Глава: 1, «Лаборатория».

Только коснулись нежные, бледные лучи небесной жемчужины — луны, проходя сквозь стекло панорамного окна под вуалью полуночи. Помещение просторного пентхауса освещается мягким светом, заставив девушку ерзать так, что кровать королевских размеров скрипнула под весом хозяйки, чей день начинался тогда, когда у других, в частности, он уже окончен. Уставшими и, по всей видимости, не спавшими глазами, она устремилась в высокий поток, укрытой тенью, придавая ощущения, словно там нет ничего, кроме смотрящей на тебя бездны. В то время как она поднималась, она негромко кряхтела, схмурив чёрные брови. Ошейник на её шее даёт сбои, как ей кажется, но на деле он реагирует на шаткие точки нейро-магического контура, что пережили квантовый распад и готовы в любой момент создать выброс энергии. — «Чёрт...» — хрипло протянула она уставшим голосом, сомкнув пальцы на ошейнике, желая избавиться от него. Поднявшись с места, она подошла к окну, ведущему на открытую площадку, ограниченный высокими перилами, что для роста девушки не были выше пояса. По её замыслу, её острый взгляд устремился вниз, на город, где на улицах маршируют «фонари» в чёрной военной форме, что круглосуточно патрулируют город. Она подняла взгляд по ту сторону города, где было меньше многоэтажек, ближе к бескрайнему морю, где она видит стены, которые оглядывает с презрением в холодном расчётливом взгляде. Её ладони невольно сжимаются в кулаки. Город был неописуемо красивым, напоминал Токио, но является совсем другим городом в Акай Тайоу (赤い太陽 — [akai taiyou]), это Алепу (alepoú — Αλεπού), часть былой родины империи лисиц, которая была подвержена уничтожению императором ирбисов. Но говорить она что-либо не стала. Услышав звон со стороны и звуки мягких лап своего питомца, она повернулась к нему. — «Цербер, сегодня со мной?» — спросила она у добермана, уже зная, что он всегда будет с ней, даже если он этого не скажет. В первую очередь, она прошла к кухонному уголку помещения с мини-баром. Интерьер был тёмного шоколадного оттенка с гладкой поверхностью без излишеств. Из тёмно-серого холодильника она достала упаковку, а лучше две-три с готовой запечатанной едой. Из шкафа девушка вытащила лапшу быстрого приготовления с курицей, а следом качественный собачий корм, который не все могли позволить себе обрести для счастья своего любимого питомца. Затяжно сначала доносятся звуки бьющихся хрустящих шариков корма об миску пса, а затем вовсе хруст шариков в пасти довольного добермана. Рацион девушки велик, но для неё он не более чем обычный завтрак. Душистая лапша, чьи специи ублажали нюх, заставив прильнуть слюни под язык. Мягкая мякоть курицы в хрустящей панировке с овощным салатом и, наконец, стакан ананасового сока, которым она запила всё, что до этого съела. Трапеза окончена. Она держала телефон на громкой связи на тумбочке, пока одевалась, стоя перед большим зеркалом и взглядываясь в своё отражение. Высокая фигура, чуть больше двух метров. Чёрные волосы, как смоль, с отбликом, но серебристой сединкой между локонами, ниспадали на её плечи, обрамляя белоснежное личико, закрывая её правый глаз, под которым едва сквозь редкие пряди виднелась родинка. Она прекрасна, как и многие девушки из её рода, но её смущает её рост и мускулистое телосложение, что прекрасно сочеталось с её фигурой «песочные часы». — «Всем нравятся только...» — начала она говорить, как телефон издал громкий звук. : «Нравится что?» — спросил мужской бархатистый, самодовольный, дразнящий и ребячливый голос из