Что ты выберешь

В этой гостиной Намио еще не была. В отличие от официальной, которая задумывалась для приема гостей, эта же гостиная подразумевала отдых самих хозяев. Огромные от пола до потолка окна открывали захватывающий вид на раскинувшийся сад и потрясающее вечернее небо. Около одного из окон блестел лакированными резными боками небольшой белый рояль. Он походил на те рояли, которые были в обычной жизни Намио, когда она еще была Намио. Девушка восторженно охнула и сразу же устремилась к музыкальному инструменту, открыв крышку и любовно проведя пальцами по клавишам. Рояль был отлично настроен и звучал так приятно, что Мио позабыла обо все на свете, сев за инструмент и тихонько взяв несколько аккордов. Цзин Юань улыбнулся, глядя на ее реакцию, вставая рядом. — Вижу, тебе это действительно нравится. — Ты даже представить себе не можешь насколько! — Сыграешь? Мио задумалась, положив пальцы на клавиши. В голове возник образ, как она недавно играла с симфоническим оркестром. Вот она сидит за роялем в горячем, слепящем свете софитов. Как смотрит на нее дирижер, готовый взмахнуть палочкой и повести за собой оркестр. Она вздохнула, словно собиралась нырнуть воду, подняла кисти рук и опустила их на клавиши, взяв тихие аккорды, которые усиливались с каждым прикосновением, а затем из-под ее пальцев полилась бурная река второго концерта Рахманинова для фортепиано с оркестром. Она закручивалась в бурлящий поток, унося ее прочь от Лофу, от всего, что ее окружало и беспокоило. В своей голове она словно слышала оркестр, который вторил ей. Вся боль, все переживания, которые терзали ее на протяжение нескольких дней, выливались из нее музыкой, которая буквально шла из ее души, наполняя огромный зал без остатка. Когда ее руки стремительно пробежались по клавишам, а затем взяли финальные аккорды первой части, Цзин Юань почувствовал, что он кажется, почти не дышал все это время. Потрясающая, неизвестная музыка, которой он прежде не слышал, пленила его, как и лицо девушки, которое преобразилось настолько, что ему показалось, будто он видит ее впервые. Ее глаза сияли ярче всех звезд, в них было сейчас столько жизни и огня. Мио повернулась к генералу, посмотрев на него в ожидании, словно хотела узнать его мнение. Но Цзин Юаню сейчас было нечего сказать. Он только наклонился к Намио и поцеловал так, словно был усталым путником, который припадал к холодному ручью в знойный день. Мио не ожидала от мужчины такого напора, растерявшись. Она почувствовала, как он обнимает ее, вынуждая встать, и прижимает к себе, целуя с такой страстью, что у нее кажется, подкосились ноги. Чтобы не упасть, она обвила его руками за шею. Ей захотелось ответить на поцелуй. Вернее, она должна захотеть ответить. Да и, собственно, какого черта? Она здесь, она дышит, она живая. Она может сколько угодно гоняться за фантомами, но теперь ее жизнь здесь. И Цзин Юань тоже здесь с ней. Обнимает ее так крепко, целует жадно, словно ждал этого весь день. Мио поддалась ему навстречу, раскрывая губы и чувствуя, как его язык проникает в ее рот, нетерпеливо лаская. Его руки хаотично двигались по ее телу, то сжимая ее ягодицы и прижимая девушку еще ближе, то лаская ее грудь через ткань платья, вызывая дрожь по всему телу. Ей так хотелось, чтобы ее глупая голова наконец-то отключилась. Чтобы чертовы мысли, словно испуганные птицы, перестали биться о черепную коробку. Хотелось просто раствориться в этом моменте и не думать ни о чем. Ни о случившемся, ни о жизни здесь, ни о об одной крайне неприятной личности. Генерал резко подхватил ее и, захлопнув крышку, усадил на рояль, продолжая целовать ее губы. Мио прижалась к нему еще теснее, обхватив ногами и чувствуя даже через его брюки, что Цзин Юань чертовски возбужден. Внутри все сжалось. Тело было податливым, а душа внутри противилась как только могла. Она почувствовала, что сейчас заплачет. — Кажется, мы немного увлеклись, — с улыбкой прошептал генерал, неожиданно отстранившись от девушки и придерживая ее за талию, чтобы она не соскользнула с инструмента. Намио открыла затуманенные глаза, пытаясь сфокусироваться на мужчине. В груди мягкими волнами начало накатывать возмущение. Только она пытается свыкнуться с мыслью, что ее место тут подле него, как он начинает какие-то непонятные игры. Однако, вместе с этим она почувствовала облегчение. — У тебя и без меня был тяжелый день, нужно отдохнуть, — спокойно сказал Цзин Юань, помогая Мио встать на ноги и прикасаясь губами к ее ладони. — Ты что, решил поиграть со мной? — Ну, не выдумывай. В таких играх ты мне не соперница. У Мио на щеках выступил багряный румянец. Да что он себе вообще позволяет?! Девушка молча развернулась, и не говоря ни слова пошла к себе. Черт, уже второй раз она уходит от него злой, как тысяча чертей. Ей казалось, что пора уже прыгнуть в этот омут и отрезать себе все пути к отступлению. Провести эту долбанную черту, пока она еще хоть как-то на это согласна. Чем дольше она тут находится, тем сильнее ее кидает из стороны в сторону.

