Глава 67
17 августа 2026, 15:22Терк был встревожен. Это было легко заметить, даже без свойственной пользователям Силы чувствительности. Это было ясно написано на его лице, когда он пытался медитировать.
Причина была ясна. Он снова спорил со своей сестрой.
Щупальца вокруг рта джедая раздраженно дернулись, в то время как он сидел в тишине. Не из-за забрака, а из-за самого себя и своей неспособности помочь кому-либо из них обрести покой.
Закрыв глаза, он позволил себе погрузиться в легкую медитацию.
Вопреки распространенному мнению, причем даже в Республике, джедаи обычно не избегали тесных отношений между собой или другими, это была просто своеобразная репутация, порожденная замкнутостью Ордена. Многим джедаям было трудно сблизиться с теми, кто не понимал или, скорее, не мог понять, как Сила влияет на их жизнь, поэтому их больше тянуло к таким же, как они сами.
Связи между джедаями и другими Чувствительными к Силе создались легко и часто были непреднамеренными. Большинство из них были полезными связями, позволяющими партнерам лучше координировать свои действия или легче чувствовать эмоции другого. Связи между учителями и учениками были глубже, даже позволяя в некоторых редких случаях общаться на большие расстояния.
То, что было у Терра и его сестры, выходило за рамки всего, о чем джедаи слышали раньше. Не только ощущения разделялись между ними, когда они это позволяли это делать, даже эмоции одного влияли на разум другого. Они были отдельными существами, но их связь была слишком тесная. Опасность, безусловно, но та, которую они пытались регулировать.
Чувствительные к Силе были редки по сравнению с количеством населения в галактике, составляя лишь малую его часть. Несмотря на это, существовало достаточно линий наследования Чувствительных к Силе для изучения феномена семейных связей. Узы между родителями и детьми были обычным явлением, но чувствительные к силе братья и сестры были совсем другим делом.
То ли по личному выбору, то ли по какой-то биологической причине, в семьях джедаев редко рождалось более одного ребенка, и только в особо могущественных родословных, таких как Кел-Дрома случались исключения.
Джедай слегка поморщился.
Его знания в таких вопросах ограничивались основами, поскольку у него никогда не было потребности в такой информации. И теперь этот недостаток знаний мешал ему быть полезным своему союзнику... и другу.
Он сам решил отказаться от мирских привязанностей уже много лет назад. Не потому, что он считал, что такие вещи были неправильными или вредными, а из-за характера его пути и самоотверженности, необходимой для его миссий.
Жизнь Тени была трудной, даже по сравнению с и без того трудным путем джедаев. Агенты, подобные ему, копались в самых темных уголках галактики и выслеживали самые опасные угрозы, служа чему-то большему, чем они сами. Опасность падения была вездесущей, надвигающейся угрозой, которая преследовала в кошмарах каждого из них.
Каждый раз, когда он принимал задание от Совета Первого Знания, он делал это, зная, что остаток его жизни можно измерить всего лишь днями, если не часами, и что его неудача может вызвать проклятья тысяч людей. Но это была цель, которую он выбрал. Тени не набирали новых членов, а скорее принимали добровольцев, которые сами приходили к ним и знали на что шли.
За эти годы он менял имена, как воду, переходя от миссии к миссии. “Гарш” был всего лишь последним лицом, которое он носил. Это был даже не первый раз, когда он выдавал себя за раба, бывшего или нет.
Но, несмотря на все его возвышенные идеалы стать безымянным оружием Силы без каких-либо материальных связей, у него все еще были друзья. И вот теперь он обнаружил, что берет на себя ответственность за этого неожиданного ученика.
В юном забраке был высокий уровень естественного сострадания, терпения, которым он завидовал. Если бы Терк родился в Республике, он стал был бы великим рыцарем. Массы восхваляли его как героя.
Или погиб где-нибудь на поле боя. Его циничный ум не мог не сделать этого комментария.
И в груди у него защемило от боли за ту, с которой он потерпел неудачу.
Мысли джедая обратились к другому послушнику, к которому он пытался пробиться. В тот день за пределами академии он видел, как мужчина без особых причин протянул руку существу попавшему в беду. Ему показалось, что он увидел проблеск того, что когда-то, должно быть, было хорошим человеком.
Поэтому он использовал свою ментальную технику, чтобы подобраться поближе, не вызывая подозрений. Хотя сухие пески Коррибана были далеко не приятны для водных видов, таких как Куаррен, это было далеко не настолько изнурительно, чтобы сбить его с ног, не с той Силой, которая протекала через него. Когда он почувствовал приближение человека и Вуки после завершения Первого Испытания, джедай симулировал бессознательное состояние с помощью медитации, чтобы посмотреть, что будет делать бывший раб. Он был приятно удивлен результатом.
Была возможность поговорить с Алдрексом, прощупать его и начать процесс вывода его из Темноты. Он прикоснулся к его разуму, да, но не до такой степени, чтобы зайти слишком далеко.
