Часть 6 (18+)

Тобирама Сенджу стоял у огромного окна, скрестив руки на груди, смотря вдаль. Его серебристые волосы, немного тронутые временем, сверкали под солнечными лучами, но в глазах пылала ненависть. Он никогда не скрывал своих чувств к Учихам, их кровь словно была отравой для него. Но что его терзало больше всего — неизвестность. Жива ли Юми? Тобирама давно утратил всякую надежду на то, что когда-нибудь узнает её судьбу, но воспоминания о ней не давали ему покоя. Юми Сенджу так и не вернулась с миссии. Неделя сменяла неделю, а вестей о ней не было. Каждый день Тобирама всматривался вдаль, ожидая увидеть её стройную фигуру на горизонте. Он пытался подавить растущую тревогу, убеждая себя, что Юми просто задержалась, что миссия усложнилась, но вскоре станет известна причина её отсутствия. Он искал её, проверял все возможные маршруты, опрашивал каждую деревню, но ответа не находил. Все говорили одно и то же: Юми Сенджу исчезла. И когда он, наконец, узнал, где она, эта правда была хуже всего, что он мог себе представить. Плен у Учих — врагов, которых он ненавидел всем своим сердцем и которые, по его мнению, были причиной всех бед его клана. Когда один из его разведчиков произнес эти роковые слова, мир вокруг Тобирамы начал рушиться. Земля ушла у него из-под ног, словно он провалился в бездну, из которой нет выхода. Он не слышал ничего — ни дальнейших слов разведчика, ни шумов деревни, ни голосов людей вокруг. Лишь одно слово отравляло его сознание: "плен". Она в руках Учих. Не понимая, что происходит, Тобирама просто вышел во двор. Ему нужно было глотнуть свежего воздуха, хотя бы попытаться осмыслить этот ужас. Но едва выйдя на улицу, всё сжалось внутри. Его грудь наполнилась такой болью, такой яростью и отчаянием, что он не мог это сдерживать. Внезапно он закричал — диким, пронзительным криком, словно раненный зверь, у которого нет сил бороться за жизнь. Этот крик разрывал воздух, сотрясал всё вокруг. Он кричал, пока не начал задыхаться, пока голос не стал дрожащим шёпотом, а в горле не образовалась рваная боль. Но это не помогало. Он кричал, пока не понял, что больше не способен издавать ни звука. Мышцы его тела тряслись от напряжения, а перед глазами всё плыло. Спустя полчаса, когда его голос окончательно пропал, Тобирама, истощённый физически и морально, начал понемногу приходить в себя. Лишь тогда, без слов, он направился домой, будто инстинктивно находя дорогу. Час, что он шёл, казался вечностью. Он впервые в жизни почувствовал полное безразличие ко всему вокруг. Люди проходили мимо него, говорили что-то, но он не замечал их. Всё казалось серым, мертвым, как будто мир потерял всякий смысл. Если девушка, ради которой он готов был отдать свою жизнь, больше не рядом, зачем тогда жить дальше? Зачем бороться? Эта мысль пульсировала в его сознании, отравляя каждую секунду его существования. *** Величественный дворец его величества Лорда Харуто возвышался на холме, словно неприступная крепость. Драгоценные ткани, висящие на стенах, украшенные золотом и серебром колонны и мраморные полы, отражавшие свет факелов, придавали залу атмосферу возвышенности и власти. Лорд Харуто, облачённый в тёмно-синее кимоно с гербом своего рода, сидел на троне, наблюдая за происходящим. Один из его верных помощников, Тадао, стройный мужчина с чёрными как смоль волосами и хищными чертами лица, выступил вперёд, держа в руках свиток. Его голос, ровный и громкий, разнёсся по залу, привлекая внимание всех присутствующих. — Боги направили меня, чтобы я читал от его имени, — начал он. — Преступник, Хиромаса из рода Такэда, привел разрушение, повернул меч против Лорда, это тяжкое преступление. Он приговорен к смертной казни через расчленение на протяжении десяти дней. Весь его род будет уничтожен, как того требуют законы нашего государства. Телесное наказание будет продолжаться десять дней. Зал моментально наполнился одобрительными возгласами. "Да, ваше величество!" — раздалось со всех сторон. Толпа, словно единый организм, подчинялась каждому слову Лорда Харуто. Лорд бросил взгляд на Тадао и жестом подал знак, чтобы тот подошёл ближе. — Закончил ли ты всё, о чём тебя просили? — спросил Харуто, его голос был спокоен, но в нём слышалась сталь. — Да, ваше величество, — ответил Тадао, склоняя голову. — Всё готово. Мы можем начать в любое время. — Объявляй, — холодно приказал Харуто, слегка поднимая подбородок, позволяя своим словам проникнуть в каждый уголок зала. Тадао кивнул и снова вышел вперёд, его глаза скользнули по толпе, которая замерла в