Ты не одинок , Александр , ты не одинок!

Томас Стивенс стоял на пороге магазина Бикмана и Крюгера, беспокойно поглядывая на часы. Александр Гамильтон, которого он только вчера похвалил за выдающуюся работу, так и не появился. Прошло уже несколько часов, и Стивенс начинал нервничать. Видимо, поторопился я с похвалой' — раздражённо подумал он. "Сознался парнишка, решил, что теперь можно расслабиться. Все они такие в его возрасте, один день лучший работник, на следующий пропал без следа". Он нахмурился, проворачивая в голове мысли о том, что, возможно, Александр попал под влияние плохой компании, как многие молодые парни. "Что если он пустил свои деньги на ром или ликёр? В его возрасте это вполне обычно' размышлял Томас, но потом его охватило сомнение. Гамильтон всегда казался другим — не таким, как остальные. Он был замкнутым трудолюбивым, никогда не тратил деньги впустую, не ходил по кабакам. 'Нет, что-то тут не так", — подумал Томас, уже не столько осуждающий сколько обеспокоенный. Он знал что Александр не из тех, кто без причины прогуляет работу. Наконец, решив, что стоит выяснить, что случилось, Стивенс закрыл магазин и направился к дому, где, как он помнил, раньше жил Александр с матерью. Когда он подошёл к знакомому дому, постучал в дверь, но никто не открыл. Вокруг царила пугающая тишина, будто в этом доме больше никто не жил. Озадаченный, Томас снова постучал, но ответа не последовало. — Простите, вы к кому? — спросила проходившая мимо строптивая в французском напыщенном одеянии соседка, заметившая его у двери — Да вот, ищу молодого человека по имени Александр Гамильтон. Он здесь живёт, вроде бы с матерью? спросил Томас, уже чувствуя, Что что-то не так Соседка нахмурилась, затем печально вздохнула — Мать его умерла несколько месяцев назад. А сам он давно переехал, теперь живёт у своего двоюродного брата , сказала она, назвав новый адрес — Ой-ой-ой, бедолага, — выдохнул Томас, чувствуя, как его сердце сжалось. — Жаль мне парнишку. Спасибо вам, мадам, — поблагодарил он и поспешил к новому дому Гамильтона. Подходя к указанному адресу, Томас услышал то, что заставило его сердце замереть Изнутри доносился приглушённый юношеский плач и крики, полные боли: — За что мне всё это?.. Почему я? Томас стоял перед дверью, чувствуя как его беспокойство превращается в страх за Александра. Он медленно постучал, надеясь, что тот ответит: — Здесь кто-то есть? Изнутри раздались тихие шаги,а затем дверь приоткрылась. На пороге стоял Александр. Лицо его было бледным, глаза покрасневшие от слёз, а руки дрожали. Томас увидев его в таком состоянии, сразу понял, что ситуация куда хуже,чем он мог представить — Александр... Что случилось? осторожно спросил Стивенс, шагнув ближе, но не желая давить Алекс замешкался, чувствуя, как ком подступает к горлу. Его сердце колотилось, и ему казалось, что сейчас он сорвётся. Но взгляд Томаса был полон сочувствия и понимания. Александр, стоя на пороге, ощущал, как внутри него растёт потребность рассказать правду. Это кузен...— тихо начал он, его голос дрожал. — Он...он не выдержал.. Я нашёл его утром. слова застряли в горле, но Александр, наконец, с трудом выдавил: — Он повесился Томас замер, пытаясь осмыслить услышанное. Он медленно вошёл в дом, видя, что ситуация хуже, чем он мог вообразить. Александр опустил голову, не в силах сдержать слёзы " Я не знаю, что делать...." - прошептал Алекс, потерянный и обезумевший от горя. — Я не могу справиться с этим один. Это... Это слишком. Я не знаю, как похоронить его, что делать с его телом...