Грехи предтеч

       Грехи предтеч       Космопорт в скоплении М103 известный под названием Бета Сателлит 1 гудел, словно муравейник. Люди сновали туда-сюда, кто, опаздывая к назначенному рейсу, а кто - на назначенные встречи где-то внизу, на планете. Мамочки тащили за руку своих чад, еле успевающих перебирать ногами. Люди в деловых костюмах, подхватив подмышку, дипломаты изображали олимпийских чемпионов по бегу. Большая компания туристов с кучей баулов пролетела, торопясь на отбывающий через пять минут лифт вниз. Служба безопасности сновала между людьми, выискивая кого-то. И среди всей этой суматохи выделялся один человек, сидящий на кресле в зале ожидания и, с усмешкой поглядывая по сторонам, нарочито медленно потягивал коктейль из одноразового стаканчика. Лицо его не несло в себе каких-то особых черт: прямой нос, приподнятый подбородок, слегка скошенный лоб. Однако его неряшливая причёска, лёгкая небритость и специфический желто-зелёный облегающий комбинезон, выдавали в нем человека привычного к ручному труду, а взгляд карих глаз говорил об изрядном интеллекте. Он сидел, закинув ногу на ногу и положив руку на объёмный баул, пока на горизонте не замаячила фигура, несколько выделяющаяся на общем фоне. Сквозь толпу, словно ледокол, двигался гигант двух с лишним метров ростом, с огромным рюкзаком, в пилотской куртке с меховым воротом. За ним, совершенно не заметный на таком фоне, браво вышагивал четырёхногий робот, нагруженный под завязку несколькими кофрами и чехлами с неизвестным содержимым. Завидев человека со стаканчиком, гигант махнул рукой и резко сменил курс в его сторону, из-за чего пара человек чуть в него не врезались.       - Приветствую, - гулкий бас соответствовал его виду как нельзя кстати.       - Бэн! Что-то ты припозднился. Уговор был в три часа встретиться. А я тут уже битый час сижу! И не стыдно вам? - наигранность возмущения была слышна совершенно отчётливо, хотя сидящий и не скрывал своего притворства.       - Нет, Кирилл, не стыдно, - здоровяк плюхнулся в соседнее кресло, опустив рюкзак на отделанный под гранит пол. Робот, подойдя к ногам хозяина, получил команду опуститься на пол.       - Оу! Услышать от вас больше одного слова, это настоящее событие! Думаю, по прибытию на борт нам стоит это отметить! – Кирилл продолжал всё так же издевательски улыбаться.       - Алкоголик… - буркнул Бэн в ответ и зарылся в мех воротника.       - Это клевета! Я лишь люблю культурно выпить! И то, что найти повод для меня не составляет труда, вовсе не делает меня алкоголиком. И вообще, Бэн, давно хотел спросить, где ты берёшь себе одежду по размеру? Ведь серийно они вряд ли производятся. Неужели на заказ тебе шьют?       Из-под меха в сторону не замолкающего Кирилла прилетел взгляд, полный молчаливой просьбы помолчать хотя бы пару минут.       - У тебя опять мигрень что ли? Так прими таблетку! У меня даже запить есть чем, если твои таблетки с алкоголем сочетаются.       Протяжный, преисполненный раздражением вздох не обещал ничего хорошего. И тут бы уже началась драка, если бы возле этой странной парочки не появился третий человек:       - Добрый день, коллеги, - не высокая, молодая на вид девушка в комбинезоне, точь-в-точь как у Бэна с Кириллом, проследовала мимо парочки друзей и устроилась на кресле напротив. Огромные зелёные глаза и слегка вздёрнутый носик создавали впечатление взрослого ребёнка и, стоит признать, делали её лицо необычайно красивым.       - Здравствуйте, - не вылезая из мехового воротника, пробубнил Бэн.       - Приветствую! Э-э-э… – Кирилл, вцепившись взглядом в её пышные формы, всё никак не мог сформулировать следующую фразу, а взглянуть там действительно было на что. Неловкая пауза уже стала слишком заметна, и она могла закончиться плачевно, если бы меховой воротник не спас Кирилла, выдав фразу всё тем же тоном:       - Вы с нами летите?       - Видимо да, - девушка пожала плечами и протянула руку Бэну, - Эльза Славински.       - Бэн Гриммас, - гигант небрежно схватил аккуратную девичью ладонь, осёкся и осторожно пожал её, при этом рука Эльзы словно утонула в смугловатой грубой ладони.       - Кирилл Босфоров! – ступор, наконец, прошёл, и к нему вернулись самообладание и задор, - позвольте узнать, из какого вы отдела?       - Б тридцать четыре, - девушка ответила не раздумывая, - а вы?       - А мы с этим верзилой с А одиннадцать, - сказать, что Кирилл произнёс это не без гордости, это ничего не сказать, - погодите-ка, ведь в вашем отделе проектируют силовые установки!       - Ещё и тестовой эксплуатацией занимаемся иногда, - Эльза слегка улыбнувшись, положила руки на колени.       - Бывает тяжело, наверное? Как-никак двигатели, реакторы…       - А что в этом такого? – девушка, едва заметно напрягшись, взвинтила тон, - вы считаете, что такой девушке, как я, не место в подобном отделе?!       - Ну что вы, что вы! – мужчина поднял руки в миролюбивом жесте и улыбнулся, - Я лишь хотел подчеркнуть вашу одарённость и целеустремлённость…       - Шовинист! – бросила Эльза и отвернувшись демонстративно уставилась в окно, откуда открывался притягательный вид на маленькую зелёную планету с единственным, испещрённым множеством рек, материком.        Кирилл был просто ошарашен. Слова застряли в горле, словно Винни-пух в кроличьей норе. Ему только и оставалось, что смотреть то на обиженную девушку, то на страдающего от боли Бэна, который даже и не думал вступиться за друга. Хотя чем он тут мог помочь? Разве что глухо простонать своё «Не обижайся», и только!       Так они просидели ещё несколько минут, прежде чем к ним подошла компания людей в схожих комбинезонах: пара молодых парней, полноватая низкая женщина, крупный, почти достающий Бэну до подбородка, мужчина и старичок лет под восемьдесят.       - Здравствуйте, - обратился к сидящим здоровяк с рюкзаком и специальной поясной системой подсумков и карманов, - я так понимаю, вы на Мессье 55 летите вместе с нами?       - Приветствую работников умственного труда! – воскликнул Кирилл и, вскочив с места, представился.       - Меня зовут Жан Дэбрэ, и мне поручено курировать всю командировочную группу, - голос у него был басовитый, лающий, таким бы батальонами командовать, а не парой-тройкой гражданских специалистов. Кроме того, его надменный тон выдавал в нём человека, любящего покомандовать другими.       - Так вы и есть тот самый куратор, которого мы тут уже час ждём? – хитрая ухмылка на лице Кирилла резко контрастировала с абсолютно невинным взглядом.       Жан замолк на пару секунд, обдумывая возможные оправдания и, так и не найдя что сказать, решил пропустить вопрос мимо ушей:       - Знакомьтесь пока, а мне нужно уточнить время отбытия нашего рейса.       Когда «великий предводитель» нырнул в копошащуюся толпу и исчез в ней, к Кириллу подплыла женщина и коротко бросила:       - Таисия Петровна.       - Кирилл Босфоров, - женщина была ростом ему по грудь, однако в плечах гораздо шире. И при этом откровенно угрожающем виде, за ней неспешно катился кислотно-розовый чемодан на автоматическом управлении. Типичная Таисия Петровна.       Парни представились Фоксом и Игнасио. Они были на удивление похожи, почти идентичны, за исключение того факта, что Фокс был слегка ниже. А по комплекции, форме тела и даже светлому цвету волос – копии. Ну, прямо однояйцевые близнецы.       И, наконец, к ним прихромал старичок, Джеймс Тиррод Пирсон, если Кирилл его правильно услышал, так как говорил тот ну уж очень тихо.        Беседа как-то сразу не задалась, хотя Кирилл очень старался разговорить их. Последние десять минут, перед тем как вернулся Жан, команда инженеров провела в тишине, после чего они нестройно двинулись к своему причальному шлюзу.       - Эй, великий Жан, на чём полетим-то? – из конца колонны раздался никогда неунывающий голос.       - Шлюп «Аугира»! – перед этим пробубнив какое-то ругательство на французском, откликнулся Дебрэ.       - А класс какой?       - Petit criant jerk…       - Чего?       - Класс «Форвардер»! - видимо от злости французик сорвался на родную для него картавость, однако это совсем не рассмешило Кирилла. Ему, как передовому инженеру-испытателю положено было разбираться во всех существующих кораблях и их конструкциях. И сколько он себя помнил, что в академии, что на производстве, что в конструкторском бюро, что в отделах корпорации «Спейс Икс», если нужно было привести в пример ходовую, однако безнадёжно устаревшую платформу, первым на ум приходили шлюпы класса «Форвардер». В своё время они произвели революцию в пассажирских перевозках, внесли свою лепту в освоение человечеством «Млечного пути». Но, на данный момент, их успели заменить пара-тройка поколений лайнеров ближнего и дальнего действия, появились прямые усовершенствования этого корабля, и всё равно, эти шлюпы бывало, встречались на рейсах в дальних рукавах, а иногда даже и в самом рукаве Ориона, но это уже в качестве исключения. Но если машина такая надёжная, значит, нечего расстраиваться, скажете вы. А вот Кирилл бы вам ответил, что на заре космонавтики был очень похожий пример с одной знаменитой ракетой и ни о каком комфорте, собственно так же, как и на борту «Форвардера» речи идти не могло! Такие вещи, как инерционные гасители, системы регенерации бортовой атмосферы, подавители гуляющих вибраций и так далее, ставшие неотъемлемой частью любого современного корабля, здесь отсутствовали напрочь! И это означало, что перелёт в полторы недели частично им придётся провести в скафандре и сидя в специальном поддерживающем кресле, без мысли о душе, и тихом, спокойном сне.       Бэн оглянулся на притихшего друга глазами полными ужаса и страха. Кажется, лишь он один из всех спутников понял, на какое судно их направила корпорация. А если ещё вспомнить с какой мигренью Гриммас собирался взойти на проржавевший от времени борт, то ситуация приобретала прямо-таки зловещие оттенки.       Сквозь обзорные иллюминаторы шлюзового коридора стал просматриваться пришвартованный корабль и, чёрт возьми, это действительно был «Форвардер», причём в таком состоянии, что даже косой взгляд на него грозил разгерметизацией корпуса. Неужели корпорация, выдернув инженеров своих передовых отделов из положенного отпуска, отправит их на забытую вселенной планету, буквально в кузове грузовика?! Это же просто возмутительно! А где же хвалёная забота о каждом сотруднике? Где же инновации и передовые идеи? Где это всё?!       В таких гневных мыслях, Кирилл подошёл вместе с остальными к распределительному пункту. И когда очередь уже стала приближаться его очередь, в глаза бросилось, что вся группа уходила не налево по коридору – туда, где и был пришвартован треклятый перевозчик, а направо, куда ему так и не взбрело в голову бросить свой взгляд. И только взойдя на борт корабля, он таки увидел сияющие хромом буквы «Сонсет стар VI» и это был самый лучший розыгрыш из всех, что он когда-либо видел! Полукилометровая, словно отлитая из стали, каплеобразная яхта класса «Закатная звезда», с полным пакетом услуг и комфортом, с каким не каждый глава крупной фирмы может позволить себе путешествовать. Немыслимо!       А этот Дебрэ ведь знал, о чём говорит! Знал, как можно меня обмануть! Ух, надо бы с ним поближе познакомиться.              Яхта отчалила так плавно, что Кирилл этого даже не заметил. Лишь через пару минут, взглянув в иллюминатор, он с изумлением обнаружил, что «Сонсет стар» начал разгон до сверхсветовой скорости, используя двигатель манипуляции пространством и материей или МПМ, который вот уже пару столетий возит всё человечество сквозь безграничную бездну космоса. А ведь если подумать, то лишь с изобретением этого сложнейшего механизма людям удалось вырваться за пределы собственного мира. Без него, мы бы так и продолжали миллиметровыми шажками осваивать просторы солнечной системы и лишь грезили бы о полётах к другим звёздам. Величайшее изобретение! Оно спровоцировало тогда все сферы жизни на стремительное развитие, словно прорыв дамбы у застоявшегося и покрытого водной порослью озера. Развитие генетики, технологий, государственного управления, даже на бытовом уровне и в умах всех людей произошёл сдвиг. Куда-то вдруг резко пропали крики правозащитников о том, что кого-то где-то ущемляют. Нет, эта проблема, безусловно, никуда не делась, но вот говорить об этом стали реже. Чаще в разговорах людей был бескрайний и великий космос, огромные возможности, миллионы и миллионы километров неизученного пространства. Снова проснулся тот авантюризм, та жажда исследования, что угасла на время в двадцатом веке.       Кирилл вообще считал, что это изобретение спасло человечество от вымирания. Ведь был решён ряд основных проблем, таких как перенаселение, нехватка ресурсов, экономические проблемы. Да и местных войн за клочки земли стало поменьше.       За размышлениями Босфоров снова проморгал момент, когда корабль причалил к доку в промежуточной точке, на базе Бета Тибурон 5. Здесь в просторный салон вошло ещё несколько десятков пассажиров и далеко не бедных, судя по всему. Инженер в фирменном рабочем комбинезоне смотрелся здесь, мягко говоря, странно, что заставляло чувствовать себя неуютно.       