Валерия! Все будет хорошо, все должно быть хорошо. - Катя, оставь мне Луку. Пожалуйста! От удивления и без того большие глаза Кати стали огромными. - Как это? Как же я без него! Валерия, я не смогу, Вы требуете от меня невозможного. - Милая моя, поставь себя на мое место. Я же совсем одна. Оставь хотя бы на время, мне будет ради кого жить. Когда у тебя все устроится, ты заберешь его. - Я не могу… - Пожалуйста, подумай. - Вы требуете от меня невозможного. - Я не требую, девочка моя, я прошу. Я только прошу. Они замолчали, думая каждая о своем. - Валерия, это еще не все. Я хочу отказаться от наследства Паоло в пользу сына и начать все сначала. Женщина с интересом посмотрела на невестку. Ей вообще нравилась Катя, она считала, что ее сыну и ей повезло. И сейчас она гордилась ее решениями и поступками. - Что же, возможно, ты права. Завтра я приглашу адвоката. Мы разберемся с этим вопросом. Но у тебя обязательно должно остаться содержание. - Мне ничего не надо, Вы же знаете. - Знаю, но я хочу быть уверена, что ты ни в чем не будешь нуждаться. Ни ты, ни твой будущий ребенок. Про Луку я не говорю, у него все будет. - Спасибо, Валерия. Катя устало откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Теперь все, наконец, решено. Осталось только как-то обойти просьбу Валерии о Луке. Но ничего, она что-нибудь придумает. Но свекровь не дала ей расслабиться: - Я очень тебя прошу - подумай о моем внуке. * * * ** Елена Александровна, покопавшись в бумагах дочери, нашла нужный ей номер телефона и, закрывшись в Катиной комнате, сняла трубку. На другом конце ответил мужской голос: - Алло! Слушаю Вас! - Андрей Павлович, - тихо, чтобы не услышал муж, произнесла Елена Александровна, - это Катина мама. - Да, Елена Александровна, здравствуйте. Как у Вас дела? - У нас все хорошо, - все также тихо отвечала она. - Елена Александровна, я Вас совсем не слышу. - А я не могу громче говорить. - Что? Не слышу? - Катя сегодня прилетает. Только что звонила. - Катя? Что у нее случилось? - Да, елки, ничего не случилось, прилетает она сегодня. Слышите? - Слышу. Когда? - Она уже из аэропорта звонила. Сказала, через 3 часа будет. - Я уже еду встречать. Скажите Валерию Сергеевичу, я сам ее встречу. - Я скажу. А Вы поезжайте, миленький, поезжайте. И она положила трубку. ***** Андрей, превышая скорость, гнал машину в аэропорт. Времени у него было достаточно, и он мог бы не спешить, но ему все время казалось, что он может опоздать. Он и так уже опоздал, на целых пять лет. Пять пустых лет. Все его прошлое казалось таким далеким сейчас, как будто и не с ним все происходило. Хотелось только одного - увидеть, обнять, прижать к себе и целовать, целовать, целовать. Как она его сейчас встретит? Что его ждет радость или разочарование? Ведь должна же она его когда-то простить. Зачем она ездила в Италию, что она там делала? Мысли разбегались. Что он будет делать, если она снова его отвергнет. Своего будущего он пока не видел. На данный момент он жил надеждой. Диктор объявил посадку. Андрей направился туда, куда диктор предложила пройти всем встречающим этот рейс. С тревогой в глазах он всматривался в толпу пассажиров, выходящих к паспортному контролю, пытаясь найти Катю и Луку. Он нашел знакомую фигурку и с удивлением отметил, что Катя была одна. А где же Лука? - мелькнуло у Андрея. Теперь он неотрывно следил за ее передвижениями. Вот она прошла паспортный контроль, подошла к конвейеру с чемоданами, нашла свой, поставила его на колесики, и, пройдя по зеленому коридору, вышла в зал, оглядываясь и выискивая кого-то, видимо, Валерия Сергеевича. Андрей как приклеенный стоял, не выпуская Катю из вида. От страха неизвестности, пронизывавшего все его тело, он как-то сник и обессилел. Он не мог оторвать ног от пола, чтобы пойти Кате навстречу. А она, продолжая