Глава 2

Узкая полоска света пробилась сквозь неплотно задёрнутые шторы и легла прямо на глаза, заставляя Одри поморщиться и чуть отвернуть голову в сторону. Она замерла на секунду, прислушиваясь к тишине квартиры, затем медленно выдохнула и потянулась, чувствуя, как тело лениво отзывается после сна. Одри села на кровати, нащупала ногами тапочки и, не спеша, поднялась. Одри прошла в ванную, включила воду и на мгновение задержалась перед зеркалом, глядя на своё отражение. Потом отвернулась и шагнула под душ. Тёплая вода стекала по плечам и спине, смывая остатки сна. Хотелось постоять подольше в уютном уголке, но Одри заставила себя выключить кран и прервать удовольствие. Надев длинную домашнюю футболку, девушка отжала волосы, не заботясь о том, чтобы замотать их в полотенце. Маленькие капельки оставляли следы на белом кафеле, следуя за Одри по пятам. Пройдя на кухню, она сразу открыла холодильник, и задержала взгляд на полках, быстро оценивая содержимое. Выбрав необходимое, Одри поставила все на стол. Она включила плиту, достала сковороду, и привычными движениями замесила тесто. Лопатка тихо постукивала о край миски, пока она размешивала массу, не отвлекаясь ни на что лишнее. Первые панкейки легли на сковороду, и воздух наполнился лёгким сладковатым запахом. Одри перевернула один, затем второй, чуть наклонив голову, оценивая степень прожарки. В этот момент раздался звонок в дверь. Она замерла, держа лопатку в руке. Взгляд сам собой метнулся в сторону коридора. Звонок прозвучал снова, чуть настойчивее. Одри медленно положила лопатку на стол, вытерла руки о полотенце и пошла к двери. Остановившись перед ней, девушка на секунду задержалась и наклонилась к глазку. По ту сторону, переминаясь с ноги на ногу, стоял молодой парень. Одри хмыкнула – посетителей она уж точно не ждала. И все же девушка повернула замок и приоткрыла дверь. – Доброе утро, – коротко бросил парень и сразу протянул вперёд букет. Одри забрала тяжёлый букет красных роз. Плотные, свежие бутоны были слегка укрыты росой, и источали приятный аромат. Курьер протянул планшет. Одри быстро расписалась, вернула его и, не задавая лишних вопросов, закрыла дверь. Переведя взгляд на букет, она обнаружила маленькую, белую карточку. Девушка аккуратно вытянула её двумя пальцами, перевернула и пробежалась глазами по строчке.

«Моей прекрасной ведьмочке»