***

Хотелось в душ, срочно. Дверь ее спальни с грохотом стукнулась о стену, когда Мио почти с ноги распахнула ее, щелкнув выключателем. Неяркий свет озарил знакомый интерьер. По комнате плыл легкий табачный аромат. Девушка втянула носом воздух, чувствуя, как сердце неожиданно начинает стучать как бешеное, словно пытаясь пробить грудную клетку и покинуть ее тело. — Рен? — она почему-то не смогла совладать со своим голосом, поэтому получилось жалкое блеянье. По спине неожиданно пошли мурашки, а волосы на затылке зашевелились. — Обязательно подкрадываться сзади? — она боялась обернуться и встретиться с ним взглядом. Боялась, что он все прочитает по ее глазам, как обычно. — Люблю эффектные появления, знаешь ли, — голос звучал как-то глухо, даже без обычного ехидства. Собрав всю свою волю в кулак, Мио крутанулась на каблуках, практически уперевшись носом в стоящего Смерть. Он выглядел также, как и в последнюю их встречу, разве что глубокие и темные круги под глазами прочно поселились на его лице. — Где ты был? —лучшая защита, конечно же, нападение. — Что за тон ревнивой жены? — Меня чуть не убили сегодня в саду! — Ну, не убили же. — Ты издеваешься? — Я не нанимался личным телохранителем. Тем более, что твой генерал был рядом. Уступлю эту роль ему. Надеюсь, ты его уже как следует отблагодарила. Мио потеряла дар речи, открыв рот, чтобы высказать все, что она об этом думает, а потом закрыв, так и не найдя слов. Она сделала несколько шагов назад, не в силах больше стоять рядом с ним. — Я волновалась за тебя! Думала, что-то случилось, места себе не находила! — Мне не нужно твое беспокойство, занимайся собой. Мысли о Смерти ни к чему хорошему не приводят, — он холодно смотрел на нее. Намио казалось, будто между ними встала какая-то невидимая стена, которой не было раньше. Она хотела ему рассказать про встречу с Судьбой, но поняла, что говорить что-то сейчас бесполезно. Она была умнее, сейчас ей лучше было отступить. — Зачем пришел? Поцапаться? Рен молчал, продолжая смотреть на нее. Он бы и сам хотел задать себе этот вопрос. Не дождавшись ответа, Мио развернулась и пошла к трюмо. Пусть делает что хочет, она в этом цирке участвовать не собирается. Если он пришел потравить ей душу после всего, может катиться на все четыре стороны. Сев на мягкий пуф, девушка взяла щетку и начала расчесывать свои длинные волосы, которые благодаря Цзин Юаню сейчас напоминали воронье гнездо. — Волновался, — все же прервал затянувшуюся тишину Смерть, подходя к Мио и встав за ее спиной. Это было откровенно и неожиданно. Намио уже думала, что он просто исчезнет, ничего не сказав. Она посмотрела на него в отражении зеркала, встретившись с Реном глазами. Теплое чувство на мягких лапах потопталось у нее на груди, свернувшись калачиком. Интересно, а так он тоже может читать мои эмоции? Смерть чуть дернул уголком губ. Видимо, может. — Скажи мне правду, Рен. Что тебя ждет после Совета? — Понятия не имею. — Ты лжешь. — С чего ты это взяла? — Я говорила сегодня с Судьбой. Мио увидела, как резко поменялось его выражение лица. — Как интересно... Все же нужно отделить эту тупую и слишком болтающую голову от туловища. — Почему ты не сказал, что за помощь мне тебя ждет смертная казнь? — А что это меняет? От возмущения у Намио сорвало какой-то внутренний тормоз, и она вскочила с пуфа, развернувшись к Смерти. — Да как ты можешь так спокойно об этом говорить?! — Намио, я живу уже не одно тысячелетие. Уж