Эпилог

      Две девочки-двойняшки, примерно 5-7 лет сидели на скамейке в саду, среди кустов роз и тихо переговаривались между собой. Они были одеты в розовые платья и коричневые сапожки, а каштановые волосы заплетены в косички, заколка-ромашка удерживала непослушную челку, что так и норовила выглянуть из-за забранных волос. Они часто носили одинаковую одежду, запутывая окружающих. Единственное различие между девочками состояло в том, что у одной из них была кукла, что повторяла в ней все, начиная с цвета косичек и ленточек, что их удерживали, до одежды и обуви. Единственным но, были глаза пуговки, что по цвету напоминали её настоящие глаза. Другая же предпочитала держаться от игрушки сестры подальше.       - И чем тебе она так нравиться? По мне так она жуткая. – сказала девочка, отводя взгляд от куклы-двойняшки. Почему-то взгляд на неё заставлял её непроизвольно вздрагивать. И так же у нее было ощущение, что кукла следит за ней.       - Ничего подобного. – ответила девочка, поглаживая куклу по голове. – Эта кукла гораздо лучше всех твоих мягких игрушек.       - И чем же? – спросила младшая, поглаживая игрушечного мишку и шевеля его лапками. К нему ей было гораздо приятнее дотрагиваться, чем до куклы сестры, хотя они обе были набиты ватой. Это она узнала, когда они исследовали чердак, и наткнувшись на сундук, решили узнать, что оставили старые жильцы их розового дворца. Она и лежала сверху каких-то тряпок, похожих на одежду прошлых лет. Достав её, мороз пробежал по коже младшей, заставляя сердце и душу дрожать, от того, насколько она была на них похожа. Девочка хотела выкинуть её, и потому взяла её в руки, но старшей она приглянулась, и та оставила её себе. С тех пор она с ней не расставалась. Даже ложилась вместе с ней.       - С тех пор, как она у меня появилась, я стала счастливее. – улыбнулась девочка, сажая куклу на колени и поднося к её личику розу, что бы она ощутила их аромат.       - Да, конечно. Тебя утром еле добудишься, а ночью ты постоянно куда-то встаешь. Только я не успеваю дождаться, чтобы увидеть, во сколько ты возвращаешься.       - Все, что я могу сказать, это-то, что я с радостью осталась бы там навсегда. – честно ответила старшая, ложа розу на скамейку, и немного расстраиваясь. – Там гораздо лучше.       - А можешь… Рассказать, что ты там видишь?       - Родителей. – ответила девочка, переводя взгляд на сестру. – Там, они рядом с нами. Они не откупаются подарками, и проводят со мной время. Мы веселимся вместе.       - Но… Наши родители сейчас…       - Там, они рядом со мной. И не важно, где они в реальности. – резко ответила сестра, вскакивая со скамейки. Немного отойдя, она остановилась, и подумав вернулась. Наклонившись к её уху, она прошептала - Если я получу разрешение, то однажды покажу тебе тот мир, в котором нет грусти. Хотя… Тебя-то родители не обделяют вниманием, и ты радуешься этим отмазкам… но там хватит внимания нам обоим.       Она еле успела это сказать, как над садом пролетел звон колокольчика. Обе девочки повернули головы на звук, и пошли домой. После разговора в саду, девочки не пересекались до ночи, но и тогда они не смогли продолжить разговора, так как после ванны, глаза младшей закрылись, стоило только ей дотронуться до подушки.       На следующий день город потрясла ужасная новость. Старшая сестра Ловатов исчезла из собственного дома. Сколько бы не билась полиция, не расспрашивали оставшегося ребенка, родителей, что после известия вернулись в город, никаких следов не было найдено.