Часть 1. «Мы ещё увидимся?»

— Мам, я в школу, — девушка спустилась со второго этажа большого просторного дома и, быстро поцеловав женщину в щёчку, направилась к выходу. — Хорошего дня, наш водитель уже ждёт тебя на улице, — ответила та, не отрываясь от чашки кофе, но тут же подняла взгляд, будто хотела убедиться, что дочь действительно уходит, а не развернётся и снова затеет спор. — Ну мам, — недовольно произнесла Вероника, остановившись, и посмотрела на неё, — Я же говорила, мне не нужен водитель. Что обо мне в школе говорить будут? — Никусь, мы уже это обсуждали, я же волнуюсь за тебя.       Вероника закатила глаза, но тут же сдержала порыв сказать что-то резкое. Ника вдруг почувствовала укол вины — и тут же разозлилась на себя за это.       В семье Волковых давно был нанят личный водитель и исправно работал уже несколько лет. Ника знала мужчину почти с самого детства, поэтому он для неё был как родной человек, почти как член семьи, но его услугами девушка пользовалась редко, предпочитая ездить в школу самой, ей и так хватало того, что одноклассники знают, что она живёт в богатой семье и не в квартире, а в большом доме. Ничего плохого по этому поводу от них Ника в свой адрес не слышала, но знала нескольких единиц, неравнодушно относящихся к этому: например, Катя из параллельного класса всякий раз, проходя мимо, чуть замедляла шаг и бросала взгляд, в котором смешивались зависть и презрение.       В последнее время в их почтовый ящик через день стали приходить письма с угрозами для дочери. Опасаясь за её жизнь, мама наказала водителю возить дочь в школу и из школы, с чем Ника ещё пока никак не могла смириться, каждый раз пытаясь убедить мать, что с ней всё будет хорошо и она спокойно может добираться сама.       Сегодня утром конверт с очередным письмом лежал на мраморной столешнице в прихожей — белый, аккуратный, но от этого только более зловещий. Ника заметила его краем глаза и тут же отвернулась, будто если не смотреть, то и угрозы не существует. Но она знала: мама видела, как дрогнули её плечи. Знала, что именно поэтому в голосе матери столько твёрдости, а в глазах — столько страха, который она изо всех сил старается спрятать. — Ладно, — буркнула Вероника, натягивая рюкзак на одно плечо, — только пусть он не заходит в школу. И не стоит у входа, как охранник. Я не хочу, чтобы все пялились.       Мама выдохнула, будто с её плеч свалился тяжёлый груз, и слабо улыбнулась. — Хорошо, Никусь. Он будет ждать у ворот. Договорились?       Вероника не ответила, только кивнула, стараясь не встречаться с матерью взглядом. Она знала, что это не настоящая победа, но хоть что-то. Выходя за дверь, она на секунду задержалась, вдыхая запах утреннего сада — влажный, травянистый, цветочный. На мгновение ей показалось, что всё ещё может быть нормально. А потом она увидела чёрный седан у кованых ворот и водителя, который, заметив её, тут же вышел из машины и поспешил открыть дверь. Иллюзия рассыпалась в ту же секунду. — Из школы снова сегодня забирать будешь? — спросила мужчину девушка, уже сидя в машине. — Конечно,– мягко ответил Денис, смотря на дорогу, на что она цокнула и откинулась на спинку сидения, слегка надув губы,– Ник, ну ты же знаешь, что это распоряжение твоей мамы,– сказал он, на мгновение подняв взгляд и посмотрев на девушку через зеркало заднего вида. — Знаю-знаю... – недовольно пробормотала Ника, но в голосе уже не было прежней злости, скорее усталость от бесконечного спора. — Пойми, она же просто волнуется за тебя. — А давай ты будешь делать вид, что возишь меня? Ну, уезжать из дома будем вместе, а когда дом уже не будет видно дальше я сама, потом когда из школы – уже около дома меня будешь подхватывать? М? Ну пожалуйста,– предложила она, состроив жалобные глазки и чуть наклонив