Часть 1

Впервые мысль о Нелепом хранилище пришла к нему в голову, когда он прижимал к себе Ло Бинхэ в саркофаге (чтобы уберечь того от когтей незрячего остова). Слишком уж их положение напоминало о старательно подавляемом недавнем инциденте, включавшем столь же тесный контакт. Однако Шэнь Цинцю было далеко не впервой проделывать высококлассную умственную гимнастику, и убедить себя, что Ло Бинхэ действительно хотел только напугать его, не собираясь идти до конца, не составило большого труда. Он даже почти сумел в принципе забыть о неуместном влечении своего непутёвого ученика… ровно до тех пор, пока Мэнмо, этот вредный старикашка, вновь не проехался по больному.   Несколько раз подряд, как нарочно. А может, и правда нарочно: очень уж сильно он обижался на отказ Ло Бинхэ называть его шицзунем.   Но даже после этого Шэнь Цинцю всё ещё сомневался: им нужно было выбраться из Священного мавзолея, причём как можно скорее, а не заниматься всякими глупостями. Даже если Нелепое хранилище совсем недалеко, даже если там нет ни ловушек, ни защиты, даже если это будет лучше для всех, в первую очередь самого Ло Бинхэ. Соломинкой, переломившей хребет верблюда, стал небесный столп, по пробуждении ткнувшийся ему прямо в руку. Хотя какая, на фиг, из этой гигантской колонны соломинка. Радостный голос системы и куча баллов за «достижение» лишь укрепили Шэнь Цинцю в принятом решении.   Даже с учётом того, что ему пришлось тащить Ло Бинхэ на себе, добрались они в кратчайшие сроки.   Он узнал нужную дверь в первую очередь благодаря её невзрачности. Это место не охранялось по одной простой причине: оно служило чуланом, в который небесные демоны скидывали всякий ненужный хлам. Тут можно было найти множество дурацких, бесполезных и сомнительных артефактов, выкинуть которые у предков Ло Бинхэ по той или иной причине не поднялась рука.   Дверь поддалась без малейшего сопротивления, как и ожидалось, а Шэнь Цинцю застыл на пороге, ошеломлённый открывшимся ему зрелищем.   Чего здесь только не было!   Горшочек с бесконечным мнимым рисовым отваром, радужная арфа наивности, маньтоу Мёбиуса, перстень случайного настроения, ночной горшок удачи, призывная кисть, даже духовный скелет кои — и это только то, что можно было увидеть (и опознать) ото входа.   Всё выглядело именно так, как описывалось в ПГБД, и Шэнь Цинцю приободрился, чуя близкое решение одной из своих самых животрепещущих проблем. Однако проходы между завалами всякой всячины оказались слишком узкими, чтобы можно было протиснуться вдвоём, поэтому Ло Бинхэ пришлось ненадолго оставить у двери (и надеяться, что за несколько минут с ним ничего не успеет случиться). К цели Шэнь Цинцю двигался уверенно и стремительно, а заметив краем глаза в одном из рядов что-то маленькое и жёлтое, невольно вздрогнул и ещё больше ускорил шаг: наверняка это был активный утёнок. Бр-р-р, не дай боже…   Не прошло и минуты, как он уже стоял перед тем, за чем сюда пришёл: изнаночным мешочком.   Артефакт в виде саше, который менял любовные предпочтения на совершенно противоположные: от темперамента и подхода к ухаживанию попавшего под воздействие человека до пола предпочитаемых им объектов воздыхания, их типажа и характера.   Страшная была бы вещь — особенно в гаремных разборках, — кабы не несколько нюансов. Главный из них заключался в том, что если изнаночный мешочек использовать с нечистыми намерениями, результат будет сильно отличаться от заявленного. Именно это случилось с женой номер четыреста семьдесят восемь, первоначально вышедшей замуж за Ло Бинхэ, только чтобы сподручнее было отбивать у него обратно свою возлюбленную, которую тот украл. После множества бесплодных попыток она решилась на крайность: радикальное устранение конкурента. И даже выбрала неортодоксальный метод, так как знала, что просто убить его у неё в жизни не получится. Вот только откат поджарил бедняжке мозги до такой степени, что она стала практически зависима от бывшего соперника и больше не мыслила своей жизни без него, а про всё остальное, в том числе старую любовь, и думать забыла.   В ПГБД эта история преподносилась в юмористическом ключе, а многие читатели злорадствовали и говорили, будто «справедливость восторжествовала», однако Шэнь Цинцю искренне ей сочувствовал, тем более что редкая жена имела характер и мотивацию. А за Ло Бинхэ он обиделся вдвойне: настолько опытный дамский угодник совершенно не нуждался в том, чтобы кому-то промывали мозги, заставляя его полюбить. Со временем он бы обязательно нашёл к ней подход исключительно собственными силами, по-настоящему.   Вернувшись к Ло Бинхэ, Шэнь Цинцю на секунду замер, набираясь храбрости для решительного шага. У изнаночного мешочка был ещё один серьёзный недостаток: он действовал неизбирательно — на всех, кто его касался в момент активации, но только один раз. Так что обратить эффект повторным использованием было невозможно.   Но ведь именно Шэнь Цинцю был тем, кто каким-то образом испортил предпочтения Ло Бинхэ, так что если ради возвращения дорогого ученика к счастливой жизни с гаремом красавиц, самому ему придётся стать обрезанным рукавом, который без стеснения будет волочиться за любым мало-мальски симпатичным личиком, то он к такой жертве был готов. Правда. Всё равно ни с одной из сестричек этого мира Шэнь Цинцю не светило принципиально — по законам жанра, — а так, глядишь, найдёт себе кого-то и даже счастлив будет.   Когда он прижал изнаночный мешочек к груди Ло Бинхэ, его пальцы не дрожали, а поток духовной энергии оставался ровным. Вокруг разлился тёплый золотистый свет — признак того, что артефакт сработал в штатном режиме.   Когда сияние угасло, Шэнь Цинцю вновь подхватил Ло Бинхэ и потащил его в указанном прежде Мэнмо направлении: к восточному крылу.   ***   Разницу между «до» и «после» была едва ощутима и вместе с тем огромна: Ло Бинхэ не стал менее липучим, но из его взгляда ушло пугающее до трясущихся поджилок голодное безумие, и когда он лез обниматься (теперь совершенно точно исключительно платонически), шарахаться уже не хотелось.   Едва они столкнулись с Тяньлан-цзюнем, Шэнь Цинцю сам не понял, как сделал ему предложение:   — Я привлекателен, вы чертовски привлекательны, а нашему сыну очень нужны любовь, стабильная среда и положительный пример здоровых отношений, так что давайте не будем терять время зря. Кстати, вам самому и Желейке это тоже пойдёт на пользу.   А Тяньлан-цзюнь взял и согласился, не иначе как от удивления.