Eye in love

Какой раз он ловил себя на том, что так пристально следит за каждым ее словом и жестом? Наверное, в сотый? Очевидно, Аякс уже давно сбился со счета. За этой прекрасной девушкой невозможно не наблюдать, невозможно не пожирать ее влюбленным взглядом. Тем более, когда она пытается с чувством, с толком и расстановкой читать стихотворение очередного классика его любимой Родины. Люмин — так зовут объект его обожаний, искренне пытается, но родной язык Тартальи оказывается очень тяжело освоить за такое короткое время. А кто говорил, что будет легко учиться в Государственном университете Снежной по обмену? Он с уверенностью мог сказать, что трудности ее только закаляют и по-своему интригуют. Вот сейчас она невесомо поправляет свою челку: на аккуратных ногтях сверкают синие блестяшки, а на тонком запястье красуется круглый браслет, ярко отливающий золотом. Эта безделушка очень радует взор Тартальи, ведь она всё-таки не забывает надевать его, не спеша собираясь по утрам. Очевидно, думая о нем? Маленькая звёздочка, которая перекатывается на златом круге при каждом движении ее изящной руки, напоминает ему Люмин. Такая же прекрасная и крохотная. Когда Аякс увидел этот браслет, прогуливаясь по торговому центру, он сразу же подумал о своей путеводной звезде, которая освещает путь его студенческой жизни: полной приключений и опасности в лице строгого ректора Педролино. Люмин бросает тёплый взгляд в сторону рыжеволосого юноши и в очередной раз заставляет пуститься сердце Тартальи в бешеный пляс какого-нибудь народного танца Снежной. А далее следует хитрый прищур, ибо она прекрасно знает свое главное оружие против него, влюбленного дуралея Чайльда Тартальи. Хоть девушка и не спешит проявлять признаки своей влюбленности тире заинтересованности у всех на виду, однокурсники давно подозревают их в теплых чувствах друг к другу. По крайней мере, они знают, что мисс Люмин разбудила в Аяксе тайфун любви. А если этот юноша влюбляется, то делает это с огромной отдачей. Он считал, что ей здесь нравится, даже несмотря на такой суровый климат Снежной. Люмин как-то говорила: ее привлекают именно люди, их душевная теплота и искренность. Каждый божий день, на протяжении уже семи месяцев один Чайльд Тарталья помогал ей больше проникнуться любовью к Снежной. Помогал вдохновляться ее культурой и традициями. Поначалу Аякс был для нее всего лишь громким и невыносимым шутом, вечно вляпывающимся в глупые и странные ситуации. То вызов к ректору за испорченную мебель, то к заведующему кафедрой по литературе за очередную сорванную лекцию и пострадавшие нервы преподавателя, который все никак не уйдет на заслуженный отдых. Он ходячая буря, недоразумение, да поставьте что захотите, все равно окажитесь правы. Тарталья доставлял много неприятностей, но и помогал обустроиться на новом месте в чужой ей стране, со своими законами и порядками. По велению нерадивой матушки Судьбы именно Аякс оказался ее экскурсоводом в Снежной. Он был одним из лучших студентов и отлично разговаривал на ее родном языке. Поэтому именно Тарталью приставили к Люмин. Ведь нужно было помочь дорогой гостье освоиться, олицетворяя радушие и гостеприимство его родины. А он в этом как раз великолепный мастер. Постоянно пребывая в его шумной и надоедливой компании, Люмин начала привыкать и вовсе перестала раздражаться на его самые глупые шутки, скорее просто улыбалась уголками губ. И ведь эта наглая лисья морда умудрилась как-то замечать каждую перемену в ее настроении, считая буквально это благосклонностью к своей хвастливой персоне. — Как он же бесит, — внутри себя проговаривала Люмин, — ну, или бесил... Аякс сделал для себя удивительное открытие: Люмин совершенно не умела кататься на лыжах, и вообще зимние виды спорта не особо ее привлекали. Но студенты Снежной были бы не студентами Снежной, если бы не любили урок физической культуры проводить в горах. И не просто сидеть у теплого камина за интересной беседой, наслаждаясь горчинкой горячего шоколада, а именно активно проводить досуг, катаясь на лыжах и сноуборде. Вот