Третья глава

Том Каулитц. Сидя на кресле в студии звукозаписи я стучал ручкой о стол создавая ритм, неосознанно пытаясь набросать еще как можно больше идей для песни. Моя голова постоянно забита мыслями о музыке, я много думаю о том, что бы создать действительно крутую песню. Сколько себя помню, музыка всегда была в моей жизни. Мою первую гитару мне подарил отчим, с тех пор все и началось. Музыка всегда была огромной частью меня, и я уже не мог представить свою жизнь без нее. Многие люди представляют меня как заядлого тусовщика, который только и делает что ходит по клубам и спит с моделями. Хотя в этом есть доля правды, я частый гость в клубах и имею большой спрос у девочек. Музыка – отдушина моей жизни. Я могу часами проводить здесь и не выходить из студии. Вошедший Билл оторвал меня от мыслей. Мы с ним не спали дольше нужного, поэтому Билл выглядел как привидение. Я не мог потерять такую возможность подколоть его. «Господи, Билл, выглядишь ужасно», - протянул с усмешкой я, – «Попробуй носить одежду в моем стиле, может быть тогда ты будешь выгладить как человек». В ответ Билл лишь фыркнул. «Пошел ты, что это за несправедливость? Пьем одинаково, а отходим по-разному», – протянул брат. «Не умеешь не пей», – со смехом ответил я. «Слава Богу, что мы договорились по ужинать с Габриэлой, а не позавтракать. Иначе бы я выглядел как алкаш», – подметил он, – «Кстати, как она тебе?». В новом альбоме мы хотели услышать женский голос, и продюсер предложил нам ее кандидатуру. Изначально я думал, что мы будем выбирать кого-то из зарубежных певиц, но Билл предложил выбрать отечественную исполнительницу. Я не слушал вообще ее песни до этого, но решил сделать это что бы принять решение. Для меня это типичные сопливые песни про любовь. Но не могу отрицать, она секси. Что внешность, что голос. Ее ангельские глаза многих дурманят, а ее тело хотят многие и, если признаться честно я тоже засматривался на нее на общих тусовках. Чего только стоит ее талия. Мне нравится ее голос. Бархатный, густой при этом мягкий голос привлекает много внимания. Несмотря на все это она не интересовала меня так сильно, чтобы звать ее в постель. Если это было так, мы бы давно переспали. Меня больше привлекают горячие модели, а не девочки, поющие про любовь. «Девушка как девушка, две ноги две руки», – равнодушно ответил я, – «Она не могла нам отказать, это было очевидно». «Ой, не будь таким самоуверенным. С ней хотят сотрудничать многие, особенно мужчины», – с иронией сказал Билл. «Все мы знаем почему с ней хотят сотрудничать почти все мужчины шоу бизнеса», – с такой же иронией ответил я, – «Но она девочка не глупая, все понимает». «О да, ты видел последние фото папарацци с ней?», – со смехом спросил брат, – «Как же красиво отвергла того парня». Наша девочка популярна своими выходками с парнями. Если точнее тем, что она их постоянно отвергает. Не было ни одной статьи о возможном романе с каким-то-нибудь парнем. Из этого пошел слух что Габриэла лесбиянка. На что она ответила: «Девушки самые прекрасные существа на земле, как ими можно не восхищаться?». На столе лежал блокнот Билла с некоторыми записями стихов и текстов для песен. У нас не было ничего не общего, поэтому я без спроса взял его в руки и начал искать тот самый текст песни, который мы писали специально для этой коллаборации. «Как она может отказаться от этой песни, даже не послушав ее?»