звонка. — «Акио? Соскучилась по мне?» Акио замерла, уже поправляя свои темно-зеленые широкие штаны. — «Снова сбои... Можешь принять меня в лаборатории?» — спросила она, застегивая и укрепляя черную портупею на облегающем чёрном топе без рукавов, с закрытым животом и удлиненной шеей, которая прячется уже под ошейник. : «Знаешь, есть серьёзный разговор... приходи» — непривычно для Акио, серьёзным тоном отвечает парень, намеренно отключаясь от звонка, дабы Акио не начала говорить что-либо, что затянет бездействие. Акио нахмурилась, раздражённо опуская лисьи ушки и вильнув хвостом, только потому что она не успела сказать что-то, что уже сразу вылетело из головы, как обычно. По освященным рекламными щитами и неоновыми вывесками дорогам грозные фигуры в формах оказались ниже, чем Акио, выкатывающая свой такой же чёрный и крупногабаритный байк из тёмных улиц. Люди и нелюди на фоне для неё не более чем фигуры, мелькающие вокруг. Однако, помимо их формы, была одна четкая деталь, а именно эмблема с надписью «TIME RIFT», как и на ошейнике Акио. Пёс, шедший рядом с ней, цокал лапками и придерживался короткой дистанции с ней. Фигуры обращали на Акио внимание, но только чтобы подать ей салют, как знакомому им лицу. Акио лишь кивнула сторонним ребятам, опускаясь, чтобы поднять пса и усадить его на байк за руль. Она надела на его голову специальный мотошлем и защитные очки. Затем, надев шлем, сама села за ним, склонив туловище. После этого она тронулась с места. Ночное путешествие сквозь город, где здания переливались огнями. Для Акио эта поездка прошла быстро. Лёгкое, но расчётливое прикосновение холёных пальцев, скользящих по, как кажется, мягкому металлу ошейника. Томный «звяк, звяк, звяк» от инструментов слышатся около шеи, постукивающие по металлу. Чуть ли не бесшумное дыхание сопровождало столь странную обстановку, пока молодой парень обслуживал состояние аппарата на шее. Его волосы были спрятаны под культово-нивестальской шапкой-ушанкой серого оттенка. Тонкие губы и тонкие чёрные брови, серые глаза. Белоснежная кожа, словно тот никогда не был обнят солнцем. На левой для него части лица были пару маленьких родинок: чуть ниже губ, ниже уголка глаза. Азиатские черты лица, очаровательный юноша из Акай Тайоу — «Так дело не пойдёт, Акио», — прерывает тишину парень с тихим и выдавленным голосом, склоняясь и всматриваясь в часть ошейника, где снят слой, обнажая «дорожки». — «Твоя НМК может выдать распад...». Он возился с ошейником, слегка подвысунув кончик языка в уголках губ. Акио сидела на стуле, прямо под белоснежным ярким светом белых ламп на потолке. Её голова отклонена вбок, давая парню работать с ошейником без лишних проблем, а оттуда и слов. Лицо у неё не радостное, но определённо и не расстроенное. Пухлые губы чуть поджаты из-за стиснутых от раздражения зубов. Узкие, словно лисьи, багряные глаза смотрели в серую стену лаборатории, которая дальше отбывала во мрак. Белоснежные контуры чёрных зрачков отлично дополняли пронзительность холодного, как видно, взора. — «Сэйдзиро...» — обращается она по имени низким, урчащим и хриплым голосом к парню. — «Что такое?» — поинтересовался он легким и чуть высоковатым голосом, украдкой поглядывая на неё. Его пальцы слегка коснулись её крепкой шеи, ниже подбородка, вызывая странный трепет у той, отчего такой же, как и её волосы, хвост начал вилять. Её чёрные, крупные лисьи уши вздёрнулись кверху. Но взгляд той на мгновение упал на его рукав белого халата, прежде чем снова вернуться к стене. — «Заткнись», — раздражённо