3 Мини-глава от лица Эзры Дракара

Я раскинул свои белые крылья, подставляя их палящему солнцу. Чешуйки переливались на них перламутром, а огромное тугое тело начало медленно уменьшаться. К боли, что сопровождала превращение из обеих форм, я уже привык. Поэтому после того, как тело вернулось к человеческому облику, лишь размял плечи и направился прямиком к зданию Совета, где сейчас должна была быть моя мать. В груди рокотало сильное чувство, которое я не смог бы описать словами. Любовь, ревность, невероятная эйфория из-за произошедшего. На руке красовался узор, который связывал меня с моей любимой женщиной. Перед глазами возникло голое стройное тело Эванны, что выгибалась всю ночь напролет под моими ласками. Встряхнув головой, выбросил возбуждающие мысли, сейчас у меня есть дела поважнее. Здание Совета было вырезано прямо в скале. Но это не отменяло его красоты и изящности линий, которые обрабатывали самые талантливые гномы, живущие с нами по соседству. Они трудились много ночей, прежде чем колонны стали настолько гладкими, что отражали от себя солнечные лучи. На входе меня встретил старший брат, презрительно усмехаясь. Я сжал челюсти, не желая поддаваться на его провокации. — Эзра, Эзра, Эзра, — хрипло проговорил он, обходя меня по кругу. — Вот и вернулся домой блудный сын, горячо любимый нашей матерью. — Мирна, не сказал бы, что рад тебя видеть, — рыкнул я, отчего брат лишь громче рассмеялся. — Что тебе надо от меня? И сколько еще я должен терпеть твои покушения на собственную жизнь? Я не претендую на место Верховного дракона. Брат провел по коротким каштановым волосам пятерней и мечтательно устремил взгляд на чистое голубое небо. — Чтобы ты не расслаблялся, сидя в своей Академии, подтирая слюни у студенточек, что втюрились в тебя, — его взгляд наткнулся на мою руку, и глаза в отвращении засверкали. — Но я вижу, что ты, наконец, решился истерзать свое сердце вновь. Уверен, что на этот раз девушка та самая? И не бросит тебя… Мой кулак впечатался в лицо Мирны еще до того, как эта мысль посетила мою голову. Из его носа хлынула кровь. Брат рассмеялся, прижимая руку к лицу, пытаясь стереть последствия удара. Я зарычал на него, давя своей силой, от которой мужчина сжался. — Я не могу понять, чему ты завидуешь в моей жизни? Тому, что мама больше любит меня? Или тому, что женщины всегда выбирали не тебя? — я перешел на драконье наречие, громко шипя, отчего воздух вокруг загустел. Брат схватил меня за тунику, разрывая ее острыми изогнутыми когтями. — Пока ты там прохлаждался в своей чертовой Академии, Серые не останавливали своих попыток уничтожить кого-нибудь из наших… — чувство вины прострелило мою грудь, но я не подал вида, отцепляя от себя Мирну. — Твой долг — защищать собратьев, которые не могут сделать это самостоятельно. Хоть ты и не прямой наследник, но все еще являешься членом королевской семьи! А ты сбежал от нашей мамочки, потому что она замучила тебя своими просьбами о скорой женитьбе. Ты как бельмо на глазу в нашей семье! — Что здесь происходит? — спокойный голос матери заставил нас с братом отойти друг от друга. — Какой пример вы показываете молодым? Что семейные узы для вас — ничто? Постыдитесь оба, — она перевела свой строгий взгляд на Мирну. — У тебя, кажется, были дела, сын? Брат еще раз кинул на меня взгляд, полный ненависти, и ушел в сторону густого хвойного леса. Мама же сняла со своего лица холодную маску и тепло улыбнулась, поглаживая меня по спине. — Какими судьбами, дорогой? — мы направились в сторону деревьев к неглубокому озеру в отдалении. Я неодобрительно посмотрел на женщину и покачал головой. — Мое мнение насчет твоего разделения собственных сыновей остается неизменным. Не надо выделять меня на фоне других, — мама стушевалась, виновато опуская взгляд. Из меня вырвался вздох. — У меня тревожные вести. По пути к озеру я рассказал о том, что мне поведала Эванна. О всех ее предположениях. Драконица присела на сваленное дерево на берегу, задумчиво уставившись на водную гладь. — Твои слова действительно очень тревожны. До меня доходили слухи о том, что в какой-то период времени в Достинере исчезали горожане, но тогда это списали на то, что Король помутился рассудком и изгнал их из своих земель. В то же время его воины были замечены в Брошенных землях близ Выжженных полей. И еще эти смерти среди огненных фей… — она внимательно посмотрела на меня, каким-то материнским чутьем ощущая мое душевное состояние. — Эванна. Она дочь Мадлениандры, не так ли? Королевы всех фей. Я кивнул, потирая ладони между собой. Какое-то смутное чувство беспокойства одолело меня в мгновение. Но я пока не понимал его истоков. Мама схватила меня за руку, пристально разглядывая вязь связи. На ее лице расплылась довольная улыбка. Я лишь вздохнул. — Решил все-таки связать себя с женщиной? — Она еще девушка, во всех смыслах. До взрослого человека ей еще расти и расти, — пробормотал я, смущенный перед любовным взглядом матери. Она хлопнула в ладоши, подскакивая на ноги, словно молоденькая девочка. — Когда прибудете в гости? — Мама, я прилетел сюда не для обсуждения своей личной жизни. А для того, чтобы разобраться в происходящем, — боль пронзила меня в районе груди, отчего я едва не задохнулся, судорожно хватая ртом воздух. Мама тут же оказалась рядом, испуганно дотрагиваясь до плеча. — Создай мне портал. Что-то… происходит с Эвой. Женщина тут же выудила из кармана артефакт для создания порталов и начала колдовать. Меня же захлестнул настоящий животный страх, который не позволял здраво думать. В голове билась лишь мысль о том, что мне надо быть рядом с ней. В эту самую секунду. Без лишних прощаний шагнул в портал, не оглядываясь на беспокойную мать. — Разузнай все, что сможешь. Боль волнами накатывала на меня, когда перед глазами предстала моя милая девочка, у которой на коленях лежал ее мертвый друг. Я чувствовал ее отчаяние так, словно оно было моим собственным. Вокруг собралась толпа студентов, которым я громким приказом сказал разойтись. Неподалеку от корней, истекающих черной субстанцией, лежал еще один из студентов. Но тот был жив. Боги, что же здесь произошло?..