голову, как делала в детстве, когда хотела чего-то добиться. — Ни-и-ик,– протянул Денис, по-доброму посмеиваясь,– Чего ещё придумаешь? Давай, не валяй дурака, десятый класс уже. — Попытка – не пытка... – вздохнула девушка, скрестив руки на груди и чуть отвернувшись к окну. За стеклом мелькали знакомые улицы: аккуратные фасады домов, киоск с выпечкой, у которого по утрам всегда толпились школьники, и старый дуб, чьи ветви почти касались крыши остановки. Всё было таким привычным, таким обыденным, что от этого становилось только тоскливее. — Твою мать! – вдруг неожиданно крикнул мужчина, проезжая очередной перекрёсток и чуть не столкнувшись с чёрным сигналящим Мерседесом. — Куда ты прёшь, баран!? – донеслось из его полностью открытого окна.       Осознав, что произошло и отойдя от испуга, Ника быстро сдвинулась к краю сидения и, опустив окно, наполовину высунулась из него, чтобы ответить обидчику. — Сам смотри, куда едешь! Где права покупал? – выкрикнула девушка, стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё дрожало от адреналина. — Ух, какая вы грозная, миледи,– усмехнулся водитель,– Я это у вас собирался спросить. Знак «уступи дорогу» для кого? Для меня что ли? — Да ты... — Он прав, Ник, я не заметил,– перебил её Денис, вздохнув,– Извините, отвлёкся,– сказал он уже громче, обращаясь к незнакомому мужчине. — Ладно, ничего, бывает,– махнул тот и, ещё раз как-то загадочно посмотрев на девушку, дал по газам, и устремился вперёд, а Ника всю оставшуюся дорогу до школы почему-то не могла забыть взгляд тех прекрасных голубых глаз – в них было что-то одновременно дерзкое и спокойное, будто этот человек привык держать ситуацию под контролем, даже когда всё шло наперекосяк.       Припарковав машину у «Курс-инвеста» и увидев по другим автомобилям, что остальные уже на месте, Пчёлкин поспешил в офис и поднялся в кабинет. В воздухе витал запах кофе и сигаретного дыма, который, казалось, въелся в стены ещё в прошлом веке. — Всем привет,– бросил он и сел в кресло, поджигая сигарету. — Здарова, Пчёл,– ответил Белый и как-то странно посмотрел на наручные часы,– Ты вроде вовремя всегда приезжаешь, даже раньше. — Да там... – махнул Витя, выпуская перед собой серое облако дыма,– Рядом на перекрёстке чуть не столкнулись с одним, а его пассажирка-малолетка гнать на меня начала, разговорчивая оказалась. Там школа рядом, она в рубашке была, думаю учится там. — Малолетка? — Ну да. Класс десятый, наверное,– сказал Пчёлкин, очередной раз затянувшись,– А что? — Мне кажется, или я вижу нездоровый блеск в твоих глазах? – спросил подозрительно Саша,– Виктор Палыч, мы знаем, что вы любите помладше, но не настолько же. — С ума сошёл? Белый, у меня мозги-то есть, не собираюсь я с несовершеннолетней трахаться, мне проблемы не нужны. — Так, ладно. С Космосом и Филом мы уже всё обсудили, пока тебя не было. Остался ты. После обеда надо будет встретиться кое с кем, как раз около этой твоей школы, бумаги передать, сделаешь? — Не вопрос,– легко ответил Пчёла, потушив окурок, и подложил руки под голову. В его движениях была та самая расслабленная уверенность, которая обычно появлялась, когда он чувствовал, что всё под контролем.       Сегодня у класса Ники по расписанию стояли в основном все те предметы, которые она не любила, ещё лучшая подруга и по совместительству соседка по парте не пришла на учёбу, поэтому девушка с нетерпением ждала окончания учебного дня. Отсидев шесть уроков, она уже предвкушала последний. И вот, прозвенел звонок, к кабинету подошёл учитель и осчастливил класс хорошей новостью – урока не будет. Радостная Ника вышла на улицу, вдохнув свежий запах свободы – смесь мокрого асфальта после утреннего дождя, выхлопных газов и едва уловимого аромата сирени из соседнего двора. Но тут же ругнулась про себя, ведь поняла, что Денис должен приехать только через сорок пять минут, как и оговарилось с утра. Для Ники это была отличная возможность поехать домой самой, как она и хотела, но нелюбимые уроки, среди которых была ещё и физкультура, утомили её и ехать самой особо не было желания. Девушка опустила руку в карман за телефоном, чтобы позвонить водителю, но тут же услышала знакомый голос. — О, дерзкая, привет,– громко сказал Витя, опираясь о капот своей машины и смотря в сторону входа школы.       