2 часть Глава 9 «Пробуждение»

Эпиграф: «Иногда кажется что лучше не просыпаться.»              Она очнулась. Под спиной было что-то мягкое. Мутило. Голову сковала сильнейшая мигрень, сквозь которую нарочито медленно всплывал текст, визуально, не внутренним голосом, мелькал краем то тут, то там, буквы расплывались, строчки вились будто бы змеи и моментами для Широ он дикий калейдоскоп, складывался в понятные формы с совершено неясным содержанием. В разуме не вязалась ни одна мысль и Широ, временно отбросив попытки не то что осознать, да хотя бы его понять, принялась медленно открывать глаза. Лёгкое освещение тут же по ним резануло, заставив обратно зажмуриться, но боль, и до того немалая, тут же начала угнетать только сильнее. И, как то бывает у людей не соображающих в целом, как бы она ни силилась закрыть их и избежать боли всё равно способной на то не была. Казалось, пульсировала вся голова, а за ней и всё тело от верха к низу. Страх, бывающий при предчувствии возможной скорой смерти как, например, в тот миг, когда осознаёшь что биения сердца у тебя сейчас вовсе нет, сковал её движения, сил хватило только для того чтобы прижать руку к груди. Она не могла понять, это что-то вибрирует или её сердце в действительности решило посоревноваться с двигателем. Она наоборот слышала слишком отчётливо, казалось, что из её головы кто-то очень хочет выйти наружу, раскроив череп. Кошка часто и неровно задышала. Область вокруг глаз стала влажной.       Заметившая движение женщина приблизилась нетвёрдой, неуверенной походкой. Устала. Недолго понаблюдав, она закусила губу и всё положила руку на лоб грязной зверолюдки, убийцы, противника. Сначала голову ушастой будто бы прострелило, но после ледяное касание смогло облегчить неприятные ощущения. Вторая ладонь легла куда-то в область груди, накрывая маленькую ручку. Пульсация и боль стали отступать. И только тогда Широ смогла закрыть свои глаза, вид которых напрягал и вызывал внутреннее отвращение. Белок был пронизан краснотой от лопнувших сосудов, да и сам был оказался к розовому оттенку. Не сразу, но, проморгавшись, она смогла сфокусировать взгляд на женщине с каштановыми волосами и тяжёлой даже на вид… Душой. Впрочем, обратила внимание ушастая на другое. Она остро почувствовала исходящую от неё лёгкую неприязнь во взгляде и прикосновениях. Женщина будто бы трогала что-то не слишком, но всё равно мерзкое. Впрочем, сейчас это не было особо важно. Не успев собраться с мыслями ушастая проронила:        — Кто?.. Эээ… — взяла она паузу, медленно соображая. В голове витала медлительная, но кристальная как забытый ручеёк мысль, которая всё-то не могла нормально оформиться. Три чёрточки никак не собирались в прочный равносторонний треугольник и ушастая не могла поймать хотя бы одну из них. — Где я? — от собственного голоса в голове вновь начала подниматься, казалось, уже вполне заглушенная целительством, боль. Немного придя себя и почувствовав не лучшее отношение Широ ужасно сильно захотелось покинуть незнакомое помещение. Зверолюдка начала свои резкие, но безрезультатные попытки приподняться, ощущая как кожу на спине будто бы стягивает. Плечи сами собой расправлялись, а голова стремилась запрокинуться, она оказалась не в силах её удерживать на месте.        — Лежи. — глубоким грудным голосом остановила её женщина, с усилием, но всё ещё мягко укладывая обратно. Зверолюдка послушно легла и только тогда её плечи смогли двинуться вперёд. На короткий миг она ощутила себя марионеткой, ниточки которой были изорваны, переплетены и запутаны. Как бы то ни было парадоксально, подобная безвольность, невозможность контролировать себя же помогла ощутить на краткий миг будто бы ничто более также неспособно её удержать, принудить, заставить её заставить себя сделать что-то. Возможно, именно в этот маленький момент она была ближе всего к тому, чтобы называться свободной. После