– спросил я. «Для нее это принципиально, Том. Мы должны уважать ее мнение.», – со смирением ответил он, – «Тем более, это будет незаменимым опытом. Она невероятная певица, авторша текстов. Уверен, это будет круто». От предвкушения у Билла загорелись глаза. Когда он узнал о ее возможной кандидатуре пришел в восторг. Каждое ее выступление на совместных премиях он слушал с большим интересом. Только этого мне было достаточно чтобы согласиться. Ему нравится её голос и профессиональные навыки. Несмотря на то, что она на сцене не так долго, как мы, ее навыки выше, чем у Билла. Ей проще тянуть высокие ноты и использовать любые вокальные приемы. Я не обесцениваю все труды брата, это очевидная данность, которую не отрицает даже сам Билл. Вдруг дверь открывается и на пороге студии появляются парни. Георг, который держал кружки кофе и пакет из аптеки, смеялся над чем-то сказанным Густавом. Парни были в приподнятом настроении. Меня заинтересовал крафтовый конверт с сургучной печатью в руках второго. «Я так и знал, что ты будешь лежать как труп», – со смехом подметил Георг и протянул пакет, в котором лежал обезболивающее и бутылка воды. «Георг я говорил, что люблю тебя?», – вымолвил Билл со стоном облегчения. Пожав со мной руку Георг, передал мне кофе. Протягивая руку Густаву, решил спросить про конверт. «Тебя зачислили в Хогвартс, Густав? В подарок готов тебе оплатить палочку», - с юмором спросил я. «Тебе не хватит твоего состояния, чтобы оплатить мне эту палочку», – ответил Густав. «Ну не переживай, десять евро для тебя я точно выделю», – хлопая ему по плечу сказал я, – «А если серьезно?» «Помнишь моего друга Свена? Он в прошлом году устраивал вечеринку в честь своего дня рождения. В этом году он нас опять позвал», – сообщил друг. «Я никуда не пойду. Больше никогда не буду пить», – отозвался Билл, вовлекаясь в диалог. «Ты говоришь так каждый раз», – возразил Георг, – «Тусовка будет на следующей неделе, вы в деле?». «Еще спрашиваешь», – сказал я и посмотрел на часы. Время близилось к обеду. –«Билл, давай, поднимай задницу и поехали. Мы не хотим потом вечность ждать, пока ты соберёшься». «Не разговаривай так громко. Лучше вообще не разговаривай со мной», – промямлил Билл. *** Звук колокольчика на двери в кофейне, в которую я прихожу, практический каждый день стал уже как родной. Однажды прийдя сюда, я почувствовала, что-то не так, как будто не был закрыт какой-то гештальт, оказывается колокольчик сломался и его пришлось снять. Тогда я поняла, как мы люди, быстро привязываемся к каким-то звукам в своей жизни. Даже отсутствие колокольчика что-то поменяло в моем настроении тогда. Я люблю это кафе не только из-за их самого вкусного кофе в Германии. Я убеждена в этом. Но, и из-за атмосферы в нем, теплые цвета в интерьере дарили чувство уюта и безопасности, а деревянные столики и уютные диванчики лишь дополняли. Особенно я влюблена в это место осенью, все здесь становится волшебным. Этим замечательным местом заведует очень милая женщина. Познакомились мы с ней, как только я переехала в этот город и случайно нашла это место. Фрау Хофманн очень редко стоит за кассой, но именно в тот день она стояла там в милом фартуке с лилиями. Мне настолько понравилась ее выпечка и кофе, что я стала ходить туда каждый день, так и сложилось наше общение. Тогда я узнала, что это кафе стало работать после смерти ее супруга. Херр Хофманн умер от остановки сердца и после этого жизнь фрау изменилась на до и после. Целый год она не могла прийти в себя, они любили друг друга несмотря на возраст и время. Одиллия всегда любила печь мучные сладости и умела варить разные виды горячих напитков, и сын предложил открыть ей кафе. Теперь это стало ее отдушиной. Подойдя к кассе, я увидела молодую красавицу, которую вижу чаще родной кузины. Девушка ростом 65 дюйма стояла в черной футболке и в фирменном фартуке с лилиями, которые подчеркивали ее оливковую кожу. Темно-коричневые кудрявые волосы были заплетены в косу, а ярко зеленые глаза смотрели прямо на меня. «Привет, тебе как обычно?», – спросила Эмили. «Привет, да, спасибо» – со смехом ответила я. Эмили старшая внучка Одиллии, студента филологического факультета на последнем курсе и уже долгое время живет с бабушкой в Германии. После окончания университета она хочет продолжить работу в кафе и стать менеджером и продвигать это место выше. Остальные члены семьи переехали в США из-за повышения ее