так и возникла первая искра, которая лихо пронеслась между ними. А Тарталья умел удивлять. Ничего не предвещало беды: они опять о чем-то оживлённо спорили. Казалось, любая ерунда могла сделать их врагами на веки вечные. Но все произошло как в тумане. Вот Люмин активно жестикулирует руки, а вот по своей неосторожности начала скатываться со склона со стремительно набирающейся скоростью. Рыжеволосый юноша моментально среагировал: Тарталья, как профессиональный лыжник, догнал ее и буквально спас от столкновения со снегоходом. Когда все осталось позади, Люмин вцепилась в него со всей своей недюжинной силой. Он никогда не видел ее такой напуганной и чересчур взволнованной. Ведь в его памяти отпечатался ее безразличный взгляд и раздраженное выражение лица. А тут перед ним открылась другая ее сторона. Сторона, которая позволяет ей доверчиво обнимать Аякса. А он и не против сжать ее в кольце рук, крепко прижимая к своей груди, вдыхая запах сладких фиалковых дынь, кажется, из Инадзумы. Люмин, правда, сильно напугалась в тот момент, хоть она и применила во время свою выдержку, которой ее годами обучали на секциях по очередному боевому искусству. И Тарталья очень во время выкрикивал координирующие команды. Тогда Аякс и растопил ее неприступную ледяную стену, которая бережно оберегала ее сердце от вторжения таких глупых и ненужных чувств. Тем более в тот день он не мог больше оставить ее одну, так заботливо оберегая ее от опасностей высоких гор Снежной. А вечером они все-таки выпили горячий шоколад, смотря, как играются друг с другом язычки пламени, потрескивающие в камине. — Ну и опасно же у вас в Снежной, — она как-то странно смотрит на него. Этот взгляд Чайльд видит впервые. — Спасибо тебе, Аякс, ты спас мне жизнь. Впервые она называет его по имени, а не титулу, выданному еще в школе. И эта улыбка, полная благодарности, открывает ящик Пандоры. Люмин умудрилась в одночасье влюбить его в себя так сильно, конфискуя его быстро бьющееся сердце себе, в качестве дорогого трофея. — Не за что, Принцесса. Из его уст, пожалуй, это звучит слишком обезоруживающе. Закончив рассказывать выученную наизусть поэму, Люмин медленно проходит мимо Тартальи и незаметно для всех передает ему записку, при этом довольно улыбаясь. Зачёт по сложному предмету в кармане, теперь ещё и один рыжий юноша сможет сходить с ней в кафе и поесть всяких вкусных сладостей Снежной. Люмин определённо всегда добивается чего хочет. Когда Тарталья развернул бумажку, которая пахла так же приятно и сладко, как Люмин, его сердце вновь пустилось в пляс. Девушка — однозначно его любимое и прекрасное солнце, которое согревает его своей любовью в зимние холодные деньки. Тем более, когда это солнышко приглашает Аякса на их долгожданные свидания. Их встречи для него самые желанные, чего греха таить, для нее тоже. Девушка много посвящает себя учебе и изучению государственного языка Снежной. Ведь она пообещала брату упорно учиться и вследствие стать самым великим дипломатом всея Тейвата. Поэтому их свидания в каких-нибудь красивых атмосферных местах не такие частые, как Чайльду бы хотелось. Зато теперь ему позволено быть частым гостем в ее небольшой квартирке, которая была любезно предоставлена дорогой студентке по обмену. Снежная хоть и выглядит суровой и неприступной страной, но всегда старается оказать всем достойный прием. Наедине они много дурачатся и вообще не цепляют лишние маски на себя. Но Тарталья временами замечал ее грустный взгляд. Он знает, какого это: надолго расставаться со своей семьей. Она сильно скучает по младшему брату, хоть и старается не подавать виду. В ее голове всегда была строгая установка: младший брат и родители не должны думать, что она слабая. Ведь она сильная старшая сестренка. Но все-таки тоска берет верх, и Люмин иногда раскрывает перед Аяксом душу и говорит, как сильно скучает по Итэру, который, к слову, уехал изучать культуру Инадзумы. И это точно не из-за Камисато Аяки. — Идем праздновать зачет по литературе, мой очаровательный лис? >;) — С тобой хоть на край света, Принцесса!