Глава 42:Мой

«Сидеть». Эрухабен сказал незнакомцу. Прямо сейчас Каллис оказался на коленях у Эрухабена, одна рука крепко обхватывала его за талию, пока древний дракон обращался к их гостю, который, предположительно, тоже был драконом. Хотя… «Почему он в пижаме?» Это была первая искренняя мысль Каллиса, когда он наконец смог как следует рассмотреть того, кто устроил беспорядок ранее. В то время как виновник был босиком. Нет, он не осуждал. Каллиса удивило, что здесь есть кто-то еще; Эрухабен не выглядел как человек, который пускал бы кого-либо в свой дом. К тому же, когда драконы вообще были общительными? Глядя на странного мужчину в пижаме с… уникальной стрижкой «под машинку» и узорами, похожими на царапины, по обеим сторонам головы, Каллис не мог не сосредоточиться на дизайне яблочного пирога на его одежде. Учитывая все обстоятельства, выглядело это довольно удобно, и почему-то ему тоже захотелось такую же. Возможно, из-за того, что он так пристально смотрел, взгляд незнакомца внезапно метнулся к нему. С того места, где он сидел, серые рептильные глаза смотрели вниз на рыжеволосого, как будто он только что заметил его. Наступила короткая пауза, шок, затем узнавание мелькнуло в его глазах, но все исчезло так же быстро. Затем, «Хмф!» Ах. Вот оно. Каллис ожидал полной надменной речи, но вместо этого столкнулся с этим. «Крошечный человеческий детеныш поражен моим великим и могучим видом?» — отчетливо прозвучал бандитский голос, отчего Каллис немного расширил глаза. «Ты должен чувствовать себя польщенным, находясь в моем уважаемом присутствии». Поистине, первое впечатление может быть испорчено, как только кто-нибудь открывает рот. Ранее внешний вид незнакомца, хотя и странный, все же привлек профессиональные глаза нашего малыша, и он решал, стоит ли его оценивать или нет. Что? Наш герой знает свои приоритеты, а этот мир полон блестящих потенциалов~ Однако, услышав его гангстерский голос, эта идея, к сожалению, была немедленно отвергнута. Какой толк от удобных грудных мышц, если человек надменен и нарциссичен? Тем не менее… Могло быть и хуже. «Неужели «Рождение Героя» было неправильным?» Эта мысль возвращалась к нему все чаще в последнее время. Каллис уже начал подозревать, что роман «Рождение Героя» не так надежен, как он когда-то верил. Учитывая, как он ошибался во многих вещах, особенно о драконах, теперь, когда он их встретил. «Разве они не должны быть эгоцентричными и независимыми?» Так почему же этот дракон приходил сюда общаться с Дедушкой Голди в одной лишь пижаме, если они хотя бы не были знакомы друг с другом? «Информации нельзя полностью доверять». Поистине, дело было не только в драконах. Даже киты отличались от того, как их описывали. Возьмем, к примеру, Арчи: его описывали как жестокого и с плохим характером. Однако он был добр к нему, даже защищал. Если уж на то пошло, Арчи оставил хорошее впечатление на Каллиса. Не говоря уже о других вещах, которые не сходились у него за год жизни, было естественно, что Каллис теперь не мог полностью доверять роману или полагаться на него. Очевидно, мы не будем упоминать Адина, поскольку наш невинный герой не знает о его судьбе после их встречи. «События все равно должны быть прежними». Надеюсь. Каллис не особо волновался, он все равно не собирался вмешиваться. В конце концов, он будет жить как богатый бездельник! Ясно, что он давно решил судить обо всем своими глазами, Каллис не был так удивлен текущей ситуацией. Внезапно в его поле зрения вошел длинный белый палец. Каллис моргнул и почти инстинктивно протянул свою маленькую ручку, чтобы схватить его. Его крошечные пальчики легко обхватили его, крошечная мягкая рука против гладкой кожи. Сбитый с толку, только тогда он поднял глаза. Золотые глаза уже смотрели на него. Ах. «Задумался, наверное, его беспокоил». Осознание заставило его уши немного покраснеть. Эрухабен, должно быть, подумал, что он снова расстроен или что-то в этом