оглядываться, пробралась сквозь толпу встречающих, и вышла прямо на Андрея. Увидев его прямо перед собой, она от неожиданности резко остановилась, так что на нее сзади налетели идущие вслед за ней пассажиры. - Девушка, что Вы встали. Дайте дорогу. - Да проходите же Вы, девушка. Катя посторонилась, освобождая проход. Она посмотрела по сторонам. Ни мамы, ни папы не наблюдалось. Взгляд вернулся к Андрею. Бледный и осунувшийся, он выжидающе смотрел на Катю. Не отводя от Андрея глаз, Катя медленно шла к нему. Выражение лица было очень серьезным и не сулило ничего хорошего. Катя подошла к нему близко-близко. Андрей не мог пошевелиться, ноги стали ватными, лоб покрылся испариной, стало совсем страшно. Катя вглядывалась в лицо Андрея, в его глаза, губы. Все было такое родное, близкое, желанное. Она видела, чувствовала, что он боится, что он ждет ее решения. Катя достала платок и промокнула им лоб Андрея. Он попытался слабо улыбнуться. Не получилось. - Здравствуйте, Андрей Павлович, я вернулась. - Я вижу. Здравствуйте, графиня Дель Ченто, - бесцветным голосом констатировал Андрей. - - Катя, Андрей Павлович, Катя Пушкарева. Я насовсем вернулась. - Я надеюсь. - Андрей Павлович, - очень серьезно продолжила Катя, - я вернулась к человеку, которого я люблю больше всех на свете. - И тут лицо Кати озарилось светом, глаза засветились любовью, она улыбалась счастливой улыбкой. - Без которого я больше не могу жить. Я люблю Вас, Андрей Павлович. Кате показалось, что он сейчас упадет. Напряжение, в котором он находился, последние несколько часов, дало себя знать. Он покачнулся, и Катя кинулась к нему. Тут же ее обняли сильные руки. - Андрей, милый, Андрей... - Все хорошо. Все будет хорошо. Я просто очень переволновался. Господи, а я-то как тебя люблю. Ты даже не представляешь. Ты уехала, даже не простившись. Я отчаялся. Я думал, что уже все, и ты никогда не вернешься. Посреди зала стояли двое. Двое абсолютно счастливых людей. Поцелуи чередовались словами, объяснениями, признаниями. Андрей крепко прижимал к себе Катю, не рискуя отпустить ее хоть на миг, чтобы не исчезла опять. - Катя, мы будем жить счастливо. Мне для счастья мало надо. Главное, чтобы ты была рядом. Ты и Лука. Кстати, а где он? - Я оставила его у бабушки. Она очень просила. Я его потом заберу. - Катя, мы построим дом. Наш дом. Мы обязательно заберем Луку. Мы будем жить там втроем. Ты, я и Лука. - Вчетвером. За своими словами он не услышал ее. - А потом ты родишь мне дочку. Я очень хочу, чтобы ты родила мне девочку. В таких же круглых, смешных очках и с косичками, как у ее мамы. Ты единственная, кто может подарить мне такую девочку. Из Катиных глаз катились слезы, а сама она счастливо смеялась. - Так не бывает. Дети рождаются без очков, очки это потом. - Неважно. Главное - девочку. - Ну, именно девочку, к сожалению, обещать тебе не могу. Природа, знаешь, она загадочная. Но то, что ты станешь отцом, это могу. - Что ты этим хочешь сказать? Ты ждешь ребенка? Моего ребенка? Правда? У меня будет ребенок? - Андрей заглядывал ей в глаза, очень надеясь, что она не шутит. - Правда, Андрей. Я беременна. Он снова прижал ее к себе, только на этот раз очень осторожно, как что-то очень хрупкое. - У меня к тебе предложение, - зашептал он Кате на ухо. - Рационализаторское? - Сердце Кати замерло в сладком предвкушении. Неужели сейчас все решится и сбудется все, о чем она мечтала? - В некотором смысле. Я предлагаю руку и сердце Екатерине Валерьевне Пушкаревой. Катенька, милая моя, родная, ты выйдешь за меня замуж? - Да, - она закивала головой, - да, да… Продолжая обнимать Катю, Андрей подхватил ее чемодан, и они пошли к выходу из аэропорта, навстречу новой жизни, главной героиней в которой будет всепоглощающая, всё понимающая, и, самое главное, всё прощающая любовь.