Уголок губ сразу же дёрнулся вверх. Телефон зазвонил едва она успела дочитать, будто только этого и ждал. Одри вернулась на кухню, перевела взгляд на экран, и на лице появилась лучезарная улыбка. Давид. Одри положила цветы на тумбу, провела пальцами по влажным волосам и приняла вызов. – Ну почему ты такой милый? –спросила она вместо приветствия, переводя взгляд на розы. – Значит, цветы уже получила? – в голосе Давида сразу послышалась усмешка. – Получила, – Одри взяла букет обратно в руки и наклонила лицо к розам. – Ты знаешь, как поднять настроение с утра пораньше. – Беда тому мужчине, который не знает, как порадовать свою женщину, – довольно протянул Давид. – Включи видео. Хочу полюбоваться на самую прекрасную розу в мире. Одри тихо рассмеялась, и переключила звонок. Экран тут же ожил. Давид сидел в кресле, откинувшись чуть назад, и смотрел прямо в камеру с той самой улыбкой, в которой всегда сводила Одри с ума. Она поставила телефон так, чтобы камера захватывала нужную область квартиры. Одри перехватила букет поудобнее и принялась наигранно позировать. Давид показушно схватился за сердце и прищурился. – Господи, – выдохнул он. – И все-таки мне досталась самая красивая женщина в мире. Одри невольно улыбнулась шире. Она положила букет и вернулась к камере. – А мне достался самый прекрасный мужчина в мире. – Что ж, отрицать не буду, – довольно кивнул Давид. Одри уже хотела ответить что-то ещё, когда в кадре позади мужчины мелькнула Фелония. Девушка прошла мимо, потом резко затормозила, обернулась и, заметив экран, сразу изменилась в лице. Любопытство победило, и Фелония приблизилась. – Ого, Давид, тебя ещё не бросили? – она без всякого стеснения заглянула в экран. – Кстати, Одри, красивый букет. Одри не сдержала улыбки. Давид, даже не оборачиваясь, поднял руку и молча показал Фелонии средний палец. – Какой ты нежный, – с явным удовольствием заметила та и, фыркнув, пошла дальше. Давид проводил её тяжёлым взглядом и только потом снова посмотрел в камеру. – Совсем не скучал по этому дурдому. – Врёшь. – Возможно. Но только если самую малость. Странный запах заставил Одри оторваться от диалога с возлюбленным. Она слегка поморщила нос, пытаясь распознать источник запаха, а потом резко перевела взгляд на плиту. На сковороде догорали угольки, некогда бывшие панкейками. – Черт! – вскрикнула она и метнулась к плите. – Что там у тебя? – тут же оживился Давид. – Ты! – бросила Одри, хватая лопатку. – Это все из-за тебя. С другого конца послышался заливистый смех. Настолько довольный, что ей даже не пришлось видеть его лицо, чтобы представить это выражение. – Судя по всему, готовку в нашей семье я возьми на себя. – Все, пока! Она сбросила вызов под его смех, который ещё секунду звенел в динамике, и уставилась на безнадёжно испорченный завтрак. Потом перевела взгляд на стоящие в вазе розы и, несмотря ни на что, тихо усмехнулась.

***

Одри толкнула стеклянную дверь и вошла в здание университета, сразу оказавшись в привычном потоке голосов, шагов и шороха страниц. Несколько студентов, заметив её, кивнули. Кто-то тихо поздоровался. Она отвечала короткими кивками и лёгкой улыбкой, не сбиваясь с шага. Пройдя по лестнице, завернув за угол, Одри достигла кабинета. Она открыла дверь, вошла и, не задерживаясь, включила компьютер. Экран медленно загорелся, пока Одри снимала сумку с плеча и надевала медицинский халат. Быстро клацнув кнопку чайника, Одри выудила из сумки материалы сегодняшней лекции и пробежалась по ним глазами. Она перелистнула пару страниц, закрыла папку с материалами, и, не оборачиваясь, потянулась за чашкой, когда чайник тихо щёлкнул, сообщая, что готов. К аудитории Одри подошла ровно к началу. Несколько десятков пар глаз тут же обратились к ней. Молодые, внимательные, живые. Одри на мгновение задержалась у входа, оглядывая аудиторию, и уголок губ снова дёрнулся вверх. Когда-то она сама сидела так же. Рядом с Рут. Склонялась ближе, чтобы что-то прошептать, сдерживая смешок, пока впереди, у кафедры, молодой аспирант с лёгкой небрежностью в движениях объяснял сложные вещи. Малек Синнер уже тогда собирал вокруг себя толпы поклонниц. И Рут была одной из них. Она не упускала шанса прокомментировать внешность горячего лектора. – Ты вообще его слушаешь? – едва слышно спросила тогда Рут, наклоняясь к ней. – Пытаюсь, – так же тихо ответила Одри, не отрывая взгляда от конспекта. – Я не могу. Он слишком красивый, – совершенно серьёзно заявила подруга. Одри сжала губы, чтобы не рассмеяться. – Мисс Одри, мисс Рут, кажется, вам двоим есть что сказать? – спокойно, но с явной ноткой иронии произнёс тогда Малек. Тогда они обе получили нагоняй. Воспоминание вспыхнуло ярко и так же быстро улеглось, оставляя после себя тихое тепло. Одри чуть глубже вдохнула и прошла к кафедре. – Доброе утро, – спокойно произнесла она. Аудитория ответила ей нестройным хором. Она открыла материалы, пробежалась взглядом по первым строкам и, не задерживаясь, начала.

