Глава 4. Неприятные открытия

      Обед и своеобразная общая молитва восполнили его силы и Гарри направился в подземелья следом за подошедшим к их столу Слизерином. Маг, взмахом палочки зажегший факелы в кабинете, указал ему на одно из кресел у камина.       - Итак, юноша, вы здесь, чтобы освоить тот Дар, которым наградили вас ваши предки или сама Магия, – произнес он. – Парселтанг. И для начала я хочу, чтобы вы поведали мне то, что вы знаете об этой уникальной родовой способности, которой вы обладаете.       Гарри закусил губу.       - Ну… Так называют умение говорить со змеями, – неуверенно начал он, вспоминая то немногое, что смог узнать, будучи на втором курсе. – Оно является темным, поскольку им может обладать только темный маг. У меня же… Профессор Дамблдор говорил, что у меня оно появилось из-за того, что темный маг Лорд Волан-де-Морт пытался убить меня, когда я был младенцем. Что я могу говорить со змеями, потому что он может это делать.       - Чушь, – в голос Слизерина вошли шелестящие нотки. – Дары Магии не могут быть разделены на темные и светлые. Они нейтральны по своей природе. И парселтанг – это не просто язык, на котором говорят змеи. Это нечто намного более глубокое и могущественное. Как и любой другой Дар Магии. Но прежде чем мы перейдем к нему, расскажите подробнее о том, что это за Лорд и история попытки вашего убийства.       Гарри опустил голову. Говорить на эту тему со Слизерином не хотелось, но и большого выбора у него тоже не было. Все же тот был на порядок сильнее его и наживать в его лице врага было просто опасно.       Наконец, решившись, он вздохнул и начал говорить.       - Я… У меня нет полной картины, поскольку я узнал об этом сравнительно недавно и у меня не было свободного доступа к информации, – признался он. – Но насколько я смог выяснить, Лорд Волан-де-Морт, а некогда Том Реддл, вел войну в Британии до моего рождения, желая, чтобы магглы… м-м-м, обычные люди и те, кто рожден от них, были уничтожены. Мои родители выступали против него и его последователей вместе с профессором Дамблдором и другими магами. Лорд пришел в наш дом, когда мне было немногим больше года и убил моих маму и папу. При этом мама пыталась не дать ему убить меня. Я не знаю, зачем я был ему нужен, но он пытался покончить со мной. Однако что-то пошло не так и в результате он утратил тело, а я выжил. За это маги сочли меня героем, но между нами установилась какая-то связь, итогом которой стал мой парселтанг и какие-то видения о его планах, – Гарри невольно потер шрам, вспоминая об этом.       Цепкий взгляд Слизерина сфокусировался на его лбу, привлеченный этим жестом.       - Эта отметка имеет к этому какое-то отношение? – спросил он и Поттер кивнул.       - Мне сказали, что это след от проклятья, которым Лорд пытался меня убить, – сказал он. – После него никто до этого не выживал, так что никто не знает, что случилось со мной. Но шрам начинает болеть, когда наша связь активизируется.       - И когда вы используете парселтанг тоже? – точеная бровь поднялась.       Гарри открыл было рот, но затем закрыл его и покачал головой. Разговоры со змеями никогда не становились триггерами для боли в шраме или кошмаров.       - Вы позволите мне провести диагностику вашей метки? – спросил Основатель, доставая палочку, и пояснил – Видите ли, юноша, я вижу два возможных с точки зрения магических законов пути обретения вами Дара парселтанга. Однако ни один из них не подразумевает установления никакой длительной связи с вашим несостоявшимся убийцей. А подобная недосказанность может иметь тяжелые последствия для вас в том случае, если в происходящем сокрыта угроза.       Руки Гарри подсознательно сжались в кулаки. Он с тревогой посмотрел на палочку в руках Слизерина.       - Что за пути? – спросил он.       Мужчина откинулся на спинку кресла.       - Самый простой – наследственность, – ответил Слизерин. – Вы ничего не знаете о своих корнях, юноша, а Дары Магии имеют свойство проявляться в потомках случайным образом даже спустя много поколений. Иными словами, тот маг вообще может быть ни при чем, а то, что он змееуст, просто совпадение. Либо же парселтанг – это вира. Компенсация за попытку убийства младенца. Такое тоже нередко случается. Но и она никоим образом не создает связей между магами. Поэтому я прошу позволения продиагностировать ваш шрам на предмет установления истинной природы этой связи.       Гарри колебался еще несколько мгновений, но все же кивнул. Слизерин поднял свою палочку и поднес ее кончик к самому его лбу, прочерчивая линию шрама и бормоча слова заклинания. Подросток напрягся, силясь прочитать хоть что-то по лицу Основателя, но тот оставался бесстрастным, не показывая эмоций.       Закончив, Слизерин на несколько минут задумался, а после подошел к камину и бросил в него горсть того, в чем Гарри признал летучий порох или что-то похожее.       - Рик, спустись ко мне. Дело есть, – произнес брюнет серьезным тоном.       Около минуты ничего не менялось, но затем дверь кабинета распахнулась, явив на своем пороге Гриффиндора собственной персоной. Тот заметил сидящего в кресле Гарри и нахмурился.       - В чем дело, Сал? – спросил он – Какая-то проблема с парселтангом?       Слизерин покачал головой.       - С ним, полагаю, проблем не будет. Однако с тем, что твоего ученика неудачно пытались использовать для ритуала переселения души, придется что-то делать. Причем срочно. Пока дрянь в его теле не набрала полную силу.       Гарри растерянно уставился на брюнета, заметив, как налились гневом глаза Гриффиндора.       - Кто посмел? – спросил тот и его голос напомнил присутствующим далекий раскат грома, а раскрывшаяся магическая аура стала почти давящей.       - Некто Волан-де-Морт, кто якобы пытался убить его в младенчестве, – произнес Слизерин. – Так что возьми себя в руки, Рик. Ты все равно его не достанешь сквозь столетья. А вот вытащить ошметок его сущности из мальчика надо немедля.       - Ты можешь сделать это? – спросил Гриффиндор, заметным усилием воли подавив свой гнев.       Слизерин, подумав, кивнул.       - Если Кандида поможет мне с расчетом ритуала, я смогу провести его сегодня ночью. Но мне нужно твое официальное разрешение, Рик, – произнес он.       Гриффиндор кивнул.       - Я разрешаю тебе провести очищающий ритуал над моим Учеником, Салазар, – произнес он и на груди Гарри засветился герб факультета.       Поттер неуверенно коснулся его рукой и посмотрел на Основателей.       - Что… Что значит ритуал переселения души? – спросил он.       - Это темная магия, – ответил Слизерин. – С помощью этого ритуала маг может переселить свою душу в другое тело. Для него необходима добровольная жертва и младенец-маг. Однако в вашем случае произошла осечка и в результате в ваше тело проник только небольшой фрагмент чужой души, а не она вся. Предполагаю, что это связано с конфликтом ритуалов, которые были проведены этим магом ранее, поскольку многие из них несовместимы совсем или требуют особых условий для смягчения противоречий.       Гарри шокировано смотрел на Слизерина, который тем временем продолжал, опережая его вопросы.       - Наличие в теле фрагмента чужой души непредсказуемо с точки зрения последствий, поскольку в любой момент может начаться внутренний конфликт и борьба за власть. Не говоря уже о знакомом вам эффекте связи, который в числе прочего перекачивает вашу магию оппоненту. В этом случае безумие и сквибство почти гарантированы. И это в случае выживания. Ритуал же очищения, о котором мы говорим, заставит ваше тело и магию исторгнуть из себя чужеродный фрагмент, оставив вашу душу единоличным хозяином вашей сущности.       - Этот ритуал очень энергозатратный, – добавил Гриффиндор. – И сложный в исполнении. Но вам повезло, что вы попали с этой проблемой в это время и место. Хогвартс подпитывает мощный источник, а Сал высококлассный целитель и большой знаток подобной магии. Объединив усилия, мы сможем с большими шансами избавить вас от подселенца в виде фрагмента чужой души.       Гарри неуверенно кивнул, пытаясь уложить в своей голове новую порцию шокирующих открытий.

