Часть 3

— Хоть бы оделась как-то по женственней, — Дедов наставническо-отеческим и, в то же время, немного командирским тоном произнёс эту фразу. — Для кого? Это, во-первых, а во-вторых, мне так удобно и комфортно, — Евгения осмотрела свой костюм. — Я своим выбором довольна. Тем более, для моей будущей работы брючной костюм — самое оно. В юбке бегать сложно. Ну, может, я себе здесь что-то еще более удобное поищу. Хочется в первый день положительное впечатление произвести. — Да одно твоё лицо здесь уже чего-то да сто́ит, — Владимир Алексеевич улыбнулся. — Смотри, Женёк, страна чужая, люди тоже. Я всегда тебя с тяжелым сердцем отпускаю, но так надолго ещё никогда. Хотелось бы, чтоб ты спокойно дослужила и ушла на гражданку. У меня душа за тебя болит. Будь я твоим отцом, никогда бы не пустил тебя на эту службу. Вадимова посмотрела на мужчину как-то немного странно. Как показалось полковнику, в холодных её глазах мелькнула капелька тепла. А, может, это просто солнце отразилось в её искрометных глазах? — Ладно, идем. А то нас уже ждут. После серых казарм, плащ-палаток и всех «прелестей» службы в МСБ здание JYP Entertainment показалось обоим служивым дворцом. Большие окна в пол, светлые стены, ковры и зеркала, мягкие кресла, стулья и даже диваны — всё светлое, мягкое, даже иногда глаз режет от такой яркости и солнечности. Несмотря на раннюю весну, солнце греет достаточно хорошо. А ведь только середина марта. И Владимир, и Евгения отметили про себя, что корейцы здесь работают очень привлекательные. Есть красивые люди, есть просто симпатичные. Есть опрятные, есть неряшливые. Но эти все как на подбор. И парни, и девушки знают толк во внешности и стиле. Женя на секунду подумала, что в целом, можно будет прикупить пару платьев и юбок. Это очень женственно и красиво. Давно она собой не занималась. Базовый уход был, но чтоб выглядеть так свежо — нужно постараться. Однако же, подметила, что на неё и её спутника прям оборачиваются. А ей пытаются в глаза на ходу заглянуть. В таких глубоких раздумьях они и дошли до нужной двери. — Если хочешь, могу с тобой зайти. Хотя это необязательно. Но если тебе так будет комфортнее… — Да, Владимир Алексеевич, пожалуйста, давайте вместе, — Женя как-то жалобно проговорила эту фразу. Полковник на неё так посмотрел, как будто впервые увидел. По его скромному мнению, его любимица за пару дней в Корее чего-то притихла и стала немного мягче. Было пару раз, что мужчина засомневался в этом. Но сейчас он точно мог сказать, что с ней что-то не так. То ли из-за предстоящего расставания еще и с ним, то ли страшило неизвестное… Хотя она, не думая, рвалась всегда в самые горячие точки. Несмотря на кучу сомнений и подозрений, она стала со временем той самой железной леди и всегда была впереди. Разумеется, на пару с Козаченко, который её берег, как зеницу ока. Хотя даже он как бы ни старался, а девушку порой удержать было сложно. Оба толком-то и не знали, что в её жизни приключилось. Особенно, после театрального. Знали, что в школе её по глупости бросили. Но это еще так. Молодо-зелено. Да, больно, но чтоб до такой степени! Сейчас ему, Дедову, сложно её отпускать. Она же не вернется больше. Это её последнее задание. Из МСБ уходят. Иногда неохотно очень. Яркая жизнь, полная приключений и опасностей, для молодежи сейчас, как мёд для пчёл. И бывших, как и на простой службе тоже нет. А таких, как Вадимова, вообще не отпускать бы. Но двадцать первый век ведь. Свобода превыше всего. Она нужна даже если ты живешь насыщенной жизнью. Вадимова вошла первой. Полковник за ней. На встречу им с безумно мягкого и большого кресла встал мужчина средних лет. Евгении он показался великаном. Хотя с её ростом, для неё все мужчины выше ста семидесяти — Гулливеры. — Доброе утро, — он улыбался так, будто от этого его карьера зависела. — Моё имя Бон Чжун. Я — руководитель службы безопасности в JYP Entertainment. — Добр ре утро. Очень приятно, — Вадимова буквально выдавила из себя любезность по отношению к корейцу. Давно она нервничала так, как сейчас. — Меня зовут Вадимова Евгения. — Да, я уже знаю. Мне прислали ваше резюме три дня назад, — Бон Чжун улыбнулся еще шире. — Очень приятно, Евгения, познакомиться с вами лично. Прошу, садитесь. — А где же мои подопечные? — Вадимова села напротив потенциального пока еще работодателя. — Как понимаете, профессия у них сложная. Не легче вашей. Один из них с минуты на минуту будет. Пока могу вам рассказать условия работы и подписать сразу договор. — Хорошо. Я вас слушаю. — График не нормирован, сразу говорю. У ребят сейчас загруженность достаточно высокая и придется быть всегда на чеку практически сутками. По желанию, вы можете поселиться, где вам удобно. Но я бы предложил либо в доме с ребятами, либо же в общежитии, которое рядом с нашим