1. О том, как у директрисы и Оливера проходили разборки и чем в итоге всё закончилось

Настенные часы громко тикали средь гробовой тишины, навестившей кабинет. Их позолоченные стрелки с угловатыми вырезами, которые кто-то считал за настоящее искусство, а кто-то – за полный шквал, передвигались в разных ритмах по просторам циферблата. Из потрёпанных временем жалюзей били горячие полоски лучей солнечного света, согревая спину и лица присутствующим. Они то перемещались, становясь короче и меньше, то вовсе сменялись вечной тенью. За столом, заполненным стопками бумаг и канцелярскими принадлежностями для письма, сложив руки домиком, сидела женщина лет сорока на вид. Её белоснежные длинные волосы были убраны в высокий хвост, а от лба росли два чёрных рога, один из которых был сломлен. На лице монокль и несколько царапин на лбу, скрывшихся под занавесом чёлки. Одета она была в зелёный пиджак, под которым виднелись белая рубашка с тёмным галстуком. На ногах с заострёнными концами были длинная, ниже колена, чёрная юбка. Её взгляд пристально оглядывал провинившегося учеников перед собой. Его волосы непривычной длины были заплетены в маленький низкий хвостик на конце, а на лбу виднелась хорошая отметка, жирно обведённая красной пастой. – Мы молчим уже пятнадцать минут, – заявила женщина, переводя взгляд на виновника всего этого торжеста. – Оливер, может ты скажешь что-нибудь в своё оправдание? – Ну, это же была обыкновенная шутка! Да и к тому же главное, что все остались живы и никто не пострадал, так ведь? – поставил следующий вопрос упомянутый, с привычной ухмылкой оглядываясь то на женщину, то куда-то в сторону. – Но ты же понимаешь, что не выйдешь отсюда безнаказанным? – вновь прозвучал вопрос, отозвавшись эхом в стенах кабинета. – Ты ведь также должен понимать, что за такое в любой другой школе отчислили бы не тратя времени на пустые разговоры. Да и проще разобрать всю нашу школу по кирпичикам и отстроить заново, чем решать подобную проблему разговором! Поэтому я поступлю так... После этих слов мисс Грейс, какое имя было дано женщине, управляющей учебным заведением, поднялась со своего места и вышла из-за стола, начав рыться в ящиках, гремя содержимым внутри них при этом. И выглядело это так, будто она не искала что-то, а разбирала труп человека, перемалывая его кости.. Когда же эта возня прекратилась, женщина мельком вернулась обратно к ученику, уже придерживая что-то за спиной. – Итак, Оливер, за свою провинность ты получаешь... – растягивала Грейс окончательный вердикт, выдерживая театральную паузу, а затем, достав из-за спины печать в красными чернилами, она быстро влепила за место «A+» новую, более заниженную отметку «F-». – КАКОГО ЧЁРТА?! – быстро опомнившись, воскликнул возмущённо на всю школу ученик, оглядывая изменённую отметку на голове. – Я теперь всю жизнь с такой оценкой буду ходить?! – Ну почему же? Если ты уж так сильно хочешь исправить своё положение, вернув репутацию отличника и лучшего ученика класса, то ты должен стать этой персоной! – А разве я ей не был? – Притворяться и быть это совершенно разные вещи! Поэтому да, ты ей не был – Хорошо... Тогда что мне нужно сделать, чтобы стать ей? – С кого началась эта идиотская шутка – с того она и должна закончиться. Так что, надеюсь, ты понимаешь кого я имею ввиду! – Алису что-ли? – Не глупи, Оливер! Учителя дураков не любят, ты знаешь. – Ну нееет... Вы же не её имеете ввиду? После кивка директрисы Оливер запрокинул голову кверху, недовольно мыча, как пятилетний ребёнок, которому не дали обещанного сладкого после обеда.

***

Ученик с поникшей головой захлопнул за собой дверь, после облокотившись спиной на неё. – Ну? Как всё прошло? – ринувшись со скамейки накинулась на Оливера с вопросами Зип. У неё одна половина волос была светлая, другая же – тёмная. На светлой чернилами был написан пример «2+2=8»ч а сами волосы были заплетены в низкий хвост. На ней были накидка и высокие чёрные сапоги. – Давайте уже быстрее слиняем отсюда, я жрать хочу! – жаловался ещё один из его друзей с именем Эдвард. Он имел два маленьких рога и растрёпанные, во все стороны торчащие длинные волосы. – Завались, придурок! Это, вообще, и тебя касается! Или ты кидалово конченное? – Да ну что ты накинулась, агро псина? Харе гавкать! И пока эти двое уже начинали очередную ссору, Оливер наконец соизволил ответить: – Видите? Грейс мне F с минусом влепила... И теперь, чтобы исправить это положение мне, видите ли, нужно подлизаться к той, кого Алиса чуть не грохнула к чёртовой бабушке! – всё ещё негодуя от сложившейся ситуации, говорил он. – Ну нафиг... Спасибо Господи, что взял только Оливкой! – посмотрев наверх и прижав ладони друг другу, сказала Зип, как бы благодаря или молясь. – Да иди вы оба... – проронил Оливер напоследок, после уходя в глубины коридора. Выйдя на улицу, он со злости пнул какое-то деревце, из-за чего получил втык от бабки, которая на протяжении часа гонялась за ним с стростью. Парень получил не хилые синяки и царапины, оставшиеся у него от побоев. – Бессовестный! Как тебя Земля ещё носит?! – кричала ему вслед пожилая женщина, размахивая по воздуху своим «оружием». – Я тебя сама в землю закопаю заместо этого дерева, придурок! – Иди лесом, женщина, сдалось мне твоё дерево облезлое! – Проститутки, наркоманы! – всё не унималась бабка, из-за чего Оливер, обернувшись, показал ей средний палец. – Лавку жуй и не психуй!!