Часть 1

- Куда же меня занесло, мать его...       Чайник на огне свистит, заглушая последнее слово, и Бак поднимается с диванной подушки.       В заброшенном доме - без окон, межкомнатных дверей и с граффити на стенах, - оказалась вполне пристойная ванная. Типично голубая плитка целая - ею выложена душевая с низким порогом. Прежние посетители, к счастью, не оставили в ней ничего омерзительного, но Бак все равно выплёскивает под ноги немного кипятка, прежде чем разбавить им холодную воду в испорченной эмалерованной кастрюле.       Дракула всемогущий, как же тут холодно! Но как же от него несёт...       Стуча клыками, Бак быстро выливает на себя половину пузырька украденного в универсаме неподалёку жидкого мыла, наспех натирается и споласкивается чуть тёплой водой.       Вытираться приходится простынёй с чьей-то сушилки - не повезло, что ещё он может сказать. В следующий раз кто бы то ни был не забудет про прищепки.       Чистая одежда ему не по размеру, ибо тоже с сушилки, но с другой. Подвязав штаны шнурком, Бак открывает зеркальный шкаф на стене и находит там старый одеколон, пару бритв без упаковки и иссохшийся обмылок. Глубокий вдох и он понял, как же от него до сих пор пахнет чесноком.       Одеколон отправляется на шею и руки. Немного погодя - на шевелюру и новую одежду. Теперь от него веет старым извращенцем, зато не старым маразматиком с пушкой.       Вернувшись в кухню, он располагается на диванных подушках и думает, куда отправится дальше. Он сделал ноги из места, где спокойно обитал почти десять лет. Из его уютных канализационных аппартаментов, из охотничьих угодий. Он пересёк лес за ночь и оказался в пригороде городка поменьше: этот район заброшен, но в центре ему точно будет чем поживиться.       Солнце играет бликами на стене напротив. Под окном ему нечего бояться - для верности он укроется с головой, а с наступлением темноты долетит до домов попрезентабельнее. С тёмными подвалами. И водоснабжением. ***       Сегодня Бак кое что понял: он ненавидит грёбаные музыкальные фестивали.       Это казалось отличной идеей - огромное количество людей, неспящих всю ночь, где-то обязательно кто-то вырубился от алкоголя или чего похуже - бездыханным телом никого не удивить, значит, сцапать кого-нибудь в палатке будет делом плёвым и его никто не хватится какое-то время уж точно.       Ага. Отличный план. Надёжный, как швейцарские часы. Бак выпил одного бедолагу и захотел поживиться его другом, но тот на краткий миг пришёл в сознание с тем чтобы обеспечить Вкусному повод помыться с ног до головы. Именно с ног до головы, да. Но Бак старался об этом не думать: в нём плескалось слишком много крови и то, что в ней содержалось, начинало действовать, так что равновесие, ровное дыхание и игнорирование запахов - его лучшие друзья в эту ночь.       Ну и ещё вот тот чувак с ведром.       Стоя на окраине палаточного лагеря на куске целлофана, поливаемый холодной водой, вампир проклинал всё на лунном свете: эту музыку, этих пьяниц, свою недальновидность, и даже чувака с ведром, окатывшего его нарочито небрежно. Он травил шутки о сложившейся весьма неаппетитной ситуации и Бак укусил бы и его, если бы не тошнило.       Даровав своему банщику жизнь в качестве вознаграждения, Вкусный отошёл подальше в лес, пока музыка не стала отголоском, обратился в летучую мышь и нашёл дупло.       Несмотря на отрезвляющее действие холодной воды, сны были надиктованы настоянной на веществах кровью.       Вот он снова на родной грязной улице - сын проститутки, беспризорник и вор, идёт вслед за простаком с золотой часовой цепочкой на жилетке. Вот простак заходит в тупик, резко разворачивается, хватает мальчишку за грудки и показывает, кто на самом деле кого преследовал. Пока острые клыки впиваются в тонкую шею, он видит грязную стену дома и кусок мостовой. Они стоят перед глазами, даже когда вампир встряхивает его, сетуя, что крови в нём едва ли на закуску.       Он роняет Бака на дорогу и тот видит, как в небе блестит новой монетой полная луна.* - Теперь ты, наверное, пойдёшь с нами в школу? - взволнованно спрашивает его маленький аристократ и большой зануда Оскар. - Ни за что! Я не останусь в городе, где носятся безумцы с чесночным оружием! Я ухожу! Ты со мной, малыш Драко?       Но Драко с ним не пойдёт. Бак почти привязался, но для Склеполаза эта авантюра была всего лишь частью поиска пути. И он точно не лежит через еженощный дебош и жизнь в канализации. Для него выполнение учительских назиданий было приемлемой ценой за сытую и чистую жизнь.       Интересно, что бы Бак ответил, задай Оскар свой вопрос сейчас... ***       Горячая вода льётся в жерло чёрной ванны на гнутых ножках.       Бак лениво перебирает склянки на полке рядом, затем подхватывает на ладонь горку пены и раздувает её.       На полу валяются халат, его вчерашняя одежда, опрокинутый бокал для шампанского и большая тарелка с фруктами.       