роде. Особенно с тем, сколько беспокойства было в его глазах. Ясно, он волновался. «Я просто…» Приняв решение, наш драгоценный рыжеволосый почувствовал себя вполне удовлетворенным. Легкая вина исчезла. Не то чтобы он возражал против Эрухабена, но наш герой не любит быть в центре внимания. Так что простого жеста должно быть достаточно, чтобы уладить дела. Каллис слегка наклонил голову, игнорируя публику в комнате, и позволил губам изогнуться в мягкой, яркой улыбке. «Па!» Звук получился чистым и трогательным. Полный успех, если он сам мог так сказать. Он решил не называть свое имя или прозвище, если уж на то пошло, он оставит это для особых случаев. К тому же, это не так… Из Эрухабена донесся низкий смешок. «Дитя, — сказал Эрухабен, явно развлекаясь, — ты назвал меня так в третий раз». Каллис моргнул. Назвал его… Что? Он слегка нахмурился, его маленькие брови сошлись вместе, когда он прокрутил последние несколько секунд в голове. О чем он вообще говорил? Затем его осенило. Именно тогда он понял, что простой, невинный звук, который он издал, к сожалению, может быть истолкован как нечто совершенно иное. … во что он уже однажды попал. «Мне следует считать, — продолжил Эрухабен гладко, глаза блестели от восторга, — что ты считаешь меня своим отцом? Сомневаюсь, что твоему настоящему отцу это понравится». Древний дракон выглядел слишком развлеченным. Каллис почувствовал, как его уши нагреваются. «Что? Нет!» Он не это имел в виду! Почему он всегда попадает в это. Он непроизвольно сжал палец Эрухабена, сердито глядя вверх с самым серьезным выражением, на которое мог решиться рыжеволосый ростом с яблоко. Конечно, наш Дедушка Голди тоже неправильно понял. «О, неужели ребенок так расстроен своим отцом, что решил заменить его без колебаний?» Эрухабен не был слеп, он знал, что Белая Звезда «игнорировал» своего ребенка долгое время. Тем не менее, он не думал, что это может дойти до такого. Не то чтобы он возражал, конечно, молодой рыжеволосый — восхитительное существо. Рашиль, который сидел там, наблюдая за обменом репликами между Золотым драконом и красивым рыжеволосым ребенком, открыто нахмурился. «…Разве он не твой, старик?» Это был разумный вопрос. Очень разумный вопрос. Фактически, Рашиль пошел бы так далеко, чтобы сказать, что это единственное логичное заключение. Потому что, честно говоря, что еще он должен был думать? Для Рашиля, который никогда не видел ребенка такой красоты, он мог быть только драконом. К тому же, хотя это и редкость, не было неслыханно, чтобы дракон спаривался с человеком. Детеныши, рожденные от таких союзов, были слабее, да. Но выживание для них все же было возможно. Хотя и на таком низком уровне. Не то чтобы он когда-либо встречал такого раньше. Но этот ребенок должен быть таким. Было очевидно, что ребенок слаб, Рашиль мог сказать это с первого взгляда. Маны было мало, почти никакой. Легкий ветерок, вероятно, мог бы сбить его с ног, честно говоря, он был шокирован, что этот детеныш пережил его Драконий Страх на днях. Еще одна причина, почему он один из них. Потому что ни один нормальный человеческий ребенок не смог бы выдержать его интенсивность, не говоря уже о том, чтобы выжить. Честно говоря, Рашиль был поражен, что Золотой дракон так непринужденно держал его, не боясь навредить ему. Сам дракон был в ужасе на днях, когда он держал его; он мог случайно сломать его пополам. Отсутствие маны было почти неловким. Хотя Рашиль великодушно предположил, что это побочный эффект его человеческой стороны. Не говоря уже о том, что у дракона нет абсолютно никаких причин беспокоиться о ребенке, который не был его собственной крови или их вида. Так что теперь, когда Эрухабен небрежно заметил, что отцу ребенка это не понравится, разум младшего дракона немедленно начал раскручиваться. Рашиль гордился своим очень острым умом, гораздо умнее своих сверстников, как бы мало их ни было! И все же каким-то образом… эта ситуация