я просто не знаю, — его голос задрожал сильнее, и он замолчал чтобы не разрыдаться вновь Томас, потрясённый, подошёл ближе и мягко положил руку на плечико Александра. Ты не один, Алекс. Ты не один, сказал он, стараясь звучать уверенно, чтобы дать мальчику хоть какую-то опору. — Мы разберёмся. Я помогу тебе. Сейчас не время думать о работе или о чём-то другом. Мы позовём людей, которые смогут помочь. Похороним твоего кузена с честью. Ты должен дать себе время справиться с этим. Александр сжал кулаки, стараясь унять дрожь в теле. Он понимал, что должен довериться Томасу, ведь другого выхода не было. Он был ещё слишком молод и слаб, чтобы справляться с таким горем в одиночку. Александр медленно кивнул, почувствовав, как внутри него будто что-то сломалось. Слова мистера Томаса принесли хоть немного утешения, но тревога и горе всё ещё тяжёлым грузом давили на его сердце. Томас мягко потянул его в сторону от двери, закрыл её за собой и огляделся. Дом был наполнен тишиной и мрачной тенью утраты, что ещё больше усиливало чувство безысходности. — Где твой двоюродный брат? — осторожно спросил мистер Томас, стараясь не задавать слишком болезненные вопросы. Александр, избегая взгляда мистера Томаса, только кивнул в сторону кабинета. — В кабинете, — тихо прошептал он, и Томас, заметив, как дрожат его плечи, не стал давить. Томас медленно подошёл к кабинету, понимая, что увидит там трагедию, которую не сможет изменить. Он открыл дверь и замер. Питер Литтон, некогда энергичный и влиятельный двадцатилетний человек, теперь висел на верёвке, как сломанная кукла. Томас почувствовал, как сердце сжалось, но он не позволил себе проявить слабость перед Александром. Он закрыл дверь кабинета, глубоко вздохнул и подошёл к Александру, который сидел на краю кровати, уткнув лицо в руки. — Слушай, Алекс, мы сделаем всё, что нужно, чтобы похоронить твоего кузена с уважением, — сказал Томас твёрдо, стараясь успокоить молодого человека. — Сейчас важно, чтобы ты знал: это не твоя вина. Иногда люди не могут вынести того, что им выпало. Но ты должен продолжать жить. Ты сильный, я это видел в тебе с самого начала. Александр не отвечал, его плечи сотрясались от подавленных слёз. Он чувствовал, как волны отчаяния захлёстывают его, как все внутренние демоны поднимаются на поверхность. Мать, теперь кузен— каждый, кто был ему дорог, покидал его. Он не знал, как с этим справиться. — Я не знаю, как быть, мистер Томас... — едва слышно произнёс Александр, с трудом сдерживая слёзы. — Всё это... слишком много. Мать, теперь кузен. Кто следующий? Я? Почему это происходит со мной? Томас сел рядом, тяжело вздохнув. Он понимал, что сейчас слова могут не помочь, но всё же попытался. — Алекс, никто не знает, почему так происходит. Жизнь бывает несправедливой. Но ты должен продолжать. Это то, что твоя мать и кузен хотели бы для тебя. Ты умный, талантливый, ты можешь выбраться из этого. Но тебе нужна помощь, и я здесь, чтобы помочь. Александр поднял глаза на Томаса, в них читалась боль, но и слабый отблеск надежды. Ему было трудно верить в то, что он сможет продолжить жизнь после всего, что произошло, но слова Томаса заставляли его хоть немного надеяться. — Я... не могу сделать это один, — наконец признался он, голос дрожал. — Я не знаю, как похоронить его... Не знаю, что делать с телом. Это всё так страшно... Томас кивнул, понимая всю тяжесть ситуации. Он взял Александра за плечо, слегка сжал его, показывая, что тот не один. — Я разберусь с этим, — сказал Томас уверенно. — Я найду людей, которые помогут с похоронами. Мы всё сделаем по порядку. Ты пока отдохни, соберись с силами. Всё остальное я возьму на себя. Александр глубоко вздохнул, ощущая, как немного отступает то невыносимое давление, которое накрывалось над ним с момента, как он нашёл кузена. Томас оказался тем, кто помог ему увидеть, что мир ещё не полностью разрушен. — Спасибо, Томас, — тихо произнёс он, смотря на своего начальника. — Я не знаю, что бы я делал без вас. Томас кивнул, понимая, что в этот момент они стали не просто начальником и подчинённым. Их связь стала глубже, основанной на человеческом сострадании. — Мы справимся, Алекс. Мы справимся вместе, — твёрдо сказал Томас, поднимаясь с кровати. — Ты не один. Кузена Александра похоронили с соблюдением всех традиций острова. Специальные люди, занимавшиеся похоронными обрядами, провели церемонию у небольшого холма, где море тихо омывало берег. Тело Питера было аккуратно уложено в простую, но крепкую деревянную гробницу, а на его могиле поставили камень с резной надписью, чтобы навсегда