Глава 2.

– Вставай! Валенок несчастный, сколько можно спать?! Нико-кун, подъём! – прокричали мне в ухо. Я едва на потолок не прыгнул от испуга. – Химицу, ты что совсем что ли?! Зачем так пугать? – сказал я. – Извини. Просто ты долго не просыпался. Я уже и завтрак приготовила, а ты всё спишь. Школа ведь… – Да помню я про неё. Ладно. В любом случае, спасибо, что разбудила. – Всегда пожалуйста. Опять поздно лёг? – спросила Химицу. – Ну…да. – сказал я. Ведь, действительно из-за вчерашнего долго не мог заснуть. – Так я и знала. Ладно. Иди завтракать, да побыстрее, а то времени мало. – Слушаюсь и повинуюсь. – сказал я, натягивая брюки. Завтракать и собираться пришлось быстро. Второпях, я не мог найти один учебник. Уже думал, идти без него и попросить у Кёске, но тут нашёл этот несчастный фолиант вместе с газовым баллончиком. Я взял и его с собой, вспомнив слова того мажора-придурка. Времени меж тем было мало, а ещё нужно добраться до школы. Я успел залететь в свой класс, как раз перед звонком. На уроках мне было почти нечего делать. Тему я знал, а отвечать особо не рвался. К тому же мне всё не давали покоя тот телефонный звонок и записка. От нечего делать, я смотрел по сторонам. Хотя на что тут смотреть: обычный класс, хорошая погода, одноклассники…Так стоп, а где Кетрин? ~Только переехала, а уже пропускает занятия. Не похоже на неё. ~ Интересно всё-таки, что это она вдруг уехала, а потом приехала и ведёт себя так, будто я…ну не знаю, покалечил её или подставил, что она со мной даже разговаривать не желает. Время шло. Два урока закончились. Сейчас должна начаться геометрия. – Ник, ты готов к контрольной? – спросил Майкл. – Что? К какой контрольной? – сказал я. – О которой ещё неделю назад говорили. А ещё советовали к ней хорошо подготовиться. – Блин. Забыл совсем. – Ты совсем что ли не готовился? – Нет. Говорю же забыл. – Ну и что тогда делать будешь? Это ведь важная контрольная. – Не знаю. На самом деле, на выбор оставалось либо написать плохо важную контрольную, либо уйти сейчас и не позориться. В конце концов, можно и потом это отработать. – Слушай, Майкл. Можешь сказать, что у меня живот болит или что-то такое, если спросят? – Конечно. – пожал он плечами. – Спасибо. Ну я пошёл. – Пока. В отличие от Кёске, Майкл никогда не осуждает. Даже за нарушение дисциплины. Я быстро собрался и вышел. В коридоре едва не столкнулся с директором, потому срочно ушёл в другом направлении, оказавшись в старом крыле. Прозвенел звонок, и коридоры опустели. В старом крыле обычно использовались лишь некоторые кабинеты, а там, где я оказался вообще не было ни души. По крайней мере я так думал, пока не услышал звук игры на гитаре из старого музыкального класса. Любопытство было слишком велико, и я решил глянуть, что там. Какого же было моё удивление, когда я увидел саму Кобаяши Эли, игравшую на гитаре довольно красивую мелодию. Девушка была довольно сосредоточенной и не заметила появления в классе другого человека. – Красивая мелодия. – сказал я, когда Эли закончила. – Сама сочинила? – Ой, привет, Ник. Не заметила тебя. – сказала девушка, заметив меня. – Да это так… Лишь подбирала аккорды. Ты давно тут стоишь? – Нет, только пришёл. Ты, кстати, чего тут сидишь? Тоже прогуливаешь? – У меня, к твоему сведению, окно в расписании. А ты, я смотрю… – Да-да, я решил сегодня закончить с уроками пораньше. – Понятно. Я тебя, кстати, хотела сегодня найти, сообщить насчёт репетиции. – Что такое? – На выходных репетиций не будет. Райдер уехал по своим делам, а наш ударник немного приболел, просил пару дней на отдых. – грустно вздохнула девушка. – Так что, собираемся в понедельник. Приходи после уроков. Она говорила об этом, как о печальном форс-мажоре. Я в группе относительно недавно, но несколько недель назад заметил, что коллектив рискует распасться. Репетиции и концерты становились всё реже, а споры чаще. Я пытался не вступать ни с кем в конфликт, ибо мне вообще неинтересны эти склоки. Я ради музыки туда приходил. Тяжелее всего