процедила она сквозь зубы, скрещивая мускулистые, гладкие руки на груди, показывая недовольство. Сэйдзиро выдав легкую усмешку, наконец отстранился от неё. Сложив руки на груди, он склонил голову, ожидая, так называемого разрешения на голос. — «Ну что?» — спросила она, откидывая голову назад и смотря в лампу. Свет начал раздражать в её глаза, отчего она сменила положение на прежнее. — «Дело не в ошейнике. Дело в твоём контуре. Он не стабилен.» — начал он на серьезной ноте, махнув ладонью вперёд. — «Вот оно как…» — шепчет она, закрывая глаза. — «Нужно провести осмотр.» — «Когда проведём? Могу сейчас.» — начала она, отстегивая портупею. Сэйдзиро неловко улыбаясь, начал отрицательно махать руками. — «Нет! Нет…нет.» Акио вопросительно повела бровью. Она обратно застегивает портупею. — «Знаешь ли, Акио. Я мужчина, тебе нужен кто-то женского пола» — отведя руку за затылок, он продолжил говорить, издав усталый вздох. — «Так ты меня уже проверял и по всем протоколам имеешь право. В чём дело?» — скрестила она руки на груди. — «Я стесняюсь, ладно? А прошлый раз это…необходимость…» — замялся он, почёсывая затылок. — «Ладно, ночью приду, проведёшь осмотр» — говорит она, поднимаясь и поднимая ножны от катаны с стола и цепляя их на пояс. — «Ты меня опять не слушаешь?» — «А сейчас мне пора идти, только..» — она сделал паузу, хватая его шапку. — «Стой!» — «Что это?» — не грубым, но интересующимся тоном она спросила, — «Ты постригся? Поэтому шапку носишь?» — «Да, постригся…» — процедил он, недовольно, выхватывая из её рук шапку, — «Подцепил на волосы растворитель с использованием ту брейка. Попросил Наито меня постричь. И вообще, я хотел с тобой серьёзно поговорить.» Она молчала. Её лицо невозмутимо. Свободная рука скользнула по его лицу вверх, прямо по его волосам, заглаживая их назад. Большой палец мягко поглаживал его лоб. — «Говори.» — отвечает она, припустив веки в расслабленное положение. Сэйдзиро растерялся из-за её прикосновения. Он почувствовал, как тепло разливается по собственным щекам. “Она флиртует со мной?” — спросил он себя в мыслях, вздёрнув руками и распустив их по шву, — “Нет…брешь…” — «О в-важном» — начал он, прочистив горло. Протягивая руку и хватая её за запястье, что было близко к его лицу, он продолжил, пытаясь избавиться от дрожи в голосе — «Я…» В этот момент в лабораторию вошел высокий широкоплечий мужчина, на вид которому было около 30 и более лет. Чёрная футболка. Свободные чёрные брюки и волосы — чёрные длинные локоны, собранные в короткий хвост. Лишь пару редких прядей спадали ему на лоб. Чёрные глаза, светлая кожа, такие же азиатские черты. И только темная щетина как наждачка. Морщины под спокойными глазами добавляли ему необычную природную красоту. — «Прерываю ваши непотребства?» — прозвучал низкий, спокойный мужской голос вошедшего. — «Наито-сан!» — воскликнул Сэйдзиро, отводя голову от рук Акио с неловкостью. — «Командир.» — спокойным и умеренным тоном говорит Акио, отходя от Сэйдзиро и делая шаг ближе к командиру. — «Ч-что вы! Командир! Никаких непотребств!» — неловко и в шутливой манере выдаёт Сэйдзиро, а следом тихо продолжив: «По крайней мере…с моей стороны…» — «Думаю, ты тут не просто так» — обратилась Акио к Наито, — «В свой выходной.» — «Верно. Дело касается Лакеев.» — ответил Наито, сложив руки на поясе и при склонив голову на бок, — «Они вошли на территорию Рималь Аль-Яхмум. Коллега из конторы Орланов заметил, как вооруженные люди и со снаровкой остановились в городе Кол Кхара, ближнем от чёрного