увековечить его имя на этой земле. Ночь была тихой, как будто мир затаил дыхание после всего, что произошло. Александр и Томас сидели у костра, огонь мягко освещал их лица, танцуя на ветру. Кузена Александра похоронили, и теперь, когда этот трудный день подошёл к концу, осталось только одно — поговорить. Александр, сидя напротив Томаса, смотрел в пламя. Его глаза были усталыми, наполненными глубокой печалью, и, наконец, он заговорил, вынося наружу то, что давно тяготило его сердце: — Я не знаю теперь, у кого быть, мистер Томас... — начал он, его голос дрожал, как ветер, что кружил вокруг них. — Я буквально выброшен на произвол судьбы... я ничей! Слова дались ему с трудом, но, наконец, они вырвались наружу, наполняя ночной воздух тяжестью, которую Александр не мог больше носить в себе. Он почувствовал, как глаза снова наполнились слезами, но удержал их, пытаясь не дать своим эмоциям выйти наружу. — Я всегда хотел быть частью чего-то большего, — продолжил он, — Но теперь, без опоры, как мне быть? Как двигаться вперёд, когда все, кто был для меня важен, ушли? Томас слушал молча, его лицо было серьёзным и сосредоточенным. Он понимал, что Александр говорит не просто о своих страхах — он раскрывает ему самое сокровенное, свои мечты и надежды, которые теперь кажутся такими недосягаемыми. — У меня была мама... — Александр закрыл глаза, вспоминая её. — Теперь её нет. Остались лишь книги, что остались от неё как наследство. Это всё, что осталось. А потом был двоюродный брат... Я думал, что он станет для меня надеждой. Я верил, что с ним всё наладится. Но и он скоропостижно погас, как свеча. Голос Александра дрожал всё сильнее, и Томас видел, как подросток борется с собственными демонами. Огонь потрескивал, заполняя паузы, и Александр продолжил: — Дальше — тьма... Пустота. Мистер Томас Стивенс, спасибо вам большое... за то, что поддерживаете меня! Я это очень ценю! Но вы мой начальник... И я не могу полагаться на вас навсегда. Томас вздохнул, смотря на юного Гамильтона с глубоким сочувствием. Он видел перед собой мальчика, который потерял всех своих близких, но при этом обладал необыкновенной решимостью и мечтами. Мальчика, который, несмотря на свою боль, искал в этом мире что-то большее. — Знаешь, Алекс, — наконец сказал Томас, его голос был мягким, но решительным, — ты не должен быть один в этом мире. Иногда жизнь бьёт нас так, что кажется, будто всё потеряно. Но это не так. Знаешь, что я думаю? Александр посмотрел на него, внимательно слушая. — Я думаю, что ты — парень, который может многое достичь. У тебя есть мечты, есть сила. Ты пережил то, что другим даже не снилось, и всё равно ты здесь, борешься. И знаешь что? Я горжусь тобой. И я не просто твой начальник. С этого дня, — Томас слегка улыбнулся, но в его глазах горела искренняя забота, — ты будешь жить у меня. Александр замер, не веря своим ушам. — Что? — прошептал он, недоумение и облегчение смешались в его голосе. — Ты будешь жить у меня, — повторил Томас твёрдо. — Я не собираюсь оставлять тебя одного в этом мире. Ты сильный, но иногда даже сильным людям нужна помощь. Так что с этого дня ты будешь частью моей семьи. Александр сидел, не зная, что сказать. Слёзы, которые он пытался сдерживать, наконец прорвались. Он отвёл взгляд, стараясь скрыть их, но Томас уже знал, что творится в его душе. — Спасибо... — прошептал Александр, голос его дрожал. — Я не знаю, как вас отблагодарить... — Ты уже отблагодарил, — сказал Томас, вставая и мягко похлопывая его по плечу. — Тем, что не сдаёшься. А теперь давай, отдохни и собери свои вещи из дома . Завтра будет новый день или когда тебе будет удобно и ты переедишь ко мне! И у тебя ещё будет много возможностей показать, что ты способен на большее. Александр кивнул, чувствуя, как часть боли отступает. Теперь у него был новый дом, и хотя впереди его ждали трудности, он знал, что больше не одинок. А пока александр решил одну ночь проночевать у себя в доме , ведь там были его ценные книги и личные вещи которые он должен будет упаковать в чемодан и готовится к переезду