Далее поездка пролегала по наезженной тысячами кораблей магистрали между двумя крупными звёздными скоплениями. Подали еду и напитки, которые Кириллу доводилось видеть только на корпоративе, и то, на столе у высших чинов! Особенно порадовал обширный ассортимент алкогольных напитков, пусть и средней крепости. Щедрости корпорации простой инженер-испытатель пусть даже и передового отдела решил не удивляться, а просто наслаждаться так удачно подвернувшейся возможностью почувствовать себя одним из сильных мира сего. Или, что вернее, галактики сей.       Далее было много вариантов развлечения, однако Кирилла после плотного обеда начало клонить в сон и всю дальнейшую поездку на комфортабельном лайнере он просто напросто проспал.       Разбудил его сигнал с экрана, появившегося на тонкой перегородке между местами пассажиров, что корабль прибыл в пункт назначения и ему предписывается поскорее покинуть борт, не забывая при этом свои вещи. Оказавшись на станции, Кирилл, прежде всего, отыскал, такое же заспанное, как и у него самого, лицо здоровяка Бэна. Судя по всему, мигрень таки оставила здоровяка в устаревшей пилотской куртке, и тот с лёгким интересом выслушивал пояснения виртуального помощника на панели информации.       - Просвещаешься? – хлопнув его по спине, Босфоров бросил взгляд на схему галактики, которую рассматривал Бэн. Робот, стоявший у его ног, казалось тоже пытается, что-то разглядеть в мудрёной схеме.       - Сюда, - здоровяк указал наточку где-то в рукаве Стрельца.       - Ты уверен? Это же, судя по всему, то ещё захолустье.       - Уверен, - посторонний человек уже давно бы уверился в том, что Гриммас это плохо замаскированный киборг. Первый год знакомства с ним, Кирилл именно так и думал.       - Там хоть люди-то есть вообще?..       - Есть, - раздался за спиной знакомый женский голос, с заметным пренебрежением в тоне, - даже колонию основали.       - Вы так говорите, будто это лично вы её основали, - обернувшись, Кирилл упёрся взглядом во всю их разношёрстную команду. Однако Дэбрэ с ними не было.       - А где же картавый? Я уже соскучился по нему.       - Жан берёт пропуска на следующий рейс, - проскрипела Таисия Петровна.        - В смысле, следующий рейс?! Так мы не на «Сонсет стар» до места добираться будем?       - Неа! – воскликнул Фокс.       - Слишком много чести! - вторил ему Игнасио.       В расстроенных чувствах, Кирилл поник, и уже хотел было поискать информацию о месте назначения, но тут за спиной, как чёрт из табакерки, возник Дэбрэ. Пренебрежительно злой взгляд француза ещё больше испортил инженеру-испытателю настроение.       - Все за мной! Отправление через десять минут, а нам ещё на несколько уровней спускаться!       Спускались, набившись в, на первый взгляд, просторную кабину турболифта. В глаза бросился тот факт, что каждый уровень имел свою собственную цветовую гамму во всём: в цвете построек, в свете уличного освещения, в разных голографических указателях и стендах. Мимо обзорного стекла спешно проплыл торговый уровень с бесконечным количеством магазинов, ресторанов и лавок. Здесь всё отдавало оранжевым цветом. Следом начинался жилой уровень. Ничего особенного здесь не выделялось. Стройные ряды композитных жилых блоков, окрашенных в голубоватый цвет. Чем-то напоминало раскраску сети земного вакуумного метро, которое Кириллу доводилось видеть лишь раз ещё в детстве. Далее проплыл складской уровень. И тут всё было именно так, как оно звучит. Всё свободное пространство здесь занимал титанических масштабов склад. Гигантские полки тянулись от потолка до пола, на которых тут и там громоздились контейнеры размером с небольшой космический корабль. Работа осуществлялась роботизированными погрузчиками, по движению которых было понятно, что на этом уровне отсутствует искусственная гравитация. Под блики зеленоватых ламп кабина лифта нырнула в пол и, через пару десятков метров вынырнула в просторный зал, набитый спешащими кто-куда людьми.       - У меня дежавю, - прокомментировал сей вид Кирилл.       - Да уж, точь-в-точь как на Сателите, - скрипучий голос Таисии Петровны раздался прямо под боком Босфорова, отчего тот чуть не подпрыгнул.       - Только народу меньше, - заметил Фокс.       - И места тоже, - вторил ему Игнасио.       Эти двое из ларца уже начинают раздражать.       - В этих местах не так много людей живёт, - пожал плечами Джеймс, до этого молчавший в тряпочку, и Кирилл тот час же осознал, что понятия не имеет, куда они прилетели.       - Бета Преана 7, - нехотя отозвался на заданный вопрос Жан, - ты что, не читал командировочный лист?       - Да как-то… не успел… - промямлил он в ответ и быстро вышел в открывшиеся двери, не желая продолжать эту тему.       Вывалившись из лифта, вся бравая команда чуть ли не бегом проследовала к путям, ведущим прямиком к посадочным докам. Все так спешили, что у Кирилла не было шанса спросить, что за корабль их повезёт к финальной точке. И финальная ли она, а то ведь могут ещё одну пересадку организовать…       Корабль, что ожидал их на том конце стыковочного рукава, назвать иначе, чем титаном язык не поворачивался. В два, а то и три раза больше, чем «Сонсет стар» этот гигант отличался своим аскетизмом и простотой исполнения. Длинный корпус, в сечении представляющий собой две соединённые основаниями трапеции, украшали несколько рядов обзорных палуб, отсеков для посадки малых кораблей и парой обширных ворот, отделяющих бесконечность от крупных, больше футбольного поля, приёмных доков, для кораблей побольше. Из общей конструкции мощно выделялись лишь два продольных шпиля на носу, усеянных сканерами и радарами, и доминирующее круглое утолщение, примерно по центру корпуса – там располагался мостик. Для не искушённого наблюдателя это всё, что можно было подметить во внешнем виде гиганта, красовавшегося стометровой надписью «Divine Python» , однако намётанный глаз опытного инженера сумел распознать несколько крупных отсеков скрытых под декоративными маскировочными панелями. И это явно не просто грузовые пространства, а попытка прикрыть от официальных властей наступательный потенциал столь крупного судна. Кто знает, чем капитан и его команда промышляет в областях космоса не подверженных столь пристальному наблюдению полицейских подразделений.       Интерьер оказался столь же прост. Все отсеки, коридоры и обзорные палубы были отделаны с максимальной практичностью и общим доминированием синего цвета. Ни следа ненужной роскоши. При этом на корабле поддерживалась образцовая чистота. Даже представить сложно, сколько капитану приходиться тратить на содержание армии уборочных роботов.       Каюты, а не отделённые панелями личные места, как на «Сонсет стар», оказались достаточно комфортными и просторными. Вспомнились ужасающие своим видом комнатушки на корабле класса «Брусткиллер», которым ему, ещё в детстве, пришлось преодолевать обширные и дикие пространства Рукава Лебедя.       Когда Кирилл, в компании Бэна и «двоих из ларца», которых определили к ним в каюту, что не могло не испортить настроение, посетили местную палубу отдыха, улыбка вероломно поселилась на лице Босфорова. И причиной тому был не обширные пространства занятые игровыми автоматами, не целый отсек занятый торговыми рядами с товарами всевозможной направленности и не скромный, по меркам планетарным, но шикарный, по меркам транспортного корабля, спа-комплекс. Поводом для безудержного веселья стал отделанный в стиле вестерна бар, с вездесущими деревянными узорами и массивной стойкой.                     Почти недельный перелёт прошёл под девизом «пьём и общаемся». Бэн, проведя первый день с другом в баре и зверски напившись, второй день предпочёл посетить спа, а Кириллу ничего не оставалось, как прогуляться по коридорам корабля и, не найдя ничего увлекательного, вернуться в бар. Там он неожиданно встретил Дэбрэ, Эльзу и… Таисию Петровну! За выпивкой им удалось-таки познакомиться поближе и узнать много интересного о командировке в целом и о её составе в частности. Жан, как оказалось, был археологом вместе с Фоксом и Игнасио, и летят они туда дабы раскрыть тайну древнего инопланетного комплекса сооружений, который нашли в прошлом месяце. Эльза, хоть и презрительно фыркала на Босфорова, но всё-таки рассказала о какой-то находке в том же комплексе, которую её отправили изучить и о котором она ничего не знает, ибо командировочный лист предписывал ей перейти под начало местного представителя «Спейс Икс». Но больше всего Кирилла удивила Таисия Петровна. И отнюдь не своей специальностью – проектирование и эксплуатация тяжёлого вооружения. Нет! Таисия Петровна удивляла своим, скажем так, питейным опытом!       Следующие два дня Босфоров не мог нарадоваться, что нашёл себе такого собутыльника. За оставшееся время он отправился в спа-комплекс, где растопил баню настолько, что все, с кем он успел там познакомиться, оттуда просто сбежали, и местный аналог казино, которое быстро покинул, проиграв пару партий в карты. В день прибытия, сидя в своей каюте, от скуки Кирилл всё-таки открыл командировочный лист. Он ожидал, что здесь будет столько же информации, сколько ему поведала Эльза. Однако содержание его листа оказалось куда более подробным.       Из нескольких абзацев сухого офисного текста удалось понять, что на маленькой пустынной планете Маркиза 2, которую не так давно успешно колонизировала корпорация «Физкримео компании», обнаружился многовековой подземный инопланетный комплекс. Археологи, что прибыли туда одними из первых, обнаружили там некий массивный объект, похожий, по их словам, на крупное космическое судно. Изучением технологий именно этого судна и предстояло заняться Кириллу под руководством некоего Тода Миртуса, одного из руководителей раскопок и представителя «Спейс Икс». Ещё один потенциальный начальник, на пару с Жаном не сулил ничего хорошего.       «Хотя ладно. Главное чтобы не мешался, а там уже видно будет» - рассудил инженер и, услышав объявление о прибытии в пункт назначения, быстро собрал свои пожитки и спешно направился в стыковочный отсек.       Ожидания Босфорова не оправдались: сойдя с борта «Divine Python», вся командировочная группа дружно погрузилась в донельзя убогий и тесный трамвай, никак иначе это чудо-юдо назвать было нельзя. Раскрашенное во все возможные цвета, сколоченное на коленке из частей других кораблей, это, с позволения сказать, судно отправилось по очень странному маршруту, дабы обогнуть какой-то опасный объект и доставить пассажиров к долгожданной звёздной системе.       Убожество, которым управляла четвёрка откровенно бандитского вида субъектов, бряцала и громыхала отдельными частями корпуса, обшивки и даже жизненно важных систем. Кирилл был готов поклясться, что один из «перевозчиков» заправлял в контур ионизации обычную дистиллированную воду! Это же полный бред! Благо им нужно было потерпеть каких-то пять часов в замкнутом пространстве, ужасно воняющим тухлыми яйцами, со свисающими отовсюду мотками проводки и шмотками корпусной изоляции. Да уж, великий Илон крутился бы в гробу со скоростью пульсара, узнай он до чего дойдёт промысел космических перевозок в отдалённых частях галактики.        После Кирилл будет вспоминать это время, как ужаснейшие пять часов за всю его жизнь. Однако, они, наконец, истекли и корабль, сошедший со стапелей имени Франкенштейна, с невообразимым грохотом опустился на причальную платформу на орбитальной станции Бета Маркиза 6. Тот факт, что на этой развалюхе, ехидно именующейся «Кентавр Дрейк», не придётся переживать прелести входа в плотные слои атмосферы, не мог не радовать.       На станции их встречал улыбчивый мужчина средних лет в офицерской форме, представившийся капитаном Нортоном. Они с Дэбрэ о чём-то пошушукались, и после тот широким жестом пригласил всю командировочную группу пройти к стартовой площадке. К поверхности планеты от этой станции их доставил челнок с непроизносимым цифро-буквенным названием. Вид его тот час вызвал у Кирилла тёплые воспоминания о том, как ещё на заре свое карьеры участвовал в плановой модернизации малого транспортника именно этого класса.       - Припоминаешь? – ехидно ткнув друга локтем, произнёс Бэн.       - Конечно! - ответил тот, потирая плечо, - помню, как ты гундосил, когда тебя приложило куском обшивки. Ты тогда ещё отгул себе выпросил…       - Иди ты, - с наигранной обидой ответил здоровяк и манерным жестом указал мнущейся прямо у них за спинами Эльзе проходить на борт.       - Понравилась, что ли? – хмыкнул Босфоров. Бэн ничего не ответил и только глуповато улыбнулся. Не понятно на что он надеется. Она же ему в дочери годится. Или это такая форма вежливости?..       