Часть 1

настя курит электронку, противное манго шипит на языке. после трех быстрых затяжек вставляет достаточно хорошо, эффективнее, чем от алкоголя.  она подходит к телефону, мирно оставшемуся на беспорядочном столе. пушистый чехол щекочет пальцы.  иконка инстаграмма пугает хуже вечной темноты в её квартире. пальцы путаются, набирают не те буквы. но аккаунт другой насти находится.  весвич худая, гибкая, как какая-нибудь резинка-антистресс. она идеальна и с макияжем и без, словно дочь Афродиты, подходит под все стандарты красоты. после очередной фруктовой затяжки и погасившего дисплея телефона, насте на ум приходит максим, который молчит в их переписке сутки. да, настя конечно (наверное) задрала его своими голосовыми, которые если объединить в одно, получится хороший такой подкаст на восемнадцать часов.  следующая мысль, которая приходит в больную голову насти, так это то, что весвич хорошо бы смотрелась с максимом. два идеальных человека.  максим высокий, спортивный. обонятельный.  весвич бы красила губы бордовой помадой, хватала его большую ладонь, целовала и кусала.  а настя бы снова ревела. наконец-то она признаются самой себе, для чего все эти раздумья насчет новый девушки её бывшего парня. настя думает, что весвич лучше нее. в миллионы, в миллиарды. во столько раз, что посчитать нельзя.  анастасиз: макс  анастасиз: ты бы любил девушку с бордовой помадой?  максим, видя это сообщение, поперхнулся. браинмапс: к чему такие вопросы, настюша?  настя хочет плакать. потому что знает, что бордовую помаду он бы точно любил. любил бы сцеловывать с чужих идеальных-натуральных губ. настя прикусывает кожицу возле уголка губ — свои она колит гелауронкой каждые два месяца. анастасиз: а настю бы ты любил?  максим находится с ответом спустя тридцать секунд.  разве нужно столько времени на ответ про любовь? браинмапс:да. настя закрывает мессенджер и прикрывает глаза. снова выдыхает пар.  максим не понимает, почему настя вышла.  настя думает не о себе. о другой насти. о той, у которой тоже желтые строчки на мартинсах, о той, которая бьет татуировки в тех же местах. максим думает о не идеальной анастасиз и считает в уме все её прекрасности — досчитать до миллиардов не получается. как малые дети друг друга не поняли.  время начинать закуривать снова.  спустя секунды опять находить в телеграмм.  одно новое сообщение. брайнмапс: сел на сапсан, буду через два часа 😙 настя тапает два раза по сообщению, оставляя реакцию.  настя открывает душ. поток воды ударяется об пол. капли скатываются с её волос, остывают и перекатываются на босые ноги.  заставить себя пойти в душ — миссия из самых сложных во время депрессии. гель для тела перестаёт пахнуть радостью, шампунь не отдает беззаботностью, а кондиционер, который случайно попал с кудрей на губы кислит не как конфеты. момент приведения себя в порядок длиться мееедленно, душно, без песен в кабинке. она не получает от этого удовольствия.  уложить волосы — сложно. она наплевательски оставляет их мокрым пятном на свежей футболке и натягивает джинсы — не в старых шортах его же встречать.  она не заказывает еду, не заваривает чай. она притупляет свои мысли очередной затяжкой — после воды этот процесс кажется особеннее. настя распахнуть дверь боится. мнется на месте с ноги на ногу, пока звонок терзает уши. увидеть того, кого вроде бы видела, становится ужасно страшно. в последнее время он узнал о ней слишком много. в последнее время — всего лишь по переписке. настя не подготовила свою квартиру ко съемкам вообще — повсюду не хаос, а самый настоящий подростковый бардак. не зарядила камеру, надеется что парень свою взял, ведь сам идею и предложил.  «тебе станет легче, нужно отвлекаться от тяжкого расстования» ну и как ей сейчас, легче блять?  сердце трясется,  как же ей все это сука надоело!  она со злости распахивает входную дверь и тяжелая ручка ударяется об стенку.  