Часть 1

Иногда Альбедо смотрит на свои пальцы из мела и задается вопросом: я человек или подобие человека? Это странный вопрос, коренящийся не в методических стандартах алхимии, а в более субъективных стандартах философии. Это вопрос, который мучает всех в Тейвате, думая, что они живут в эпоху богов и монстров, но ответы не так просты, как кажутся. Если рассуждать логически, Альбедо близок к понятию «человек» — он сделан из мела и пыли, и у него нет тех же требований к жизни, что и у обычного человека. Однако это не учитывает других вещей, вещи, которые очень похожи на человека по своей природе. Это экзистенциальный кризис на личном уровне. Странный вопрос для странных людей. *** Однажды за ужином он спрашивает об этом Кли, и Кли задумчиво морщит носик, обдумывая слова, отправляя в рот очередную ложку горошка, начиная задумчиво жевать. — Я думаю, что ты человек, — наконец говорит Кли, кивая себе, как будто это правда этого мира. — У тебя не все уши заостренные, и твои волосы не смешного цвета. Конечно, Кли еще молода. Несмотря на то, что она гений, когда дело доходит до взрывчатых веществ, такие термины, как «человек» и «подобие человека», имеют очень строгие правила, которые уже существуют для нее. Для Кли она и ее мать — люди, близкие друг другу, с их долгой жизнью и более продолжительным опытом. Для Альбедо он человек, потому что он похож на человека, значит, он один. — Но, Кли, — говорит Альбедо, разжигая дискуссию. — Я сделан из мела. Кли хмурится, как будто это вызвало в памяти какое-то воспоминание об Альбедо, рисующем на стенах пальцами. — О, — говорит Кли, уставившись на Альбедо. — Верно. Кли ненадолго замолкает, ковыряясь в еде на своей тарелке. — Тогда ты околочеловек? Альбедо весело улыбается и ерошит волосы Кли. — Не знаю, Кли, ты мне скажи. Кли надувает губы и запихивает в рот еще одну ложку горошин. *** — Мистер Альбедо? — спрашивает Сахароза, подергивая ушами. — Что привело к этому? Оглядываясь назад, может быть, немного странно спрашивать об этом Сахарозу, но он никогда не был сторонником социальных взаимодействий. Их последнему эксперименту с алхимией требуется по крайней мере несколько часов для обработки, и они слишком осторожны, чтобы оторвать взгляд от проекта, чтобы он не превратился в пепел. Чего ни один из них не хочет. — На самом деле это просто мысленный эксперимент, — честно отвечает Альбедо, рисуя пейзаж за окнами лаборатории и следя за реакцией, происходящей на алхимическом столе. — Ты не обязана отвечать, если тебе неудобно. — Нет, все в порядке, — произносит Сахароза, качая головой. — Просто это внезапный вопрос. Альбедо хмыкает в ответ и ждет, когда Сахароза придумает ответ. — Ну, мистер Альбедо, — говорит Сахароза после долгого молчания. — Я думаю, ты где-то посередине. Не совсем человек, и не настолько близок к человеку, чтобы быть гуманоидом. Альбедо наклоняет голову, останавливая движение. — Можешь объяснить более подробно, Сахароза? Сахароза немного краснеет, отказываясь встречаться взглядом с Альбедо. — Ну… ты выглядишь как человек и ведешь себя как человек, так что, судя по этим рассказам, ты должен быть человеком. Но ты сделан не из того же, что люди — ты говорил мне, что твое тело из мела, и у тебя не такие реакции тела, как у обычных людей. У тебя нет генетического материала, который есть у человека, но ты все равно ведешь себя как человек. Затем Сахароза хмурится и тычет в банку, полную консервированных головок сладких цветов, на скамейке перед ней. — Честно говоря, мистер Альбедо, — говорит она, показывая на собственные уши в демонстрации собственных мыслей, — я думаю, что моя точка зрения в значительной степени от стороннего наблюдателя. Альбедо кивает. — В любом случае, я полагаю, что так и есть, — он делает паузу в своих словах, глядя на алхимические реакции, которые происходили в течение последних нескольких часов; они начинают выглядеть как куча странно окрашенной грязи и издают высокие, пронзительные визги. Кажется, что они почти вибрируют, и Альбедо не знает, должен ли он быть обеспокоен или заинтригован новой разработкой того, что должно быть улучшением зелья Гидро. — Это должно быть так? — Альбедо спрашивает, решив быть более обеспокоенным этим вопросом. Сахароза смотрит на кучу грязи. — Думаю, что что-то пошло не так, — это то, что она успевает сказать, прежде чем грязь вспыхивает огнем, и они вдвоем пытаются найти ведро с водой. *** Давным-давно, когда он еще путешествовал со своей наставницей, он задал этот вопрос, разминая пальцы, сделанные из мела. — Я человек? — спросил он, и Рэйндоттир пристально посмотрела на него и вздохнула. — Ты не человек. Ты что-то близкое к человеку — ответила она, ущипнув себя за переносицу, и Альбедо мудро решил больше не поднимать эту тему. *** — Итэр, — зовет Альбедо, и Итэр делает паузу в своей стопке бумаг, чтобы посмотреть на Альбедо. — Да? — отзывается он, и Альбедо предполагает, что сейчас самое время задать свой вопрос, даже если ответ Итэра будет взглядом постороннего, похожим на взгляд Сахарозы. Но в любом случае нет ничего плохого в том, чтобы спросить, поэтому он спрашивает. — Являюсь ли я человеком или подобием человека? — задает вопрос Альбедо, и Итэр хмурит брови и поворачивается, чтобы прислониться к своему рабочему столу, скрестив руки на груди, пока обдумывает вопрос. Молчание затягивается, и Альбедо задается вопросом, не оскорбил ли он только что Итэра. Прежде чем он успевает извиниться, Итэр отвечает. — Ты ощипанная курица, — наконец говорит Итэр, и прежде чем Альбедо может попросить его уточнить, что, черт возьми, это значит, Итэр продолжает: — Но твои крылья вряд ли лишены перьев, — Альбедо пристально смотрит на него, переваривая слова, в то время как Итэр продолжает. — Ты такой же человек, как и я. В любом случае, в некотором смысле. — Насколько это по-человечески? — спрашивает Альбедо, а затем быстро добавляет: — И что ты подразумеваешь под ощипанной курицей? Итэр смеется. — История про ощипанную курицу была от философа, который сказал, что человек — это двуногое существо без перьев, заставляющее другого человека показывать ощипанную курицу и кричать: «Смотрите на человека!», — это забавная история. Итэр делает паузу, наклоняя голову, чтобы посмотреть на землю. — Что касается твоего первого вопроса, я полагаю, это решать человеку, не так ли? Альбедо некоторое время смотрит на него, обдумывая его слова. — Я не знаю… на самом деле твое сравнение не имеет особого смысла. — Я полагаю, что да, — говорит Итэр, поворачиваясь лицом к Альбедо. — Ощипанная ты курица или нет, ты все равно остаешься собой, верно? Твоя человечность, в конечном счете, зависит только от тебя. Альбедо моргает. — Полагаю, ты прав, — говорит он, за неимением другого ответа. *** Итак, Альбедо возвращается к первоначальному вопросу: он человек или подобие человека? Какой ответ он даст? Он не совсем уверен, но думает, что определится с ответом, когда будет готов. Есть тайны и поважнее, которые нужно разгадать — его человечность довольно незначительна в общем плане вещей. Он все равно должен это решить. Но пока он Альбедо — кем еще он может быть?