Найти свое место

Ханисса сидела вместе с Алисентой и Хелейной в покоях. До нее доносился разговор свекрови и золовки, но мысли бродили там, на Остром Мысе, от которого, благодаря ее мужу, остался лишь пепел. Когда в комнату зашел Эймонд, она боялась поднять голову и не вставала с дивана. Слышалось в голове только «Пламенная мечта» «Не хочу сражаться». Подняв голову и видя, как свекровь разнимает принца и его сестру Баратеон произнесла дивана: -Хэлейна..-требовательно но не четко сказала она и подошла ближе. Ее маленькая фигура теперь заслоняла принца от «зеленой» королевы. –Твой муж лежит обожженным поленом, твоего сына убили. И неужели ты хотя бы попытаться не хочешь защитить их, когда это в твоих руках? Эймонд силен, но он не справится один.-  голос Ханиссы сначала дрожал, потом звенел словно валирийская сталь.-  Когда Рейнира придет за твоей дочерью или за тобой, ни я, ни мой дракон не будут ей мешать. -Ты не Таргариен! –еле слышно, сквозь зубы сказала Ханисса, уходя из комнаты.  Баратеон возвратилась в свои покои. Снимает верхнее платье и умывается прохладной водой из таза, пытаясь привести свои чувства в порядок. В опочивальню заходит ее муж. -Был бы там кто-то другой, тебя бы уже казнили за такие слова королеве. -У нее от королевы только имя. –ответил девушка, вытирая лицо.-Зачем ты сжег Острый мыс?  Одного моего полета на Среброкрылой было достаточно, чтобы показать нашу силу Рейнире. А теперь ты разозлил ее и целое поселение оставил пустошью. Что о тебе будут говорить? Это-важный перешеек, нас туда теперь не пропустят с войском никогда. -Мы пройдем, не беспокойся об этом. Хэлейна рано или поздно согласиться и пойдет с нами на драконе. -Эймонд устало выдохнул и присел на кресло. -Принудить ее все равно не получится… Знаешь, когда я приехала, я сначала подумала, что она дура или трусиха –Ханисса встала налила в два бокала вина, один отдает мужу- но сейчас я вижу, что она просто не понимает то, что чтобы защитить свою кровь, иногда приходится проливать чужую. Она отпивает немного и садится к нему на колени. Эймонд отставляет бокал и обнимает девушку, он поцеловал ее шею а затем губы. Мягкие и сладковатые от вина. -Подумай, ради чего она сядет на дракона. –еле слышно сказала Баратеон. Он забрался руками под сорочку и сжал ее бедра. -Я не хочу, чтобы ты ходила к нему. -требовательно сказал принц. -К кому? -К Эйгону. -Он-король и нуждается в моей помощи. Живой Эйгон вам полезнее, поверьте, мой принц. -И чем же? -Он будет приманкой, мясом, которое мы кинем драконам Рейниры в нужный момент. Он взял ее под спину и повалил на кровать. -Чего ты добиваешься, Баратеон? Он смотрел на нее снизу. Зеленые глаза блестели так спокойно, лицо не выражало будто ничего. Его начинало иногда это раздражать, он мог понять и прочитать многих, но этот фрукт садов Баратеонов так и не может раскусить. ** Ханисса любила мужское внимание и знала его много уже к своим юным годам. Она любила кокетничать и веселиться, когда представлялась такая возможность, за что ее часто ругали септы и отец. Но в любовь она не верила. Вернее, не то, чтобы не верила, а была убеждена, что ее-бастардку с довольно холодным умом без излишней мечтательности, это чувство просто обойдет стороной. Ее возьмет в жены либо какой-то отчаявшийся мелкий лорд или рыцарь, которого одобрит отец, либо она останется сидеть в септе до конца дней. Она часто слышала от отца долгие рассказы о том, как нежно он относился к ее почившей матери, что это чувство не смогло остановить даже законный брак с другой. Ханисса слушала и понимала, что такая любовь-благословение Семерых и редко кого оно посещает. Жена лорда Баратеона ненавидела девочку, которую он часто приводил в замок на праздники или брал на прогулки. Ханисса –живое подтверждение никчемности их брака. Их с Борросом поженили еще совсем молодыми согласно интересам семей, но устраивать истерики мужу она побаивалась. Ханисса даже успела к своим шестнадцати понять, какие мужчины ей по вкусу-такие, как отец-темноволосые, грозные, сильные и прямодушные. За короткое время брака она начала видеть в Эймонде что-то похожее на идеал, и в то же время, он разительно отличался от него. Но она еще не знала, как общаться с таким драконом, чтобы ненароком не обжечься. Он был сильнее, он был умнее тех мужчин, которых ранее она знала. Он был сильнее, умнее ее самой. И это Баратеон раздражало и пугало. Ее шалость с вечером в борделе дала свои плоды. Супруги чаще разговаривали, Эймонд приходил в комнату к жене почти каждую ночь. Как и все в Королевской гавани, секс с Эймондом для нее оказался удивлением. Несмотря на слухи, что будто бы принц был соткан из извращений, Эймонд был неопытен и неприхотлив, они оба учились.  