поверь, вопросы смерти меня волнуют меньше всего. Мы относимся к этому не так, как люди. Да и ничего не решено, что сейчас это обсуждать. Рен сложил руки на груди, видимо ему не нравился этот разговор. Закрылся? — Почему ты помог мне? — Потому, что хотел. — И все? — А для этого должны быть еще какие-то причины? Люди, вы всё слишком усложняете, копаетесь там, где не нужно, теряя саму суть. Ответы всегда на поверхности. Они оба молчали, недовольно глядя друг на друга. — Ты уже разобралась с сегодняшним нападением? Перевел тему? Как обычно, стоит только заговорить о чем-то серьезном. Чувство тревоги, которое весь день давило ей куда-то в районе солнечного сплетения, усилилось, вызывая подкатывающую тошноту к горлу. Она так ждала его весь день, хотела увидеть, так беспокоилась, а сейчас он стоит и смотрит на нее, словно она самая великая дура на свете. Да, он, конечно, был прав вчера. Ей это не нужно. Он оставит ее здесь одну, и ей придется как-то жить эту жизнь. Играть с генералом в эти его непонятные игры. Изображать примерную жену. — Намио, да перестань ты уже, — устало протянул Рен, неожиданно закрыв глаза рукой, — Твои эмоции сведут меня с ума! Я же не железный. — Я не просила тебя копаться в моей голове! — Мио вспыхнула. — Да ты так громко думаешь, что мне даже стараться не нужно. — Ты опять начинаешь?! — Я вроде не заканчивал, — он оскалился, обнажив длинные клыки. Наверное, это должно было ее напугать. Мио подошла к Смерти вплотную, обняв его и прижавшись щекой к груди. — Хватит, прошу тебя! На таких эмоциональных качелях меня еще не катали. Она думала, что он будет стоять, как памятник самому себе, но он обнял ее, выдохнув, словно расслабляясь под ее руками. Чувство тепла кольцами начало расходиться по ее душе, словно круги на потревоженной глади воды. Хотелось, чтобы все вокруг замерло и остановилось. А они бы так стояли и стояли. И никого вокруг. Он снова пах яблоками. — Это не качели… — Что? — Мио удивленно подняла голову, встретившись со Смертью глазами. — Это просто целая гребаная карусель, — устало сказал он, наклонившись и поцеловав ее. В голове словно взорвался фейерверк. Горячая волна прокатилась от лица и до кончиков пальцев ног, вернувшись и растекшись в области груди. И если генерал касался ее тела, то Рен просто вынимал из нее душу. Мио прижалась к нему, встав на цыпочки, притягивая его так близко, что почувствовала соленый привкус крови во рту, когда он неаккуратно зацепил ее нижнюю губу своими клыками. Она тихой ойкнула, когда он втянул ее губу в свой рот, зализывая ранку. Он целовал ее с такой страстью, что ей не хватало воздуха, а сердце колотилось так, что он должен был его слышать. Поцелуй со Смертью был похож на пожар. Мио горела и плавилась под его прикосновениями, казалось, что невозможно столько чуствовать разом, и она взорвется от эмоций, переполнявших ее. Когда он оставил ее рот в покое и прошелся языком по уху, чуть прикусив мочку, она не смогла сдержать стона, выгнувшись ему на встречу и откидывая голову назад. Если бы Рен не держал ее, она давно упала бы на пол, не чувствуя своих дрожащих ног. Его язык оставил горячую влажную дорожку вниз по ее шее, заставив Мио хватить ртом воздух. Он втянул ртом чувствительную кожу около ключицы, оставляя на ней ярко-алый след, а затем повторил, поднимаясь выше по шее, словно каждый его поцелуй клеймил ее. Намио дрожала в его руках. В голове была звенящая пустота, в ушах шумело. Она зарылась