3. О том, каковы муки совести

Клэр была не особо известной ученицей. Каждый день она приходила в школу с одной целью – получить хорошую отметку и остаться в живых. В прочем, что уж говорить, такая цель была практически у всех! Она была достаточно интересной личностью, и как именно она стала предметом их насмешек – Оливер уже и не помнил и вовсе. Зачморить кого-то просто за то, что он существует – было обыденным для их компании. И на вопрос, зачем они так жестоко поступают, все трое отвечали всегда одним единственным словом, после которого, казалось, их словарный запас больше не пополнялся: «развлечение». Развлечение, которое они практиковали на протяжении многих лет со сверстниками, которые не могли дать отпор или попросту были не равны по силе с хулиганами. Однако идея с ложным выходом заходила за всевозможные и существующие так в целом рамки приличия. То, что родители не отсиживали срок в районной тюрьме, а сами хулиганы всё ещё обучались и не были отчислены – было тем ещё подарком от Бога. Однако Оливера всё равно не устраивал такой расклад. Не устраивало, что за всех троих понёс ответственность именно он. Он прекрасно понимал, что не в одиночку учинил всё это, не без помощи со стороны своих старых приятелей. Но ещё больше не устраивало то, что теперь он чуть ли не хвостиком будет бегать за одноклассницей, как её личная маленькая собачка на поводке. А она будет дёргать за ниточки, то бросая этот поводок, то затягивая его всё туже на шее парня. Теперь Клэр уже не казалась таким ангельским созданием, как только это ужасная мысль взбрела в его голову. От неё Оливер сильно нахмурил брови и быстро потряс головой. – Ты в порядке? – спросила его сидящая рядом Зип, кладя свою руку ему на плечо. – А то у тебя такое лицо, будто... Девушка начала щёлкать пальцами в попытках подобрать нужные слова. – Будто на город упала ядерная бомба, – закончил Эдвард. – Так что случилось то? – Совесть замучила, да, Оливер? – крикнул Энгель. Он являлся одним из самых близких друзей Клэр и был готов порвать по швам организатора шутки, которая могла закончиться фатально прямо здесь и сейчас. – Ой, да закрой! – бросил Оливер, отворачиваясь от одноклассника. – А что такое? Неужели у тебя всё-таки она появилась? – продолжал дразнить Энгель, в упор наблюдая за шутником. – Замолчи... – уже шёпотом повторил виновник. – Ну уж нет! Ты всю среднюю и начальную школу издевался над Клэр, теперь глянь правде в глаза! Да теперь тебе опускаться некуда. Самый ужасный поступок ты уже совершил! – с яростью говорил парень, вставая с места. – Энгель, сядь на место.. – приказала учительница языков – мисс Тавель, когда упомянутый уже приближался к парте ненавистника. – Я СКАЗАЛ ЗАВАЛИСЬ НАФИГ! – сорвавшись, Оливер дал не хилую пощёчину ученики, от чего тот слегка пошатнулся. – Ой что сейчас будет! – поглядывая на парней, заявила Зип. – Зато бокс бесплатный! – сказал Эдвард, доставая из-под парты попкорн. – Ты где попкорн успел достать?! После оба вцепились друг в друга, как две бешеные собаки, борющиеся за единственный кусок свежего мяса, начиная наносить удары по противнику. Оливер с силой вырвал клок волос у Энгеля, ободрав его перья, а тот в отместку оставил царапину прямо на глазу у Оливьехи, которая начала сильно кровоточить. Потом же дело дошло и до ударов в живот, в грудь. Кто-то уже блевал кровью на пол, исходящей изо рта, а кто-то – останавливал потоки красной жидкости, ручьём льющийся из носа. – Энгель, Оливер, бегом в медпункт и оттуда в кабинет к мисс Грейс! – прикрикнула училка языков, хватая обоих за шкирку. – Ну неееет, – заныл по-новой Оливер, волочась за преподавательницей. – Заметь, ты сам в этом виноват! – прошипел Энгель. – А кто начал всю эту словесную брехню на уроке, идиот?! Заколебал! Сидел бы, как всегда, молчал в тряпочку! А тут решил по выпендриваться! – Заткнитесь оба, иначе подзатыльников пропишу! – вмешалась мисс Тавель.