Вкусный набрал в неё всё, что уцелело после вчерашней вечеринки и притащил сюда. Шампанское у него тоже было, но исключительно в терапевтической дозе. Выдохшееся.       Бак закрыл кран, перегнулся через борт, взял виноград и отправил в рот гроздь, откусив пару ягод. Затем сполз вниз, выдохнул в воду, пуская пузыри, и снова сел, на сей раз разложив обе ноги на бортах.       За всё бессмертие он впервые принимал ванну вот так. И пока не мог сказать, сильно ли ему нравилось. Он вскоре устал ничего не далать, так что подцепил ногой пробку и продолжил лежать, ощущая собственное невесомое тело невероятно тяжёлым, по мере того, как вода уходила.       Сполоснувшись от пены, Вкусный вылез из ванной, вытерся пушистым полотенцем и надел халат. Их вроде положено надевать после ванн.       В соседней комнате была кровать с измятой постелью и посудой на тумбочках. Хозяйка дома сидела напротив зеркала, что было в её случае совершенно бессмысленно, и интуитивно наносила помаду. - Мадам Шрек, вы случаем не ищете нового жениха? - Спрашиваешь для друга, Бак? - не отрываясь от занятия произнесла Максин. - Это из личного интереса, - Вкусный разложил вещи на кровати и стал искать обувь. - Не беспокойся, ты всё равно не подходишь ни по одному критерию.       Бак нашёл ботинок. - Мне казалось, по одному критерию я вчера подошёл.       Второй сам в него прилетел. ***       Душевая кабинка с деревянной дверью, зелёной плиткой по периметру и с цепочным рычагом. Дёрни - польётся такой кипяток, что воды от пара не отличишь. Как они все тут не сварились до сих пор? Не известно, как звали того парня в ливрее, но ему стоит взглянуть на бойлер ещё разок.       Ничего, будем считать, что сегодня ночь сауны.       Грязь струится с тела и волос: он пришёл сюда, потому что ливень застал его врасплох. По крайней мере, он себе это внушает.       У него есть мыло, которое пенится, настоящая мочалка и даже зубная щётка с пастой. Наверно, это чьё-то на следующий месяц, но когда вора волновала судьба обокраденного?       Закончив, Бак какое-то время стоит в тёплой кабинке, запрокинув голову. Тепло. И даже не пахнет сыростью, хотя в таком старом месте это первое, что ждёшь от уборной. Вода журчит в сливе, на лоб ему капает из рассеивателя и пар клубами утекает под высокий потолок... - Эй, Бак... у тебя всё окей? - раздаётся приглушённый голос из-за двери. - Ага, один момент, - он приходит в себя, наспех вытирается застиранным полотенцем и натягивает чистую одежду. Придав движениям небрежности, вампир распахивает дверь и вышагивает навстречу говорившему. - Отличная ванная, Драко, малыш. Спасибо, что пустил скупнуться! - С лёгким паром, - произносит вовсе не Драко и Баку приходится собраться, чтобы не подпрыгнуть от неожиданности.       Рядом со Склеполазом стоит Оскар. - Доброго вечера, ваша милость. Дядя не разозлится, если узнает, что вы позволяете всякому сброду пользоваться удобствами? - ухмыляется Вкусный, но шпилька пролетает мимо. - Мы рады тебе, Бак. Всё в порядке? Баку сначала кажется, что Ужасающий издевается. Но нет. Он говорит это спокойно, держа голову высоко и улыбаясь взглядом.       Оскар стал старше. Он действительно вырастает в того аристократа, которым был рождён, и больше не похож на нервного зануду, коим был в их первую встречу.       Потому что больше не сомневается: он на своём месте. - Да-а...- протягивает Вкусный и колкость про крутой кипяток и варку учеников застревает в горле. - Если ты голоден, приглашаю присоединиться к нам в столовой.       Драко стоит спокойно, словно их только что не поймали на горячем. Неужели он честно рассказал о своих намерениях Ужасающему? Похоже на то. - Пошли есть, Бак. Сегодня тараканы с клёцками - лучшее, что может Оззи. - Спасибо за предложение, детки, но я предпочту не стеснять утончённых особ своим присутствием. - Ты никого не стеснишь. Может, тогда останешься на день? Скоро рассвет. Гостевые покои в твоём распоряжении.       Бак сомневается. Но строить из себя того, кому не нужна помощь просто нет смысла. Он не прочь переждать дождь, да и обмануть Оскара у него не получится: тот уже видел его до чертей напуганным атакой Чеснокова. Не похоже, чтобы он играл в доброго самаритянина. - От тёплого гроба я бы сейчас точно не отказался, - Вкусный скрестил на груди руки. - Тогда идём. Если хочешь, Оззи принесёт ужин прямо в комнату.       Прежде, чем "свободный вампир" успеет назвать его гостеприимство подачкой, Оскар разворачивается и жестом зовёт за собой. Драко хлопает Бака по плечу.       Запрятав ладони в карманы, он следует за ними, чувствуя пристальные взгляды портретов в коридорах.       Уже ложась в гроб, Вкусный отказывается от ужина но соглашается появиться на завтраке. Последнее, что он видит, опуская крышку - кувшин и таз для умывания на столике рядом.