Ника поймала себя на мысли, что была рада снова его увидеть, но старалась не подавать вида. У неё было непонятное чувство – сердце забилось быстрее, а в животе появилось странное, щекочущее чувство, будто внутри порхали сотни крошечных бабочек. — Виделись. Что ты тут делаешь? – спросила она, осторожно подходя к нему и смотря прямо в его манящие глаза. — А что, нельзя? – ответил вопросом на вопрос Пчёлкин,– Да не бойся, я не по твою душу, у меня тут рядом встреча. А где же твой водитель, принцесса? — Как... как ты узнал? – удивлённо произнесла Ника. — Интуиция. — Да у нас последний урок отменили, щас позвоню ему, чтобы забрал,– уже набирая номер, проговорила она. — Могу подвезти, раз уж я здесь,– предложил Пчёла. — Ты разве не знаешь, что родители с детства учат своих детей к незнакомым в машину не садиться? — Витя,– улыбнувшись, сказал он. — Вероника. Можно просто Ника,– взяв её руку, Пчёлкин, как настоящий джентльмен, поцеловал тыльную сторону. От этого жеста у девушки на секунду перехватило дыхание, а щёки вспыхнули румянцем. — Подожди пять минут, передам только бумажки важным дяденькам и поедем. Секунду,– открыв дверь, он полез в машину за звонящим телефоном. — Разворачивайся, Пчёл, они не смогут приехать. Прости, что зря сгонял тебя,– сказал Белый на другом конце провода. — Ладно, не парься, но я задержусь немного. — Давай, увидимся,– ответил Саша и сбросил вызов. — Ну вот и всё, даже ждать не надо, прошу садиться,– обратился он к Нике.       Витя взял девушку за руку и повёл за собой к переднему пассажирскому сидению. Открыв дверь, он сделал приглашающий жест, но рука Ники выскользнула из его мягкой хватки, и девушка быстро села на заднее сидение. Молча пожав плечами, Пчёлкин захлопнул переднюю дверь и, обойдя машину, очутился на своём водительском месте. — Ты чего? Я же не кусаюсь, принцесса. — Если ты не заметил, я даже с водителем езжу сзади. И никакая я не принцесса, не называй меня так. — Наличие личного водителя в таком возрасте... Только слово «принцесса» и напрашивается. — Мне так-то вообще не нравится тот факт, что меня возят туда и обратно. Раньше я всегда добиралась сама. Сейчас сажусь сзади, чтобы одноклассники лишний раз не видели и не обсуждали. Просто мне приходят письма с угрозами, мама волнуется и приходится ездить с водителем. Хотя... Чего я тебе это всё рассказываю? Забудь. — «Угрозы»? – заинтересованно спросил Пчёла. — Да так, ерунда,– махнула она рукой,– Балуется, наверное, кто-то. Мама совсем скоро отправит меня на учёбу в Англию и всё нормализуется. — «В Англию»? Ничё себе. — Ну я не особо-то и хочу, но маму отговаривать бесполезно. — Понятненько. Ну, куда ехать? Показывай, где живёшь, Ник.       Она назвала адрес и до самого дома они ехали молча, часто сталкиваясь друг с другом взглядами через зеркало заднего вида. Девушке было приятно, что он предложил подвезти её, а когда ещё и назвал по имени, внутри неё словно бабочка порхнула. Это было новое для неё чувство — смесь волнения, любопытства и чего-то ещё, чего она пока не могла назвать. — Ого, а говоришь не принцесса,– прервал тишину Витя, подъезжая к большому, красивому дому и осматривая его. В его тоне не было насмешки, скорее удивление.       