сложную обстановку в группе воспринимала Эли. Она была и вокалисткой, и мозгом, и душой коллектива. В добавок, не стоило забывать её деда, одного из богатейших людей страны, из кармана которого группа и спонсировалась. – Ясно. Спасибо, что предупредила. Я тогда, наверное, пойду. – Пожалуйста. Пока. Через окно на первом этаже я покинул здание школы и отправился гулять. Дома сидеть не хотелось, а на улице была шикарная погода. Вроде, в Америке такое называют индейское лето. Где-то через час, я почувствовал голод. Самое время пойти в знакомый бар, где работал мой соотечественник. – День добрый, есть что перекусить? – спросил я, зайдя в заведение. – О, Колян, привет. – поздоровался бармен – Давно тебя не видать. Перекусить? Да, это можно. Я заказал себе немного мяса с картошкой и коктейль из арбуза. Потом ещё пару фруктовых коктейлей. Можно заказать, конечно, пива – паспорт здесь никто не спрашивает. Но я воздержался. Ни к чему хорошему это не приводит, да и рожа потом болит. Дверной звонок оповестил о прибытии новых клиентов. Я увидел, как вошли трое: один взрослый парень вроде студент, другие немного помладше и в школьной форме. Такая же форма, как и у меня. Я узнал одного из школьников. Точнее опознал по фингалу. Я не хотел с ними связываться, поэтому решил по-тихому допить своё и уйти…Но не тут-то было. – Эй ты. – меня похлопали по плечу. – Вставай. Это был друг того «подбитого». Надо сказать, дебильнее стрижки в жизни не видел. – Мы знакомы? – решил я скосить под дурака. – Пока нет. Вот пойдём и познакомимся. – Мне и тут хорошо. – Пошли я сказал! Он толкнул меня так, что я слетел со стула и едва не упал. ~ Мда уж, весовая категория тут явно не в мою пользу. ~ Я нащупал в кармане пиджака свой баллончик. ~ Как хорошо, что я взял эту штучку с собой. ~ Я его использовал всего пару раз и то...в первый раз случайно прыснул себе в лицо. Газа там было немного, так что промахиваться не стоило. Мы вышли из бара в ближайшую подворотню. Там уже стояли остальные: студент и этот с сизым глазом. Парень с хреновой причёской толкнул меня в спину. Вся троица обступила меня, и я встал спиной к стене. Стало понятно, что просто так меня не отпустят. Ну что ж, если аргументы и дипломатия будут бессильны, то можно перейти к насилию и оскорблениям. – Значит, это ты моих друзей калечишь, гайдзин? – сказал студент. – Нехорошо. Извинись. – Я может быть и извинился, но только не перед ним. Ибо не за что. – сказал я. – Ха, вы гляньте. – вякнул школьник. – Эта белая обезьяна вообще страх потеряла. Ситуации не понимает, так ещё и хамит нам. – На себя посмотри, чучело. Судя по причёске, от обезьян ты не сильно далеко ушёл в развитии. – Что ты сказал, придурок? – Что слышал. Нет, правда, парни. – я решил сделать последнюю мирную попытку. – Лично мне проблемы не нужны. Вам, думаю, тоже. Может быть мы просто разойдёмся? – У тебя уже проблемы. Да и куда ты собрался? – ухмыльнулся студент. ~ Ну что ж, я хотя бы попытался. ~ – Да тут недалеко. К маме твоей. – сказал я. – Ну всё, сучёнок. Ты труп. – Тогда вам на меня будет больно смотреть! И прыснул им в лицо из баллончика. Надо сказать, струя пошла большая и хватило на всех троих. Я вылил уродам в лица весь остаток баллона. Подонки валялись на асфальте, закрыв лица руками, крича и всхлипывая. Ну так им и надо. ~ Один на один выйти – кишка тонка. Только втроём на одного можете напасть, уроды? ~ Можно было попинать их, но так неинтересно. Я зашёл в бар. Подонков бояться уже не стоило. Они ещё час будут приходить в себя, а если полезут разбираться в бар, то персонал вызовет полицию. Я был уверен, что эти парни теперь дважды подумают, ко мне не сунуться. – Колян, тут это… – сказал бармен, кивнув в сторону. Я глянул и увидел Кетрин. Она была в школьной форме и сидела за барной стойкой, попивая какой-то зелёный коктейль. Я сел рядом, тем более там я и сидел, пока не позвали на «разговор». – Ну привет. – сказал я. – Привет. – равнодушно сказала она. – Я думал, ты сегодня не была в школе. – С