рукой в его мягких волосах, чувствуя, что они, как шелк, струятся под ее пальцами. Она коснулась одного его рога. Он был твердый и словно чуть бархатный на ощупь. Невесомо проведя пальцами от основания к острию и обратно, Мио сжала его. Смерть вдруг издал стон, который был больше похож на рычание. От этого низкого звука Намио почувствовала, что и так нахлынувшее на нее возбуждение, заставило ее бедра сжаться еще сильнее. Рен остановился, отстранившись, и они встретились взглядом. Оба дышали, словно только что пробежали кросс. — Слушай, я не генерал, и настолько благороден, чтобы остановиться. Поэтому не нужно таскать демона за рога, — его голос звучал глухо. Мио завороженно смотрела, как ярко светятся его глаза. Ее сердце пропустило удар, а грудную клетку словно обручем сдавило. Тяжелый узел, скрутившийся внизу живота, вызывал дискомфорт. Она потянулась к нему, встав на кончики пальцев так высоко, как могла. — Если ты сейчас остановишься, то клянусь, я оторву оба твоих чертовых рога! — Звучит как угроза, — он усмехнулся. Намио почувствовала, как он приподнимает ее от пола и в следующую секунду она уже сидела на кровати. Рен не дал ей даже секунды на размышление, когда его губы вновь завладели ее. Одной рукой он притянул ее к себе, заставив прижаться теснее, а вторая невесомо прошлась по ее шее, коснувшись уха, а затем резко сжала волосы на ее затылке, заставив запрокинуть голову назад. Его губы сместились на ее шею, оставляя на ней поцелуи-укусы и вырывая из Мио тихие стоны. Он, кажется, не пропустил и миллиметра ее кожи на шее, словно пытая ее лаской и медленно опускаясь вниз, пока его клыки не прошлись по ключицам. Намио вздрогнула, это было так странно, но возбуждение только усилилось от этой небольшой грубости. Смерть еще сильнее потянул ее за волосы назад, заставив откинуться спиной на матрас. Свободной рукой он чуть сжал ее шею, а затем, проведя ладонью вниз, накрыл грудь, лаская пальцами затвердевший сосок. Мио выгнулась от этой ласки, застонав и попытавшись прижаться к его руке еще больше, только бы он не останавливался. — Платье твое совершенно лишняя деталь одежды, — услышала она тихий шепот на ухо, а затем треск ткани, когда Рен одним резким движением дернул его вниз, разрывая. Девушка почувствовала, как воздух холодит ее голую грудь. Смерть вновь поцеловал ее в губы, вовлекая в поцелуй и играя с ее языком, а потом проложил дорожку поцелуев от ее подбородка и вниз по шее до груди, накрыв поцелуем ее сосок и втянув его в свой клыкастый рот, лаская языком. Рукой он продолжал ласкать ее вторую грудь, перекатывая ее сосок меж пальцев. Мио громко простонала, когда почувствовала, как острые клыки цепляют нежную кожу, даря непередаваемое блаженство. Она потянулась к Рену, заставив того остановиться, и схватила его за рубашку на груди, пытаясь расстегнуть пуговицы. Пальцы не слушались, а кровь стучала в висках. Если она промедлит еще хоть чуть-чуть, умрет от возбуждения. Девушка коснулась груди Рена, проведя руками вниз, чувствуя, как напряжены под ее ладонями его мышцы на животе. Да, он хорош. Просто идеален. Можно картину писать. Намио прижалась к нему всем телом, чувствуя, как ее грудь касается его горячей кожи, и потерлась о него, словно кошка. Она была уже такая мокрая, что влага стекала по ее бедрам, а трусы неприятно липли к промежности. Мио привстала на коленях, целуя Рена в губы, как почувствовала, что его рука скользнула меж ее бедер, проведя