Часть 1

Северус Снейп вернулся в Хогвартс ближе к вечеру. Он очень не любил свой день рождения, поэтому старался во время школьных каникул держаться подальше от родного педагогического коллектива. Ему вполне хватало рождественских ужинов в школе, когда все коллеги сходили с ума от радости, пытались и его втянуть в это безобразие. Если Рождество как праздник он еще признавал, то Новый год, который безумно любил Каркаров, терпеть не мог. Потому что с этим праздником у него были связаны неизгладимые воспоминания о дне рождения Лорда. Люциус тоже не любил Новый год, но по другим причинам. Дни рождения Лорда проводились за его счет. После чего он почти весь год скорбел об утраченном: «Северус! Такой урон! Да живи он вечно…» От празднования Нового года на корабле у Каркарова он категорически отказался и избегал встречи с ним всю неделю. Потому что за два месяца устал до безобразия от брызжущего энтузиазмом и паранойей директора Дурмштранга. Иногда закрадывалась крамольная мысль, что от Поттера за последние три с половиной года он так не уставал, как от общения с бывшим соратником. Единственным плюсом Каркарова, по сравнению с Гарри Поттером, несомненно было то, что Игорь уедет летом навсегда после Турнира в свой Дурмштранг, а вот терпеть Поттера придется еще три года. «А может его в Дурмштранг перевести? Хотя Альбус не согласится… А какая была мысль…» В свои апартаменты  идти совершенно не хотелось. Тишина в подземельях была тоскливой, почти все слизеринцы уехали домой, что Снейп всегда одобрял и поощрял. Какими бы правильными по его мнению ни были слизеринцы, в первую очередь они были детьми со всеми вытекающими последствиями. А незанятые чем-нибудь дети – это катастрофа для его педагогического внерабочего времени. Вот однажды на первом курсе у его двери в час ночи объявился Драко Малфой с плюшевым драконом под мышкой и зареванными глазами. Оказалось, что он не может заснуть, потому что дома ему всегда на ночь пели колыбельные. Опешив от подобного недоразумения, Снейп кое-как успокоил потомка Малфоев и даже усыпил без колыбельной, прочитав вслух первые две главы учебника по зельям за шестой курс. В дальнейшем вопрос был решен радикально – Драко был завален уроками по самое не могу да так, что сам добровольно к вечеру валился с ног и засыпал без всяких симулирующих средств. Со старшекурсниками проблем было больше, учились они не плохо, но добавлялись всякие очень запутанные романтические отношения. Однажды Снейп попытался их систематизировать и вывести хоть какую-то закономерность из увлечений собственных студентов. Вывод он сделал только один, что вмешиваться во все эти недоразумения – себе дороже. За что его студенты были ему премного благодарны и не лезли со всякими глупостями к своему декану. Потому что прекрасно знали, что если он что-то посчитает глупостью, то голову оторвет, не смотря ни на что, всему факультету. Подойдя к двери в свои покои, Снейп заметил отсутствие на картине стража. Охранные чары были на месте. Никто за весь день не подходил к его двери и не раскладывал подарков у порога. Он вошел к себе и замер. В комнатах горел свет, а в его спальне кто-то шуршал одеждой в шкафу. – Север! Ты уже пришел? Заходи! – раздался радостный голос Каркарова. – Ну у тебя и одежда, я тебе скажу. Ни сесть, ни встать – она у тебя вся одинаковая! Хотя вот обувь одобряю! Каркаров деловито пересматривал его костюмы и мантии в гардеробе. – Проходи, сейчас ужинать будем. – Ты как сюда попал? – А? – Каркаров уже изучал воротник-стойку белой рубашки, на котором на уголках была небольшая вышивка. Снейп