же, подчинив внутреннее отдохновение рамке медленно ползущих мыслей она глазами начала обшаривать комнату:        — «Постель, тумба, стол, добротный, но дешёвый. Мой, я смогу его трогать, и не мой, а чей-то.» — отблески недавнего восторга дали отчётливую, яркую мысль, которая показалась ей важной, но истинная глубина у неё едва ли была. — «Свечи.» — остановилась она. Взгляд впился в них. Возле этих на столе видно было ещё четыре, слегка кривоватых, видно что были они рукотворные и мастер был не особо умел. Восторг постепенно отпускал её. Со вздохом женщина кончила с процедурой, мельком проследив за взглядом. — Это для убитых вами. — Она сделала акцент на последнем слове. Неприязнь нарастала. Широ стала примерно понимать кто перед ней. И в этот момент отпустило. Из неё будто бы вынули стержень. Она окончательно перестала себя держать, ещё недавно ясное сознание вновь разбилось на осколки.        — «Целительница, у них ритуал проводов…»        — «Так смеялся Малтиф…»        — «Над ними…»        — «Из отряда героя…»        — «Наверное…»        — «Скорее всего…»        — «Да, из него…» — попеременно подавали свой фрагмент каждый из них. Неосознанно вырвалось:        — Как вы?..        — Четверо убитых! Как?! — взбеленилась женщина. Слова отдались очередной вспышкой в черепной коробке зверолюдки. Челюсть сомкнулась, подавляя крик и превращая его в едва заметное шипение. В дополнение ко всему она случайно закусила щёку, что, впрочем, было уже не в первый и даже не во второй раз. Ничего предпринять целительница всё же не решилась. Видно было, ей больно, но…        — «Не впервой…» — рот ушастой слегка открылся, не размышляя она слабо заплетающимся языком пробормотала:        — Мне жаль…       Та в ответ снова вспыхнула, но как загорелась также и быстро потухла, один глубокий вдох и очередная вырвавшаяся эмоция отправилась на место. Уже внешне спокойная, она уселась на стул, поставила локти на колени, подпёрла голову и закрыла глаза, додавливя то, что смогла додавить в моменте. Широ снова поплохело, но она уже не была в силах что-либо сказать. Спустя неизвестное количество времени в дверь раздался лёгкий стук. Впрочем, стучавший явно ответа не ждал и после сразу же открыл да быстрым и широким шагом вошёл в помещение.        — Что там эта скотина очнулась? — с явным раздражением выплюнул слова Герой Магии. Голову ушастой снова прострелила острая боль, в уголках глаз выступили едва видимые слёзы.        — Да, но пока не в состоянии даже встать. — ответила целительница, смотря куда-то в стену. — Хотя ещё недавно она почти мертва была. Это даже лучше чем я ожидала.        — Тц. Ну и когда на неё сможем хотя бы печать навесить?        — «Что?.. Печать?.. Что-то… Да… Не понимаю… Не… Вспомню…» — продолжала тщетные попытки соображать зверолюдка.        — Пару дней. Тут проблема магическая больше, лечить сложно.        — Что-то когда я перебарщивал настолько долго не было. — недовольство так и сочилось из него. — Что эту-то лечить?        — Масштаб проблемы разный. Ты легонько повреждал магические каналы, а тут они оказались растянуты до предела и повреждены, объём пропущенной тобой тогда энергии и что пропустила через себя она несопоставимы. — наткнулся Герой на спокойную отповедь. Не дав ему собрать мысль целительница продолжила: — Да и она ребёнок лет десяти, естественно с ней мороки будет больше.        — Ладно. — скорее чтобы не дать теме продолжения бросил он. — Хочешь отдохнуть?        — Да не особо.        — Как знаешь. — слегка смущённо, будто бы не совсем в своей тарелке пробормотал Герой. — Если что — зови.        — Конечно.       Пока они говорили кошкодевочка пыталась сообразить и наконец смогла:        — «Ааа… Печать… Точно…»       Целительница и дальше просто недовольно смотрела в закрытую дверь, впрочем, через время повернулась и со всё тем же отношением высказала что думала:        — Знаешь… Я не права. Я не могу тебя винить. А. — остановилась она, заметив состояние кошки. — Сейчас-сейчас.       