Но осторожная, если не сказать граничащая с паранойей, натура джедая сыграла против него. Действия Алдрекса за очень короткое время привлекли к нему внимание нескольких влиятельных людей. Надзиратель, в частности, очень внимательно следил за Первым Испытанием, несмотря на его вроде бы нейтральность и незаинтересованность. Внимательное изучение незащищенных умов показало, что солдаты тоже разговаривали о нем.
Такое всеобщее внимание заставило его колебаться, а не действовать, пока не стало слишком поздно. Он ничего не делал, только наблюдал, как Алдрекс все глубже и глубже погружается в знания ситхов, становясь сильнее, но все более и более подвергаясь влиянию темной стороны.
Та искра, которую он видел в начале, становилась все тусклее и тусклее...
Когда джедаи вернулись со Второго Испытания, этот свет полностью погас. Что бы ни произошло в его отсутствие, это вынудило этого человека полностью принять Тьму и начать хладнокровно убивать.
Когда он в первый раз увидел, как глаза Алдрекса окрасились сернисто-желтым, каким бы временным это ни было в то время, он принял решение отдалится от него. Это происходило медленно в течение нескольких недель, пока джедай тщательно накладывал внушение на внушение, чтобы затуманить разум послушника и заставить его забыть об отсутствии Куаррена.
Это не помешало чувству вины нарастать. Разложение Алдрекса можно было бы остановить, но он колебался из страха.
В конце концов, он решил, что душа одного человека стоит меньше, чем успех его миссии. Он мог только надеяться, что это того стоило.
Но теперь ему снова пришлось столкнуться с последствиями своей неудачи. Каким-то образом Алдрекс преодолел внушение и теперь действовал против него, пусть пока и не напрямую. Джедай почувствовал, след его Силы на Ианне, как раз перед тем, как она словесно напала на него.
Он не верил в совпадения.
Джедаю пришлось неохотно признать, что послушник выбрал эффективную форму атаки. Что бы он ни сделал с Ианной, это было эффективно. Ненавистные слова, которые она выплюнула в него, и ярость, кипевшая в ней, были ее собственными, просто правильно направленными. Единственная причина, по которой она не напала на него физически, заключалась исключительно в том, что ее брат удерживал ее, но это явно привело к расколу между ними. Хотя в своем гневе она кое-что упустила.
Алдрекс знал, что он был Тенью Джедаем. Он никогда не рассказывал ни Ианне, ни Терраку о своей роли в Ордене.
Джедай провел несколько часов в медитации, когда все снова успокоилось, перебирая свои воспоминания в поисках чего-нибудь, что могло бы дать этому человеку хоть какой-то намек. Когда он ничего не нашел, он был вынужден признать ужасный факт.
Раз Алдрекс не обнаружил это сам, кто-то другой должен был сообщить ему об этом. А это значит, что он, скорее всего, получил информацию откуда-то сверху. Лорд... или, что еще хуже, Дарт.
То, что он еще не был в камере предварительного заключения или мертв, означало, что источник не был его целью. Кго цель вряд ли была заинтересована в том, чтобы позволить джедаю тени свободно бродить по Академии Ситхов или дать ему возможность дестабилизировать проект "Вознесение".
Алдрекс был угрозой, но он был просто оружием большей угрозы. Один из них был заинтересован в продолжении этого фарса, несмотря на то, что знал, что джедай проник в академию.
Джедай сделал паузу.
Или, возможно, в этом и была причина. Он быстро соединил точки.
Алдрекса проверяли. Было нетрудно понять, как это сделать.
Это было Четвертое испытание Алдрекса. Устранение других послушников.
Калиста исчезла вчера. Что-то загнало ее в слепое пятно в сети камер, но она не вышла с другой стороны. Когда он сам осмотрел это место, все, что он обнаружил, были следы пепла на полу и затяжное ощущение ужаса. Кем бы ни был ее преследователь, он знал, как избежать камер, и как избежать обнаружения.
Кив, наутолан, бесследно исчез несколько месяцев назад. Из-за враждебности Олии по отношению к большинству других послушников, он считал, что она убила его. Оглядываясь назад, он начал задаваться вопросом, не совершил ли Алдрекс этот поступок вместо нее.
Сама Олия, главная соперница Алдрекса, похоже, тоже исчезла, покинув академию, чтобы отправиться в пустыню. Он не знал, жива ли она еще.
Без сомнения, джедай знал, что его прикрытие раскрыто. Согласно протоколам, установленным Советом Первого Знания, он должен был попытаться покинуть Коррибан как можно быстрее, чтобы избежать поимки. Хотя он мог добиться этого благодаря действиям, которые он совершил, все еще оставалась одна проблема.
Уйти означало бы бросить Террака и Ианну, то, что он очень не хотел делать.
Он знал, что привязывается к этой паре. Какие бы сомнения у него ни были по поводу Ианны и какую бы желчь она ни выплевывала в его адрес, он все равно был готов взять ее под свое крыло, как взял ее брата.
Он не хотел потерпеть неудачу. Только не снова.
Глаза Гарша медленно открылись.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!