Часть 1

Чай на столе разозлился на стакан, В котором было вкусное печенье, Но прокручивая эту сцену в голове, Мной нашлось завтрашнее воскресенье. Орфография нежности пустила себе в сердце Трогательную пулю, что было лишь обманом, Но не потерял бог себя в своей чести, И солнышко зовёт, ведь нельзя иначе. Зоркие глаза стрельнули в висок, И когда имя моё горело в вечности, Я стал неимоверным патроном, И словом мысли не лечатся.