ожидании. Старший слуга, сдерживая эмоции, сделал шаг вперёд и развернул большое полотно с изображением девушки. Резкие черты лица, длинные черные волосы, присущие Учихам, строгий взгляд с тенью враждебности. На портрете Хикари была изображена в боевом облачении — её угольные глаза, сверкающие из-под лба, подчеркивали её решительность и силу. — Слушайте внимательно, — начал он, поднимая руку, чтобы все присутствующие могли сосредоточить внимание на его словах. — Эта девушка объявлена в розыск. Хикари из клана Учиха. За её поимку назначена щедрая награда. Каждому, кто предоставит информацию о её местонахождении, будут даны почести и вознаграждения. Толпа зашевелилась, шёпоты и недовольные возгласы пронеслись по залу. Учиха. Это имя вызывало опасение и страх, особенно сейчас, когда клан был объявлен вне закона в этом регионе. *** Хикари и Изуна прогуливались по рынку, наслаждаясь последними солнечными лучами осени. Суматоха торгового района была оживлена, люди суетились, обсуждая последние покупки и планируя завтрашние дела. Хикари обернулась к своему спутнику с улыбкой, в её глазах сверкала лёгкость, и ничто не предвещало беды. Она завела разговор о планах на будущее и проверила список покупок, который они составили заранее. Однако мирный облик рынка вскоре нарушила группа слуг Лорда Харуто. С большим количеством бумаги и красок они расположились на центральной площади, привлекая внимание прохожих. Хикари и Изуна замерли, когда заметили, что слуги расправляют большое полотно с изображением Хикари. Картинка, которую развернули, была её портретом, выполненным в насыщенных деталях. Внизу, под изображением, крупными буквами красовалась надпись: «Разыскивается. Хикари из клана Учиха. Подозревается в измене. Наказание: поимка живой.» Изуна сжался от тревоги, его глаза расширились от шока. Хикари напряглась, её лицо побледнело. Она подошла ближе, пытаясь рассмотреть изображение, в то время как её сердце забилось быстрее от страха. — Это... это не может быть правдой, — пробормотала Хикари, её голос звучал напряжённо. — Почему? Изуна, понимая, что их прикрытие могло быть раскрыто, быстро оценил ситуацию. Он схватил Хикари за руку и потянул её в сторону, стараясь сохранить спокойствие. — Пойдём, нам нужно уйти отсюда как можно быстрее, — сказал он, стараясь не смотреть на испуганные лица прохожих, которые начали шептаться и указывать на них. Они быстро свернули в одну из узких улочек, укрываясь от взгляда окружающих. Хикари нервно оглядывалась, а Изуна потянул её вглубь переулка, где их малозаметное присутствие обеспечивало некоторую безопасность. *** Лорд Харуто стоял у своего прудика, спокойно разбрасывая корм для рыбы. Вода мерно колыхалась, и золотистые рыбки весело плавали, подбирая вкусные кусочки пищи. Величественный сад вокруг был укрыт золотыми отблесками заката, создавая атмосферу умиротворения. К нему подошёл слуга, Тадао, поклонившись в знак уважения. — Приветствую ваше величество, — произнёс он с глубоким почтением. Лорд Харуто не отрывая взгляда от рыб, слегка кивнул, давая понять, что готов выслушать. — Тадао, что там с моим приказом? — осведомился он спокойно, продолжая бросать корм в воду. — Всё было сделано, ваше величество. Портрет Хикари Учихи развешан по всей стране Огня, — доложил слуга. — Ваше величество, с кланом Сенджу будет очень легко поймать одну девушку. Лорд Харуто, удовлетворённый услышанным, позволил себе улыбку. Он продолжал кормить рыбок, наслаждаясь спокойствием и красотой окружающей природы. — Прекрасно, — сказал он с лёгким удовлетворением в голосе. — Это должно ускорить процесс. Поддерживайте и контролируйте выполнение приказа. Пусть все знают, что никакие попытки уклонения от правосудия не останутся безнаказанными. Тадао кивнул, принимая слова лорда к сведению. — Как прикажете, ваше величество. Я займусь этим немедленно. Лорд Харуто ещё раз бросил взгляд на своих рыбок, а затем повернулся к слуге, его выражение лица вновь стало серьёзным. — Хорошо. Сообщите мне о любых новостях сразу же. Тадао поклонился и удалился, оставив лорда в уединении сада, где он вновь сосредоточился на своём занятии. Ветер играл с листьями деревьев, создавая мелодичный шёпот, а рыбы продолжали весело плавать в пруду. *** Хикари Учиха сидела в тихом уголке большого зала клана Учиха. Здесь она была в безопасности. *** Для Юми следующие полгода казались страшным длинным сном. Она уже не различала ни день, ни ночь. Мадара Учиха брал ее бесчисленное количество раз, и бесчисленное же количество раз девушка теряла сознание от