Глава 16.

      Нелёгкое затишье окутало нас, своей тяжестью ложась на наши плечи. В нос резко ударил запах мочи, и я сморщилась, затыкая нос от едкого запаха. Тихо, почти бесшумно мы пробирались к дальним темницам, чтобы узнать тайну, покрытую зловоньями. От напряжения, что в любой момент кто-то мог зайти, на моей спине выступил холодный пот. Нервно я покусывала внутреннюю сторону щеки, пытаясь присматриваться за решётки. Баам тенью следовал за мной, не издавая ни звука. Холодная маска безразличия красовалась на его лице, и я не понимала, как он может так держаться в такой момент.       Ближе к концу всей темницы послышались едва уловимые стоны и кряхтения. Я поспешила к одной из решёток и в оцепенении остановилась, не в силах сдвинуться. То, что я увидела, поразило до глубины души: на грязном сыром полу в одних рваных штанах лежал полуживой мужчина. Его спина была полем боя, на котором высекали кнутом все наказания. Живого места практически не было, раны рваные, разодранные, гноящиеся — чувство, будто вспарывали скота, а не человека.       — Мы должны его спасти, — хрипло сказала я.       Послышался всхлип. Я не осознавала до конца, что всхлип был от меня. Слёзы ручьём текли по щекам, оставляя солёные, горькие дорожки после себя. Этот мужчина был мне не знаком, но это не меняет того факта, что мы должны его вытащить. Ещё один мой всхлип и я, дрожа, упала на колени рядом с решёткой. За что этот человек заслужил такое? Что он сделал? Как они могли так поступить?       Баам присел рядом со мной, успокаивая меня, гладя по волосам.       — Изабелль, ты должна взять себя в руки. У нас не так много времени, нам нужно уходить скорее, — тихо произнёс он.       Он прав, но с другой стороны, как он может быть таким спокойным?       Подавив ещё один всхлип, я до крови прикусила щеку, сосредоточившись на боли. Вытерев слёзы рукавом, взяла себя в руки и решительно покончила с этим. В считанные секунды принц открыл решётку, та со скрипучим звуком открылась, пропуская нас внутрь. Я кинулась к мужчине, проверяя его пульс и дыхание. Еле-еле в нём пробивалась жизнь. Аккуратным движением сдвинула слипшиеся, сальные волосы с лица. Осунувшиеся, острые черты лица мужчины были чем-то знакомы мне. Сухие, разбитые губы так и просили влаги, а закрытые глаза с тёмными ресницами метались то ли во сне, то ли в дурмане.       Вместе с Баамом мы потихоньку пытались усадить мужчину, придерживая его. Внезапно он пришёл в себя и туманным взглядом посмотрел на меня. Стеклянные глаза словно смотрели сквозь меня, но вдруг он словно что-то узнал, зрачки стали расширяться, и меня будто пробила молния от осознания, кто передо мной. Но как такое возможно? Ведь он не делал ничего плохого и не нарушал. Злость охватила меня, кипя во мне с каждой секундой всё яростнее. Поймав мой взгляд, Баам нервно глотнул:       — Ты же знаешь, я тут ни при чём, не смотри на меня таким хищным взглядом. Я знал, что он шпионил, мы с твоим отцом это обсуждали.       — Это же мистер Тайки, как он сюда попал? — мой голос дрожал, словно из рта намеревалось вырваться нечто похлеще. Я была в бешенстве. Как кто-то из нашей стаи, а тем более он, оказался тут? Дядюшка был помощником моего отца, а точнее был шпионом для него. Если Кай узнает, в каком состоянии его отец, то армагеддон будет бушевать, пока он не успокоится.       Баам молчал, не зная, что сказать, скрывая от меня свой взгляд. Видимо, ему самому было стыдно смотреть мне в глаза за такую «оплошность». Хотя в этом деле наверняка замешан его отец.       Ядовитая ярость кипела во мне, и я уже не могла сдерживаться.       — Как эти сволочи могли позволить себе такое сделать? — рыча и крича, произнесла я.       Со злости пнула чёртову дверь, от рикошета она стала закрываться. Неугомонная, я стала бродить и думать, как нам вытащить его. Руки так чешутся надрать зад всем вокруг, а тем, кто сотворил такое, я готова и животы им вспороть.       