***

– Итак, рассказывайте! – начала мисс Грейс. – Он дал мне пощёчину! – заявил Энгель, указывая на соперника с перевязанным глазом. – Вообще-то ты всё это и начал! Нефиг было гавкать что-то про совесть! Тем более на уроке! – решил поддержать инициативу Оливер, начиная уже ценить распорядок и общественные правила школы. – А он Клэр лап... – хотел было договорить обладатель ободранных перьев и ватных затычек в носу. – ЧТО?! – срываясь на крик, восклицала Грейс, резко поднявшись с места. После она, тяжело вздохнув, опустилась обратно и начала давать следующие наказания. – Значит так! Ты, – она пристально посмотрела на Энгеля. – возвращаешься обратно на урок, и чтобы про подобные выходки я больше не слышала! А ты, – затем она перевела взгляд на Оливера. – такими темпами не вернёшь ни титул, ни репутацию! Тем более ты знаешь все условия. – Да, мисс Грейс.. – сквозь зубы проговорил Оливер, скрещивая руки на груди. – Всё, теперь идите с глаз моих долой! – махнув рукой через спины учеников, велела директриса.

***

Ученик вновь распахивает дверь и поднимается на второй этаж библиотеки, где за круглым столом уже что-то читая под светом настольной лампы, сидит знакомая фигура. Он, вздыхая, садится напротив неё. – Привет.. – начинает парень. – Ага.. – прикрывая лицо книгой, отвечает ему девушка. – Нет, ну реально! – внезапно прерываясь начинает Оливер, вскидывая руки кверху. – Он первый начал этот тупой словесный поединок! – И был прав... Ты поступил гадко. Так что можешь идти, я не хочу с тобой разговаривать.. – всё ещё не отрываясь от толстого тома, говорит ученица. – Вау! Да вы двое мне прям Америку открыли! Я как будто и не знал этого! – Так почему бы просто не попросить прощения? Даже этого бы хватило! Клэр резко хлопает книгой о стол, а юноша прибывая в культурном шоке, медленно примерзает к стулу, явно не ожидая от неё своего рода срывов. После школьница резко выходит из-за стола, прихватывая с собой пособие и уходит в противоположную сторону от одноклассника. Над ними на миг нависает гробовая тишина. Клэр прекрасно понимала, что другого от хулигана и ожидать не следовало бы. Ведь как может просить прощения тот, кто с самим понятием не знаком? Всё равно, что перевести трёхлетнего ребёнка сразу в школу, не изучавшего ещё те основы, что подают на блюдечке в дет.саду – Ладно... Я действительно поступил гадко, признаю! – закатывая глаза и еде слышно цокая, говорит Оливер. – Но?.. – намекая на то, чтобы он закончил свою мысль, Клэр специально растягивает слова. – Но этот подонок сам начал ко мне лезть на ровном месте!! – НУ ТЫ, СВЯТАЯ КУКУРУЗА, ИЗВИНЯТЬСЯ ХОТЬ УМЕЕШЬ?! – А как ты себе это представляешь?! – крикнул хулиган, но более тихо. – Ох, приветик, я хотел бы извиниться за тот случай, потому что у меня беды с бошкой! Но не переживай, я стану добреньким только потому что мисс Грейс мне угрожает отчислением! – Было бы гораздо проще и заодно не пришлось бы себя сравнивать с той калекой, у которой своя личная комната! Тут Оливер громко расхохотался, чему Клэр была удивлена, однако сама была на грани того, чтобы не разразиться смехом на всю школу. – Чего смеёшься? – слегка улыбаясь, спросила она. – Я вообще-то серьёзно! Она выглядит так, как будто из морга сбежала! Однако парень после секундной паузы снова рассмеялся, чуть не слетев со стула на котором сидел, после чего засмеялась и ученица, схватившись за живот. Когда же оба утихли, Оливер, подходя вплотную к Клэр, сказал: – Я действительно не привык извиняться перед кем-либо! Я считал, что это может как-то... Принизить достоинство что-ли? Я был авторитетом в глазах Зип и Эдварда ну и учителей.. – Ох, теперь я жалею... – Что? – Жалею, что не остановила тогда Энгеля. Он поступил неправильно, когда вновь начал сыпать соль рану.. – с нотками печали пролепетала ученица. – Но всё же я бы хотела узнать причину того, почему ты сейчас стоишь здесь! – Я? – ученик слегка растерялся, так как они только наладили отношения. И буквально говорить, что всё это только из-за возврата бесценного авторитета – не хотелось. – Ну, я подумал и решил, что действительно поступил неправильно! Поэтому в качестве того, чтобы загладить свою вину могу ли я... Ну это... Подружиться? – Со мной? А как же Зип и Эдвард? – Для всех место хватит! – Ну ладно. После оба пожали друг другу руки.