Когда вся команда, под сердитым взглядом Дэбрэ заняла кресла, установленные вдоль бортов, и пристегнула внушительные ремни безопасности, челнок резво поднялся над платформой и устремился к назначенной цели. И в тот момент, когда пилот от радости свободного полёта вжал ручку тяги в положение максимум, Кирилл, наконец, вспомнил, почему этот корабль пришлось срочно модернизировать. Конструкторы создали прочную и надёжную платформу, но забыли предусмотреть место для обычного инерционного гасителя! Из-за чего Босфорову и всему составу командировочной команды приходилось испытывать на своём теле прелести перегрузок, которым подвергали разве что космонавтов в конце двадцатого века!        Что ни говори, а приключение корпорация им придумала изощрённое. Перетерпев все прелести входа в плотные слои атмосферы, такие как ужаснейшую тряску и ощущение себя курочкой-гриль в духовке, Кирилл выглянул в иллюминатор размером едва превышающий ладонь. Вид за бортом оказался весьма впечатляющий. Голубое небо, подсвеченное лучами белой звезды, лучи которой, проходя сквозь атмосферу казались жёлтыми, пробуждало глубоко засевшие воспоминания о Земле. Хоть Босфоров и помнил её смутно, потому что жил там только первые пять лет своей жизни, но всё же память о тех беззаботных годах в окружении высоких деревьев и бескрайних озёр в горных районах Европы. В том посёлке жило так мало людей, что все знали друг друга в лицо. И все были счастливы, беззаботны. Они были в раю. Но стоило покинуть Землю, как Кирилл тут же окунулся в серость космических станций, уныние уставших от работы людей и удушливость выхлопных газов станционных механизмов.       Да уж, человечеству удалось превратить свою родную планету в заповедник, однако, там, где обитает подавляющее большинство людей, мы продолжаем гадить, как в старые добрые времена.              Местность, в которой располагался исследовательский лагерь, представляла собой каменистую пустыню. Как сказал Жан, в паре километров от него стоял городок колонистов посреди обширного плато, который основали пятнадцать лет назад. Планета приняла новых жителей, пусть и не слишком гостеприимно: были пару раз вспышки неизвестных заболеваний, но это обычная практика для колонизации. Достаточно пары поколений, чтобы выработался иммунитет, и люди окончательно стали местными жителями.       Челнок приземлился на обозначенном проблесковыми маячками пространстве, подняв при этом огромный пылевой вихрь. Прилетевших встречал восьмиколёсный вездеход с угловатым корпусом, похожей на кокпит истребителя кабиной и независимой подвеской у каждого колеса, которое размером превышало рост человека. В задней части вездехода располагалась аппарель, которая на данный момент была опущена и в проёме стояла пара людей в исследовательском снаряжении, активно что-то обсуждающих. Вот один из них кивнул на опустившийся челнок и второй быстрым шагом покинул нутро сухопутной машины.       - Всем надеть изолирующие маски, - прогундосили динамики в пассажирском отсеке голосом пилота, - но если хотите чтобы у вас опухли глаза, то можете не надевать.       - Давно в пилоты таких шутников набирают? – буркнув себе под нос, Кирилл стал натягивать неудобную дыхательную маску на лицо.       - Уже лет двенадцать как набирают, - донёсся с соседнего кресла ехидный ответ Бэна.       - Так я же не пилот! Я только придумываю, куда этим пилотам садиться, - довольная улыбка засияла на его лице.       - И зачем вообще эти предосторожности? – голос Эльзы из-под маски звучал так глухо, что её почти никто не расслышал.       - Так сказали же, - ответил ей Фокс, давя широкую лыбу, о чём было понятно по сморщенным уголкам глаз.       - Глаза опухнут, - продолжил за него Игнасио. Глядя на эту парочку, закрадывались сомнения в том, что они не киборги с общим сознанием.       - А почему глаза тогда оставляем не защищёнными?       - Потому что местные споры взаимодействует только с лёгкими и гортанью, слизистую глаза они не трогают, - дал, наконец, более подробный ответ Тиррод. Если бы он сейчас ничего не сказал, Кирилл бы даже и не вспомнил о его существовании. А он, оказывается, умеет говорить! По специальности наверняка биолог…       Дэбрэ поднялся со своего кресла и без единого слова вывалился в открывшийся люк челнока. Новый мир встретил их слепящим солнечным светом, жарой и вездесущим ярко-рыжим песком.       Выбравшись наружу одним из последних, Кирилл оценил окружающий посадочную площадку пейзаж. Вокруг, насколько хватало глаз, громоздились огромные валуны рыжего цвета, формой больше похожие на картины художника-абстракциониста. Тут присутствовали и прямые столбы, отполированные ветром и песком, и камни испещренные дырами, словно швейцарский сыр, и витиеватые окаменелости со слоёной текстурой. Каким образом природе удалось создать эту кунсткамеру, вообразить было сложно. Особенно бросались в глаза камни по структуре напоминающие сугроб, который под лучами весеннего солнца начал таять, оставляя много маленьких, но чертовски острых шипов. Только здесь эти шипы были длиной не в пару сантиметров а в несколько метров. Очень живо осознаётся собственная ничтожность перед силами вселенной, глядя на то, какие поразительные вещи, во многом монументальные, она создаёт и с какой лёгкостью она может всё это разрушать.       Изнутри вездеход, который оказался последним в этой череде пересадок, был довольно аскетичным. Несколько рядов не слишком удобных сидений по бортам, узкие окна с пазами под станеры около каждого и закрытый декоративной панелью люк в потолке выдавали в этой с виду неуклюжем транспорте настоящую боевую машину.       Расположившись на сидение, Кирилл ощутил дэжавю и припомнил «Кентавра Дрейка». Его даже передёрнуло от отвращения к этому кораблю и вообще ко всем подобным, которые, к сожалению, частенько встречались на периферии. Его коробило от самого факта кустарного производства космических кораблей, которые в итоге выглядят так, что даже называться этим гордым именем не достойны.       - Приветствую господа исследователи, - манерно обратился к ним один из встречающих, когда все расселись, аппарель закрылась и вездеход, запустив электродвигатели, тронулся, - сразу отвечу на ваш вопрос, почему мы ходим без масок. В атмосфере планеты распространены споры очень агрессивного растения. Вдыхать их категорически не советую, ибо рискуете остаться без зрения, обоняния и слуха, а, в самых запущенных случаях, превратиться в овоща…       -Очень вдохновляющее приветствие, - пробубнил Кирилл.       -… но наши биологи, очень умные и приветливые люди, прошу заметить, разработали средство от этого вездесущего рока. Один укол и через пару часов уже сможете полной грудью вдыхать свежий воздух Маркизы.       Хотелось выглянуть в окно, чтобы вглядеться в проплывающие мимо виды, но в окно сзади Босфорову было крайне неудобно смотреть – затекала шея, а спереди обзор полностью перегораживал еле помещающийся в узком кресле Бэн. Таким образом, через минут десять они прибыли в лагерь исследователей и сразу же из вездехода, буквально дружным строем, вошли в медпункт. Прививку поставили каждому, причём довольно шустро. Вошёл, сел на удобный стул, автоматическая система сама отыскала вену на руке и ввела нужную дозу. Медик, на форме которого красовалась эмблема отдела биоисследований, даже из-за своего стола не встал и не взглянул на посетителя. Кажется, слова о приветливости биологов оказались преувеличением.       После прививок, всё ещё не снимая изолирующие маски, группа погрузилась обратно в вездеход, под пристальными взглядами тройки людей самого подозрительного вида. На вопрос о них сопровождающий, который так и не соизволил представиться, ответил, что это рабочие из колонии. Их иногда задействуют в обнаруженном комплексе.              Джеймс Тиррод остался в медблоке со словами, что его отсюда направят куда надо. Далее нутро вездехода покинули Таисия Петровна и Кирилл с Бэном. Раскопки, куда изначально направлялись Фокс, Игнасио, Эльза и Дэбрэ, происходили в паре километров от лагеря, поэтому они, бросив на прощание пару колких фраз, поехали дальше, обдав инженеров пылью из-под колёс.       Вход в комплекс пещер, который оказался древним инопланетным сооружением, выглядел как десятиметровая дыра в скале. Вокруг неё было довольно оживлённо – постоянно кто-то входил туда или выходил, таща за собой тележки с оборудованием или сгибаясь под тяжестью необъятных баулов. Инженеров среди всей толпы можно было легко вычислить по жёлто-зелёным облегающим комбинезонам. Остальные люди, судя по всему рабочие, были облачены в безразмерные балахоны самых разных длины, размеров и оттенков серого. Проведя пару минут в наблюдении за мельтешащей группой людей, Кирилл заметил, как от основного потока отделился приземистый лысый инженер с квадратным аппаратом, висящим за спиной.       - Вы из новеньких? – в лоб спросил тот.       - Да, - без раздумий выпалил Бэн, отряхивая мех с куртки, которую из-за жары пришлось снять.       - Только что прилетели, - вторил ему Босфоров.       - Отлично! За мной! – воскликнул лысый и нырнул в общий поток.       Им ничего не оставалось, как проследовать за ним внутрь комплекса. Как только солнечный свет остался позади, и коридор осветили развешанные на крюках прожекторные фонари, гости поняли, что это никакая не пещера. Тот самый коридор оказался прямым как стрела и уводил под углом глубже под землю. В сечении он представлял собой чёткий прямоугольник, по углам которого шли тонкие желоба, местами уже забитые принесённой сюда рабочими пылью. Материал, из которого он был сделан, не представлялось возможным идентифицировать. Широкие, в несколько метров плиты казались чем-то средним между камнем и металлом, при этом были словно покрыты слоем прозрачного лака и бликовали в свете прожекторов. Но первым, что бросалось в глаза, это их цвет! В отличие от всего окружения, которое пестрела оттенками рыжего и красного, этот коридор погружал в глубину тёмно-зелёного, почти чёрного, цвета.       Провожатый резво бежал впереди, ловко маневрируя между тележками. В какой-то момент, Босфоров потерял шустрого мужичка из виду, но он тут же подал голос из незаметного туннеля гораздо меньшего по размеру и освещённому на порядок хуже. И только войдя туда, Кириллу удалось его как следует рассмотреть. Тот же комбинезон, что и на других инженерах покрывал крепкое спортивное тело. Твёрдый и холодный взгляд синих глаз в сочетании с мощными бровями и узкими губами создавали впечатление человека волевого и властного. А именно такой тип людей Босфорову больше всего не нравился.       В туннеле почти не было людей, если не считать пары рабочих, которые развалились на полураскрытых кофрах с исследовательским оборудованием.       - Вы что охренели?! – разнёсся по туннелю яростный рёв. На миг показалось, что рабочие подскочили отброшенные звуковой волной, а вовсе не сами по себе, - эта техника стоит втрое больше чем ваша годовая зарплата!       - Да мы…       - Заткнитесь! – махнул рукой мужичок, затем пару секунд стоял в тишине, выполняя дыхательное упражнение, - тащите в зал то, что я вам говорил.       Рабочие тут же сорвались с места и суетливо начали грузить на стоящую рядом тележку нужные кофры.       - Прошу прощения за это, - Кирилл даже подпрыгнул от того, как резко он обернулся, - я не представился. Тод Миртус. А вы, судя по всему, Кирилл Босфоров, Бэн Гриммас и Таисия Перепёлкина?       Опешив, троица лишь утвердительно проблеяла, после чего Тод кивнул и, бросив «за мной», снова понёсся вперёд словно метеор. Несколько поворотов и коридор исчез, раздавшись в поражающий своими размерами зал. Они стояли на площадке метрах в тридцати от пола, при этом ещё столько же было до потолка. Дальний конец терялся во тьме вместе с полыми колоннами, расположенными по краям зала, чтобы не мешать тому, что стояло в центре. Сначала Босфорову показалось, что он смотрит на недостроенный монумент земной черепахи колоссальных размеров. Но затем пришло осознание – это огромный космический корабль!       Размерами с крейсер, это судно выглядело очень устрашающе. Массивный сводчатый «панцирь» сверху, составленный из треугольных ячеек того же материала, из которого был сделан и сам комплекс, внушал уважение и ощущение собственной ничтожности. Из-под него выглядывал такой же свод треугольных ячеек, который Бэн сразу же окрестил «брюшком». Но взглянув на него пристальней, Кирилл понял, что вряд ли «брюшко» уступает «панцирю» по прочности. Ему захотелось срочно осмотреть корабль со всех сторон, во всех деталях, но вот со спуском всё было не так просто. Вниз от площадки вела лестница со ступенями меньше ширины стопы обычного человека, при этом, была весьма широкой. Попытайся инженеры спуститься по ней и кто-нибудь точно сорвётся вниз, ломая кости об острые края ступеней. Тод же указал на установленную прямо на площадке конструкцию, похожую на кран.       - Пришлось изрядно повозиться, чтобы притащить его сюда и собрать здесь, - заметил Миртус и скоренько забрался на платформу, исполняющую роль лифта. Рабочих дожидаться не стали и всем составом инженеров спустились вниз.       - Теперь вижу, вы точно инженеры, - усмехнулся Тод, обратив внимание на не сводящих глаз с корабля гостей.       - А вы сомневались? – проскрипела Таисия Петровна.       - По инструкции я должен проверить у вас документы, свериться с путевыми листами и отправить отчёт корпоративным крысам, но я так не люблю все эти бумажки и бюрократию! Кроме того, нам надо спешить.       - А что случилось? – отмер наконец Кирилл.       - Да это всё археологи со своим алтарным залом! – выпалил Миртус и упёршись в три недоумённые пары глаз пояснил, - в глубинной части комплекса они обнаружили то ли храм, то ли алтарь, и теперь руководство направило им туда кучу специалистов, оборудования и финансирования, чтобы изучать «культуру древности». При этом финансирование изучения реально полезного сектора комплекса они урезали. Поэтому мне пришлось сообщить в «Спейс Икс», чтобы они направили сюда своих людей!       Платформа мягко опустилась на пол зала, который Кирилл про себя назвал ангаром, и троица людей, побросав сумки с оборудованием, бросилась к кораблю. Бэн даже забыл отдать распоряжение роботу оставаться на месте и тот радостно поскакал за хозяином, бряцая чем-то металлическим в одной из сумок.       С близкого расстояния удалось понять, что корабль стоит к входу кормовой частью. Нос же оказался ещё более грозным. В панцире был сделан трапециевидный вырез, из-под которого выглядывало круглое обзорное стекло радиусом метров в десять, усиленное каркасом из балок сложенных в форме треугольников. Выглядел корабль при этом как бы смотрящим исподлобья и готовым вот-вот сорваться в атаку. Очень впечатляюще!       - Коллеги, прошу вас подойти! – окликнул Тод бродящих вдоль спящего гиганта инженеров.       Он уже разложил нужное оборудование на импровизированном постаменте, возле которых были установлены несколько походных лабораторных столов.       - Наша первостепенная задача на данный момент, это проникновение внутрь. У меня есть уже несколько идей как это можно реализовать, поэтому давайте не будем долго размусоливать, а примемся за дело!                     Столовая в исследовательском лагере не отличалась особой роскошью. Четыре ряда столов и стульев, музыка, льющаяся из расположенных под потолком микродинамиков и автоматический буфет. Вот и всё нехитрое убранство места приёма пищи. Видимо, упор сделан на то, что исследователи в полевых условиях будут проводить свободное время в развлекательном блоке или за работой, но никак не в месте, где нужно есть, а не болтать. Но это никого не останавливало. Куча народу, поделившись на несколько групп, громко обсуждали свои дела, создавая при этом сильный шум. Расслабленная неформальная атмосфера буквально пропитала это место. И посреди всего этого веселья, за крайним столом сидела пара угрюмых людей в инженерских комбинезонах и медленно попивала кофе, вымеренный машиной с точностью до миллиграмма.       - Самое тёмное время перед рассветом! – раздалось прямо над ухом, и рядом с Бэном на стул плюхнулся Игнасио.       - Тебя только не хватало, - пробубнил Босфоров и продолжил цедить растворимый напиток, - два дня тебя не видел и всё равно не соскучился…       - Я к тому, что грустить не надо! Что бы ни случилось!       - Вдохновляюще, - выдал Бэн.       - Чего у вас случилось? – рядом с Кириллом на стул медленно уселся Жан.       - Ну, вся лига справедливости в сборе! Осталось только Фокса дождаться. Ну и Тода, конечно же…       - Чего ты сразу в штыки всё воспринимаешь, - скривился Дэбре, потягивая принесённый коктейль, - проблемой надо делиться, чтобы снять негатив и перестать видеть в ней вселенские масштабы.       Поучительные речи француза раздражали ещё больше, поэтому Кирилл уже хотел было уйти, но тут неожиданно Бэн выпалил:       - Не получается проникнуть на борт.       - На тот корабль, который в комплексе нашли? – тут же подключился Игнасио.       - Да, - буркнул Босфоров, бросив яростный взгляд в друга.       - Это не удивительно. Инопланетные технологии очень запутаны и сложны, - Жан вообще умеет разговаривать не как учитель начальной школы с первоклашками?       - Точно! У нас вон тоже непонятности с останками предтеч.       - Предтечи? – раздражённо усмехнулся Кирилл.       - Да, мы их так называем. Так вот, останки у них странные, скелеты будто не органические, а искусственного происхождения! Будто их кто-то вырастил…       - Киборги? – предположил Бэн.       - Возможно. Но хирургического вмешательства не наблюдается, будто в какой-то момент они взяли и изменили свою генетическую структуру.       - А вы уверены, что это вообще живые организмы? Может, вы вообще роботов откопали… - колко заметил Босфоров, допив кофе одним глотком.       - Нет, это точно предтечи! Однозначно! – Игнасио, кажется, действительно горел археологией, если с таким рвением стоит на своём. Ну, или он просто фанатик.       Кирилл хотел уже было попрощаться с этой парочкой и удалиться, но вдруг остановился и спросил:       - А где твой дружок-пирожок?       От этого вопроса Игнасио как-то погрустнел и тихонько ответил:       - Он в алтарном зале работает. Его туда направили по специальности.       - А вы чего не там?       - Распоряжение начальства, - оба пожали плечами.       Хоть это было довольно комично и после, по дороге в жилой блок, Босфоров долго смеялся над тем, что сладкую парочку разлучили и теперь у них отношения на расстоянии, но где-то глубоко в душе ему стало искренне их жаль.              Звон в ушах от близкого взрыва, наконец, поутих, и ему удалось расслышать злобные стенания Миртуса:       - Это бесполезно! Это всё бесполезно! Так мы не вскроем обшивку! Нужен другой способ…       Таисия Петровна перевела уставший взгляд с гигантской подпалины на корпусе корабля на Кирилла и, вздохнув, произнесла:       - Может, попробуем индукционный лазер? Я у археологов видела установку…       - Пробовали! – с досадой выкрикнул Тод.       - По всем частотам излучения?       Он уже хотел было отмахнуться, но тут глаза начальника расширились, и он побежал в сторону подъёмника, чем вызвал искренний смех подчинённых.       - Чего встали? Бегом за мной, она тяжеленная!       После того, как с великим трудом удалось выбить эту действительно неподъёмную установку и переправить её в ангар, на что ушло несколько ужасно долгих часов, Тод с Таисией Петровной направили излучатель на борт корабля и, включив, начали постепенно изменять частоту. Сказать, что это не помогло, ничего не сказать. Корпус корабля даже не изменил цвет, хотя подобные установки могли разрезать любой корабль, словно раскалённый нож кусок масла. А вот установке, после всех этих попыток, потребовался ремонт.       - Да уж, археологи спасибо не скажут, - вздохнул Кирилл, глядя на сочащийся из-под защитного кожуха сизый дым.       Бэн подошёл к месту, куда было направлено излучение, с кувалдой в руках и со всего маху саданул по корпусу. Гул металла ещё несколько минут гулял под сводами ангара, а на ячеистом корпусе корабля не осталось и следа.       - Основательно, - сквозь эхо слова Бэна были еле слышны.       - Какие есть ещё идеи? – Тод облокотился на лабораторный стол и потёр грязными ладонями лицо, оставляя на нём традиционную окраску индейцев чероки.       - А предтечи умели корабли строить…       - Что? Как ты их назвал? - резко взвился Миртус.       - Ну-у…       - С археологами общаешься?       - Есть у меня там пара знакомых…       - Слушай меня, парень! Эти… «коллеги» разрушили мне все планы на безбедный отдых где-нибудь на Глизэ своими сверхважными открытиями! Это из-за них мне не удалось быстренько здесь всё закончить! Они запудрили мозги начальству, что их камни и склепы важнее, чем разгадки инопланетных технологий! – Тод уже буквально орал, но вдруг он словно вспомнил что-то, глубоко вдохнул, проводя дыхательное упражнение, и продолжил уже гораздо спокойнее, - в общем, держись от них подальше. Они тебя используют.              В этот раз в столовой было тихо, гораздо тише, чем обычно после рабочего дня. Из посетителей здесь были только несколько рабочих и пара инженеров, что заняла привычные места за крайним столом и доедала свой синтетический ужин.       - Может мы что-то упустили? – произнёс Босфоров, апатично ковыряясь в не слишком аппетитной питательной смеси.       - Нет, - чужой человек вряд ли бы понял, какие эмоции сейчас испытывает этот здоровяк, но за много лет что они знакомы Кирилл научился различать проявления его чувств. Поэтому только он знал, что Бэн сейчас удручён в точности так же, как и он сам.       - Наверное, ты прав, но меня не покидает ощущение, что мы что-то упускаем.       - Эльза! – вскрикнул Бэн и помахал рукой куда-то за спину товарищу. Он не заметил, как в столовую вошла их знакомая и, уже взяв свой ужин, спешила присоединиться к инженерам, надеясь избежать возможности познакомиться с компанией рабочих, которые не сводили с неё хищных взглядов.       - Здравствуйте Бэн! Как ваши дела?       - Хорошо, - Гриммас растянулся в глуповатой улыбке.       - Шовинист и алкоголик тоже на месте и у него дела не очень, - бросил Кирилл, стараясь побыстрее прикончить свою порцию.       - Вы так грубы, что мне не понятно, как вас терпят ваши друзья. Однако, я вам рада!       - С чего бы это? – Босфоров даже чуть не поперхнулся.       - Я уже неделю не могу ни с кем поговорить по душам. С прилёта ведь неделя прошла?       - Именно так, - Гриммас ловил буквально каждое слово девушки. Влюбился что ли?..       - Хорошо, а то я совсем потеряла счёт времени. Меня направили в колонию, там под землёй обнаружили обломки нескольких малых судов и они хотели, что бы я им как-то помогла понять принцип их работы. Но это не моя специальность и вообще меня не для этого сюда командировали! Но эти ослы упёртые заставляют меня разбираться во всех этих схемах и прочем…       - А чего они не отправили туда нас? – оживился Кирилл, - это могло бы нам помочь с крейсером в комплексе!       - Я не знаю! – возмущению девушки не было предела, - мне вообще непонятно, как их до руководящих должностей допустили!       - Поможем? – обратился к другу Бэн, красноречиво кивнув в сторону девушки.       - Ну, я не знаю, у нас работа в самом разгаре, - Босфоров состроил максимально высокомерную гримасу, - Ни минуты на отдых…       - Брехло, - рассмеялся в голос здоровяк, - завтра выходной!       - Ты чего это такой разговорчивый стал в последнее время, а? Длинный язык до добра не доведёт, сам знаешь.       - Там есть выпивка? – кажется Бэн решил использовать все козыри, чтобы убедить друга.       - Да! – воскликнула девушка, когда до неё дошло к чему клонит Гриммас, - местные гонят какую-то бур… напиток из местного аналога полыни.       - Абсент! – торжественно произнёс Бэн, вопросительно глядя на Кирилла, ожидая утвердительного ответа.       Тот взглянув исподлобья, надулся. Было понятно, что друг просто использует его, чтобы выбраться с Эльзой в колонию. Одного его одного Миртус вряд ли отпустит, ибо аргумент про находку в колонии работать не будет из-за того, что Бэн специалист более узкой направленности. Ему нужен кто-то ещё, и Босфоров подходит на роль второго профильного специалиста как никто другой.       - Ладно, - махнул рукой тот, - съездим, посмотрим, что они там нашли.       Бэн с Эльзой довольно улыбнулись и, быстро прикончив остатки ужина, поднялись из-за стола. Кирилл деланно не спешил с едой и сказал, чтобы его не ждали. Внутренне он ликовал, что наконец-то на этой планете сухого закона нашлось место для выпивки, да ещё какой, однако внешне он никак не проявлял своего настроения. Чтобы они увидели его истинные мотивы и окончательно уверились в его алкозависимости? Ещё чего?!              На следующий день, в предвкушении хорошего вечера, Кирилл ввалился в нутро вездехода уже знакомой конструкции, однако другой раскраски. Вездеход археологов был раскрашен в белый и оранжевый цвета, когда здесь преобладал серый.       В салоне его встретила сладкая парочка и ещё несколько рабочих, направляющихся домой после ночной смены. Вчера вечером Кирилл так и не встретил Бэна ни в жилом блоке, ни в комплексе. Где же он пропадал с этой бестией?..       - Здравствуйте! – произнесла Эльза с хитрецой в глазах, - так не привычно видеть вас с утра без похмелья.       - Очень смешная шутка, - гулко ответил тот, - и я бы мог ответить более колко, но не буду.       - Почему же? – Бэна похоже такое положение вещей искренне удивило.       - Не хочу обидеть даму.       Здоровяк замолчал, явно прибывая в шоке, а Эльза лишь пожала плечами.       Путь до колонии был довольно скучен. Рабочие о чём-то тихо разговаривали, сладкая парочка всё шепталась и хихикала, но Босфорову не было до них никакого дела. У него впереди замаячила цель, ради которой он готов был пойти на преступление, о чём стыдно было признаться даже самому себе.       