рынка.» — «Как речь пошла о новом действующим фрагменте, Лакеи тут как тут.» — комментирует Сэйдзиро, посмеиваясь. — «Не только. Им нужен чёрный рынок.» — перебила Акио. — «Сначала фрагменты, а к бонусу и рынок. Там продают Химер с мехом в качестве домашних питомцев, а чешуйчатых и прочих в чёрно-рабочие силы. Химеры, Метафоры, в частности Серпенноты варьируются в этих двух направлениях.» — продолжил Наито. — «Разве Либертас не хотел взять Рималь вместе с Вахаб Аль-Хайяль?» — спросил Сэйдзиро, опершись руками об стол за спиной. — «Было. Но они не торопятся. Нужно заключить новые соглашения с Нивесталем, Так же в Нивестале перед Орланами мы будем представлять Временной разлом.» — в начале кивнув, говорит Наито, отводя взгляд на пса, что сидел уже у его ног, сместившись из угла. — «Ничего не обещаю, много чести.» — горделиво Акио отвечает, отводя взгляд на Сэйдзиро, что уже давил самодовольную улыбку. — «Кэйро будет на тебя коситься.» — хихикает Сэйдзиро. — «Он точно тебе припомнит тот удар, Акио.» — вернул взгляд Наито на Акио. — «Я откуда знала, что ОН глава Орланов?! Тем-более, я приняла его за Лакейскую шавку.» — протестовала Акио, — «И вообще, я извинилась!...» — «Ты его сверлила взглядом, так и не решившись подойти.» — напомнил Сэйдзиро, приложив ладонь себе на подбородок. Его улыбка так и пёрла во все стороны, так бы его и описала Акио. — «Да замолчи ты!» — закрыв глаза, огрызнулась она на него и посмотрела на Наито. — «Мы возьмём новую форму и в запас наше стандартное оборудование. Помимо этого нам нужно будет выглядеть презентабельно, точнее, нам всем нужно одеться в элегантном образе.» — сев на корточки, заведя руку на голову добермана, Наито продолжает свою речь. — «Э?» — повела бровью Акио. — «Да. Ты тоже должна идти.» — «У меня вообще-то плотный график.» — «Неужели?» Сэйдзиро, стоявший рядом с ними, чувствуя нарастающее напряжение их пилящих друг друга взглядов, невинно похлопал глазами. Он выделил для себя, как вздернулись её уши, а как кончик хвоста начал бесшумно вилять. «Когда химеры виляют хвостом это означает смущение, возмущение и недовольство или удовольствия… Но судя по её расслабленной позе и игривому блеску в щурящихся глазах, ей это не нравится.» — думал он про себя, ловя себя на том, что такой реакции он сам у неё не вызывал. — «Ладно! Иду…» — закатывает Акио глаза и скрещивает руки на груди. — «У тебя и не было выбора» — пожал плечами Сэйдзиро, возвращаясь к своей наглой ухмылке на лице. — «Сегодня к вечеру соберёмся.» — говорит Наито и смотрит на то, как Акио идёт к выходу, — «Уходишь?» — «Да. Присмотрите за моим Цербером.» — говорит она напоследок, не оборачиваясь и выходит из лаборатории. Когда удаляющиеся шаги затихли, Сэйдзиро взглянул на пса. — «Разве Цербера не твой пёс?» — спросил он у Наито. — «Он увязался за Акио и сам предпочёл её мне. Так что, он давно уже как не мой.» — ответил ему он. Они оба молчали, а следом бросили друг на друга взгляд. — «Ты в порядке?», — Спросил Наито. — «Да. Уберусь со стола и пойду досматривать сон», — ответил Сэйдзиро. Он отвернулся к столу, к горшку с паучьей лилией, что всё это время стояла тут. Обхватив руками горшок с багряной паучьей лилией, он опустил взгляд на цветок. Всматриваясь в этот прекрасный, но в то же время ядовитый цветок, что также может стать твоей смертью или лекарством. Его пальцы сжимаются на поверхности горшка, понимая, что он безнадёжен в «бою» против влечения к цветку символики смерти или исцеления. Поговорить ему о важном с ней так и не удалось.