Часть 18

Дверь гримерки медленно, почти беззвучно открывается. На пороге стоит Семён Лесков. Его взгляд кажется застывшим, но в нем читается пугающая уверенность. Семён: (тихо, прерывая Веру) А баллы уже ничего не решают, Вера Михайловна. Вы ведь это и сами чувствуете, правда? (Вера вздрагивает и невольно отступает на шаг. Марат затихает, внимательно наблюдая за реакцией экстрасенса.) Семён: (переводит взгляд на Марата, голос становится твердым) Марат, не нужно меня защищать. Любовь, о которой ты говоришь, — это твоя слабость, а не моя сила. Ты пытаешься играть в бога в этом зале, но сегодня правила пишу не я и даже не жюри. Марат: (с натянутой улыбкой) Семён, мы тут просто обсуждали объективность Семён: (перебивает) Ты обсуждал свои страхи. Ты боишься, что Ангелина узнает правду о твоих манипуляциях. А вы, Вера... — (он делает шаг к Сотниковой, та затаила дыхание) — ...вы поставили низкий балл не мне. Вы поставили его своему спокойствию. Теперь каждый раз, когда вы будете закрывать глаза, вы будете видеть не баллы, а то, что Ангелина просила меня вам передать. Вера: (шепотом) Что она просила?.. Семён: (слегка наклоняет голову, в глазах мелькает странный блеск) Что долги нужно возвращать вовремя. А теперь, Марат, пойдем. Тебе пора объявлять финалиста, и ты скажешь именно то, что я тебе велел перед съемкой. (Семён разворачивается и выходит. Марат, как будто под гипнозом, молча следует за ним, даже не взглянув на Веру. Сотникова остается одна, глядя в пустое зеркало.)