Кашель прервал мой необузданный монолог. Растерянно я посмотрела на оставшуюся клетку, а затем взглянула на принца. Напряжённый, хмурый, он холодно поймал мой взгляд, тем самым призывая не соваться туда. Да что не так? И кого ещё там могли держать? Под пристальным взглядом Баама, маленькими шажками я дошла до клетки, намереваясь узнать, кто ещё там. Пол без соломы, на одной единственной стене висели цепи и кандалы. Ахнув, я подошла ближе, стараясь разглядеть побольше. Это был мужчина, закованный в цепи и кандалы. Он сидел на холодном полу, голова его была опущена. Тёмные волосы свисали, загораживая лицо, а тело было худым, бледным и истощённым. Его грудная клетка медленно поднималась, словно дыхание причиняло ему боль.       — Ты знал, что тут будет кто-то еще, и не хотел мне говорить про одного из них?       Молчание Баама подтверждало этот факт: он не хотел, чтобы я узнала про этого узника. Но почему? Кто он? И почему принц вдруг резко изменился?       — Кто он? — спросила я.       — Тебе не следует этого знать, — шипя возле уха, ответил принц.       — Ой, да не важно, мы должны его спасти. Он болен, ему тяжело дышать, — поток слов так и лился из меня.       — Нет, — грозно сказал Баам.       — Но почему?       — Ты никогда не приблизишься к этому человеку, даже не вздумай. Только через мой труп, — рыча, ответил принц. Я не заметила, когда Баам схватил за решётку возле моей головы, преграждая путь. Его костяшки побелели от того, с какой силой он сжимал эти прутья. Словно он пытался унять свою злобу и ярость, поселившуюся в нём.       — Он умрёт, если мы не поможем, — не унималась я.       — Значит, такова его участь и судьба. Я не намерен ему помогать, пусть хоть сгниёт тут, — гневно кинул он.       — Без тебя справлюсь, мне не впервой.       — Не смей, я сказал. Ты совсем сбрендила, тебе жизнь дорога? Живо отойди от этой клетки, — яростно крикнул Баам. Что на него нашло?       Он приблизился ко мне, наклоняя голову ближе, соединяя наши лбы.       — Не заставляй меня повторять. Я не хочу ещё и тебя потерять, я не вынесу такого. Будь милосердна, у меня всё-таки не железное сердце. Объясню тебе всё, когда будем в безопасности.       Я сглотнула от такой пламенной речи, не зная, что сказать. По телу пробежали предательские мурашки.       Может, он прав, и стоит к нему прислушаться, ведь самое главное — самим спасти и вытащить отсюда мистера Тайки. Если появится такая возможность, попробуем в другой раз.       — Скажи, у тебя есть план, как нам выбраться?       Баам стоял всё ещё зол на меня, острым взглядом наблюдая за мной.       — Разве что с помощью эльфийских заклинаний и магии воздуха.       — Сначала сделай что-то с его спиной, я бессильна в твоём мире, — тихо сказала я.       Не теряя минуты, Баам прошептал слова на эльфийском:       — Ainu ante cui engva aldamo.       Израненная спина заживала, приобретая здоровый вид, но на ней остаются шрамы. Некоторые раны не ушли бесследно, лишь слегка прикрылись. Мистер Тайки не приходил в сознание, и я не знала, что думать. Надеюсь, мы успеем вернуться вовремя.       Пока я следила за дядей, принц один за другим произносил заклинания. Что-то лёгкое, словно перышко, обволокло всё моё тело, и я почувствовала, словно меня благословили и я парю. Быстрым шагом Баам оказался возле меня, помогая мне поднять мистера Тайки.       — Я накрыл нас магией воздуха, поэтому нас не должны заметить. Поторопимся.       С магией делать шаг за шагом с нагрузкой оказалось не так тяжело, поэтому мы быстро покинули темницу. Наверху нас ждала усиленная охрана. В два раза больше стражников, чем обычно. При взгляде на принца у меня защемило сердце. Родной дом восстал против него. В его глазах читались раскаяние и боль, и я отвела взгляд, настраиваясь на путь, который нам предстоит преодолеть. Не хочу, чтобы он вновь увидел жалость в моих глазах.       