И только царапины, засосы и следы от пальцев на бедрах и ключицах, прикрытые плотным платьем говорили, что она-жена настоящего сына драконов.  Она почувствовала, какой на самом деле она может быть страстной и жадной, и муж был под стать. Его крепкие руки, сжимающие ее до того, пока она не достигнет пика, и тихое рычание в шею говорили, что им обоим безумно хорошо. Но Эймонд почти никогда не оставался с ней на всю ночь, и насладившись женой, уходил. Ханиссе по началу это даже удовлетворяло, но со временем одинокие ночи становились все более холодными и беспокойными. В ее душе оставалась большая темная дыра, которая почему-то прекращала болеть, как только она заботилась об Эйгоне. Ханисса все свободное время продолжала ухаживать за королем и развлекать его, и радовалась, когда видела, как он идет на поправку.  * В один из дней в покоях короля разговаривали Эйгон, Эймонд и старший сын Баратеонов- Надан. -Надан! Надан! -закричала звонко Ханисса, открыв дверь в покои и побежав к брату. Она обняла и поцеловала его щеку, продолжая улыбаться и тут же повисла в воздухе в объятиях брата. Высокий и плечистый, как отец, Надан Баратеон покружил девушку и с улыбкой и опустил. Таргариены переглянулись. Они не привыкли к столь бурным проявлениям чувств, особенно между неравными. -Почему  ты не предупредил?-возмущенно спросила Ханисса. -Мы прошли с войском рядом и отец просил навестить тебя, посмотреть как ты. Еще нужно переговорить с королем. Поклонись хотя бы королю как полагается даме. -Простите меня, Ваше величество.- Ханисса виновато взглянула на мужа и деверя, с ее лица не сходила улыбка.- Я просто очень рада видеть кого-то не Таргариен, а из родных мест. -Похоже, твое воспитание в септе прошло даром. Иди, Ханисса, я к тебе позже зайду. -сказал тихо Баратеон девушке. -Король, муж. -она ушла с легким поклоном. Эймонд взглянул еще раз на темноволосых девушку и парня. Он подметил: «Они довольно похожи, только у этого Надана лицо глупое». Спустя короткое время в покоях Ханиссы раздался стук в дверь покоев. -Войдите. -Смотри, что я тебе принес.- в комнату зашел Надан и протягивает девушке небольшой деревянный инструмент. -Моя лютня! Я так скучала по ней. -радостно воскликнула девушка и обняла лютню. -А почему не попросила у мужа купить или отправила бы ворона, мы привезли бы еще раньше. Ханисса не ответив указала рукой на рядом стоявшего кресло. -Я вижу, что у тебя все хорошо. -сказал Баратеон, присаживаясь. -Вполне, брат. -Конечно, ты выполнила все, что хотела, даже больше. -О чем ты? -У тебя лучшие покои в замке. Скоро, наверное, родишь наследника-Таргариена, да еще ты теперь драконья владыка. Не представляешь, как была взбешена этими новостями мать. -Я просто следую тому, что обещала отцу. -Быть может тебе стоит вернутся в пределы с драконом? Представляешь, какую силу обретет отец? Родоначальник наш-Орис Баратеон, был побочным братом самого Эйгона Завоевателя. Мы тоже можем быть драконьими владыками. - Даже не смей и думать о таком. Драконы принадлежат Таргариенам, я Таргариен. Мой дракон и я будем здесь, с моим мужем.-ответила Ханисса и смотрела на брата, будто не веря, что он мог подобное говорить. -Скажи, а ты любишь мужа? Девушка повернулась к огню и спустя минуту сказала. - Он не злобен ко мне, умен и уважает меня. А большего для бастардки нечего и думать. Помолчав еще минуту, она спросила: -Вы отправитесь дальше уже вечером? -Да. Ханисса, моя мать умерла. -Что?-она обняла брата.-Почему мне не написали? -Это случилось совсем недавно, наверное, из-за сборов не успели написать. -Я надеюсь, вы не ругаетесь с Орисом? Она единственная, кто могла вас как-то мирить. Как отец? -С ним все нормально. Правда Орис еще чаще начал на советах ругаться с отцом. -Мне это не нравится. -Забудь, ты теперь принадлежишь другой семье. -Но вы –мои братья. Как забыть то, что я люблю вас. В покои Енир вносит кушанье, но Ханисса, только почувствовав ярких запах, побежала к ночному горшку. Уже несколько дней она не справлялась с тошнотой. Ханисса присела на кровати, пока Надан негромко разговаривал со служанкой сестры. -И долго у нее так? -Несколько дней. Хотя кушанье хорошо приготовили. И еще..