чего ты взял? – Форма. В школе я тебя не видел, а твой наряд вечерним сложно назвать. – В школе я была, но опоздала. – Опоздала? – Да. – закатила она глаза. – Пришла только к третьему уроку. Там была контрольная, но мне разрешили сдать её на следующей неделе. Да и с английского я ушла. Думала, где бы время скоротать вот и зашла сюда. А ты? – Не подготовился к контрольной. Пришлось срочно уходить, иначе сложно потом будет исправить. Кстати, а почему ты опоздала? – Опоздала и опоздала. Тебе какое дело? – Ну раз спросил, значит, есть дело. К тому же, это на тебя не похоже. Сама ведь всегда приходишь вовремя, хоть часы проверяй. А тут такое. – Хм. Не поверишь. – вздохнула она, сделав глоток напитка. – Может и поверю. Ну так что? – Проспала. Смена часовых поясов, плюс я забыла завести будильник. – Понятно. – ухмыльнулся я. – Значит, мы с тобой разминулись. – А ты что, хотел встретиться? – Конечно. – Зачем? – Тебе не кажется, что нам надо поговорить? – И о чём же? – Ты прекрасно знаешь, о чём. Почти год назад ты уехала, ничего не сказав. Теперь ты приехала, не сообщив, перевелась в ту же школу, в тот же класс...Ничего не хочешь мне рассказать? Кетрин лишь цокнула языком и устало вздохнула, будто её просили в сотый раз повторить заученную теорему: – А что тут говорить? Маму перевели по работе. Я поехала вместе с ней. Тогда пришлось быстро собираться и улетать. Даже позвонить возможности не было – телефон тогда уже отключили. – Ой как всё складно. Только почему, я чувствую, что ты мне что-то не договариваешь. – Ой, думай, что хочешь, дело твоё. Да, кстати, я тебе писала письмо, там всё и так изложено. И вообще, почему я обязана перед тобой отчитываться? – Не обязана. А почему в штатах тогда не осталась? – Говорю же, мамина работа. Её срочно перевели сюда. – А ты? – А меня оставить было не с кем. Бабушка живёт в другом штате, а оставить меня одну мама наотрез отказалась. Вот я и оказалась здесь. Снова. – Ты я смотрю не особо этому рада была. – А чему тут радоваться? Другой язык, другая культура. Нет, здесь в Японии, много всего интересного, есть на что посмотреть, но честно говоря, я не хотела сюда возвращаться. – Понятно. Слушай, я вот всё хотел поговорить насчёт наших… – Нет, никаких «нас», «наших» и тому подобного. – перебила меня Кетрин. – Лично для меня всё в прошлом. Извини, за прямоту, но это так. Её слова задели меня. Словно внутри что-то хрустнуло. Нет, я понимал, что мои отношения с Кетрин фактически закончились ещё год назад из-за её уезда. И всё-таки неприятный осадок остался. – Ты сейчас серьёзно? – сказал я. – Как никогда. – ответила девушка. – Я даже не знаю, что сказать по этому поводу. – А тут и говорить не о чем. Пока. Кетрин допила свой напиток и ушла. Я же сидел и чесал затылок. – Ох, Колян, ну и страсти у вас молодых.  – сказал подошедший бармен. – Прямо как… – Ни слова. – процедил я сквозь зубы. – Да я всего лишь… – Не надо. Пожалуйста. – Ладно-ладно. Как-то я себе по-другому представлял эту беседу с Кетрин. Думал, мы поговорим, придём к какому-то решению, но она решила всё порвать. Вот так просто – раз и всё. Причём, не спросила меня, а поставила перед фактом. Я расплатился и пошёл домой. На Токио опускался вечер. Мысли об этом разговоре всё не выходили у меня из головы. Произошло это всё как-то резко. ~ Хотя…Да о чём тут думать, чёрт возьми. Всё кончено, и я знал об этом ещё до разговора. ~ Я зашёл в свой дом. Было довольно поздно, и Химицу уже пошла к себе. Правда, ужин с запиской стоял на столе. Очень вкусный, надо сказать. Предвкушая выходные, я разлёгся перед телевизором и провёл так время до ночи. Обидно было только то, что в холодильнике почти нечего было пожевать. Впрочем, завтра я по-любому пойду в магазин. Мы с Химицу так почти каждую субботу ходим. Надо только не забыть сходить в банк, а то наличных средств осталось не очень много. Ложась спать, я опять вспомнил про Кетрин, наш разговор, про записки, про звонок. «Ой да ну это всё!» – подумал я и перевернулся на другой бок.