***

– На следующей лекции будет срез, – сказала Одри, закрывая папку и оглядывая аудиторию. – Так что лучше подготовьтесь. По рядам прокатился недовольный гул. Кто-то тяжело вздохнул, кто-то закатил глаза, несколько человек обменялись быстрыми репликами. Одри сдержанно улыбнулась, наблюдая за этим. Она помнила, как сама содрогалась от слова «срез». Она закрыла ноутбук, убрала папки в сумку и, не торопясь, вышла из аудитории. Дверь мягко закрылась за её спиной, и шум студентов остался внутри. – Навевает воспоминания. Одри повернула голову, услышав знакомый голос. Под дверью стоял Малек. – Особенно эта часть с тестами. Помню, как вы возмущались, – усмехнулся мужчина. Одри чуть прищурилась, поправляя ремень сумки на плече. – Твои тесты было сложно пройти. Так что да, мы не сильно радовались. – Возможно, – Малек слегка склонил голову вбок, изучая девушку. – Но, может, если бы вы меньше болтали на лекциях, а больше слушали, то набирали бы высший балл без особых усилий. Одри фыркнула и легонько ударила его в предплечье. – Я и так набирала достаточно. Малек тихо усмехнулся, принимая удар без попытки отстраниться. – Пойдёмте, мисс Одри, – спокойно сказал он, разворачиваясь в сторону её кабинета. – У нас есть работа. Одри на секунду задержалась, наблюдая за его спиной, затем двинулась следом. Войдя в кабинет, Одри первой прошла к столу, на ходу снимая халат и вешая его на крючок. Малек занял стул напротив, попутно открывая ноутбук. Экран отразился в его глазах холодным светом, пока он быстро пробегался по каким-то заметкам. Одри открыла маленький холодильник, достала две бутылки. – Будешь колу? – Буду, – коротко ответил мужчина. Одри повернулась, протянула ему холодную бутылку, по стеклу которой медленно стекали капли воды, и только после этого села за стол. Пальцы автоматически потянулись к своим материалам. – С чего начнём? – спросила она, уже готовая открыть файл. Малек внимательно посмотрел на Одри, словно профессор на студентку. – С того, что выключим телефоны. Одри закатила глаза и потянулась к своему. – Ты серьёзно? – Ты знаешь правила, Одри, – спокойно произнёс он, не меняя интонации. Девушка фыркнула, но все же перевела телефон в беззвучный режим и отложила его в сторону, экраном вниз. – Доволен? – Более чем, – коротко кивнул Малек. – А теперь расскажи подробнее про твой опыт работы с Творцом. Одри подняла взгляд на коллегу. – Ты получил мой документ? – уточнила она. – Получил. – Тогда ты должен знать, что Творец – эстет с дефицитом аффективной эмпатии, – начала она, опираясь локтями на стол. – У него полное отсутствие эмоционального отклика. Он не чувствует… – Я знаю, кто он, – перебил Малек мягко. – Меня интересует не это. Он чуть наклонился вперёд, не разрывая зрительного контакта. – Меня интересует, каким его увидела ты. Одри замолчала. Пальцы слегка сжались на краю стола. Она на секунду отвела взгляд в сторону, будто пытаясь найти точку, за которую можно зацепиться. – Каким я его увидела… – тихо повторила она, словно пробуя слова на вкус. Пауза затянулась. Но Малек и не торопил. – Честно? – наконец произнесла она, возвращая взгляд к мужчине. – Я не знаю, что сказать. Я вела с ним беседы, допрашивала его. Но все это… – она на секунду запнулась, подбирая формулировку, – все это меркнет на фоне того, что он пытался со мной сделать. Малек чуть наклонил голову. – Что ты чувствовала? Одри не ответила сразу. Она сжала губы, взгляд на секунду потускнел. – Страх, – тихо сказала она. – Я сколько угодно могу разложить его по полочкам как психиатр. Могу объяснить его поведение, мотивацию, структуру личности. Но как человек… Как человек я его не понимаю. И, наверное, не хочу. Пальцы невольно постучали по столу, потом замерли. – В тот момент, когда ты в шаге от смерти, – сказала Одри тише, – все знания отходят на второй план. Остаётся только одно – желание выжить. В кабинете повисла тишина. Малек наблюдал за ней внимательно. Следующие его слова заставили Одри содрогнуться. – Ты получила моральное удовольствие от его смерти? Одри чуть сильнее сжала губы. На долю секунды в её взгляде мелькнуло напряжение, но она не отвела глаз. – Да, – твёрдо ответила она. – Это делает меня чудовищем? Малек едва заметно улыбнулся. – Чудовище – это тот, кто отнимает жизни у невинных. – А если у виновных? Его улыбка стала чуть шире. – Тогда это называется справедливость. Одри тихо хмыкнула, вспоминая похожий разговор. – Кажется, тебе не помешало бы кое с кем познакомиться.