Женщина вновь засуетилась. Процедура по устранению боли повторилась. На этот раз она оказалась более разговорчива:        — Как зовут хоть?        — Ши… ро…        — Ладно, как скажешь. Меня Агата. Тебе нужно быстрее восстановиться, помогать будешь.       Уже после второго облегчения Широ слегка двинулась, устроившись чуть удобнее, а затем прикрыла глаза. Голова вновь стала соображать хотя бы чуть-чуть и она была намерена этим воспользоваться.        — «Надо вспомнить что хотел передать Малтиф. Система подождёт.» — решила она, зажмурилась и сосредоточилась на восстановлении текста в памяти. Перед мысленным взором вновь оказался образ письма:              «Широ. Ты в любом случае читаешь это письмо вне зависимости от моего апофеоза или неудачи.»        — «Всё же из-за последнего…» — некий ком начал подниматься… Но оказался подавленным и всё же застрял. — «Нельзя. Я должна понять. Этот любитель попиздеть как только уши подвернуться явно чего важного пихнул. Не просто же так Покой мне это всё передала? Нет. Не просто же так он вынудил Покой это передать?»       «Если у Меня вышло, можешь спокойно Мне молиться о помощи, Я буду благосклонен, всё же твоё присутствие рядом с Героем должно будет значительно усилить энергию божественности. Это облегчит Мой апофеоз и становление. Твоё возле меня присутствие было направленно именно на это. Связь с божеством, пускай и таким как Идея, во многом подкупает. Особенно когда остальные после некоторых событий Меня даже знать не хотят. Если же у Меня не вышло, значит не вышло. Так или иначе за Мою помощь ты наследуешь некоторые мои дела. Всё же ты могла бы оказаться где угодно если бы не Я. Если проигнорируешь их с того света достану, можешь не сомневаться. Это не настолько невозможно чтобы Меня остановить, те божества могут оказаться гораздо более сговорчивыми чем ты можешь представить.       Ладно. Ближе к делу.       Твоя задача помочь нашей кицунэ покинуть город.»        — «Ничего себе, блядь, придумал, долбаёбина. Помочь кицунэ, ага… Щас. Разбежались. Как же. Сука, да мне бы знать хотя бы где эта ебанашка, да и мне немного самой помощь нужна так-то.»       «Инструкции уже выдал, так или иначе Я светлых чувств к Героям не питаю и тебе не советую.»        — «Сама знаю, подрались уже с одним… И я убила.» — только сейчас осознание добралось до её поганой душонки жёсткой, крепкой хваткой. Она до этого видела как убивают, присутствовала на казнях по наставлению всё того же Малтифа, но лично никогда чего-то крупнее таракана не убивала. Но даже таракан и котёнок не одно и то же, а тут не котёнок, а вполне себе человек. Мыслящий, думающий, со своей внутренней системой ценностей и моральными ориентирами. И она даже не может оправдать себя тем, что он был злым, подлым или ужасным.        — «Я… Не знаю… Он был…» — и вот это осознание что она, не зная человека от слова «совсем» стала причиной конца его жизни, которая как и всякая другая была наполнена… Да всем подряд, всем, о чём никто кроме него самого и знать не мог. Это осознание её пугало. Она уже сама встречалась не с тем же, но с сходным явлением. — «Юма… Теперь я понимаю почему так. Не думать! Нельзя!.. Думать! Но… Я она, только хуже… Да, обрекла… Я страдала, но… Жива! Жива! А он не жив!..» — постепенно её захватывала истерика. Несмотря на истощённое, ослабленное состояние она всё равно наступала, криво ухмыляясь из-за шторки бессознательного, слегка приоткрывая то, размывая границу. Слезы скопились у глаз уже не как результат внешнего, но как результат внутреннего процесса. Однако психика, как и тело, была истощена, отчего рыданий и не вышло, вышел сдавленный, конвульсивный всхлип, более напоминающий истерический смешок. Руки едва заметно задрожали, пальцы попытались вцепиться в ткань.       