никогда ее не носил, но зачем-то хранил в шкафу. – Это тебе кто подарил? – Дамблдор. – Поня-ятно… – Что тебе «поня-ятно»? – передразнил его Снейп. – Повторяю для глухих: как ты сюда попал? – Да слышал, слышал, – Какаров положил рубашку обратно на полку. – Через коврик. – Что??? – опешил Снейп. – Как тебе объяснить, голуба моя. Это портал вообще-то. Не-не, не говори мне, что порталы в Хоге не работают. Этот работает. Он на метку настроен, переносная такая черная метка. Красавец, – неожиданно одобрительно произнес Игорь, еще раз окинув взглядом мантию на Снейпе, точно такие же висели в шкафу в количестве пяти штук. Северус Снейп закипел от возмущения. – Да ты… да ты знаешь, сколько людей с черной меткой существует на свете? И все они просто так могут в Хогвартс попасть?! Ты идиот, да? Я его сейчас сожгу! А потом и тебя заодно. – Стоп. Ничего ты не сожжешь, – Каркаров бросился за Снейпом и поймал его уже у порога комнаты, после чего осторожно вытащил из его пальцев небольшой коврик зеленого цвета. – Он настроен только на две метки – на мою и твою. На чужие метки чихать он хотел. Хотя я все раздумывал, а не сделать ли ему определитель меток, но, как я знаю, у тебя из наших только Люциус появляется. Из-за сына своего, как я думаю. Поэтому очень сомневаюсь, что ты мне спасибо скажешь, если коврик заверещит в три часа ночи, когда тут Люц объявится. – В три часа ночи не заверещит, – мрачно отрезал Снейп, пытаясь отобрать коврик обратно, но без успеха. – Это почему? – заинтересовался Игорь Каркаров. – Обычно он в пять утра появляется, и не из-за Драко… У Каркарова глаза на лоб полезла. – Ты идиот, Игорь? У кого еще антипохмельное зелье можно в пять утра получить? – А. А ты его за это не убил еще? – Собираюсь. Последний раз я ему скандал устроил, так уже три месяца на появляется. Стал заранее заказывать, зелье с совами пересылаю. – Страшный ты человек, Север. Друга перепугал. – А он мне не друг. – А кто? Снейп надолго задумался и не смог ответить. – Ну, хоть задумался, – рассмеялся Каркаров, расстилая коврик обратно у порога. – Я у тебя тут слегка похозяйничал. Подарки  от Люциуса у камина сложил. Знатно ты его напугал, мне аж завидно стало. Пошли есть. – Игорь! – Пошли, пошли, – и буквально за рукав Каркаров подтащил Снейпа к сервированному столу, которого, Северус мог поклясться, минуту назад в комнате просто не было. – Это что? – Это подарок от Люциуса. Да не бойся, он не придет. Он сам хотел заявиться, но я на него Циссу натравил. Ты не против, если Драко переведут  ко мне в школу? Вот Цисса не против, а Люц бесится... *** После сытного и очень вкусного ужина настало время светских развлечений. Под хороший бренди Снейп мог долго просто молчать. И прекрасно от этого отдохнуть. Неискушенному зрителю даже могло показаться, что он игнорирует гостя и полностью ушел в свои думы. Или просто заснул с открытыми глазами. Хорошо знающим его людям это никогда не мешало. Вот директору Дуршмтранга это нисколько не смущало и точно никак не могло помешать отлично проводить время. – ...и ты представляешь что он ему сказал?.. – М-мм. – Да не-е! – Мм?.. – Да не мог он ему Это сказать. – Хмм. – Он же того... – Мм! – Ну так я про что! – Вскрытие делали? – Нет, конечно. Он же выжил. – К сожалению... – в унисон сказали оба и рассмеялись. Пока Каркаров возился с последней оливкой, которая никак не хотела нанизываться на вилку, Снейп молча встал и достал пасьянсные карты. Каркаров даже знал, кто «пристрастил» его к этому «безобразию» – Долохов. «Тихая охота...» «Это ты про сбор грибов?» «Сам ты грибы! Шелест карт, небольшой математический расчет...» «И бесплатно? Тьфу! Это скучно! А где азарт? Где азарт, я тебя спрашиваю?!» «Ну есть такие расклады, который раз в жизни сходятся. «Узник», например..."