***

Одри почувствовала, как начинает затекать шея, и медленно провела рукой по плечу, разминая мышцы. Часы на стене показали, что прошло уже почти три часа. Малек закрыл файл, откинулся на спинку стула и на секунду прикрыл глаза. – Такими темпами, – произнёс он, открывая глаза. – мы закончим к концу недели. – Если нам позволят это провести, – спокойно отозвалась Одри, перекладывая бумаги в аккуратную стопку. – Нам ещё предстоит убедить деканат, что эта лекция вообще им нужна. Малек чуть наклонил голову, затем лениво откинулся назад, закинув одну руку на спинку стула. – Это уже моя забота. Одри подняла на него взгляд и чуть наклонилась вперёд, опираясь локтями на стол. В её выражении появилась лёгкая, почти игривая хитринка. – Рассчитываю на вас, профессор Синнер. Малек смотрел на девушку несколько секунд, не моргая. В его взгляде мелькнуло что-то более острое – заинтересованность, которая не имела отношения к работе. – Не подведу, – тихо сказал он. Одри выдержала его взгляд, затем первой отвела глаза и потянулась к своим вещам, знаменуя конец разговора.

***

Дверь квартиры тихо закрылась за её спиной. Одри, не включая свет, прошла сразу внутрь. Попутно сбрасывая обувь, девушка направилась в ванную. Пальцы сами потянулись к крану, вода зашумела, наполняя пространство ровным, убаюкивающим звуком. Она открыла флакон, вылила немного пены под струю и, не дожидаясь, пока ванна полностью наполнится, вышла. Одежда легла на стул как попало. Одри провела ладонями по плечам, словно стряхивая остатки дня, и вернулась обратно в ванную. Вода уже поднялась достаточно. Она перекрыла кран, опустилась в ванну и закрыла глаза. Тепло сразу обволокло тело. Мышцы начали медленно отпускать. Она чуть сползла ниже, позволяя воде коснуться подбородка, и на секунду задержала дыхание. Мысли сами вернулись к сегодняшнему разговору. Невольно Одри вспомнила Творца. А потом страх, который тот внушал. Полгода. Прошло уже полгода, а воспоминания оставались слишком чёткими. Словно это было вчера. Временами Одри просыпалась от кошмаров. Они были и раньше, но теперь в них появился новый герой – Итан Чейз, Творец. И как на зло, от этих кошмаров не было лекарства. Одри открыла глаза, глядя в потолок. Вода уже не казалась такой тёплой. Она медленно выпрямилась, провела ладонью по лицу и выбралась из ванны. Полотенце легло на плечи, впитывая остатки влаги. Она быстро вытерлась, натянула пижаму, задержав на секунду пальцы на мягкой ткани. Шёлк приятно скользнул по коже. Она вышла в зал и её встретил насыщенный, густой запах роз. Одри остановилась на секунду, глядя на букет, стоящий на столе. Алые лепестки выглядели слишком идеально. Они напоминали о нём. Давид. Она нахмурилась, гадая, почему не получила от своего любвеобильного парня ни единого сообщения с утра. Понадобилось всего пару секунд, чтобы догадаться, в чём причина. – Ну ты и идиотка, Одри. Хлопнув себя ладонью по лбу, девушка направилась к сумке и выудила оттуда мобильный телефон.  