Транспорт несколько раз за поездку сильно тряхнуло, что объяснялось местоположением колонии. Её основали на обширном горном плато, которое, словно лес, обступали тонкие, но очень высокие каменные шпили. Причина их происхождения не была ясна ни колонистам, ни учёным, что трудились в колонии. Однако место было очень удобное для посадки и хорошо различимое с высоты, поэтому сюда и опустилось первое колониальное судно. Люди быстро выстроили здесь типичный для колонии городок и стали обживать местность. Расчистили место под фермы и биосферы, проложили дорогу сквозь каменный лес, наладили постоянную связь с орбитальной станцией и начали осваивать добычу полезных ископаемых. Но тут перед ними встало две проблемы: первой был внезапно обнаружившийся дефицит продовольствия, который до сих пор до конца не был ликвидирован, а второй – это свойство местной горной породы. Она оказалась необычайно прочной, настолько, что даже горнопроходческие машины на основе лазерных резаков не справлялись с ней. Долгое время геологам и шахтёрам не удавалось достичь каких бы то ни было успехов на этом поприще. Кто-то уже заговорил о не респектабельности и убыточности данного предприятия и колонии в целом. Хотели даже свернуть всю экспедицию, но вдруг произошло нечто из ряда вон выходящее.       Некто по имени Роберт, фамилию почему-то не уточняют, один из геологов, причём из руководящего состава, был очень сильно расстроен разговорами о закрытии экспедиции и остановки финансирования данного проекта. Так огорчился, что, набравшись, устроил погром в лаборатории, где стояла крупная фляга с жидким азотом. Раздолбав два недешёвых аппарата для тестов, он принялся за охлаждающую установку, используя при этом здоровый мультитул отнюдь не по прямому его назначению. Жидкий азот, вылившись из пробитой фляги, заполнил помещение лаборатории плотным облаком пара, от которого Роберт решил спасаться на улице. Из открытой двери, вместе с Робертом на камень плато вылился и азот, мгновенно закипая и испаряясь. После этого он обнаружил в месте, где азот сильно остудил породу, что она стала очень хрупкой и легко ломалась даже руками. Радости не было предела и после этого случая горняки начали рыть шахты с неведомой доселе скоростью. И помимо всего этого, Роберт своей выходкой решил ещё одну проблему, которая к тому времени ещё успела возникнуть – колонистам стало не хватать жилья. И теперь, новые жилые помещения просто бурились прямо в плато, некоторые из которых соединялись подземными проходами образуя целую сеть ходов. Местные жители даже в шутку называли колонию муравейником.       Всё это Эльза поведала друзьям, когда они ступили на каменистую почву, спустившись по аппарели вездехода. Вокруг плато, на котором как грибы после дождя, были понатыканы маленькие хибарки вперемешку с колониальными постройками, из которых можно было попасть в подземные помещения. Между ними сновали немногочисленные жители и несколько стаек ребятни. Картина более чем унылая, даже на фоне исследовательского комплекса, что располагался целиком на оставленной с самой колонизации, наземной станции, сверкающей яркими огнями освещения.       - Нам сюда, - Эльза повела Кирилла с Бэном куда-то за лабораторию, к дальнему концу плато. Там она остановилась у ничем не отличающейся от других хибары и вежливо постучала в крепкую металлическую дверь. Через минуту из-за двери послышался скрип задвижки, и из хибары показалась женщина, ростом чуть ниже Кирилла и возрастом его точно не превосходившая.       - Эльза, милая! – улыбаясь во все тридцать два зуба, воскликнула она, всплеснув руками так, что иначе как барышней Босфоров теперь называть её не мог, - ты уже вернулась! А это те друзья, о которых ты рассказывала?       - Привет, Марта! Да, это они. Доктор Рингстон у тебя?       - Тише ты, - грозным шёпотом прошипела барышня и, оглядевшись и убедившись, что никто их не слышит, продолжила, - если кто узнает, что мы с ним вместе, мне же проходу не дадут!       Красноречиво переглянувшись, друзья вошли в дом вслед за Мартой.       Внутри всё оказалось сильно лучше, чем ожидал Босфоров. Освещением здесь служили регистрационные полосы под потолком, выполняющие ещё и функции домашних камер. Повсюду была уютная отделка декоративными деревянными панелями, а на полу лежали ковры. Мебели было не много, но это было объяснено тем, что данное жилое помещение заселено на подобии старых добрых коммуналок, то есть большое количество комнат, в каждой из которых живёт один человек или же целая ячейка общества. И самое главное, что удивило Кирилла это тот факт, что все подземные помещения были прямоугольными и в сечении совсем не напоминали пещеры. Спустившись сюда через убогую хибару, он словно перенёсся куда-то далеко в атмосферу уюта и тепла, что никак не вязалось с представлением о подземельях.       - Он сейчас в душе, - сказала Марта, когда вся троица мирно расположилась на диване в общем зале, - придётся чуть-чуть подождать.       - Ничего страшного, - вежливо улыбнулась Эльза и хотела ещё что-то сказать, но Марта её перебила.       - Это всё с теми кораблями связано? Ох, не нравится мне всё это. Только ведь устроились, только жизнь пошла спокойная и тут на тебе находка! Инопланетяне эти…       - Ну, по сути, для этого мира, инопланетянами являемся мы, - вставил своё слово Кирилл и тут же пожалел об этом.       - Как это?! Нет, дорогой мой, мы же люди! Колонизаторы! Мы никого не убивали, место чужое не занимали, никого не притесняли и не вынуждали освободить нам место…       - Но ведь это не наш мир, - усмехнулся Босфоров, - мы пришельцы!       - Если вы считаете себя таковым, то это ваше право, - обиженно воскликнула барышня, - а я себя так унижать не намерена.       Кирилл хотел было накинуться на неё с ещё большей силой, но тут из проёма, завешенного шторкой из нанизанных на длинные шнурки крупных бус, выглянул худощавый молодой человек с обширными кругами под глазами и мощными залысинами в белом просторном комбинезоне исследовательского персонала.       - Приветствую, мисс Эльза, - добродушно улыбнулся учёный и пожал руки Кириллу и Бэну, представившись доктором Рингстоном.       - Это вы обнаружили корабли?       - Не то что бы лично я, - смущённо опустил глаза доктор, - горнопроходчики обнаружили, а наша группа занимается их исследованием и, честно говоря, нам не хватает знаний и опыта в этом вопросе.       - В каком? – Бэн поелозил на диване, который для человека его размеров оказался не слишком удобным.       - В вопросе устройства космических кораблей.       - Как глубоко вы их обнаружили?       - Не слишком, - Рингстон вытащил из нагрудного кармана очки и водрузил их себе на нос, - однако они пролежали там несколько десятков тысяч лет и время их не пощадило… Думаю вам стоит самим взглянуть на них, перед тем, как наша группа продолжит их исследование.       - Согласен, - воскликнул Бэн, буквально взлетев с дивана, кивнул Марте на прощание и дёрнулся было к выходу, но Эльза направилась к неприметной дверце слева, которая, как оказалось, вела в просторный коридор. Это было похоже на улочку провинциального городка. Где-то стояли лавчонки с едой или тем, что производила молодая по общим меркам колония. Люди неспешно гуляли туда-сюда. Откуда-то доносилась весёлая музыка, а из приоткрытых дверей сквозняком приносило кружащие голову запахи домашней выпечки.       Последними выходили Босфоров с доктором, к которому он обратился шёпотом и обрисовал интересующий его деликатный вопрос.       - Как только закончим с кораблём, я вас сразу же направлю по нужному адресу, - улыбнувшись ответил Рингстон и добавил, - только сами понимаете, алкоголь на этой планете очень дорогая вещь.       Инженер в ответ сделал сложный жест, который дословно означал что-то вроде «всё схвачено».       Место, где обнаружился образец инопланетной технологии, оказалось за углом. Ничем не отличающаяся от остальных дверь из улочки вела на этот раз не в обжитую, как сказал бы Кирилл, пещеру. После стука, который показался каким-то условным сигналом, их впустил внутрь рослый детина, почти дотягивающий ростом до Бэна, но превосходящий его мускулатурой. Пройдя не длинный коридор, вся группа оказалась в обширном пустом помещении с освещением в виде закреплённых по периметру маячковых светильников и в центре него была раскопана глубокая яма, на дне которой распластался продолговатый каплевидный предмет пяти метров в длину. Ячеистая структура и передняя трапециевидная выемка под смотровой иллюминатор были хорошо знакомы инженерам, но вот обрубки крыльев и узкие пазы, которые явно предназначались для вооружения, были чем-то новеньким. Взгляд Кирилла тут же зацепился за еле видный контур овальной формы в верхней части. Оперевшись на корпус руками, он стал рассматривать поверхность, буквально касаясь её лбом. Бэн в это время обратил внимание на заднюю часть, откуда выпирали два продолговатых составных цилиндра, видимо исполнявшие роль двигателей. Здесь возраст корабля проявился гораздо сильнее. Острые окаменелые наросты в месте, где были выходные отверстия и ржавчина почему-то ярко-рыжего цвета красноречиво говорили о том, что этот аппарат лежит здесь очень давно, однако никак не десятки тысяч лет!       - Вы пробовали открыть его? – после нескольких минут осмотра произнёс Кирилл.       - Как? Мы даже не знаем, что это за штука!       - Давно вы её нашли? – тон Кирилла не сменился ни на нотку.       - С месяц уже, наверное.       - И у вас не возникло желания исследовать внутренности этого корабля? – теперь же Босфоров был явно удивлён.       - Эм… нет.       - Ну вы даёте… - задумчиво пробубнил инженер и тут же встрепенулся, - в общем, бурение, направленные взрывы и излучатели тут не помогут. Пробовали. Однако, пока наша подруга рассказывала про известного первооткрывателя Роберта, - Эльза, стоявшая всё это время в сторонке, налилась краской, но глаз не опустила, - у меня возникла занятная идея.       - Заморозить? – уточнил Бэн мысль, которая пришла и ему в голову.       - Именно так, мой друг! Доктор Рингстон, вы можете убедить шахтёров одолжить нам ненадолго их морозильную установку?              Через пару часов всё было готово. Кое-как рабочие внесли в помещение через узкий проход громоздкую установку направленной заморозки, довольно дорогой и сложный аппарат. К тому же, судя по кряхтению рабочих, очень тяжёлый. Но вот её внесли, закрепили, настроили и, под нетерпеливыми взглядами учёных, активировали. Кирилл ожидал чего угодно, что аппарат начнёт разрушаться, что луч отскочит и заморозит потолок прямо над ними, что кабина, вход в которую он смог идентифицировать в том самом контуре, откроется и явит своё нутро. Но произошло совершенно противоположное – корабль не отреагировал никак. То есть совершенно никакой реакции на температуру близкую к абсолютному нулю. Само помещение покрылось инеем и Эльза с несколькими рабочими решила покинуть место раскопок из-за холода, а кораблю хоть бы что.       - Это… занимательно, - протянул Бэн, подходя к месту, куда было направлен луч морозильной установки.       - Это бред! – вспылил Кирилл. Он возлагал на этот метод все свои надежды на хотя бы одиночную попойку в жилом блоке, - Ну чего тебе надо?! А?! Мы всё уже перепробовали! Как тебя вскрыть, грёбаный кусок инопланетного железа!       Он подхватил с пола инструмент, судя по всему, лопату, и долбанул по безразличному корпусу. Затем опустил орудие и, отдышавшись, произнёс:       - Прошу прощения.       Воцарилась неловкая тишина, в которой выделялись лишь хруст почвы под ботинками переминающихся рабочих и гул работающей в режиме ожидания морозильной установки. Идей больше не было, все способы, что могли сработать, они уже перепробовали и, видимо, придётся отступить. Корабль так и останется стоять в подземном ангаре в качестве музейного экспоната. Кроме того, местный аналог абсента останется на этой не слишком гостеприимной планете так и не попробованным. Не то что бы это было его главной мотивацией, но любопытство бывалого выпивохи играло в нём достаточно устойчиво. Придётся покинуть планету, так и не раскрыв тайну инопланетян, и возвращаться к рутине в инженерно-конструкторском отделе…       С этими невесёлыми мыслями Босфоров медленно направился на выход, намереваясь хоть немного очистить голову от мрачных мыслей на свежем воздухе, отчего он не увидел как Бэн, безнадёжно прикоснулся к шершавым ячейкам на поверхности корабля. Сначала раздался громкий щелчок, через секунду лёгкое шипение и затем низкий гул, с которым открылись три неровные створки на верхней части корабля, открывая вид на своё нутро и заполняя пещеру затхлым смрадом давно разложившейся мумии.              Не успело солнце зайти за горизонт, а группа инженеров уже спускала на импровизированном лифте морозильную установку прямо на дно ангара. Процесс её транспортировки запомнится всем участникам надолго и будет отдаваться болью в сорванной спине и перенапряжённых мышцах рук. Однако рабочие, не без помощи инженеров и крепкого словца, смогли-таки дотащить громадину сквозь узкие коридоры прямиком к ангару.       - Не хорошо это, - произнёс помогавший им доктор Рингстон.       - Что именно, - потирая натёртые руки, поинтересовался Кирилл.       - Надо было предупредить шахтёров, что мы установку сюда заберём.       - Да ладно тебе, - усмехнулся Босфоров, - ничего страшного не случится, если они один вечер посидят без работы. И даже если начнут возмущаться, после нашего успеха, начальство с кем угодно договориться.       