«Типун тебе на язык, Антонин!» Долохов очень неприятно смеялся и при этом всегда использовал исключительно маггловские карты. Что всех очень удивляло. Оливку удалось победить и Каркаров довольным тоном продолжил светскую беседу: – Север, хочешь анекдот? – Не хочу. – Нет, послушай! – Про трех упырей я уже слышал. – Да? – удивился Каркаров. – И про трех братьев я тебе тоже рассказывал? – Про упырей? – уточнил Снейп и замер над пасьянсом с занесенной над раскладкой картой. – У упырей есть родственники? Снейп перевернул карту и положил ее в третий ряд слева. – Это твои упыри, тебе виднее. – Что ты раскладываешь? Тьфу! «Даму кувырком» в Европе уже давно никто не раскладывает. Давай «Фараона». – Это слишком долго, я через пятнадцать минут собираюсь ложиться спать, – и Снейп многозначительно приподнял левую бровь вверх. Но гостя эта мимика похоже ни капельки не задела. Каркаров картинно подпер голову рукой и продолжил как ни в чем ни бывало: – Жили-были, значит, три брата, и поехали они по делам в соседнюю волость. – Как звали? Братья Анонимы? – Э-э, – Игорь с укором посмотрел на Снейпа. – Ладно, расскажу так, чтобы тебе было понятно, все равно вы, англичане, все только в собственных единицах измерения понимаете. Ехали они в соседнее графство, потому как одного из братьев позвали на царств… Тьфу, шерифом позвали. Едут, значит, Рерих, Тревор, – Снейп вздрогнул всем телом, – и Синеус… Долго ли, коротко ли... После этого наглого заявления Северус прослушал и про бой на Калиновом посту над рекой Малиной (или смородиной? Снейп не очень уловил разницу) на бузинных вениках, и про похищение какой-то усопшей невесты (Марины золотой косе красе непокрытой), и про то, что второй брат «плохо кончил», то есть ушел за своей Мариной «на тот берег реки» и про то, что последнего брата после долгих приключений и след простыл. Некоторые даже сомневались, а существовал ли он на самом деле? Хотя в некоторых хрониках его все же упоминали. «Вот уж кто у них Аноним-то был!» – непонятно чему обрадовался Снейп. – И вот, тогда Рериха этого прикончили из-за веника бузинного. И говорят, ушел он на Березовую горку. – Куда? – совсем ошалел от рассказов Снейп, он уже давно забыл про пасьянс и слушал весь этот пьяный бред, открыв рот. – Неважно. Короче все умерли. Вот такая вот приключилась история. Мда. – Игорь, ты что мне сейчас рассказал? – А что? Анекдот. Исторический, не смешно? – расстроился Каркаров. – Честно говоря, не очень. И мне сдается мне, что где-то это я уже слышал. – Может быть, – покладисто согласился Каркаров, – только вот некоторые считают, что они на самом деле существовали. И некоторые же даже в генеалогическое деревья к себе записали. Кстати, вот у Люца никого в родне от них нет, до сих пор возмущается. У жены, говорит, в предках есть, а у меня, говорит, нет. Обидно до слез. Снейп смешал карты и отложил колоду в сторону. – Вот Лорд утверждал, что от Рериха произошел, – не унимался Каркаров. – От Салазара. – Ну да, а тот от Рериха. Правда, что этот Рерих потерял в тогдашней Англии не знаю, потому что в совершенно другом месте должен был быть. – Так, Игорь, или ты прекратишь мне на ночь глядя голову дурить или одно из двух. – Купился! – развеселился Каркаров. – Север, посмотрел бы ты на себя со стороны, как разволновался-то! Сказки детские знать надо! – Игорь! – Спокойно. Понял. Ухожу, ухожу! – И коврик с собой забери! Чучело!