Нас не заметили. В гордом одиночестве мы миновали лестничный пролёт, натыкаясь каждый раз на стражу. Всё складывалось подозрительно хорошо, или же это я привыкла ко всем подставам и теперь во всём ищу подвох?       Мы выбрались на улицу, и я немного расслабилась. Солнце садилось за горизонт, даруя нам последние тёплые лучи. Прохладный попутный ветер обдувал нас, помогая двигаться быстрее.       На полпути к порталу послышался грохот и зловещий вой, на руках моментально волосы стали дыбом. По спине прошёл озноб. Что на этот раз нас ждёт? Не успела я подумать, как возле нас оказался разъярённый вервольф.       Пришёл по наши души. Я невольно глянула на Баама, тот нервно взглотнул, отпуская магию воздуха. Глаза Тео расширились, он рыкнул на принца. Стычка проходила пару минут, пока я их не прервала.       — Парни, здесь не время и не место, нужно убираться.       Кивнув, Тео развернулся, давая понять, чтобы забирались.       «Быстрее, я не могу долго держать свой облик», — пронеслось у меня в голове.       Усадив мистера Тайки, я стала взбираться следом. Послышался звук, похожий на свист. Возле Тео, в нескольких метрах, я обнаружила стрелу. Значит, обнаружили пропажу, оперативно они.       — Баам, скорее! — крикнула я.       Но он не слушал. Стоя ко мне спиной, по воздуху проводил рукой, произнося заклинания одно за другим. В страхе за нас, за него, я не могла найти себе места.       — Уходите, я их задержу, — спокойно произнёс он.       — Нет.       — Быстрее, я следом вернусь за вами.       Тео дважды просить не надо, рванул с места, рассекая ветер, бьющий в лицо.       Волнение иголками холодило кожу, я не могла оглянуться назад, чтобы узнать, что происходит. Слишком тревожно и страшно увидеть то, что не хочу.       Пересекая последнее расстояние, мы нырнули в портал. Тео затормозил. И тут же из портала показался знакомый силуэт, целый и невредимый.       До нашей стаи мы добрались спокойно и без происшествий. Мистера Тайки доставили медсестрам, а мы сами направились в мою комнату.       — Я жду объяснений, — с порога накинулся Тео на Баама.       — Тео, угомонись, он тут ни при чём. Сядь, мы сейчас всё расскажем.       С каждой минутой Тео темнел всё сильнее, словно грозовое облако, нависшее над нами. С принцем мы дополняли друг друга, рассказывая события в замке, в темнице, то, что я узнала ещё в пещере и у старейшин.       — Вы умом тронулись оба. Я ещё удивлён, что вы живы, — с сарказмом сказал Тео.       — И ещё… — подал голос Баам, явно обдумывая все за и против. — В той темнице был кое-кто, кто сможет сыграть нам на руку.       — И кто же это? К кому ты меня не подпускал? — у Тео на миг расширились глаза. Он не верил, что принц всё-таки меня оберегал.       С тяжёлым вздохом он всё-таки ответил:       — Отец Айрис, — нехотя произнёс эльф. — Такого подонка грех не посадить за решётку. Пусть хоть тысячу раз там сгниёт за все содеянные дела и боль, которую он принёс моему народу. Фыркая от омерзения и гнева, он стал рассказывать дальше.       Когда-то отец ведьмы совершил непоправимое: в сговоре с кем-то они ловили эльфов и продавали их как рабов в другом мире. А тех, кто не сгодился или как-то боролся, он жестоко убивал. Баам выяснил это и нашёл его. Отрубив ему руку и лишив его зрения, он бросил того в темницу доживать остатки своей жизни.       — Что бы вы ни задумали, я вам помогу… — раздался голос где-то сзади.       Одновременно повернувшись, мы увидели, что на пороге стоял дикий как шторм Кай. Осунувшийся, потрёпанный, грустный, а глаза полыхали огнём и ненавистью, которую я никогда раньше в нём не видела.       — И давно ты тут стоишь? — спросил Баам.       — Услышал я достаточно, чтобы быть в курсе дел, — ледяным голосом ответил Кай