Эпилог 1 части

      Изабелла больно ударилась головой обо что-то. До слуха доносились чьи-то рычания и крики. Даже не нужно открывать глаза, чтобы понять, что вампиры пытались оттащить от неё сходящего с ума от жажды Джаспера.       Она видела полные боли глаза Эсми. Полные раскаяния — Джаспера. Вины — Элис. Эдвард смотрел на неё с отчаянием. Он отвёл её к машине и отвёз к дому Свонов. Всю дорогу они молчали.       — Как всё прошло? — спросил Чарли. — Ты что-то рано.       — Нормально, — отмахнулась девушка. — Просто устала.       Изабелла быстро поднялась в свою комнату и закрыла дверь. Она сама не понимала, почему на глаза наворачиваются слёзы, а руки дрожат. Подарки были небрежно брошены на кресло, а она, даже не раздеваясь, взобралась на кровать и, свернувшись калачиком, попыталась уснуть. Внутри пустота.       Каллен не приходил ночью. Да она и не особо ждала. Кадры из фильма возникали перед глазами, и она осознавала, что скоро между ними состоится серьёзный разговор и прощание.       Чарли перед работой заглянул в комнату, и девушка сделала вид, что плохо себя чувствует. Она не хотела ни с кем говорить. Сил хватало лишь на то, чтобы принять душ и переодеться.       Час, два, пять… Звонок. Рука коснулась ручки, дверь открылась, и девушка увидела на пороге Эдварда Каллена. Вампир стоял ровно. Его взгляд был лишён каких-то эмоций, а кулаки сжаты.       — Нам нужно поговорить, — прозвучал хриплый голос.       Свон только кивнула. Дрогнувшими пальцами она взяла кофту и вслед за вампиром пошла в лес. Оба молчали. Шаг, ещё шаг и ещё. Они не сильно отдалились от дома шефа полиции, но здесь их не было видно, и им не помешают.       Эдвард остановился. Он стоял к ней спиной. Девушка тоже остановилась. Повисло молчание.       — Мы уезжаем, — наконец произнёс вампир.       Внутри у Изабеллы словно лопнула натянутая пружина. Ей хотелось смеяться, но она сдерживалась.       — Хорошо, — так же тихо ответила.       Вампир резко обернулся и взглянул на неё своими чёрными глазами. В их глубинах поселилась вся боль Вселенной.       — Уезжай, — уже решительнее повторила она. Голос плохо слушался.       — Наш мир тебе не подходит. Ты не для него, — на своей волне продолжал говорить Каллен, словно не слыша её слов. Он вообще никак не реагировал. Будто в каком-то трансе.       — Я всегда буду любить тебя… Но я устал притворятся человеком. Я не человек… Тебе опасно рядом с нами… Рядом со мной… Ты заслуживаешь нормальную жизнь.       Вампир всё говорил и говорил, а нутро девушки покрывалось льдом. Сердце, которое начало немного оттаивать, окончательно заледенело. Даже карие глаза покрылись коркой льда. Эмоции погасли, осталась лишь пустота.       Свон смотрела на вампира и не видела его. Тот не заслуживал прощения и понимания. Он не заслуживал её эмоций.       — Уходи и никогда не возвращайся. Что бы Элис ни увидела и что бы ты не осознал — не возвращайся. Уходи из моей жизни, Эдвард Каллен.       И вопреки своим словам, девушка первая развернулась и пошла к своему дому. Она чувствовала себя опустошённой, однако на смену тревоге последних дней пришло облегчение. Словно невидимая ноша свалилась с её плеч. Изабелла не оборачивалась, но почему-то знала, что Каллен стоял всё на том же месте и никуда не ушёл. Она чувствовала на спине его взгляд.       Слёз не было. Не было жалости к себе. И не было попыток вернуть, всё исправить. Догнать и признаться во всей правде. Предложить ещё один шанс этим отношениям.       Безразличие. Именно такое безразличие, когда Толик сказал о разводе и выставил за дверь.       Руки коснулись крана. Девушка брызнула водой в лицо. Словно та могла смыть всё, что она сейчас испытала. Вымыть из её памяти Эдварда Каллена.       Она слышала, как подъехала машина. Чарли вернулся с работы. Слышала щелчок открывающейся двери и шаги. Мужчина поднялся в её комнату.       — Изабелла, — тихий голос. Девушка делала вид, что спит.       — Чёртов Каллен. Нужно было гнать его отсюда, — шёпот. Мужчина ещё пару минут молча стоял, а потом ушёл. Девушка слышала его тихие шаги.       Она плохо спала. Её мучили кошмары. Снилась балетная студия. Джеймс. А потом стая огромных волков, которые её окружили и хотели на неё напасть.       Глаза красные. Под ними залегли чёрные круги от недосыпа. Лицо было бледнее, чем обычно. Волосы торчали в разные стороны. Но вот губы, губы, искусанные до крови, расплывались в улыбке. Не искусственной, а настоящей.       — Пошёл ты на хрен, Каллен, — звучит голос.