офисом. Там проживают многие наши сотрудники. Особенно те, которым трудно добиваться до работы из другого конца города. И сразу предупреждаю: никаких личных отношений ни с кем из них. За пределами нашего офиса ищите себе пару. И ни в коем случае не разглашайте, где вы и кем работаете. Дружить с нашими ребятами, общаться, сколько угодно. Но никаких личных отношений. Дедов удивился, как жестко начальник СБ налёг на тему отношений. Такое ощущение сложилось, что ему побоку вообще, будет Женя охранять певцов или нет. И будет ли она спать. И сколько зарабатывать тоже не огласил. Важнее дела сердечные. Понятно, что сердцу не прикажешь. Ни чьему. Но, простите, вы купидон, что ли? Душеприказчик? Нянька в сердечных делах? Расскажите, что она должна делать. — Это мне понятно, — девушка взяла ручку и вывела подпись в конце договора. Полковник вытянул шею. Договор на один большой лист, где имелись более важные пункты, чем огласил этот Бон Чжун: 1. Физическая охрана каждого айдола. Евгения должна будет охранять их от особенно безумных фанатов, чтоб никто не направлял на них оружие. В толпе сложно уследить. Но подозрительную моську его девочка точно вычислит на раз-два. Сложнее, если это толпа на концерте или перед ним и после него. Фанаты попытаются подобраться ближе, а антифанаты вообще все, что угодно учудить могут. И буквально второй пункт: никаких личных отношений. Черт! Ты издеваешься? Серьезно?.. Дальше мужчина ничего не увидел. Его привлек звук открывающейся двери. — А вот и он, — Бон Чжун встал. — Проходи, Бан Чан. Мы как раз заканчиваем. Из вежливости Вадимова встала и повернулась к вошедшему. Виду девушка не подала, но в душе поразилась насколько парень ухожен и одет просто, без вычурности, присущей звездам. Обычные черные джинсы, светлая футболка, выглядывающая из-под черного худи. Волосы уложены и очень красиво обрамляют лицо. Темно-карие глаза излучают свет, как ей показалось. Бан Чан улыбнулся и Женя сделала вывод для себя, что он еще и очарователен. Ему достаточно этой открытой улыбки и света, который излучает его открытый взгляд, чтоб любая девушка оказалась у его ног. — Здравствуйте, — парень протянул руку. — Здравствуйте, — как ей показалось, прошла вечность, пока они молча разглядывали друг друга. Евгения пожала руку и снова заглянула ему в глаза. Буквально за эти доли-секунды, пока их руки повисли в рукопожатии, Вадимовой стало неловко до чертиков. Либо её будущий подопечный никогда не видел европейских девушек, либо его еще что-то поразило до глубины души настолько, что отпускать её руку он не собирался. — Меня зовут Бан Чан. Можно и Кристофер. Крис, — парень достаточно робко произнёс оба имени. — Меня Евгения, очень приятно. — Взаимно. Владимир Алексеевич решился отвлечь их друг от друга. — Жень, мне пора. Майор только сейчас поняла, что здесь она остается одна. В том смысле, что рядом родного человека не будет, даже Петровича не будет! Мать вашу! Как она здесь выживет? Почему-то именно сейчас ей максимально грустно от одной мысли, что рядом никого близкого не будет. — Могу я пройтись с полковником напоследок? — девушка обратилась к своему новому начальнику. — Да, конечно. Уже за дверью Женя едва не повисла на шее Дедова. — Не хочу вас отпускать. Это же моя последняя работа. А потом я больше вас не увижу. — Тебе семью создавать надо. Об этом подумай. Ты столько лет потратила уже. Потом пожалеешь, что не смогла вовремя уйти. Женька, береги себя, пожалуйста. И сильно не раскисай. Ты можешь всегда прийти ко мне и Мишке. Ты же знаешь, мы тебя очень любим. И будем рады, если заглянешь к нам, — Владимир обнял крепко девушку. А она уткнулась ему носом в плечо, пытаясь задавить в себе первые слезинки. Давно не плакала, не испытывала столько печали, как сейчас. — Мне пора. И тебе тоже. Мы ещё встретимся. Не плачь только, ладно?! Для меня постарайся. С трудом расцепив объятия, мужчина направился к выходу. — Вам очень тяжело? — Женя дернулась от неожиданного вопроса. Секунды тишины так внезапно прервались. Бан Чан стоял позади неё. Бог знает сколько он там уже стоял и что видел. Да в принципе по её глазам сейчас и дурак бы понял, что Вадимовой меньше всего сейчас есть дело для радости. Волком выть хочется. — Тяжело, — закусив губу, ответила на вопрос. — Но вы же здесь не навсегда, верно? Не в рабство попали, — парень улыбнулся слегка. — Не всё так просто, — разбрасываться своими печалями, которые устроили ей буквально потоп, не стала. Пусть они при ней и останутся. — Может, я смогу вам немного помочь? — Чем же? — Вадимова удивленно на него посмотрела. — Идёмте со мной. С ума сойти можно, сколько они улыбаются. При чем, это выглядит искренне и как-то слишком жизнерадостно. А, может, это она разучилась часто улыбаться? Особенно после стольких своих маленьких трагедий.