Это и заметила целительница и, видя подобное уже не в первый раз, она понимала что что-то одно таки нагнало наглую кошку. Это вызвало лёгкий радостный трепет в душе, но его она подавила точно также как и зло.       Но всё стихает, силы не вечны и кошкодевочка ненадолго отключилась, чтобы, восстановив силы и остудив эмоции снова приняться за начатое:              «Ныне, когда Я уже начал готовиться к божественности и её принимать, во многом благодаря твоей связи с одной запечатанной дурой и ослабления системой кстати, Мне известно о некоторых событиях, которые обязательно произойдут. Вероятно, тебе придётся примкнуть к ним, впрочем, Идея или Я уж постарамся чтобы ты рано или поздно избавилась от рабской печати, которой тебя снабдят.»        — «Ну тут он прав. Я сейчас явно у героев, да и про печать этот уёбок уже говорил. Хотя… А возможно ли что среди тех событий, в которых он был уверен, была его же смерть?.. Жутко если так подумать, жить с осознанием неизбежности…» — мысли в голове звучали глухо. Кожа Широ покрылась мурашками.       «Морриана надо остановить и позволить ему освободиться из-под влияния Бога Некромантии тем или иным образом. Даже если он освободиться только в покое или в забвении это лучше, чем то, что с ним сотворил Он.»        — «Я и против Героя Некромантии… Не вывезу же. Определённо. Может с такими заданиями посмертными нахер пойти! Хотя… Всё же последняя воля, да и у него только я считай и была… Или осталась. Не важно. Что смогу, то и сделаю, усердствовать не буду. А остальное нахер. Интересно, а чего это он везде с большой буквы про себя пишет?..»       «Теперь к чему-то, что будет тебе полезно.»        — «Да, блядь, неужели? Ну-ка, ну-ка…»       «Тебе необходимо встретиться с Названным Героем Забвения, Облиархом Феспидом. Трагичную предысторию узнаешь сама. Ты должна будешь развенчать цикл, рождение которого на Моей совести хотя и во многом сыграли обстоятельства. Я бы не стал запирать своего друга просто так. После этого он наконец достигнет Божественности, вместе со Мной итого у тебя будет уже два благосклонных Бога. Частично этим можно будет компенсировать отсутствие прямого покровителя, можно даже сказать, что сможешь стать этаким Полугероем. Идея на третью четверть в нынешнем состоянии не сойдёт, хотя в будущем вполне возможно попытаться договориться с этой капризной сукой.»        — «Так вот с чего он выдумал меня на Мора натравливать, пророк хренов… Что ж ты не пророчествовал пока со мной жил, а? Ладно. Важнее другое. То есть с активной поддержкой двух богов я буду сопоставима только с половинкой Героя… Это ж насколько сейчас разрыв большой?.. Но скачок всё равно заметный. От подай-принеси до вот этому помоги Богом стать. Малтиф не мелочится.»       «Ранее Я не особо упоминал о мистицизме, что является упущением.»        — «Ага. То есть все эти разговоры про то что всё это бред собачий и не работает, ритуалы, мол, дерьмо, а вот магия это да, тема, теперь не особо упоминал просто… Блеск… Зла на него не хватает.»       «Однако и позволить молиться любому божеству тебе позволить не мог. Это могло нарушить токи энергии на местности и испортить слишком многое.        — «Ну, теперь понятно чуть лучше. Наверное. Но объяснить это сразу, не?.. Какой же ублюдок… Хотя если он мне не доверял из-за Идеи вполне логично, но почему тогда она сама не воспользовалась этой возможностью?.. Скажи она мне помолиться и я вполне могла бы это сделать… Но не сейчас. Что-то странное есть во всей этой заварушке… Если Малтиф хотел возвышения он мог бы просто сказать это Герою и избежать сражения… Да и мне причин содействовать в его убийстве не было… Я… Я даже особо не помню почему… Странно. Ладно, об этом надо уже с Идеей говорить, сама я тут не разберусь.»       «Чтобы отправиться в домен Забвения тебе нужно в полной темноте и одиночестве в молодую луну обратиться с молитвой:              