папы, когда она заканчивала 9 классе и решила остаться с бабушкой и дедушкой в Германии. Вот уже несколько лет мама, папа и Мия живут вдали от старшей дочери. Несмотря на разницу в возрасте и расстояние девочки очень близки. Мия прекрасная 5-летняя девочка, которая приезжает к бабушке каждое лето и любит помогать ей в кафе. Она даже придумала свой собственный десерт и назвала в честь дедушки, мистер в клетчатой рубашке. Это пирожное в пластиковых стаканчиках состоящий из кофейного коржа и ее любимых взбитых сливок, сверху украшено ее любимой черникой. Услышав мой голос из кухни, вышла мисс Хофманн. Ее седые волосы были собраны в пучок, а щеки были красного цвета. «Габриэла, дорогая. Я думала ты не придешь сегодня», – сказала фрау. Обычно я прихожу в обед или с утра, но вчера была ночная съемка. Фотограф хотел передать атмосферу жизни Германии ночью, и я в восторге от того, что у нас получилось. «Простите, были сьёмки ночью», –ответила я, целуя ее в щеку. «Не хочешь отведать с нами тыквенный суп с гренками? Только сварила, свежий», – заманчиво предложила женщина. От мыслей о супе и исходящем запахе из кухни живот дал понять, что мы не ели целый день и до ресторана я могу и не доехать. Я радостно кивнула головой, – «Ну и замечательно. Эмили, дорогая, закрывай магазин. Будем ужинать». Мы помогли накрыть и сели за стол. Помимо супа были фаршированные грибы, чесночный хлеб и салат из шпината. Несмотря на жару, Одиллия всегда готовит супы на ужин. Она считает, что суп – лучший вариант для последнего приема пищи, он легкий и не перенагружает желудок перед сном. «Что-то у вас сегодня совсем нет посетителей, в это время всегда кто то есть», – подметила я. «Здесь рядышком открылось новое заведение, все туда и ходят уже который день. Никакой прибыли», – со вздохом ответила Эмилия. «Да? А что за кафе?», – поинтересовалась я. «Помнишь я говорила, что к нам на улицу переехал молодой итальянец. Вот он и открыл ресторан с итальянской кухней», – сказала фрау, – «Он даже принес нам пасту и пиццу на пробу. Очень вкусно, правда, Эми?» «Решил задобрить нас, подлиза», – с усмешкой подметила девушка. «Ну, не говори так. Доменико очень приятный юноша, не каждый сможет открыть свой ресторан, особенно в таком возрасте», – сказала женщина. У Эмилии доброе сердце, но ее доверие тяжело получить. Поэтому я ничуть не удивилась тем, как она отреагировала на нового коллегу. «Не переживай, ваше кафе самое лучшее в округе. У него нет шансов», – успокаиваю швэстэр* я. В ответ я получила воздушный поцелуй. «Ты такая нарядная сегодня, куда-то собралась?», – поинтересовалась Эмилия. На мне коричневый топ на бретели, джинсовая плиссированная юбка мини, на ногах коричневые туфли на высокой подошве и в руках джинсовая винтажная юбка. Волосы просто выпрямляла утюжком, а образ дополняли золотые геометрические серьги-кольца и кулон из этой же коллекции. «У меня будет фит с одной группой и сегодня у нас ужин», – ответила я, смотря в тарелку, – «И вообще, я не наряжалась» «Когда ты успела поменять стиль, если для тебя это не наряжалась», -– с сарказмом подметила она, на последнем слове делая акцент и показывая кавычки пальцами. Да, мне это не свойственно, я сама удивилась, когда начала смотреть юбки и топы. Я так устою от облегающей одежды, что в повседневной жизни я не надеваю такое вообще. На такие встречи между артистами я тоже не наряжаюсь, стараясь показать так свою искренность и дружелюбность. Я взглянула на настенные часы в виде чашек с кофе и поняла, что уже опаздываю. Вскочив со стула держа в руках тарелку с супом, пытаюсь быстро доесть суп. «Куда ты так торопишься, поешь нормально», – со вздохом сказала пожилая дама. «Спасибо, все было очень вкусно, но мне пора бежать», – протараторила я, целуя их в щеки. Схватив сумку, я выбежала их кухни, последнее что я слышала это то, как Эмилия успокаивала причитания Одиллии из-за моего ухода.