-задумчиво продолжила Енир. -Что? -У нее не было кровей в этом месяце. - Беги за мейстером.-вскричал мужчина и Енир понеслась в стремглав из комнаты. Мейстер обследовал девушку долго, спрятав ее кровать за ширмой. Эймонд стоял, не отрывая взгляда от ширмы, пока свекровь Алисента и Надан в волнении мерили шагами комнату. Выйдя наконец из-за ширмы, мейстер Орвиль изрек: -Вы правы, сир Баратеон, принцесса ждет нового дракона. -Поздравляю. Небесная Мать благословила вас, Принц- сказал Надан с немного растерянным лицом. Вечером Надан и Эймонд стояли во дворе Замка. Небольшая делегация от Баратеонов собиралась, чтобы продолжить путь. Ханисса разговаривала с одной из придворных леди рядом, ее брат и муж рассматривали говорящих девушек. -Знаете, принц, я боюсь ее, когда она улыбается.-сказал Баратеон. -Почему? -Когда она злится или расстроена, ты знаешь точно-она злится или расстроена. Когда же на ее лице появляется улыбка, ты не знаешь, что за ней скрывается- она радуется или ищет место, куда всадиться тебе поглубже кинжал. Когда отец сообщил, что договорился о браке для нее, она сначала сопротивлялась и плакала. Я даже придумал план совместного побега, хотел похитить ее.  Но потом неожиданно она согласилась на брак. Я сначала не понимал почему, но потом, когда она уезжала, я понял. Она честолюбива, умна и .. невероятно красива. Это опасное сочетание. Особенно для мужчин рядом с ней. Спокойная, домашняя жизнь леди при Замке не для нее. Она бы никогда не пошла за меня.  И теперь.. Я даже рад, что именно Вы- ее муж.  Берегите ее, прошу, Ваше высочество. Надан говорил и его голос дрожал, а глаза наполнялись странной грустью. Эймонд и Ханисса после проводов пошли в комнату к девушке. -Я написала отцу, чтобы он поторопился с женитьбой Надана, да и остальных братьев. Предложила несколько девушек. Боюсь, если сейчас рядом с ними не будет умной женщины, когда отца не станет, весь край обагрится кровью. -Вы так близки, что между тобой и Наданом? -голос принца наполнялся неприятным металлическим призвуком. -Мое девичество забрал ты, и ты это знаешь. Остальное неважное. - Расскажи мне о братьях-спросил Эймонд, всматриваясь в лицо жены. -Надан старший, его все готовят как следующего Штормового лорда, но он скорее хотел бы быть межевым рыцарем без дома или уехал бы торговать в Пентос. Орис помладше, ненавидит меня, думает, что отец отдаст мне Замок и забудет о сыновьях. Как только отца не станет, он с радостью вздернет на стене меня и старшего брата. И еще совсем маленький мальчишка Роннел, мы с ним часто играли, когда я еще была в Штормовых землях. Надан меня очень любит. Мы даже хотели убежать, когда отец начал выбирать мне жениха. Но я подумала, что не смогу этого сделать. Это наложит позор на него, на весь дом. Отец был бы просто убит горем. И решила все-таки согласиться ехать сюда.  -У меня для тебя письмо из Цитадели. -Эймонд достал из кармана камзола большой конверт. Ханисса встревоженно посмотрела на него и взяла в руки письмо. Она начала ходить по комнате и вчитываться в небольшой лист, усыпанный цитатами из замковых книг и документов. Исходя из документов, Ханисса была внучкой девятого ребенка Джейхериса и Алиссаны- Сейеры Таргариен, которая давно убежала из Королевской гавани в вольные города и оставалась там проституткой. Согласно документам, Сейера отдала свою дочь в Чаячий город на воспитание под именем Самана. Когда Самана подросла, ее отправили в Штормовые пределы для поиска жениха. Она вышла замуж за местного строителя, позднее попалась на глаза Борросу Баратеону. -Ты уже читал? -Конечно. -Похоже, про Лисскую шлюху в ту ночь ты был прав.-сказала девушка, присаживаясь в кресло. -Похоже, твоя мать знала, поэтому дала тебе валирийское имя.-заключил Эймонд Ханисса взяла лютню и начала играть под мерный треск из камина. Ее пальцы ловко бегали по струнам, а губы улыбались. Эймонд смотрел и невольно в его душе разливалось тепло, то ли от нежной мелодии, то ли от выпитого за ужином вина, то ли от улыбки жены.