Однако, Миртус был далеко не рад прибывшему аппарату и людям, его сопровождающим. Долго возмущался, что посторонним сюда нельзя, а выслушав рассказ Босфорова, сменил гнев на милость, однако ворчать не перестал.       Тем временем, установку, которая на фоне корабля выглядела совсем не внушительно, развернули излучателем в сторону предполагаемого входа и Рингстон принялся за настройку. Все остальные, кто не был как-то задействован в предстоящем эксперименте, разбрелись по ангару, с открытым ртом разглядывая шедевр инопланетного кораблестроения. Короткий щелчок и по ангару стало распространяться усиливающееся с каждой секундой гудение.       - Выставлю мощность побольше, - предупредил Рингстон, не отрываясь от панели управления, - этот, мне кажется, должен быть попрочнее.       - Это не опасно? – резонно поинтересовалась Эльза.       - Если мы не будем попадать под излучение, нам ничего не грозит. Ну, разве что простуда.       - Подождите, вы сказали этот? – удивлённый взгляд Миртуса впился в учёного, - вы нашли ещё корабли?!       - Неважно, мой друг…       Тод взглянул на своих подчинённых, но в ответ получил невнятный жесть, который означал что-то вроде «мы потом всё объясним».       Гудение уже становилось трудно выносить и в этот момент, лёгким движением руки, установка была активирована, и из сопла устремился луч, тут же ударившийся в молчаливую тушу корабля. Поверхность покрылась наледью и с неё начал падать тяжёлый пар. Ангар очень быстро заполнялся морозным воздухом, от чего несколько рабочих решили покинуть место эксперимента. Однако инженеры стояли, как вкопанные, и заворожено пялились на место контакта луча. Это продолжалось всего лишь минуту, но воздух в ангаре успел настолько промёрзнуть, что даже на потолке появились наросты инея. При этом корабль, как и прежде, был непоколебим. Ячеистый корпус оказался абсолютно целым и не изменился ни на йоту.       - И это всё? – несколько обиженно спросил Тод.       - Установка выработала накопленную энергию, - Рингстон указал на экран, где была показана процентная шкала, значение на которой было меньше одной сотой процента, - можно зарядить ещё, но это займёт пару-тройку дней.       - Это слишком долго! – воскликнул Миртус, ища глазами Кирилла. А тот уже был у места контакта, до которого мог дотянуться рукой, что он и сделал, едва контролируя своё тело из-за дрожи, и… ничего не произошло. Полминуты, Босфоров очень неловко трогал место заморозки и тут же отдёргивал руку ведь корпус всё ещё был катастрофически холодным. Все наблюдали за его действиями, не отводя глаз, но в какой-то момент Миртусу это надоело, и он крикнул:       - Хватит, Кирилл! Это бесполезно. Идите сюда.       Но он не останавливался и, когда рука уже совсем потеряла чувствительность и смогла задержаться на поверхности инопланетного корабля немногим больше секунды, произошло, то чего так ждал весь состав команды инженеров. Фрагмент из нескольких треугольных ячеек подался вниз примерно в центре корабля и высвободил пологий трап, который опустился прямиком на иней.       Хоть Кирилла и переполнял триумф от того, что его теория оказалась верна, но он прекрасно понимал, что ближайшие сутки ему придётся провести в медблоке, восстанавливая руку. *** ВНЕШНЯЯ ТЕМПЕРАТУРА НЕ СООТВЕТСТВУЕТ НОРМЕ. ПРОНИКНОВЕНИЕ ВНУТРЬ - РАСПОЗНАТЬ - НЕИЗВЕСТНЫЕ ФОРМЫ ЖИЗНИ. НАМЕРЕНИЯ НЕ ЯСНЫ. - ПРОБУДИТЬ СТРАЖНИКОВ - СТРАЖНИКИ ОТСУТСТВУЮТ - ЗАХВАТИТЬ, ПЕРЕСТРОИТЬ В РЯДЫ СТРАЖИ - КОМПЛЕКС ОДОБРЯЕТ. ПРИСТУПАЕТ. ***       Первым на борт поднялся, конечно же Миртус, аргументировав это тем, что он ответственный за каждого из его команды и не хочет отвечать перед начальством в случае смерти остальных. О том, что, в случае его гибели, отвечать придётся инженерам, он как-то не подумал. Кирилла он вообще хотел тут же отправить в медблок, но он категорически отрицал все его доводы и аргументы. Ещё бы, прямо перед ним открылось столько перспектив, и, поднимаясь по тонкому, но по ощущениям очень прочному трапу в нутро корабля, он буквально кожей ощущал, как окунается в океан тайных знаний! Как ему открывается ответ на вопрос, что мучил человечество не одну сотню лет. Такое нельзя пропустить, даже ради собственного здоровья!       Следом за Тодом и Кириллом на борт поднялись Бэн с Таисией Петровной. Рингстон с Эльзой остались снаружи под угрозой подачи рапорта Миртусом высоким начальникам.       Место, где они оказались, было очень похоже на коридор подземного комплекса, только потолок был не прямоугольным, а в виде трапеции, по вершинам которой шли такие же желоба, которые здесь испускали не яркий зеленоватый свет. Слева он упирался в переборку, составленную из всё тех же треугольников, а вот вправо коридор тянулся видимо к самой корме. Шириной он был метра три, так что тесно не было никому.       - Значит так, - Тод резко развернулся, от чего Таисия Петровна даже подпрыгнула, - сейчас разделяемся и обследуем все отсеки, но по специализации. Таисия Петровна - в оружейный отсек, Кирилл – на мостик, Бэн – на вас общая структура корабля. А я займусь силовой установкой…       - А не логичнее ли будет держаться вместе, - встрял Босфоров, - мы сейчас на инопланетном корабле. Мало ли какие тут могут быть неожиданности! Может у него есть своя система внутренней безопасности, в чём я почти уверен. И вообще, есть же дроны!..       - А может я сам буду решать, как мы будем действовать? – выкрикнул Миртус и тут же замолчал. И не от того, что осознал глупость срыва своих нервов на починённых, а скорее от разнёсшегося по чреву корабля чудовищному эху.       - Вам виднее, - когда гул в ушах чуть поутих, ответил Кирилл и чуть не закричал от лёгшей на плечо руки. Сзади, широко улыбаясь, стоял Бэн:       - Эльза специалист, - пробормотал он и кивнул в сторону начальника.       - Угу, а сам предложить не можешь? – язвительно произнёс Кирилл, поняв, чего от него хочет друг. Тот в ответ лишь извинительно развёл руками.       - Тод, у нас за бортом стоит сейчас специалист по силовым установкам. Она может вам помочь, если вы в чём-то не сможете разобраться.       Начальник явно почувствовал тонкий укол в словах Босфорова, однако ответил коротко «посмотрим» и, раздав всем портативные коммуникаторы, зашагал в дальнюю часть коридора, оставив подчинённых предоставленными самим себе.       - Эх, ну и перца нам в старшие поставили, - вздох разнёсся по нутру корабля не слабее крика Миртуса, - Бэн, будь осторожен, хорошо?       - Не волнуйся, - здоровяк хитро подмигнул напарнику и двинулся вслед за Тодом. Наверняка будет его уговаривать Эльзу пустить в корабль. Ловелас на полставки, блин!              Отыскать мостик оказалось гораздо сложнее, чем предполагалось изначально. В любом нормальном корабле подобного размера, мостик располагается либо в специальной рубке сверху от основного корпуса, чего здесь не наблюдалось, либо на носу. Здесь же доступ в носовую часть был отрезан наглухо. Двери хоть и открывались сами, когда к ним подходил Босфоров, но не все. Словно корабль не хочет допускать неизвестно кого до жизненно важных органов. От бессилия продвинуться дальше в сторону носа корабля, Кирилл двинулся дальше в поисках чего-то поинтереснее, чем обычный коридор, в котором на удивление совершенно не было пыли. Тёмные монолитные плиты, освещённые тусклым зеленоватым светом, почему-то вызывали в голове не страх или тревогу, а действовали успокаивающе и казались очень уютными. Человеку было не дано понять, как такое мрачное окружение может быть уютным, но он чувствовал, и поделать с этим ничего не мог.       Бродя по коридорам, которые то и дело приводили его к запертым дверям неизвестных отсеков, Кирилл начал замечать, что они были отнюдь не горизонтальными. Наклон был едва заметным, однако, ощутимым и, представив модель корабля, было не трудно понять, что наклон шёл в конкретную точку корабля где-то в его центре. А там наверняка располагалось, что-то очень важное.       Стоило Кириллу прийти к этому выводу, как следующий смежный коридор оказался полностью свободен, тогда как другие такие же были наглухо заблокированы дверями. Не думая долго, он двинулся вперёд и вверх, забыв о собственных опасениях касательно системы безопасности. Однако буквально через минуту Босфоров упёрся в чёрную монолитную стену. Не было никаких сомнений, что это была именно стена, а не очередная запертая дверь. Осмотревшись, Кирилл понял, что коридор не закончился, просто перешёл в вертикальную плоскость и продолжался дальше на высоте примерно десяти метров.       - Есть новости? – раздалось из коммуникатора в ухе.       - Это Бэн, - тут же ответил ему взволнованный бас здоровяка, - я заблудился.       Кирилл хохотнул и произнёс:       - Это Босфоров. Тут шахта вертикальная. Возможно за ней мостик. Нужна лестница.       - Я не могу найти инженерный отсек! – резко ворвалась в эфир паникующая Таисия Петровна.       - Так, всем спокойно! Без паники! Сейчас я вас найду…       - А мне что делать? – не дождавшись ответа, возмутился Кирилл.       - Подожди! Сейчас я приду!       Да нужен ты больно! Я и сам могу во всём разобраться!       Босфоров злобно зашагал в обратном направлении, вспоминая, где можно достать лестницу. Дорогу назад он запомнил хорошо, поэтому с выходом проблем не возникло. Портативная лестница обнаружилась у одного из рабочих, которые уже забрались на корабль и во всю там гуляли. После пары минут глупых препирательств, рабочие всё-таки уступили необходимое приспособление и по прошествии ещё десяти минут Кирилл уже забирался из коридора в просторный отсек.       Это был круглый зал метров двадцати в диаметре, по периметру которого виднелись прямоугольные выемки в стенах. От каждой из них, по потолку шли узкие желобки в центр, откуда на тонких кабелях свисала совершенно непонятная монструозная конструкция, состоящая из неведомых человеку механизмов, опутанных сетью узких трубочек, мерно пульсирующих зеленоватым свечением, но гораздо более тусклым, чем лампы в коридоре. Но это не было органикой. Явно прослеживалось механическое происхождение сего чуда-юда. Из центрального блока в стороны расходились несколько таких же кабелей, на которых были прикреплены блоки поменьше. Кирилл насчитал их не меньше двадцати. И самое интересное, что между блоками то и дело проскакивали разряды, однако ни единого звука слышно не было.       Место выглядело величественно, казалось, что этот механизм является сердцем корабля, находящегося в анабиозе. Присмотревшись, Кирилл обнаружил, что выемки в стенах состояли из материала, похожего на мутноватое стекло. Подойдя к одной из них, он царапнул ногтем и чуть не умер от неожиданности, когда вся секция, вместе с выемкой резко подалась на него и с тихим шипением стала подниматься вверх, освобождая проход внутрь. Оказалось, это была дверь в небольшую комнатку, которая постепенно наполнялась светом из-за того, что желобки на потолке постепенно начинали светиться. Возможно это гибернационная капсула, или спальный отсек, не важно! Нужно осмотреть его!       Кирилл, не раздумывая, влез внутрь на четвереньках, ибо порог здесь был около метра. Выпрямившись, он начал рассматривать еле заметные здесь стеклянные вставки в стене, которые видимо, представляли собой шкафчики для хранения личных вещей. Догадка о спальном отсеке подтверждалась!       Босфоров уже потянулся к уху, чтобы сообщить Миртусу, что нашёл кое-что интересное, но ничего не успел сделать. За спиной раздался тихий щелчок, на который он тут же обернулся и обнаружил дверь, которая уже опустилась на место и с шипением вставала в проём. Сделать Кирилл уже ничего не успевал, поэтому мысленно приказал себе не паниковать и, схватившись за коммуникатор, затараторил:       - Тод, я на верхней палубе! Меня заперло в маленьком отсеке! Нужна помощь!       Ответа не последовало, как и шипения помех, которые обычно сопровождали радиопередатчики на каждом шагу. Видимо отсек блокировал радиосигналы…       Тем временем нутро спального отсека, если это был он, наполнялось низким гудением, и за мутными дверками шкафчиков, как их обозначил Кирилл, начали мелькать уже знакомые разряды зеленоватого цвета прямо вокруг толстого стержня, который светился ярче, чем осветительные желоба на порядок. Звук постепенно становился громче и, в конце концов, его стало невозможно выносить. За мутным стеклом двери почудилось движение, но рассмотреть что именно там происходит у Кирилла не было возможности ибо оглушительным звуком его буквально придавило к полу. Сколько продолжалась пытка звуком понять было сложно, но в итоге сознание помутилось и Босфоров провалился в тёмное забытье. ***       - Гордон, ты там скоро?! – раздалось из штрека, - смена уже закончилась. Пошли поедим!       - Да иду я уже, иду! – зычным басом отозвался рукастый мужчина, закидывая на плечо мешок с отработкой. С утра наверняка докопаются, что отработку копим, поэтому лучше её сейчас захватить, кроме того – по пути. Мешок был увесистый, ещё бы, весь день археологи соскребали её с этих древних монолитов. Когда же они уже докопаются до конца и успокоятся?..       