Глава 19. Второй тур

      Раннее утро перед началом второго тура Гарри провел за последними приготовлениями. Необходимо было все проверить и убедиться в том, что он ничего не забыл. А забыть он мог, учитывая то, какими сумасшедшими были последние несколько недель, начало которым положила та статья Скиттер.       Британию лихорадило и даже Хогвартс не был защищен от бушующих за его стенами волн общественного мнения. Скандал, вызванный этой публикацией, оказался даже больше, чем халатное опекунство Дамблдора над героем магического мира.       Ладно ребенок, который хотя бы был помещен в другую семью и вполне жив сейчас, но тут… Пожизненное заключение в Азкабан без намека на суд?! Подключившиеся к делу гоблины только усилили эффект.       В это время Гарри больше всего переживал за реакцию Сириуса. Та могла быть совершенно непредсказуемой и абсолютно неадекватной. Особенно если его подозрения относительно вмешательства директора в мыслительный процесс Блэка обоснованы. К счастью, тот не спешил объявить о своем местоположении, хотя его письмо в «Пророк» с заявлением о том, что Педдигрю еще жив, но сдохнет, как только он его найдет, и не было такой уж разумной выходкой.       Из плюсов происходящего Гарри мог выделить разве что тот факт, что Фадж был вынужден под давлением толпы отозвать приказ о немедленной казни Сириуса в момент потенциального обнаружения. Теперь Блэка предполагалось захватить живьем и судить. Причем в этом случае суд должен был стать публичным, а не закрытым.       Также Гарри примерно через две недели после выхода статьи получил письмо от Риты. В нем журналистка даже поблагодарила его за их беседу, которая подтолкнула ее взглянуть на те давние суды вновь в поисках информации о Блэке. Тот, как она полагает, и был причиной его личного интереса к тем расследованиям.       В связи с этим Скиттер в знак их плодотворного диалога рекомендовала ему при необходимости в вопросах обеспечения правосудия обращаться к действующим главам отделов, связанных с поддержанием законности – Амелии Боунс и Руфусу Скримджеру. По ее словам, эти люди не были так же слепы, как Фадж и не погрязли в «общем благе», как Дамблдор.       Гарри пока не спешил следовать совету журналистки, но принял его к сведению. По крайней мере теперь он знал, кто в Британии занимается вопросами правопорядка. Возможно, он свяжется с ними, когда разгребет необходимость участия во втором туре Турнира.

***

      Погода сегодня выдалась по-февральски холодной, но по крайней мере не ветренной. Спустившись в Большой зал на завтрак, Гарри сел рядом с Гермионой. Та была немного бледна и заметно нервничала.       - Ты взял их? – спросила она – А средство связи?       Поттер чуть улыбнулся, пытаясь успокоить подругу. Он был рад уже тому, что та была рядом, а значит не стала заложником. Должно быть, песня русалок просто была призвана отчасти запутать их.       - Все хорошо, Гермиона. Я все еще раз перепроверил с утра, – ответил он. – Должно получиться.       Девушка кивнула и мужественно попыталась что-то съесть. Однако было видно, что и ей, как и самому Гарри, кусок в горло не лез. Все же нервы у них обоих уже были на пределе. Турнир был слишком опасен, чтобы не переживать из-за него.       К счастью, уже через несколько минут Бэгмен позвал всех Чемпионов. Пора было идти на площадку. Та и правда расположилась возле Черного озера, на едва заметных волнах которого покачивался корабль из Дурмстранга.       - Итак, Чемпионы. Надеюсь, вам всем удалось разгадать загадку золотого яйца, а потому вы все знаете, в чем состоит ваша задача. Но я еще раз поясню это для зрителей, – заговорил Бэгмен. – У каждого из вас мы «похитили» нечто ценное и поместили это на дно этого озера. Ваша задача найти и вернуть свою пропажу как можно быстрее. Итак, по моему сигналу, вы можете начинать погружение. А пока давайте я вам покажу ваши стартовые точки на берегу.       Гарри кивнул и занял указанную ему позицию. Было холодно и при мысли о том, чтобы погрузиться в ледяную воду, отнюдь не становилось теплее. В его кармане была порция жаброслей, о которых ему рассказал Невилл, вычитав о них в одной из своих любимых книг. Порция была двойной и рассчитанной на двухчасовое максимальное погружение.       Данный факт Гарри выяснял опытным путем, используя ресурсы комнаты-перевертыша, которая обеспечила его бассейном достаточной глубины. Так что он также был хорошо знаком на практике с теми ощущениями, которые вызывала трансформация при помощи этих редких в Британии водорослей.       