Пока Пчёлкин парковался, к своей машине вышел водитель семьи. Вспомнив автомобиль с перекрёстка, Денис остановился и стал непонимающе смотреть на эту картину. Заметив появление чужой машины и по какой-то неизвестной причине не едущего за дочерью водителя, мама подошла ближе. Её каблуки звонко цокали по брусчатке, а в глазах читалась тревога, смешанная с облегчением. — Привет ещё раз, мам,– произнесла Ника, подойдя к ней. — Привет... Почему ты так рано? С кем это ты? Почему не с Денисом? – засыпала её вопросами женщина. — Всё хорошо, просто урок отменили, а Витя предложил меня довезти. — «Витя»? — Здравствуйте. Виктор Пчёлкин,– ответил Пчёла, встав за спиной у девушки. Его голос звучал спокойно и уверенно, будто он привык, что на него смотрят с подозрением, и давно научился с этим справляться. — Мы чуть не столкнулись по дороге в школу,– подключился Денис,– Но всё обошлось.       Перед уходом Витя решил оставить маме девушки свой номер телефона и адрес, так, на всякий случай, если вдруг Нику некому будет довезти и, возможно, что-то попробовать порешать насчёт угроз. Для женщины всё это было как-то странно и внезапно, но «визитку» она приняла, аккуратно спрятав в карман жакета. — Мам, спокойно, всё хорошо, я чувствую, что ему можно доверять,– прошептала Ника ей на ухо, когда Пчёлкин отправился к машине, и затем поспешила его проводить,– Мы ещё увидимся? – неожиданно для себя спросила она, подойдя к опущенному окну мужчины. — А хочешь? – произнёс Пчёла, от чего девушка как-то смущённо улыбнулась и замялась,– Думаю увидимся,– сказал он, освободив её от ответа,– Работа всё-таки рядом. — Спасибо, что подвёз,– Ника немного присела, чтобы мама не видела и, едва прикоснувшись губами, робко поцеловала его в щёку в знак благодарности, на что Витя слегка усмехнулся. — Не за что.       После того как Витя уехал, Ника ещё долго стояла у ворот, глядя вслед его уезжающей машине, пока та не скрылась за поворотом. В груди всё трепетало, будто она только что прокатилась на самых крутых американских горках — и теперь не знала, хочется ли ей повторить этот спуск или лучше держаться подальше от такой высоты.       Она медленно пошла к дому, машинально теребя край школьной рубашки. В голове крутились его фразы: «Думаю, увидимся», «Работа всё-таки рядом». И от этих слов становилось одновременно сладко и тревожно. Ведь он взрослый, серьёзный, из какого-то совсем другого мира, где люди решают дела, передают «бумажки важным дяденькам» и смотрят на всё с лёгкой усмешкой, будто знают о жизни чуть больше, чем положено в её шестнадцать лет. — Ника, постой, — окликнул её Денис, когда она уже почти дошла до крыльца. — Ты… ты правда думаешь, что ему можно доверять?       Девушка обернулась. В глазах водителя читалась не ревность и не обида, а настоящая тревога — такая же, какую она видела у мамы. Только у Дениса она была мягче, по-отцовски. — Да, — твёрдо ответила девушка, хотя внутри всё ещё дрожало. — Он… он не такой, как кажется.       Денис хмыкнул, потёр ладонью висок и чуть улыбнулся. — Знаешь, я ведь тоже когда-то был молодым и думал, что взрослые делятся на «хороших» и «плохих». А потом понял: чаще всего они просто люди. С грузом, с ошибками, с тем, что тянет вниз. Но если у человека есть совесть — этого уже много.       Ника молча кивнула, чувствуя, как в горле встаёт комок. Ей вдруг захотелось рассказать Денису всё: и про то, как ей страшно от этих писем, и про то, что Англия кажется не спасением, а изгнанием, и про эти новые, незнакомые чувства к Вите. Но слова застряли где-то посередине, и вместо этого она просто подошла и обняла его — крепко, по-детски, уткнувшись носом в жёсткую ткань его куртки. — Всё будет хорошо, Никусь, — тихо сказал Денис, погладив её по спине. — Я рядом. И если вдруг… если тебе станет не по себе, ты сразу скажи, ладно? — Хорошо...