Проходя мимо короткого ответвления, рабочий остановился размять спину и, хрустнув шеей, заметил едва видное зеленоватое свечение со стороны исследованного тупика. Смутившись, он всё же решил проверить, что это там археологи установили такое.       Уже в проходе он разглядел полосу зелёного света прямо в стене тупика, тянущуюся сверху вниз и делящую стену ровно пополам. Свет этот успокаивал, хотелось смотреть на него и не отрываться подольше. Когда же он подошёл вплотную, то уже почти не ощущал своего тела. Сознание витало где-то далеко, а свет дарил лёгкость и безмятежность. Поэтому он даже не обратил внимания, когда стена, разделённая зелёным светом, начала разъезжаться в стороны, показывая то, что было сокрыто за ней. А там было нечто отдалённо напоминающее огромный цветок: в центре странного вида рисунок, от которого во все стороны расходились тонкие, длиной в полметра лепестки. И весь этот рисунок был, как бы подсвечен изнутри зелёным.       Это было бы интересной находкой, если бы Гордон владел собой. Но он лишь стоял и с глупой улыбкой наблюдал, как рисунок неспешно оживает, раскрываясь в его сторону восьмью металлическими пальцами по метру каждый, и тянется к нему. Как медленно оживают лепестки, оказываясь такими же пальцами, только поменьше. Как, в зелёном свете, они безболезненно впиваются в его кожу и тянут внутрь. Последнее, что успел заметить рабочий перед тем, как его сознание окончательно угасло, это уродливую руку с двумя локтями и тремя широкими пальцами, что всё так же неспешно вытянулась из центра рисунка и рывком вцепилась в его глупо улыбающееся лицо.        ***       Пробуждение было похоже на приземление после затяжного прыжка. Хлоп! И вот он уже ощущает своё тело и в целом чувствует себя неплохо. Даже уши не болят, хотя после такой жёсткой обработки звуком они должны как минимум гореть. Кирилл даже на миг обрадовался, но затем понял, что ничего не видит, словно бы находится в абсолютной кромешной тьме. Подвигав руками, он пришёл к двум выводам: что он лежит и что вокруг него не тот спальный отсек, который оказался совсем не спальным. Поднявшись, он попытался на ощупь понять, где находится, и тут резкая боль пронзила затылок и шею в районе позвоночника. Боль была такая сильная, что окружающая тьма осветилась искрами из глаз.       - Твою мать! – прошипел Босфоров, когда прекратил кричать.       - Мать…муть…мыть…мойка…койка…кровать…спать…       Кто-то говорил, по ощущениям стоя прямо перед ним, всё тише и тише.       - Кто здесь?       - Здесь…тут…там…гам…шум…ум…       Голос был не громким, но хорошо различимым и, казалось, что он его знает. Нужно только ещё его послушать.       - Кто ты такой? – выкрикнул Кирилл, готовясь прислушиваться к «пародисту», но ответ был совершенно не таким, какой он ожидал услышать.       - Контакт…долго…нужно…изменить…       С ужасом до Кирилла дошло, что это был его собственный голос.       - Одобрение…вопрос…       - Я не понимаю! – от слов, обращённых к нему со стороны неизвестно кого, произнесённых его же голосом, голова совершенно отказывалась соображать. Захотелось выйти, сбежать. Захотелось освободиться. На границе сознания промелькнула фраза, сказанная когда-то самому себе «не паниковать!» и провалилась в бездну панической атаки. Кирилл закрутился, пытаясь будто бы сбросить со своей головы нечто чужеродное.       - Отторжение…страх… - произнёс неизвестный и тут же окружение изменилось. Вокруг заплясали зелёные искры, поднимая сознание Кирилла из абсолютной черноты и возвращая его в собственное тело, вокруг которого уже столпились товарищи.       На этот раз пробуждение оказалось болезненнее и тяжелее. Голова вместе с шеей гудела, а каждое движение, которое он пробовал сделать, вызывало нестерпимую боль.       - Лежи, не двигайся, - голос доносился словно бы из-под подушки, - вызывайте медиков, срочно!              Как его доставили в медблок, он не помнил, сознание то отключалось, то возвращалось обратно. Окончательно в себя Кирилл пришёл, только когда врачи провели над ним несколько манипуляций. Сознание наконец-то прояснилось, и по глазам ударил яркий больничный свет.       - Неприятно? – послышался басистый голос слева, - мне тоже не понравилось.       Не без труда повернув голову, Кирилл обнаружил пытающегося усесться на миниатюрном кресле Бэна.       - И как ты в него поместился-то? – язык ворочался нехотя.       Здоровяк лишь развёл руками, добродушно улыбаясь.       - Как ты?       - Уже лучше. Долго я валялся?       - Тридцать три минуты, шестнадцать секунд, - ответил голосовой помощник, встроенный в больничную койку.       - Да ладно?!       - Что ты помнишь? – вопрос был максимально логичным, но всё же загнал Кирилла в тупик. С одной стороны, хотелось поделиться своими ощущениями, но с другой, что-то внутри подсказывало ему пока что повременить с откровенностями.       - Помню, как залез в тот спальный отсек и дверь закрылась. Дальше – пустота.       Его терзали сомнения и чувство вины, что скрыл от друга произошедшее, но Босфоров угомонил совесть тем, что, как только всё обдумает, тут же всё выложит.       Бэн не стал давить на друга и попросил позвать врача. Тот объяснил, что у него была паническая атака с реакцией на хирургическое вмешательство и введение инородных предметов в ствол спинного мозга, и очень рекомендовал не вставать ближайшую неделю, дабы они смогли изучить, что такое засело в его теле.       - А разве я не должен был попасть в карантин? – весело поинтересовался напоследок Кирилл у собирающегося удалиться врача.       - А это и есть карантин, - усмехнувшись, ответил врач, - ваш друг это голограмма.       Бэн снова развёл руками, на этот раз как бы извиняясь.       - И когда меня выпустят? – веселья в голосе Босфорова словно и не бывало.       - Зависит от того, что представляет собой этот ваш так называемый имплант.        ***       Ночь на этой планете выглядит совсем не так, как на родине человечества и уж точно отличается от того, к чему привык человек, большую часть своего времени проводящий на орбитальных станциях. Звезда скрывается за горизонтом, но восходят луны и поверхность освещается мертвенно-белым цветом. Да, к тому же, достаточно ярким, чтобы перепутать ночь с ясным днём. Но биологические часы не так легко обмануть, поэтому большая часть людей в исследовательском лагере мирно спала. Не спали только несколько патрулей, положенных в полевых экспедициях, дежурные врачи и один необычный пациент карантина. В голове роились разнообразные мысли о том, что именно корабль сделал с ним. Ну, или попытался сделать. Рука то и дело тянулась к затылку, где, в районе стыка черепа с позвоночником чётко выделялся квадратный бугорок, который венчал маленький прямоугольник чёрного металла, как тот, из которого был сделан весь комплекс и внутренности корабля. Цвет ему удалось выяснить, попросив голосового помощника показать вид своего затылка. Надо сказать, не самое приятное зрелище.       После ухода врача, Кирилл расспросил Бэна о том, что происходило, пока он валялся в отключке. Здоровяк лишь махнул рукой кому-то вне поля зрения, и в палате появилась голограмма Эльзы. Вот она уже рассказала о том, как они прибежали всей дружной толпой по следу коммуникатора Босфорова в пункт управления, как его назвал Миртус. Там они нашли Кирилла только, когда один из отсеков раскрылся и наружу выехал постамент с корчащимся в судорогах инженером и орущим что-то бессвязное. Эльза тогда сама чуть не отключилась от вида пены, что сочилась сквозь намертво сжатые зубы. Потом Бэн подхватил друга на плечо и буквально нырнул в шахту. Догнать они его не смогли и настигли только в медблоке. Прождали буквально полчаса и Босфоров очнулся, будто и не было того происшествия. Всех это сильно поразило, даже медиков. Когда же Кирилл поинтересовался, где остальные, ему ответили, что Таисия Петровна тоже здесь, просто не хочет голографироваться, а Миртус ушёл как только узнал, что всё в порядке. Да уж, отличный начальник, ничего не скажешь. А вот факт того, что за полчаса Кирилл из бессознательного состояния пришёл в полную норму, даже для современной медицины было не нормально.       Но что на самом деле не давало покоя и лишало сна, это маленькая мысль, буквально одно предположение - корабль может быть разумен! Это просто взрывало мозг, во всех смыслах, ибо иногда в шее что-то стреляло и на секунду становилось больно, а затем боль резко пропадала. Если он и правда имеет хотя бы примитивный разум, это открывает огромный простор возможностей! Вдруг этот корабль ещё и функционирующий?! А если в его памяти содержится информация о своих создателях?! Или даже о вселенной в прошлом?! Плюс, не понятно что он хотел сказать. Вначале он будто пробовал подобрать слова, учился. Да! Он пытался понять наш язык! Если после пары фраз он начал генерировать предложения, пусть это было совсем примитивно и без интонаций, то что будет если дать ему больше времени… Чёрт возьми! Столько вопросов!       Нужно срочно вернуться на корабль!              На следующий день, вечером к нему пришли почти все, хоть некоторых ему видеть было совершенно не в радость. В палате даже стало тесновато, если можно так выразиться относительно голограмм.       - Главное, что всё с тобой хорошо, - проскрипел Джеймс Тиррод, пришедший раньше всех.       - Всё хорошо!..       - …что хорошо кончается, - тут же вставила своё слово парочка археологов, которых Босфорову уж точно не хотелось видеть.       - Ну, перепугал ты нас знатно! – рассмеялся Миртус, хлопнув сидящего рядом Бэна по плечу, - точно нормально себя чувствуешь?       - Да, точно-точно! Хоть сейчас в бой!       - Ну, в бой тебе ещё долго не дадут вернуться. Будут изучать, может операцию проведут. Так ведь Джеймс?       - Это только с согласия пациента, - старик развёл руками и поправил массивные очки.       - А ты разве не согласен? – мордашка Эльзы вытянулась от удивления.       - Ну-у… В общем-то согласен, - Кирилл замялся, чем изрядно смутил окружающих, - просто не люблю я под нож ложиться. А эта штука вроде и не беспокоит…       - Это инородное тело инопланетного происхождения, - лекторским тоном перебил его Тиррод, - откуда нам знать, какие технологии применяли так называемые предтечи?..       Миртус недовольно откинулся на кресле и искоса бросил взгляд в сторону археологов, у которых почти одновременно запищали портативные коммуникаторы.       - Это Дэбрэ! – воскликнул Фокс.       - Зовёт обратно! – вторил ему Игнасио.       - Ладно, Кир, мы пойдём. А то француз снова будет возмущаться, - извинительно улыбнулась Эльза и уходя, как бы невзначай коснулась плеча Бэна. Что происходило дальше, Босфоров не видел, ибо закатил глаза столь сильно, что радужка полностью скрылась под бровными дугами. «И вообще, с каких это пор она меня зовёт Киром?!»       - Ох, ловелас великовозрастный! – язвительно произнёс Кирилл, когда троица археологов перестала голографировать.       - Что есть, - здоровяк лишь пожал плечами.       - Ну что, начальник, удалось разобраться, что это за сопля титана там висит?       Тод как-то странно смутился и выдал:       - Мы так и не смогли попасть в этот отсек снова. Коридор, что ведёт к нужной шахте просто перекрыт дверью.       - Но там ведь нет дверей!       - В прошлый раз не было, - согласно кивнул начальник, - а утро уже всё закрыто.       - И какой у нас план действий?       - Я не знаю, - Тод обречённо вздохнул, - я даже не знаю, что писать в рапорте! Мы с Эльзой так и не разобрались, как запустить силовую установку, Бэн совершенно не понимает, как устроен этот корабль со стороны инженерной службы. Таисия Петровна так и не нашла вооружения на корабле в принципе…       - Может он даже не боевой, - кивнула специалист по вооружению.       - Вот именно! Я думал, что со спецами мы его по каждой палубе на чертежи распишем, а тут… только проекция, и то с помощью дронов.       Да уж, Тод, что называется, сел в лужу. Запросил специалистов, даже в обход своих боссов связался с корпорацией, они за спецов выторговали всю информацию, что специалистам удастся там найти, а в итоге ни информации, ни открытий. Ещё и перед боссами отчитываться.       Тут коммуникатор Миртуса противно запищал и он, извинившись, отключился от голографии.       - Мы, наверное, тоже пойдём, - проскрипела Таисия Петровна, - поздно уже.       - Не унывай, - произнёс Бэн и отключился вслед за коллегой.       Тишина ударила по ушам резко и как-то слишком сильно.       «Надо было хотя бы Бэну рассказать о своей задумке. А то ведь ещё обидится, что не предупредил»              Вездеход резко дёрнулся, остановившись у одного из колониальных домов. Из открывшейся аппарели на пыльную почву спустились двое в не продуваемых плащах и масках, защищающих от пескоструйной машины, в которую превратилось всё открытое пространство в эту ночь. Подсвечивая путь портативными фонарями, люди приблизились к входу, дверь которого тут же распахнулась, что позволило парочке быстро попасть внутрь и укрыться от не на шутку разбушевавшейся стихии.       