Это не был единственный способ обеспечить себя необходимым кислородом (спасибо библиотеке комнаты-перевертыша), но Гарри не рискнул положиться на что-то еще. Любые зелья и чары требовали длительной практики своего применения, и малейшая ошибка могла привести либо к отравлению, либо к отмене их действия в самый неподходящий момент. Жабросли же давали стабильный результат, который не зависел от его личного магического мастерства или объема резерва.       Вместо попыток освоить альтернативные способы обеспечения себя кислородом Гарри уделил львиную долю времени, оставшегося на подготовку, чтобы протестировать различные чары под водой и выбрать наиболее эффективные из них. Все же данная среда оказала значительное влияние на результаты многих атакующих заклинаний. Он также выучил новое для себя заклинание эхолота, при помощи которого можно было ориентироваться в озере и быстрее найти русалок.       Отдельным пунктом подготовки, которым Гарри в тайне гордился, была мысль о том, чтобы обеспечить связь с кем-то на суше, чтобы этот человек сообщил ему об успехах его соперников. Гермиона, с которой он поделился идеей, всячески ее одобрила и занялась поисками способов ее реализации, пока он практиковался колдовать под водой. Результатом ее изысканий стал брелок у него на шее, который должен был нагреться при получении сообщения.       Наконец стадион наполнился людьми и Бэгмен, сообщив зрителям о предстоящем Чемпионам задании, дал команду к началу состязания. Гарри на мгновение задержал дыхание, собираясь с духом, и начал раздеваться. Мороз жег кожу, заставляя его дрожать, но он надеялся, что под водой ему станет легче переносить холод.       Заходить в озеро было неприятно. И не только из-за низкой температуры. Его дно оказалось одновременно каменистым и илистым, что доставляло немалый дискомфорт.       Гарри заставил себя зайти в воду по пояс, прежде чем вытащить жабросли. До этого их применение могло закончиться для него плохо, поскольку он физически не смог бы погрузиться – слишком мелко. Водоросли привычно напоминали резину, но он заставил себя их проглотить. Теперь осталось подождать секунд тридцать и можно нырять.       Трансформация, как и всегда, оказалась отчасти болезненной, но, оказавшись под водой, Гарри смог вздохнуть с облегчением. Даже низкую температуру стало переносить легче. Его тело, как и раньше, немного видоизменилось, подстраиваясь под окружающую его среду, и он поплыл на глубину, стремясь отдалиться от берега. Остальных участников было незаметно поблизости.       План Гарри был прост, как два кната. Использовать эхолот с периодичностью раз в пару-тройку минут и с его помощью найти то, что напоминало бы дома или пещеры. В общем то, что могли бы использовать в качестве жилья разумные обитатели Черного озера. Также по его предположению, его цель должна была находиться на дне и, вероятно, где-то ближе к центру водоема.       Ожидания оправдали себя почти во всем. Гарри удалось найти русалочью деревню и обнаружить «покражи» на ее центральной площади. И вот тут ситуация начала меняться, отклоняясь от того, к чему он был готов. Заложниками все же оказались люди. Четыре девушки, одна из которых и вовсе была еще совсем маленькой, были привязаны к основанию статуи.       Гарри подплыл ближе и всмотрелся в почти скрытые волосами лица. Он узнал троих. Первой была спутница Крама, с которой тот пришел на бал, второй аналогичная партнерша Седрика. А третьей, внезапно, Джинни. И, по-видимому, именно ее организаторы с какого-то перепугу сочли тем, кто ему дорог. Не Гермиону, которой он действительно дорожил, а сестру Рона, с которой он едва ли хоть раз нормально говорил.       От вида же четвертой заложницы внутри Гарри все бунтовало и холодело. Ей было всего лет девять на вид, и она не была ученицей ни одной из трех школ-участниц! Ее специально привезли в Хогвартс, чтобы использовать в Турнире! Как реквизит…       В этот момент брелок на его шее нагрелся и Гарри вытащил его из-под майки, чтобы рассмотреть сообщение Гермионы. Что-то явно случилось и это не финиш кого-то из его соперников, ведь все четыре заложника были прямо тут, перед ним. Он первым добрался до поселения русалок.       В мутной воде было сложно что-то разглядеть и Гарри пришлось подплыть ближе к одному из местных фонарей, внутри которых росли люминесцентные водоросли, ведь заклинание Люмос было почти бесполезно в таких условиях. К счастью, этого хватило, чтобы разобрать сообщение – Флер выбыла, она не приплывет.       В груди Гарри образовался тугой комок, когда он читал новость, присланную ему Гермионой. Французская чемпионка сошла с дистанции. Она не закончит этот тур, а значит… Его взгляд вернулся к заложницам. Он не мог оставить здесь маленького ребенка, зная, что его спасительница не сможет до него добраться.       