“Я! Именем своим и учителя моего Героя Идей Малтифа молю Облиарха Феспида,

      

Полузабвение, Владыку Забытого,

      

Правителя праха эпох и неизвестной истории,

      

Существо, не ставшее Богом, заключённое в цикле,

      

О милости личной встречи. Именем Глубокой Тьмы заклинаю Полузабвение ответить на мой зов! Молодая Луна, прошу, дай силы моему ритуалу, кровь моя, стань проводником духа моего на пути в безвестный домен Забвения.”

             После рассеки кинжалом в правой руке, именно в правой, левую ладонь и капни кровью на свинец, любой кусок может подойти, но в идеале на свинцовую пластину размером примерно пятнадцать на двадцать сантиметров или же на что-то древнее и забытое, впрочем, такое ты вряд ли сама найдёшь. Травы для усиления связи ты в любом случае не сможешь достать, эти виды уже исчезли, да и, что иронично, забыли уже о Забвении, там любая связь отчётливой будет. Хотя полынь и Мне нравилась, надо что-то похожее для связи в качестве Бога Пространства придумать.»        — «Вроде пишет на случай смерти, а всё равно думает что себе бы выбрать, не верит же, уёбок, ну не верит.» — с некой горечью от самоуверенности учителя подытожила она.       «Когда попадёшь в домен ты станешь частью цикла, в нём ты должна будешь занять место сбежавшего из сражения генерала. Порядок фраз, которые ты должна сказать в ответ, такой:       Наши войска разбиты Героями.       Да, среди них есть Герой Идей.       Да, они на подходе.       После он спросит, хочешь ли ты пообщаться, соглашайся. Объясни ситуацию. Ты ученица Малтифа и пришла развенчать цикл. На этом самая сложная часть кончилась, с циклом будет легче. Его устанавливал Я, в тебе часто была моя энергия и энергия Идеи, но именно Моя нужна, а из-за времени пока мы близко были Моё влияние в тебе закрепилось уже на более глубоком, сущностном уровне, поэтому хватит следующего:       «Я! Ученица Героя Прошлого, Героя Идей, заключившего это Существование в вечном цикле, именем своим и духом своим, душой своей, энергией своей призываю окончание печати Божественности! Пусть разорвётся цепь событий и продолжится то, чему суждено произойти!»       После тебя выкинет из домена, но через месяц он сам по Нашей договорённости должен будет тебя в него затянуть во сне когда станет божеством, так удобнее потому как образуется мистическая связь. Вот тогда и поговорите более обстоятельно.»        — «Вроде не особо сложно, разве что проблема свинец достать, но он должен быть в его лаборатории так что на деле что-то слишком легко. Только надо узнать что Герой с своим отрядом вынесли, а то можно и не найти. Вполне выполнимо, да и божественный покровитель за такую халтуру откровенную… Чёт даже слишком хорошо. Ладно, всё же Малтиф не стал бы упоминать что-то просто так. Хотя между нами была Покой… Ммм… Всё равно стоит рискнуть.»        Умная кошка.       Впрочем, не смотря на опасения вот этому уже Широ была откровенно довольна. Хоть что-то хорошее наконец произошло.       «Ещё можешь ему вот это стихотворную попытку почитать, ему понравится, всё же его выморали из истории, может даже в теории свинец заменить, но не советую, провалишь попытку и новую молодую луну ждать.       

“На смерть”

Здесь ничего не слышно под луной

Себя затмил разборчивый твой взгляд

И ничего, что смотрит он назад,

Сегодня наконец-то ты домой.

Пронзает сердце твой оскал

Безумным воплем ты хохочешь в темноте

Твой выбор я давно уже узнал,

Я многое всё помню о тебе.

Ты из гостей ушёл скорей домой,

Ты кинулся в незриму пустоту,

Ну что же… Что же, друг ты мой,

Я выбор твой лишь молча поддержу.»

       — «Приколист блин. Какие стихи-то? Ещё и не слишком складные. Ладно, шут с ними.»       «Также важно упомянуть и иные почётные имена, связанные с тобой или с теми, с кем должны возникнуть проблемы.»        — «Ну-ка, ну-ка… А вот это интересно.»       «Про Пустоту тебе знать рано. Так или иначе тебе придётся столкнуться с Мором, ему покровительствует следующее Божество:       

“Бог Некромантии, властитель Псевдожизни, Развенчатель Цикла жизни и смерти,

Взывающий к мёртвым, проводник не окончивших путь,

Самоназванный вечный противник Покой, участник объединения Бога Бедствий.”

       — «То есть он, зная почётное имя самого Бога Некромантии, решил просто коньки отбросить, хотя до этого чтобы сохранить себе жизнь был готов не всё… Совсем не в его духе.»       «Есть несколько моментов которые следует помнить. Мор уже искажён, единственный путь его освободить — это уничтожить и позволить вернуться в цикл, который разорвало божество.»        — «Может и он опасался что это искажение коснётся и его?.. Это объясняет почему он не решился.»       «У местной некромантии есть фундаментальное ограничение, она не действует на Героев и иные внемировые сущности, то есть тебя обратить Мор не сможет.»        — «А вот и первопричина. Вот теперь всё понятно.»       «Подобное может произойти только при столкновении с родоначальником силы, что ситуация крайне опасная уже сама по себе. Я надеюсь, если не удастся от него сбежать или победить он захочет видеть тебя как Смертного Верующего и подпустит поближе, а там уже Идея подскажет что с ним делать. Кстати, подобное ограничение есть и у силы Божества Времени, все кто родился здесь, в этом мире, и обладают местными душами могут ощутить влияние, нам же надо сознательно обратиться к божеству.»        — «Звучит интересно, надеюсь вспомню если понадобится.»       «А это, если не знала, твоё основное божество:       

“Богиня Структурированной Магии, Владелец Первозданного Алфавита,

Исток магической силы и держатель магических знаний,

Контрактор Бога Дикой Магии.”