***

      Ритуал проводили после ужина, в рамках которого Поттеру выделили особую диету из продуктов, которые повышали проводимость магических каналов, а также несколько зелий. Товарищи по столу смотрели на него с сочувствием, но поддержкой, должно быть понимая, что ему предстоит непростое испытание.       После окончания трапезы Слизерин снова увел Гарри в свои подземелья и выдал еще целую батарею зелий для внутреннего и наружного применения. Сопроводив все это подробной инструкцией, он отправил его принимать ритуальную ванну, которая длилась больше часа.       К моменту ее окончания, Поттер едва ощущал собственное тело, а его магия бурлила внутри, грозясь вырваться наружу. Домовик помог ему с облачением и доставил к дверям ритуального зала, возле которого его уже ждали Слизерин и Гриффиндор.       - Да, я чувствую в вас сильную Магию, юноша, – удовлетворенно кивнул брюнет. – Это хорошее начало. Похоже, что омовение дополнительно сняло с вашего ядра сдерживающие блоки. В рамках предстоящего ритуала вам это пригодится, – он открыл двери зала. – Ваше место в центральной пентаграмме. Вы должны лечь так, чтобы ваша голова оказалась внутри малого построения. Оно выступит ловушкой для чужеродной сущности и вашей страховкой от непредвиденных осечек.       Гарри неуверенно кивнул, рассматривая сложный узор, расчертивший комнату. Та была не той, в которой он был накануне, но дышать здесь было труднее из-за спертого, но в то же время не застоявшегося воздуха.       - Этот зал предназначен для практических занятий по некромантии, – пояснил ему Слизерин. – Это направление Магии требует особых условий, чтобы быть контролируемым. И поскольку ритуал очищения оказывает непосредственное влияние как на тело, так и на душу, для него это самое подходящее место.       Гарри растеряно оглянулся на Основателя. Он впервые слышал о том, чтобы в Хогвартсе практиковали нечто настолько стереотипно темное, как некромантию, упоминания о которой он видел разве что в учебнике по истории магии, как то, что было запрещено или становилось объектом гонений.       - Ладно, довольно пояснений, – хлопнул в ладони Слизерин. – Пока вы во власти временного коридора, время не на вашей стороне, юноша. И я сомневаюсь, что в вашем настоящем кто-то сможет провести этот ритуал, раз уж за эти годы никто не удосужился даже исследовать ваш шрам.       Гарри закусил губу, но все же занял указанное ему ранее место. Основатели встали внутри соседних построений и Гриффиндор надрезал палочкой свою ладонь.       - Готовьтесь, юноша, – произнес он. – Борьба за свободу вашего тела будет тяжелой и болезненной.       Первые капли крови упали на каменные плиты и тело Гарри конвульсивно выгнулось, словно пробитое раскаленными иглами, по мышцам прокатилась волна боли. В его глазах потемнело, а в ушах поднялся гул магии и собственного биения сердца, заглушая все прочие звуки.