Экран загорелся и глаза Одри едва не выкатились из орбит. Количество пропущенных звонков на минуту отняло у неё дар речи.  Пальцы замерли на долю секунды, пока она считывала имена. Давид. Снова Давид. Ещё раз. Почти пятьдесят вызовов. Ниже – Микаэль. Рафаил. Одри нахмурилась сильнее и сразу нажала на контакт. Раздался гудок. Ещё один. А за ним шорох и неожиданно резкий ответ. – Где ты чёрт возьми есть? – Одри подскочила от крика Давида. Она чуть отстранила телефон от уха. – Я не слышала, – спокойно, но с оттенком раздражения ответила она. – Телефон был на беззвуке. Она нахмурилась сильнее. – Ты чего орёшь? – Дверь закрыта? – перебил он. Одри на секунду зависла, затем – перевела взгляд на входную дверь. – Да, – ответила она. – Давид, что происходит? Почему ты так себя… – Азраэль сбежал из тюрьмы. Слова больно ударили под дых, выбив весь кислород из лёгких Одри. – Когда? – спросила она. – Вчера, – коротко сказал Давид. – Я сам только узнал. В ушах зазвенело. Одри оперлась ладонью о край стола, чувствуя, как под пальцами скользит гладкая поверхность. Она открыла рот, собираясь что-то спросить. И в этот момент услышала звук. Тихий. Едва уловимый. Щелчок. Одри замерла. Голова медленно повернулась в сторону входной двери. Взгляд зацепился за ручку. Она стояла неподвижно. Секунду. Две. Тишина. – Одри? – голос Давида в трубке стал резче. – Что у тебя там? Она не ответила – просто смотрела. В следующую секунду ручка едва заметно дёрнулась. Одри отшатнулась назад, будто её ошпарили. Сердце ударило в грудную клетку так резко, что на секунду перехватило дыхание. – Кто-то… – она сглотнула. – Кто-то дёргает ручку. – Черт, – выдохнул Давид. – Не подходи. Слышишь? Не подходи. Я сейчас… Ручку дёрнули снова. На этот раз сильнее. Дверь тихо заскрипела в замке, будто кто-то с той стороны испытывал её на прочность. Одри сделала ещё шаг назад, упираясь спиной в стену. Пальцы сжали телефон до боли. – Я вызываю полицию, – быстро сказал Давид. – Никуда не иди. Дверь дёрнулась от удара. Ещё раз. Дерево глухо отозвалось, разнося по квартире тяжёлый звук. Одри зажмурилась на секунду, слыша, как в трубке Давид что-то кричит, но его слова проходили мимо неё. Дверь ходила ходуном, и казалось, вот-вот сорвётся с петель. А потом всё прекратилось. Одри медленно открыла глаза. И увидела, как под дверью что-то появляется – тонкий край бумаги. Он медленно скользнул внутрь и остановился. Девушка не двигалась несколько секунд. Потом, почти не дыша, оттолкнулась от стены и сделала шаг вперёд. Ещё один. Каждый звук собственного движения казался слишком громким. Она опустилась на корточки. Рука дрожала, когда она потянулась к листу. Пальцы коснулись бумаги. Одри подняла её, и медленно развернула. Взгляд скользнул по строке.

«Помнишь?»

Одри замерла. Дрожащими пальцами она коснулась засушенного цветка фиалки, который был прикреплён к бумаге на скотч. И в следующую секунду забыла, как дышать.