пальцами по мокрой ткани белья. Она застонала ему в рот, когда его пальцы, минуя кружево, прошлись по ее влажным складкам, размазывая смазку и задевая клитор. Намио подалась ему навстречу, желая продлить эту сладкую пытку. — Да, еще… Она откинула голову, подставляя шею под его поцелуи, пока его рука творила с ней что-то невообразимое. Горячий, обжигающий шар перекатывался внизу живота, когда его пальцы ласкали ее, надавливая на клитор, а затем скользнули в нее, заставив мышцы в сладком спазме сжаться вокруг его пальцев. — Пожалуйста, это просто пытка, — шептала она, пытаясь двигать бедрами в такт его движению. Его пальцы то практически выходили из нее, то входили до упора, заставляя содрогаться и стонать от каждого движения. — Можно кончить уже просто смотря на тебя, Мио… Получилось как-то слишком пошло и откровенно, но при этом чувственно. Намио поймала его взгляд и, кажется, захлебнулась в потоке эмоций. Неужели они были все ее? Рен убрал руку, и девушка почувствовала неприятную пустоту. Она хотела было потянуться к нему, но Смерть достаточно резко уложил ее на спину, оказавшись меж ног. Остатки платья вместе с трусами были стянуты практически одним движением. — Рен… Мио даже забыла, что хотела сказать, когда он ртом прижался к ее промежности, а его горячий язык скользнул меж ее складок. Она прошептала его имя и выгнулась ему навстречу, когда он втянул ее клитор в рот, а затем продолжил ласкать его, то надавливая языком, то касаясь почти невесомо. Рен ввел в нее один палец, вновь ощутив, как она восхитительно сжалась вокруг него. Войдя почти до упора, он медленно вытащил палец, а затем добавил второй, войдя еще глубже, и повторил, увеличивая темп и продолжая языком водить круги вокруг клитора. Намио выгибалась дугой под его ласками, а стонами, казалось, перебудила всю обитель. И она серьезно думала, что у нее был какой-то выбор? Думала, что может решить головой? Какая к черту голова, когда ей казалось, что она сейчас превратиться в фейерверк и взорвется прямо под его руками. — Рен, пожалуйста, умоляю тебя, — она закусила губу, пытаясь сдержаться. — И, о чем же ты так просишь меня? — его ухмылка выглядела на удивление пошло, когда он поднял на нее свой взгляд, чуть прикусив внутреннюю сторону ее бедра. Действительно, можно кончить от одного взгляда, — растеряно подумала девушка, глядя ему прямо в глаза и чувствуя, как непроизвольно сжимаются ее мышцы. — Очень громко думаешь, Намио, — он продолжил ухмыляться, когда отпустил ее, встав с кровати во весь рост. Звякнула пряжка ремня, когда он неспеша расстегнул его. — А ты очень медленно раздеваешься! — Любишь побыстрее? — он хотел было съязвить, но Мио, стоя на четвереньках на кровати, перехватила его руку, сама расстегнув ширинку его джинс. Она нетерпеливо потянула его штаны вниз вместе с нижним бельем. Его член был значительно больше, чем она ожидала, когда стягивала с него белье. На какой-то момент ее даже посетили сомнения, сможет ли она вообще с ним… Она нерешительно подняла глаза вверх, глядя на Смерть, но тот ее не торопил. В его глазах застыло какое-то странное выражение. Мио плотно обхватила член рукой, заставив Рена закрыть глаза и запрокинуть голову, толкнувшись ей в руки. Вены под ее рукой набухли сильнее, а головка влажно блестела от выделяемой смазки. Проведя рукой по стволу и размазывая смазку, Намио открыла рот и медленно втянула в себя головку члена, лаская ее языком и продолжая двигать