План был безумным и, вероятно, не до конца правильным, но Гарри не мог поступить иначе. В конце концов, наверное, не спроста он все же оказался на гриффиндоре, а не на слизерине. Он собирался попробовать вытащить со дна двух заложников вопреки условиям задания. И он знал, если русалки его все же заставят выбирать, он оставит Джинни тут.       Режущее заклинание за мгновение освободило младшую девочку и ее бесчувственное тело скользнуло по едва заметному течению. Гарри подхватил ее и еще одним взмахом палочки отрезал кусок удерживавшей ее веревки из водорослей. Если он собирался забирать двоих, ему все равно нужна была одна свободная рука, чтобы суметь держать палочку и при необходимости достать еще немного запасных жаброслей, если действие часовой дозы закончится.       Связать руки незнакомой девочки было несложно, и Поттер просунул голову в образовавшееся кольцо так, чтобы заложница как бы обнимала его за шею. Та была довольно легкой в силу возраста и своего миниатюрного телосложения. Он предположил, что неизвестная была родственницей Флер, но не был в этом до конца уверен.       Проверив крепость узлов, Гарри нацелил палочку на веревку Джинни, что вызвало явное недовольство русалок, но помешать ему никто из них не посмел. Должно быть, те не решились идти против мага или были связаны контрактом о ненападении на Чемпионов и их заложников. Так или иначе он не стал останавливаться и освободил сестру Рона. Пусть их отношения и испортились после бала, он не желал зла ему и его семье.       Обратный заплыв оказался не в пример тяжелее пути вниз. При этом Гарри разумно решил не пытаться плыть к берегу, а просто для начала всплыть на поверхность. Нужно было экономить время и силы. По этой причине он направился прямо наверх перпендикулярно дну по наикратчайшей траектории.       Тело Джинни оттягивало его левую руку, а заложница Флер невольно сдавливала горло, затрудняя дыхание, но Гарри упорно плыл вперед, мысленно благодаря Гриффиндора и в целом путешествие во времени за то, что он больше занимался физическими нагрузками в последние месяцы.       Наконец наверху постепенно начало становиться светлее, а вода начала ощущаться мокрее. Гарри знал, что это значит. Действие жаброслей заканчивалось. На всякий случай он вытащил из кармана небольшой кусочек, оставив его в руке, чтобы, если что, суметь быстро сунуть в рот, и прибавил ходу. Нужно было заканчивать это погружение.       Ледяной воздух обжег его лицо, когда он все же смог достичь поверхности уже на задержанном дыхании, и Гарри хватанул его ртом, борясь с дурнотой от кислородного голодания. В следующее мгновение он едва не утоп – девочка на его спине пришла в себя и запаниковала.       Он с трудом отплевывался от воды, краем глаза заметив, что Джинни тоже очнулась, и отпустив ее, когда с берега послышались чьи-то крики. Гарри не разобрал ничего, кроме интонации, в которой сквозила паника и тревога, но юная заложница перестала вырываться и пытаться его утопить, за что он был благодарен.       Уже подплывая к берегу, он понял, что это кричала Флер. Французская Чемпионка с завидным успехом вырвалась из цепких рук мадам Помфри и бросилась к берегу, а после и в воду, не обращая внимания на февральские температуры. Похоже, что в ее случае организаторы действительно похитили нечто очень дорогое ей.       Когда та оказалась рядом, Гарри заметил слезящиеся глаза и глубокие царапины на ее нечеловечески красивом лице. Девушка помогла ему поддержать девочку, параллельно успокаивая ее, разговаривая с ней по-французски. Плывущая рядом Джинни была явно недовольна тем, что на нее никто не обращал внимания и не спешил ухаживать за ней.       Достигнув берега Гарри сперва попал в цепкие руки школьной целительницы, которая тут же утащила его в медицинскую палатку с утепляющими чарами, закутала его в полотенце и влила внутрь него целую батарею зелий, от которых у него из ушей повалил дым, а после и в крепкие объятья француженки, которая сбивчиво, но искренне благодарила его за то, что он вытащил ее сестренку.       - Я узнал о том, что ты сошла с дистанции, когда был в поселении русалок, – пояснил он ей, когда снова смог дышать. – Я не мог оставить ее там, зная, что ты не приплывешь за ней, даже если ей ничего не угрожало. Остальные все же, наверняка, знали, на что подписались, а ее просто использовали как реквизит. Мне это не понравилось.       Флер кивнула, все еще продолжая его благодарить, когда рядом появилась Гермиона.       - Гарри, ты в порядке? – спросила она.       Он кивнул.       - Вроде. Только левую руку не чувствую, – он чуть улыбнулся. – Все же Черное озеро оказалось действительно глубоким. Я устал.       Девушка в понимании кивнула и Гарри откинулся на спинку находящейся в палатке кровати. Наконец-то и этот тур остался позади. Остался еще один и все это закончится.