боли, ненавидела всем своим существом эту комнату, эту кровать и этого мужчину. Не обращая никакого внимания на предыдущие увечья, Учиха с удовольствием добавлял и другие. На теле Юми не осталось ни одного живого места. Из-за постоянного сопротивления руки, ноги, шея, ребра покрылись синяками и кровоподтёками. Один раз девушка умудрилась сломать ребро. И откуда у нее взялось столько рвения и сил сопротивляться? Временами Юми даже находила возможность кусать мужчину, будто в отместку оставляя раны и на его теле. — Продолжай, это лишь больше заводит меня! — ухмыляясь, рычал Учиха в подобные моменты. Конец никогда не менялся. Девушка падала без сознания, оставаясь лежать в собственной крови, слезах и семени Учихи. Мадара Учиха поселил Юми Сенджу в своих покоях, что было крайне необычно для него. Обычно он избегал делить своё личное пространство даже с наложницами, которые, после ночи, немедленно покидали его покои. Но Юми оказалась в особом положении. Разлепив опухшие веки, Юми уставилась в потолок. Раньше она часто вскакивала и пугалась, но в последние недели просто лежала, не реагируя ни на что. Мадара заметил это и начал раздражаться. — У тебя такой взгляд, будто я какой-то изверг, — сказал он, заметив, что Юми продолжает молчать. Юми не ответила. Её состояние становилось всё хуже, и Учиха это почувствовал, когда заметил, что её дыхание почти остановилось. — Лекаря! — закричал он, осознавая, что Юми горит от лихорадки. Лекарь поспешил к ней и, осмотрев, вздохнул с тревогой. У Юми развилось воспаление нескольких органов одновременно и небольшое внутреннее кровотечение. Потребовалась операция, чтобы предотвратить дальнейшее разрушение её организма, который сильно пострадал от множества травм и стресса. Тем временем Изуна, сидя в зале советов, не мог сидеть спокойно. — Хватит ходить туда-сюда, — сказал он, следя за мрачным настроением Мадары. — А что, если она умрёт? Операция шла прямо сейчас, и её исход оставался неясным. Мадара был не в силах найти себе место, хотя изначально считал, что если с Юми что-то случится, то так тому и быть. Но когда реальная угроза её смерти стала очевидной, что-то внутри него начало протестовать против такого исхода. В зале советов Мадара сидел, мёртво уставившись в одну точку на стене. Изуна, заметив это, начал возмущаться. — Ну, умрёт, и что? Нии-сан, у тебя в гареме лучшие женщины клана. Почему ты мучаешься из-за Сенджу? Я тебя не узнаю! Когда ты в последний раз посещал гарем? Пожалей своих женщин! — Изуна был раздражён, не понимая, почему Мадара так расстраивается. Слухи о том, что гарем может быть распущен, начали ползти по клану, но они оказались преувеличенными. Мадара давно перестал интересоваться женщинами своего гарема, устав от их податливости и страха перед ним. Эти женщины были слишком послушными и не вызывали у него никакого интереса. Юми же была исключением. Она не входила ни в одну из привычных категорий. Она не боялась и не была податливой. Напротив, она открыто выражала своё неприязнь к Мадаре, что было для него новинкой. Этот случай стал для него настоящим испытанием, и он обнаружил, что испытывает нечто, чего не испытывал прежде. *** — Неужели я вот так вот и состарюсь здесь, дожидаясь милости Мадара-сама?! — недовольствовала Мика. Когда Мадара ещё навещал их, Мика была одной из самых популярных женщин в гареме. Эта юная девушка была среднего роста с аппетитными формами, румяным лицом и большими голубыми глазами. Сколько же сердец она могла бы разбить, если бы не сидела здесь в бессмысленном ожидании милости Мадары. — Ты и не дождёшься! Забыла? Последние три раза Мадара-сама звал лишь меня, о тебе и не вспомнит, — толкнув Мику плечом, громко стуча каблуками, прошла Рина. По красоте обе девушки были прямыми противоположностями. Если Мика была жарким летом, то Рина была освежающей зимой. Волосы холодного тёмного оттенка красиво спадали на приоткрытый синим платьем высокий бюст, хитрые ореховые глаза прищуренно оглядывали соперницу. Они вечно соревновались друг с другом, и неприязнь лишь нарастала. — Дамы-дамы! — между ними встала тётушка Нацуки. Женщине недавно исполнилось уже шестьдесят пять лет. Она перешла к управлению гаремом после смерти Таджимы Учихи, ранее Нацуки была одной из его наложниц. — Вам стоит хотя бы на время объявить перемирие. Сейчас нужно думать о том, как вернуть на вас внимание Мадары! Это было прежде всего в её интересах, так как то, что происходило сейчас, вело только к одному. К тому, что Мадара вскоре позабудет о существовании гарема, распустит его.