Осетрина по-сибирски

Следующим утром, повторив все те же монотонные действия от умывания и до скромного завтрака, маленькая компания упрямо отправилась в путь. Погода немного ухудшилась, а налетавший порывами ветер, только кстати, отгонял жужжавшую будто саранча мошкару. Однажды увидели медведя. Косолапый занимался своим любимым делом. Залез на дерево и, не обращая внимания на разъярённых пчёл, с удовольствием лопал из трухлявой колоды мёд. Путники его никоим образом не заинтересовали, и они благополучно разминулись с хозяином тайги. Где-то к обеду на дороге нарисовалась серьезная преграда в виде широкой, полноводной реки, и дед с внуком были вынуждены сделать привал. — Что делать будем? — доедая галету, с интересом спросил Юрка. — Переплывать вестимо, — прихлебывая чай, невозмутимо ответил старик. Вон валежника тут навалом. Свяжу для поклажи плотик, а сами вплавь. Вода тёплая не околеем поди. Ты как? Такую ширину осилишь, или для тебя тоже чего-нибудь придумать? — Осилю дед. Я как рыба, — улыбнулся мальчик. — Ну вот и славно. Заканчивай с обедом, да подремли здесь чуток, а я пока переправой займусь. Через два часа небольшой, но надежный плот был готов и, столкнув его в воду вместе с вещами, раздетые до состояния Адама дед с внуком поплыли вперед. Течение было сильным, и потому сносило ощутимо, но всё же противоположный берег медленно приближался. Юра держался возле деда уверенно, и тот поняв, что опасаться за внука нечего все свои силы сосредоточил на плоту. — Я за что-то зацепился дед, — вдруг закричал мальчик и, заполошно размахивая руками, стал барахтаться на одном месте. — Перестань паниковать. Держись на плаву, я сейчас, — попытался успокоить его дед, и подросток на какое-то время затих, медленно шевеля руками. Выбора было немного, а поэтому старик сильно толкнул плот к уже близкому берегу, вытащил из болтавшихся на поясе ножен тесак и, набрав в лёгкие побольше воздуха, нырнул. С трудом рассмотрев под водой юркины ноги он увидел, что они попросту запутались в обыкновенной рыбацкой сети и, в два счета ее разрезав, вынырнул на поверхность. Затем помог внуку доплыть до берега, а потом с полчаса гонялся за удиравшим от него плотом, пока не поймал его на какой-то отмели. Обсушившись у костра после такого приключения и запив стресс чаем они снова двинулись вперед. — Дед, а откуда в тайге сеть взялась? — Ты что же думаешь, в тайге людей нету? Она матушка испокон веков здешний народ кормит и поит. Раньше деды рассказывали прежде, чем в лес зайти, разрешение у тайги спрашивали. Тут тебе и шишка и грибы. Дичь опять же, ягоды, мёд, а какие осетры попадают, ты бы видел, чисто крокодилы. Правда ловить их запрещено. Но местные удальцы плевали на всяческие запреты. Знаешь сколько чёрная икра на рынке стоит? Так что все страхи и затраты сторицей окупаются. А потому осторожнее нам надо. Если прознают, что мы их сети видели — могут и приласкать так, что до дому не дойдём. Небольшой дымок над рекой первым заметил Юрка, а подойдя поближе, они увидели прямо на берегу узкую деревянную лодку, большую палатку и сидящих у костра двух мрачного вида мужиков. — Ты посиди Юрок вот в этих кустах. Не высовывайся. А я на разведку схожу. Вдруг люди нормальные, а с их помощью мы намного быстрее до дома доберемся. — Ты только осторожнее, деда, — умоляюще посмотрел на старика внук. — Всё будет хорошо, — ласково потрепал по макушке ребенка старик и скрылся в кустах… — Мне, Михалыч, много не надо, — сказал сидевший у костра бородатый мужик, своей пучеглазой рожей чем-то напоминавший Гришку Распутина, какого рисовали на этикетках от водки в далекие девяностые. — Вот домишко поставлю, Люське шубу к зиме справлю, да пацану мотоцикл куплю, а то всю плешь проели уже. — Мелко ты плаваешь, Колян, — возразил второй браконьер. — Я к будущей весне катер с двумя моторами куплю. И тогда брошу вас с Семеном к чертям собачьим. Найму в Сейгуре пару бичей и буду рыбку ловить, да деньгу доить. Ты глянь, что за кадр, — неожиданно переменил он тему и показал заскорузлым пальцем на выходящего из леса, с автоматом на плече пожилого мужчину. — Здорово, мужики, — поприветствовал сидящих Кузьмич, подойдя к костру, — а можно мне у вашего огонька погреться? — Присаживайся, мил человек, — разрешил Михалыч и, достав откуда-то бутылку водки, ловко налил полный стакан. — Не побрезгуй, гость дорогой, — протянул деду аршин мужчина. — С полным нашим уважением, — взял посуду старик и, не поморщившись, выпил в два глотка. Потом занюхал рукавом, счастливо улыбнулся и неожиданно упал, закатив глаза на землю. — Чем это ты его траванул, Михалыч? — хозяйственно прибирая автомат, спросил Коля. — Да была у меня настоечка, на всякий случай. С часик поспит и оклемается, а не очухается — знать туда ему и дорога. Здесь закон — тайга, медведь прокурор, — радостно заржал браконьер. — Вон Стёпка идет, подмоги-ка ему… Голова болела, как с глубокого похмелья, и, честно говоря, даже шевелиться не хотелось. Кузьмич потихоньку открыл глаза и обнаружил себя лежащим, связанным по рукам и ногам, метрах в десяти от чего-то радостно обсуждавших рыбаков. Автомат они, конечно, забрали, а до ножа дотянуться не было никакой возможности. Внезапно около уха послышался высокий мальчишечий голосок. — Сиди тихо, дед, — и чья-то маленькая, но ловкая рука быстро разрезала ему все веревки. Осторожно спрятавшись за ближайшим кедром старик от избытка чувств обнял внука, затем размял руки и ноги и, жестом приказав ему сидеть на месте, пошёл к реке... — Там какая-то падла наши сети порезала, — наливая себе чаю в большую кружку, пожаловался Семён, — так что, одной штукой меньше. — Ничё, братан, — хлопнул его по лечу Коля, — на наш век осетрины хватит. — Не я сам осетрину не ем, — поморщился новоприбывший, — меня от неё воротит. А икру даже кот не жрет. Так что живем мы мужики не хуже миллионеров, и внезапно захрипел, схватившись руками за торчащий из горла нож. Такая же судьба постигла и незадачливого Михалыча, а подойдя к дрожащему от страха последнему рыболову, Кузьмич наклонился и с вежливой улыбкой спросил: — Что же вы так с гостями не ласково обращаетесь? Я ведь только у костра погреться хотел, а вы меня водкой травить — нехорошо. И заметив быстрое движение его руки воткнул ему нож под ребро. Затем вытащил из-под локтя покойника свой автомат, хмыкнул, закинул его на плечо и уже привычно стащил всех покойников в палатку. Потом они с Юркой обшарили их вещи, взяв только пачку чаю, да блок сигарет для деда, а также отрезали огромный кусок осетрины, от болтавшейся в воде на кукане рыбы. Ночевать рядом с мертвецами они не стали, и выбрав по компасу направление, неспешно пошли вперед.