отказывалась иметь смысл. Если у ребенка был отец, кем тогда должен был быть Эрухабен? Его папой? Но разве не так его уже назвал детеныш? Рашиль слегка нахмурился, пытаясь все это собрать воедино. Детеныш только что назвал старика «Па», что явно относится к отцу. Даже Рашиль знал это. Так естественно, это означало, что Эрухабен был отцом. Но поскольку Эрухабен явно был отцом… почему он сказал, что отцу ребенка это не понравится? Означает ли это, что есть другой отец? Рашиль сделал паузу. Второй мужчина? Его брови углубились, когда он уставился вперед, явно очень усердно работая, чтобы прийти к разумному выводу. Возможно, Эрухабен был отцом, а человек… тоже был отцом? Может быть, это было предпочтение старика? Да, это должно быть так. Что затем привело к другому вопросу. Почему другой отец рассердился бы на ребенка, называющего своего партнера так? Рашиль почувствовал нарастающую головную боль, он изо всех сил старался обдумать это, но столкнулся со стеной. Почему он вообще думал обо всем этом? Это явно было какое-то сложное дело, касающееся личной жизни другого дракона. И Рашиль совершенно не интересовался такими вещами. Это не его проблема. Тем не менее, вопрос уже затуманил его разум. И это будет вечно беспокоить его, если останется без ответа. Что приводит нас к текущей ситуации. И для тех, кто мог бы задаться вопросом, почему Рашиль так спокойно относится к тому, что у нашего героя два отца, объяснение было на самом деле очень простым. Рашиль посвятил подавляющую часть своей жизни двум вещам с тех пор, как был молодым драконом: тренировкам и сну. Тема того, как появляются детеныши, или, точнее, как они создаются… не была чем-то, в чем он разбирался. Ничего он и не искал. Насколько знал Рашиль, дети просто появлялись в мире в какой-то момент. Детали точного процесса никогда не были для него важны и поэтому он никогда не удосуживался узнать их. Так что да… этот бандит-дракон чист сердцем! Тем временем, в тот момент, когда Эрухабен услышал вопрос Рашиля, младший дракон внезапно стал менее неприятным для его глаз. Неужели молодой человек действительно думал, что они с Каллисом похожи? Одна только эта мысль заставила древнего дракона остановиться. Взгляд Эрухабена скользнул вниз, к ребенку, удобно устроившемуся на его коленях. Только одни рыжие волосы были достаточны, чтобы отвергнуть сравнение. Хотя это можно было легко объяснить. Черты ребенка были мягкими, нежными, с красотой, которую нельзя было сравнить ни с чем другим. Как бы он ни смотрел, они ни в малейшей степени не походили друг на друга, не говоря уже о том, чтобы их можно было спутать с отцом и сыном. «Айгу». Эрухабен тихо вздохнул про себя. «Подумать только, я буду беспокоиться о детях в этом возрасте». И все же… Эрухабен все еще чувствовал мягкую, крошечную руку, которая все еще держала его палец. Его выражение лица не могло не смягчиться. «Этот невезучий ребенок действительно продолжает называть меня так». И в разных случаях тоже. Древний дракон почувствовал легкую улыбку, тронувшую уголки его губ. Возможно, вопрос Рашиля был не совсем необоснованным. Может быть, это его судьба. Эрухабен прожил достаточно долго, чтобы знать, что иногда определенные связи просто появляются в жизни без объяснения. Он давно перестал задавать такие вопросы. Ну и ладно. Кто он такой, чтобы ставить это под сомнение? Каллис, однако, испытывал совершенно другую реакцию. Он смотрел на незнакомца, как на идиота. У него что, глаз нет? Разница между ними была очевидна. Они даже не походили друг на друга! «Я окружен идиотами». Как он вообще пришел к такому выводу?! Этот дракон тупой? Прежде чем Каллис смог высказать свое разочарование, он услышал, как заговорил Эрухабен. «Действительно», — ответил он гладко. Говоря это, его длинные пальцы нежно двигались, прочесывая мягкие рыжие волосы нашего малыша, неосознанно заставляя Каллиса расслабиться. Золотые глаза встретились с серыми. «Он мой».