руками. Она попыталась взять его член глубже, насколько ей позволял ее собственный рот. Рен рукой прихватил ее за волосы на затылке, заставляя двигаться в нужном ему темпе, толкаясь ей в рот. Низкие глухие стоны, которые прорывались сквозь плотно сжатые клыки, заставляли Мио течь еще сильнее, а от возбуждения уже кружилась голова. Она сжала бедра. Смерть остановился, удерживая ее на месте. А затем наклонился, жадно поцеловав ее. Мио практически упала на кровать, когда Рен навис над ней сверху меж ее раскинутых ног, продолжая целовать ее опухшие губы. Его руки медленно прошлись по ее телу, заставляя выгибаться на встречу. Его член терся о ее влажные складки, размазывая смазку еще больше, а девушка пыталась двинуться ему навстречу, когда его головка ласкала клитор, а затем надавила на вход между половых губ. Он медленно вошел в нее, чувствуя, как она напрягается под ним, сжимая его бедрами. Намио забыла, как дышать. Она, кажется, чувствовала каждую вену на его члене, так сильно он растягивал ее. Он заполнил ее полностью и был таким твердым и горячим, что уже одно это ощущение дарило ей неимоверное наслаждение. Рен дал ей немного привыкнуть, а затем начал неторопливо двигать бедрами, медленно двигаясь в ней, то полностью выходя из нее, то опять войдя до упора, заставляя открыть рот в немом крике и выгнуться под ним. Его руки удерживали девушку за бедра, побуждая двигаться в нужном темпе и под нужным углом. Мио тихо всхлипнула, прикусив губу, пытаясь сдержаться, когда его член задевал чувствительную точку внутри нее. Внизу живота пылал яркий шар удовольствий, пульсировавший от каждого толчка Смерти. Он ускорился, резко и достаточно грубо толкаясь во влажный жар ее тела. Мио потрясающе сжималась вокруг его члена, ее грудь быстро вздымалась от сбившегося дыхания, а рот не закрывался от постоянных стонов, когда она выгибалась ему навстречу. Рен почувствовал, как сильно сократились ее мышцы. Она была близка к оргазму. — Ну, не так же скоро, — он улыбнулся, останавливаясь и прикусывая Намио за губу. — Да ты сам дьявол… — прошептала она, пытаясь протестующе двинуть бедрами. — Не совсем, но как же ты близка. Она не успела даже ответить ему, когда он резко вышел из нее, перевернув на живот и заставив встать на четвереньки. Почувствовав, как его член упирается в ее лоно, она двинулась назад, насаживаясь на него во всю длину и прогибаясь в спине от нахлынувшего удовольствия. Руки Смерти сжали ее за ягодицы, впиваясь когтями в нежную кожу, оставляя на ней синяки и царапины. Он двигался быстро, рваными толчками вбиваясь в нее так глубоко, как только мог. Комнату наполнили пошлые звуки влажных шлепков и хлюпанья. Мио казалось, что она перестает существовать. Горячая пульсация его члена сводила ее с ума, она практически забыла, как дышать. Одной рукой Рен схватил ее за волосы, заставив откинуть голову назад и прогнуться в спине еще больше. Казалось, что невозможно было принять его член еще глубже, но таз поддался назад и вверх. Шире разведя бедра, она почувствовала, как внутри нее начинает скручиваться горячая пружина. Второй рукой Рен обхватил Мио, заставив ее чуть приподняться к нему, меняя угол проникновения. И в этот момент мир в ее голове взорвался. Горячая пружина внизу рванула, накрывая тело волнами оргазма, заставляя все внутри сжиматься и пульсировать. Рена накрыло практически вместе с ней. Прижав ее спиной к себе, он в два толчка достиг пика, изливаясь внутрь.