максим в красной куртке и капюшоне. очки мокрые, настя видит на них снежинки.  отросшие кудри на глаза залезают, а в зрачках отражается растерянная настя. *** максим из маленького дорожного чемодана достает шуршащий пакет. рядом отсвечивает телефон с номером доставки заказа на дом — настя, конечно же, поскромничала и заказала себе только греческий.  камера на штативе стоит рядом с софт-боксом, объектив захватывает в кадр двух молодых друзей. они сидят на диване, скрестив ноги. настя нервно отбивает ритм об мягкий подлокотник подушечками пальцев.  – хей, запись идет? – нарочно громко спрашивает он, чтобы в маленьком экране камеры застаетились зеленым облзначители громкости звука в микрофон.  парень переводит взгляд на подругу и улыбается краюшками губ. настя с них глаза не сводит.  – а, забыл. щас – максим поддается с места и шагает к чемодану.  настя сглатывает слюни и моргает накошенными ресницами.  макс что-то тревожно запихивает в карман черной брендовой толстовки.  он возвращается на уютное местечко.  настя разводит руками в разные стороны — фирменный жест. – всем пиривет – здоровается она с воображаемыми зрителями. макс перехватывает её речь и продолжает: – сегодня мы собрались с анастасиз… – парень запинается – стой, нужно же придумать тебе новый псевдоним…– настя тоже прикидывает идеи в голове, но это всего лишь жалкие попытки.  её за прдблродок аккуратно поворачивают на себя.  настя моргает-моргает-моргает, не в силах выговорить даже простое "что?".  – что ты имела введу под "бордовой помадой"? – девушка удивляется такому вопросу, сбитая с толку всей смущающей ситуации. – я.. новая девушка леши… у неё такая… – максим выгибает бровь в вопросе. он убирает мягкие пальцы с её кожи. девушка хочет завыть.  – а под "буду ли я любить настю"? – у девушки из грудной клетки вырывается печальный стон. дернул её черт написать такое. –  это.. –  и настя действительно не знает что ответить. она помнит причину, осознает, что имела введу весвич, а не себя. но слова, хоть как-то  похожие на правду, произносить страшно.  настя чувствует холодное прикосновение на своих губах и распахивает глаза. кисточка помады скользит по её сухим губам.  когда максим останавливается и закручивает помаду, девушка прикасается к своим губам — на коже остается легкий бордовый отпечаток.  в голове все крутиться-вертится, сходит с ума и бьет сигналы тревоги. буквы криво-косо собираются в слова, а слова в тревожные предложения.  в голове наступает тишина.  не холодная, не агрессивная. впервые за пол года не кричащая.  тихонько придвинувшись к насте, приобняв одной рукой, он целует её. девушка  застыла, как парализованная, не смея пошевелиться. с губ разряды московского грома попадают в голову, в грудь, в низ живота. сердце подскочило к горлу и затрепыхалось там, перекрывая пути кислорода.  максим позволил себе поприжиматься к насте ещё несколько минут, затем с огромным сожалением[?] убрал руку и отодвинулся на свою половину. с настеных губ срывается смешок.  у максима губы напоминают разрисованное ребенок месево. её помада, логичным образом, перебралась и к нему.  настя смеется. потому что чувствует себя счастливо и тревлжно. она в восторге и в ужасе.  ей приятно от ласк и больно от ударов от сердца. – насть? насть, прости.. –  девушка заранее знает, что он скажет. да и максим сам знает, что скажет он — планировал ведь заранее.  "это была плохая идея.. я не хотел.."  настя прыгает ему в объятия, прикасаясь ладонями к его щекам.  парень начинает улыбаться, потому что у неё помада, тоже, вообще-то, в плачевном состоянии.  она пальцами размазывает цвет с его губ.  – ты что, тинт купил? – она хихикает возле его губ.  – не знаю.. – у максима голос от всего этого осип и хрипит – от мейбелин…  – какой ты дурень невозможный – настя смеется снова, перед тем как поцеловать его и удариться носом об нос.  на подушках остаются разводы бордовой помады.