1

— …Гарри! Гарри, ты меня слушаешь? — спросил Рон. — А? А, да, продолжай, — попросил Гарри, ненадолго выпавший из реальности, но вернувшийся после окрика нового знакомого. — Так вот, когда у тебя так много старших братьев, тебе не покупают ничего нового. У меня форма Билла, волшебная палочка Чарли и даже старая крыса — Перси.       При упоминании крысы Гарри насторожился. Рон засунул руку в карман и вытащил из него толстую серую крысу. Она спала. — Его зовут Струпень, и от него никако… почти не… сыпается… подарил Перси… лали стар… том им… же… ло не… ма… щем… ся Струпень… Р-ри!.. Шишь?..       Гарри смотрел на крысу перед собою. Отвратительную, серую, жирную крысу, такую опасную и ужасную. Так ему казалось. Он помнил. Помнил тот день, когда проснулся, а его ногу заживо пытался съесть грызун. Ему было пять лет и его в очередной раз заперли в чулан на неделю, оставив без еды. Он медленно умирал, а затем его пытались съесть. Иррациональный страх остался с ним на всю жизнь. И даже теперь, когда он жил не в чулане, а всех крыс из дома вычистили, он боялся. Боялся.       Крик раздался по всему поезду, он был слышен и в начале состава, и в конце. Звучало так, будто кого-то пытали, резали жилы, забивали иголки под ногти. Дверь купе распахнулась. Крик смолк. — Что здесь случилось? — голос Малфоя звучал совсем не надменно, напротив он был полон беспокойства. — Уизли! — бросил он. — Это ты сделал? — за спиной Малфоя стояли Крэбб и Гойл, которые тупо пялились на происходящее. Впрочем, тупыми они не были, просто заторможенными. — А я здесь при чём, пожирательский сынок?! Гарри, — уже тише сказал Рон, — давай… — что давать никто не услышал, потому что, когда Рон приблизился, Гарри отшатнулся, вскочил с сидения и вжался в угол рядом с дверью купе. — Не приближайся! — кричал Гарри. — Не смей, я…       Глаза Рона налились кровью. Он задышал чаще, лицо стало красным. — Ах, так! Значит компания Малфоя для тебя приятнее моей, да? Урод. Ненормальный! Предатель!!! — он махнул в сторону Гарри рукой, в которой всё ещё держал Струпня. На секунду мелькнул хвост, слегка похожий на змею…       От страха при виде крысы Гарри захотел сказать что-то ещё, но неожиданно повисла тишина. Вряд ли Рон мог выглядеть ещё злее, но он справился с этой задачей. Его лицо стало багровым, на висках вздулись жилки, челюсть затряслась, плечи задёргались… «Точь-в-точь дядя Вернон», — подумал Гарри. — Так ты ещё и змееуст?! Тёмный маг!!! Убирайся отсюда!!! — тут Уизли совершил немыслимую глупость — швырнул крысу в Гарри. Малфой, до сих пор стоящий в дверях купе и пребывающий в полной прострации, вдруг резко очнулся, взмахнул палочкой и крыса отлетела обратно в Рона. Тот набросился на Гарри с кулаками.       Гарри выбежал за дверь, захлопнул её и сполз по стенке. Крэбб и Гойл держали, чтобы безумный Уизли не выскочил и не попытался продолжить начатое. Гарри переводил дыхание, едва способный связно думать. Предательство Рона стало для него ударом, который решил всё. Столь крысиное поведение он ненавидел едва ли не больше, чем самих крыс. Приведя мысли хотя бы в какое-то подобие порядка, Гарри посмотрел на Малфоя. — Гарри, ты в порядке? — обеспокоенно спросил тот. Гарри кивнул. — Что ж, в таком случае, мистер Поттер, почему бы вам не присоединиться к нам, в нашем купе? — Драко протянул руку.       Гарри размышлял не более мгновения. Он схватил протянутую руку, поднялся и сказал: — Буду рад, мистер Малфой.