***

Они лежали на кровати, пытаясь отдышаться. У Намио все тело горело, словно она каталась на горящих углях. Меж ног было липко от стекающей по бедрам спермы. Но не было сил даже пойти в душ. Она повернулась к Рену и поняла, что он смотрит прямо на нее. — Так почему ты сегодня не пришел? — Был на Совете. Я, знаешь, ли не на столько могущественен, чтобы выйти за круг призыва по собственной воле при таком количестве высших наблюдателей. Поэтому пришлось обратиться за небольшой помощью. Благо, твой благоверный генерал подоспел вовремя. — Он не мой благоверный! — Да как скажешь. — Это что, ревность? Смерть отвернулся, прервав зрительный контакт. — Не выводи меня на эмоции. Готовая к любой колкости, Намио удивилась его ответу. Она села, скрестив ноги, глядя на Рена сверху вниз. — Отличный ракурс, — усмехнулся парень, подняв большой палец вверх. Мио почувствовала, что она покраснела до корней волос, пытаясь вытащить из-под него одеяло и прикрыться. Но Смерть не дал ей этого сделать, схватив за руку и притянув к себе. — Можешь просто полежать спокойно? Не нужно никуда нестись. Не в курятнике. Девушка затихла, прижатая к его телу, потеряв даже любое желание трепыхаться. Лежать обнявшись было так… приземленно. Она удобнее устроила голову на его плече, положив свою руку ему на грудь, обняв. — Если бы ты могла выбирать, между миром, в которым жила, и миром, в котором ты сейчас, какой бы выбрала? — Ничего себе у тебя разговоры после секса. На философию потянуло? — И все же. — Этот мир для меня чужой. Я здесь не на своем месте. Но… если выбирать, все равно бы выбрала снова умереть. — Это то еще почему?! Она почувствовала, что в его голосе засквозило возмущение. — Иначе я бы не встретила тебя. — Не большое упущения. — Да перестань! Она подняла голову и посмотрела на Смерть. Тот смотрел в потолок и по его лицу совершенно невозможно было понять, о чем он думает. — Слушай, Рен. А если я… если я не хочу тут оставаться, ты же можешь меня забрать? — Да. Но ты попадаешь в Посмертие. — А я могу остаться с тобой? — В смысле? — Ну… помогать тебе там с работой… У Смерти же много работы. — Ты это сейчас серьезно? — А что такого? — Да ни одному здравомыслящему человеку не придет такое в голову! — Мне пришло. — Нет. — Но почему? — Живое и мертвое быть рядом не может. Смерть делает свою работу, душа идет в Посмертие. Таков порядок. — То есть… ты просто уйдешь и оставишь меня? — А я когда-то говорил, что может быть по-другому? Я же сказал тебе еще вчера, оно тебе не нужно. Намио села, убрав его руку от себя. — А я так не хочу! — Отлично! Подай претензию в трех экземплярах Создателю. Может он пересмотрит свод законов ради тебя. — Ты меня просто поражаешь! — Это чем же? — Тем, как тебе плевать! Мио быстро пожалела о сказанном. Смерть изменился в лице, поднявшись и глядя ей прямо в глаза. Атмосфера явно начала сгущаться, и ей даже показалось, что из него лезет темная энергия. — Мне не плевать. Но я не могу на это повлиять. Вот и все. И мы сейчас с тобой вообще ни разу не упростили эту ситуацию. Я в любом случае сложу свои полномочия. Дальше либо Небытие, либо закончу свое существование, это уже как Совет решит. Мио, ты же понимаешь, что я все равно не смогу быть рядом? Она думала, что он ей сейчас голову откусит. А он вместо этого душу открывает? Но от его слов в душе образовалась какая-то дыра. Она почувствовала, как глаза защипало от подступивших слез, но не смогла их сдержать. Соленая влага потекла по щекам, и она закрыла лицо руками, пытаясь скрыть свою слабость. Рен обнял ее, прогладив по голове, ни сказав при этом ни слова. — Тогда я не хочу тут оставаться! — Хорошо. — Забери меня. — Хорошо, перестань плакать. — Сейчас же! — Сейчас не заберу. — Почему? — А кто должен раскрыть тайну всей этой беготни за тобой? — Ты сейчас серьезно? Да мне плевать! Я не хочу тут оставаться, пойми же ты. Пусть они сами разбираются, кто за мной бегает. Я в этом участвовать больше не хочу! Это не моя жизнь, я ее не просила! Он прервал ее истерику, мягко поцеловав и заставив замолчать. Какое-то время они просто молча сидели, Рен гладил ее по голове, как маленького ребенка. — Мне нужно уходить. Я дам тебе ровно сутки на подумать. Завтра в это же время скажешь о своем решении. — Уходишь? Она разочарованно смотрела, как он встает, одеваясь. Время утекает сквозь пальцы, а он опять оставляет ее одну. — Я не могу долго оставаться среди живых, прости. Мио подошла к нему, помогая застегнуть рубашку. Такой теплый момент. Она хочет сохранить его в памяти навечно. Вот бы так было всегда… — Сходи завтра в гости к своей мачехе. Мио удивленно посмотрела на него. — Так говоришь, как будто уже все знаешь. Он лукаво улыбнулся, обняв ее и легко коснувшись ее губ своими. — Обещаю, тебе будет интересно.