      Можешь помолиться перед опасностью, возможно, даже поможет, если божество вдруг решит обратить внимание именно на твой зов среди всех взывающих верующих в целом.»        — «Ммм… Не особо питаю надежд, но почему бы и нет?»       «В целом можешь ещё попытаться помолиться Богу Дикой Магии, но он очень требовательный так что даже имени его писать не буду. Ну и чтобы понимала с кем водишься. Твоя подружка из снов:       

“Богиня Идей.

Леди Литературы и Науки, разбитая на осколки.

Властительница сокровенных Фантазий.

Контролирующая концепции реальности сущность, проникающая в разум и мысли всех живущих,

Провозвестница Мыслей и Образов, Мать Страха, Сна, Эмоций и Безумия,

Владычица Умов

Основательница триумвирата Безумия, поглотившая его,

Запечатанная собственным Героем сущность, стремящаяся к возвышению.”

      Длинное, да?»        — «Да, длинное, все в три строки до этого умещались, а тут восемь, почти в три раза больше… Подозрительно. Как и сама Идея в принципе, если уж начистоту говорить..»       «Тут подумаешь что да как сама, когда наступит время поймёшь. После моего обучения ты справишься с выводами. А теперь о Моём, о божественном.       

“Бог Пространства, Исследователь многих путей

Властвующий над искажением физического мира

Обманутый, но вырвавшийся из Судьбы изгой, открытый избранным.”

             А теперь, Широ… Не сдавайся. Да, твоя отдельная, собственная жизнь началась неожиданно, но я уверен ты всё сможешь и когда-нибудь Мы вновь встретимся уже как Божества. Не зря же именно Я тебя учил. Я верю что ты на то способна. Теперь уже Мне незачем тебе врать. Действуй в духе одного предателя, “назло”.       Прости, что передаю в основном обязательства. Больше Мне дать уже нечего.       Удачи. И помни, магия и мистика совершенно не одно и тоже. Не совершай Моих ошибок, дура ушастая.»        — «Уже даже себе почётное имя придумал. Хех. Возможно, было бы лучше если бы я могла воспользоваться им…» — горькая усмешка вырвалась из рта ушастой. — «”Встретимся как божества”, ага, щас, нашёл богиню… Хотя это и способ защитить мою душу. Я даже в долг так-то влезла… Впрочем, выплачивать его необязательно. А теперь итоги этой записки. Кицунэ, значит… Сложно. Я не в том состоянии. Полузабвение… Вроде больше недели до цикла, состояние не слишком важно, главное свинец найти, а вот имена… Много. Сложно. Почему нет Бога Тайн?.. Точно. Он не знает о том, что Юлия Герой Тайн… Отстой. Сама себе подгадила выходит, доскрывала информацию. Но Идея… Почему восемь строк? Она явно стоит выше других. Может у неё больше достижений? А ведь она вселилась в меня, вряд ли сильнее… Была бы сильной, я бы не очнулась. Хотя она может быть ослаблена или ещё чего… Ладно, пока остановимся на достижениях.» — тихо прогоняла она свои выводы. В нормальном состоянии она бы поняла больше, но не сейчас. И довертелась до усталости:        — «Хотя Малтиф пишет… Идея его убила. Точно. Как жаль… Надо… Проводить… Сближусь с ней…» — вновь открыла помутневшие глаза кошкодевочка. Несколько секунд ей потребовалось чтобы сконцентрироваться на фигуре, только что вернувшейся в помещение. Слова вылетели раньше мыслей:        — Можешь вырезать… для… учителя?..       Женщина кинула странный взгляд, а затем для себя отметила что недавно маленькую кошку именно догнала память об учителе и ревела она именно по нему. Её это задело.       

***

              — «О чём она попросила? Для учителя? Вот уж чего врагов поминать… Хотя она временно войдёт в команду… Не стоит портить отношения. Тем более её Мудрец множества путей с собой на бой потащил, ну не мог же он просто так это сделать? И она даже убила его…» — решив не рисковать, Агата коротко кивнула. Ничего не говоря она села за стол, открыла ящик и достала ещё одну свечу, намереваясь с ней скорее покончить. Взявшись за короткий ножик, не слишком небрежно, но без энтузиазма на ней вырезала имя «Малтиф», коротко, без дополнений, как полагается. Далее она взялась за уже стоявшие на столе четыре свечки, медленно, с нежностью, вырезая имена.              Дэзин.              Хорик.              Яндез.              Крегз.