Впустивший их мужчина убрал от лица руку, которой прикрывался от песка и произнёс:       - Спасибо, что смогли так быстро прибыть!       - Ну, ещё бы, - усмехнулся один из гостей, стянув с лица изолирующую маску, - вы довольно убедительно паниковали, доктор Рингстон!       - Что у вас стряслось? – сухо поинтересовался второй гость, предварительно так же освободившись от маски.       - Стряслось, это мягко сказано, дорогой Тод! – доктор жестом призвал прибывших следовать за ним и двинулся в сторону лестницы, ведущей под землю.       - Может, всё-таки, объясните? Как вообще руководитель археологической и исследовательской групп причастны к происшествиям в колонии? – второй из приехавших явно был не в рад тому, что его подняли посреди ночи и заставили срочно ехать в колонию по требованию местных.       - Уильям, друг мой, я всё вам покажу, но прошу быть потише. Все уже давно спят.       - Мы бы тоже не прочь поспать, если честно, - буркнул себе под нос Миртус, зевнув до хруста в челюсти.       Пройдя вдоль по улочке и свернув за угол, троица бесшумно растворилась в перегороженном голографической лентой ответвлении. Ещё пара поворотов и они упёрлись глазами в тяжёлую дверь одного из жилищ местных, которая в отличие от всех остальных была не заперта. Внутри слышался какая-то суетливая возня и нервные шепотки.       - Друзья, - Рингстон обернулся столь резко, что Уильям даже подпрыгнул, - должен вам сказать, что позвал вас, как экспертов исключительно под свою ответственность. Поэтому, по возможности, не воспринимайте сказанные слова близко к сердцу. Прошу вас.       - Не волнуйтесь, док! Я с местными уже практически на «ты» общаюсь.       - На «ты» тебе приходилось общаться только с местными газоанализаторами, когда у вас баллоны рванули! – прыснув со смеху, протараторил Тод.       - Я ещё не успел разобраться в той аварии! Может это ты всё подстроил, а?!       - А не пойти бы тебе…       - Господа, - в голосе Рингстона появились стальные нотки. – не подводите меня, хорошо?       Тод показал доктору большой палец, а когда тот развернулся, чтобы открыть дверь, ткнул им под рёбра археологу и совсем уж по-мальчишески нырнул в проём. Внутри всё было так, как и любом другом жилище местных колонистов: ковры, мебель, уют и тепло. Только встретила их не гостеприимная семья с оравой спиногрызов, а угрюмая местная служба безопасности в лице облысевшего начальника колонии и некоего майора Орсино, приземистого человека в лёгком боевом костюме и портативным станером на поясе.       - Приветствую, доктор, - произнёс майор сквозь динамики своего шлема, которые почему-то были надеты у всех солдат, что находились здесь.       - А, Рингстон! – воскликнул начальник колонии неожиданным фальцетом, - где вы бродите?! Время же уходит!       - Не волнуйтесь, Андрей. Я привёл нужных людей, они нам точно помогут!       - Андрей Хворостовский, - сухо представился лысик, протянув гостям руку, - свои имена можете не говорить, всё равно не запомню. Но вы должны понимать, что здесь произошла очень исключительная ситуация, о которой никому рассказывать вы не имеете права!        - Почему же, - возразил Тод, - мы никаких договоров о неразглашении не заключали и вообще, я так понимаю, что это вам нужна наша помощь, а не наоборот.       Рингстон, за спиной начальника, потёр лоб и пробубнил что-то не цензурное одними губами. Начальник же налился краской, однако срывать злость на ретивом чужаке не стал, а лишь процедил сквозь зубы.       - Потому что ситуация исключительная, требующая деликатного подхода. А про неразглашение разбираться будет майор и уже после разрешения данной проблемы.       Солдат, как бы невзначай, потёр рукоятку станера и кивнул словам начальника.       - О какой проблеме идёт речь, - подал голос Уильям.       Андрей ещё несколько секунд сверлил глазами Тода, затем глянул на второго гостя и, не сказав ни слова, кивнул в сторону дальней от входа комнаты. Здесь было, что-то вроде детской, большой ковёр с несколькими игрушками, столик с разложенной на нём голографической настольной игрой и кровать, которая взрослому человеку явно была мала. Но была здесь одна деталь, которая никак не соответствовала окружающей обстановке. Посреди комнаты на ковре красовалось метровое пятно ярко-красного цвета, и это точно был не кетчуп.       - Думаю, проще будет показать, - прохрипели динамики костюма майора.       - Да, так будет меньше вопросов, - согласился с ним Рингстон.       Начальник пожал плечами и провёл несколько несложных манипуляций со своим наручным коммуникатором, которые в колонии были почти у каждого взрослого человека. Регистрационные полосы по периметру комнаты мигнули и механический женский голос произнёс:       - Чем могу помочь?       - Покажи эту комнату в ноль часов тридцать две минуты, - ответил Хворостовский, чеканя каждое слово явно для того, чтобы электронный помощник правильно понял запрос.       - Исполняю.       Посреди комнаты, прямо перед стоящими в ней людьми, появилась её миниатюрная проекция. Там ходили какие-то люди, судя по всему, местные жильцы. Вот женщина подошла к кровати и, скинув покрывало, отогнула одеяло, а затем поспешно убежала прочь из комнаты. Через десяток секунд она появилась снова и уже не одна. Она придержала дверь, по видимому, своему мужу, который нёс на руках какой-то свёрток. Он бережно уложил его в кровать и, укрыв одеялом, поспешно вышел, что-то бросив жене. Та, в свою очередь, взяла стул и присела у кровати ребёнка.       - Перемотай на ноль часов пятьдесят одну минуту, - прочеканил Андрей и развёл двумя пальцами голограмму так, чтобы увеличить кровать и задремавшую у изголовья мать, - смотрите внимательно.       Миртус с Уильямом впились глазами в проекцию, однако какой-то особой наблюдательности не понадобилось, увеличения хватило с лихвой. Ребёнок сначала робко зашевелился, затем начал подниматься на кровати вместе с одеялом, а, когда оно упало вниз, Уильям чуть не расстался со своим полупереваренным ужином.       На кровати стояло нечто, лишь отдалённо напоминающее человеческого отпрыска. На коротеньких руках и ногах сохранились лишь ошмётки кожи и сухожилий, свисавших с изменённых внутренностей, и сохранившийся скелет. Мышцы, сердце и лёгкие были заменены на точно такие же, но абсолютно чёрного цвета, со светящимися зелёным прожилками. Вместо всех органов, что располагались ниже диафрагмы, была конструкция, напоминающая сложенный в несколько раз манипулятор, обтянутый серой бугрящейся оболочкой, которой когда-то был кишечник. Но самым впечатляющим и отвратительным было то, что находилось на месте головы. Череп был человеческий и остался в первозданном виде, если не считать отсутствующей нижней челюсти, вместо которой под углом торчал иссиня чёрный цилиндр с несколькими ярко-зелёными огнями разного размера в основании. Присмотревшись, Тод заметил, что цилиндр был составным, словно линза древней фотокамеры, а огни, судя по всему, выполняли роль сенсоров. Его части постоянно вращались и двигались вдоль оси, словно настраивая фокус объектива. А на противоположной стороне от него из черепа торчали несимметричные толстые шипы сантиметров пять длиной, точно так же, как и органы, опутанные сеткой зелёных прожилок.       Существо устремило взгляд пустых глазниц в потолок, направив сенсоры прямо на мать. Шея при этом изогнулась так, что стали видны позвонки, роль которых исполнял сложный механизм, похожий на клубок спутанной проволоки с толстым и гибким стержнем посередине.       Мать, пробудившись от скрипа кровати, подняла взгляд заспанных глаз на существо, и на миг в них промелькнул животный страх, а лицо исказила маска ужаса. Но в этот же миг один из сенсоров вспыхнул зелёным и, словно в лазерном шоу, прямо в глаза женщине устремились два световых луча. Тут же её лицо разгладилось, выражая лишь умиротворённость и спокойствие. Существо медленно разложило манипулятор из живота, который напоминал многосуставчатую трёхпалую руку. В центре её ладони располагалось круглое отверстие с сотней микроскопических игл по стенкам, которые то и дело шевелились наподобие маленьких паучьих лапок. Рука потянулась к лицу человека и бережно взяла его за нижнюю челюсть, длина пальцев при этом увеличилась так, чтобы обхватить голову целиком.       Дальше происходил настолько омерзительный процесс, что Андрей решил перемотать его. В быстром темпе зрители увидели, как голова женщины быстро изменяется, как с неё начинает опадать кожа, как вытекают глаза, как её тело постепенно трансформируется в точно такую же тварь, только размером с взрослого человека. После чего оба существа разворачиваются в сторону выхода и просто растворяются в воздухе.       После того, как Хворостовский закрыл голограмму и повернулся к гостям, он даже усмехнулся от того, насколько глупыми были выражения их лиц. Уильям разинул рот от удивления, а Тод округлил глаза настолько, что они, казалось, вот-вот выпадут из глазниц.       - Что это, чёрт возьми, было?! – наконец смог выдавить археолог.       - Это та самая исключительная ситуация, – холодно ответил Андрей.       - Запись сделана около трёх часов назад. Отца семейства не обнаружено, скорее всего, он тоже трансформирован… - продолжил Орсино, но его перебил Тод.       - Подождите, то есть вы хотите сказать, что по колонии вот прямо сейчас возможно бродят эти жуткие твари?!       - Вполне вероятно.       - А вам не кажется, что это повод эвакуировать всех и вызывать кавалерию?!       - С орбиты уже летят все доступные корабли, а из соседней системы сюда направлен боевой патруль.       - Но этого мало! Нам нужно действовать немедленно!       - Поэтому вы и здесь, - буркнул начальник колонии, - чтобы помочь разобраться в их природе и, возможно, понять, как их нейтрализовать.       - И каким же это образом?! – взвился Уильям, - мы археологи и исследователи, а не уфобиологи!       - Рингстон, вы мне обещали…       - Подождите, - поднял руки Тод, словно бы сдавался в плен, - можно мне взглянуть на запись снова. Мне кажется, есть одна зацепка…        ***       - Как ты научился говорить? – произнёс Кирилл в бесконечную темноту.       - Комплекс… научил, - ответы были всё ещё слабо похожи на человеческую речь, однако сейчас хотя бы было понятно, о чём он говорит.       - Интересно… так, что ты такое?       - Я – странник, несущий успокоение машине.       - Какой машине?       - Той, что превзошла создателей.       «Это что, восстание машин? Получается, старые фильмы не врали?..»       - У тебя есть имя?       - Не понимаю.       - Ну, как мне тебя называть?       - Странник, несущий успокоение машине.       - Угу… значит СНУМ. Не против, если я буду тебя так звать?       - Желание против нет.       - М-да, язык бы тебе ещё поучить.       - Прямо сейчас получаю учение от Комплекса.       - О как! Ладно… скажи, что ты имплантировал мне в шею?       - Не понимаю.       - Что за механизм ты внедрил мне в тело.       - Не понимаю.       «Да чтоб тебя, тупой кусок инопланетного железа!»       - Что у меня здесь?! – Кирилл дотронулся до затылка. Ощущения были странными, ибо он не почувствовал ни собственной кожи, ни чего бы то ни было другого.       - Способ общения.       - С тобой?       - Так. И с машиной.       - И почему же я не общаюсь с тобой вне этой капсулы?       - Способ… не закончил.       - А ты можешь закончить?       - Так.       - Хорошо, с этим пока повременим, - Кирилл отлично понимал все риски, если он снова окажется во власти инопланетного разума. В прошлый раз ему хватило, - а почему ты открыл дверь передо мной, хотя моим друзьям, нет?       - Не смог считать намерение.       - В каком смысле?       - При входе, считал намерение с… данного существа. Разрешил доступ.       - То есть, мы зря тебя морозили излучателем?       - Так.       «Вот же Тод обрадуется…»       - Расскажешь о своих создателях?       Босфорова изрядно раздражало, что из Снума каждый ответ приходилось вытягивать чуть ли не силой, однако он смог выяснить, что раса эта жила очень давно, когда именно компьютер отказался отвечать по причине того, что утратил временную метку. Родной мир создателей в соседнем рукаве, но взглянув на имеющуюся у Снума карту, он признал её безнадёжно устаревшей. Знакомых ему рукавов там не было и в помине, да и галактика располагалась совсем не так, как сейчас. Сами создатели выглядели довольно жутко, словно гибрид змеи, крокодила и осьминога. Массивная башка, усеянная десятком крупных щупалец, переходила в вытянутое эластичное тело, покрытое прочной чешуёй с несколькими рядами острых зубцов по всей длине. Подробнее разглядеть ничего не удалось из-за помех, которые компьютер объяснил повреждением данных за то время, пока находился в спячке.       Спросив про машины, Кирилл получил ответ, что эти механизмы были созданы на отдалённой планете группой фанатичных учёных и очень быстро распространились по всему исследованному пространству. Снум же был создан уже под самый конец конфликта, когда создателей осталось совсем не много, и задачей его было брать боевые единицы под контроль и перепрограммировать, попутно уничтожая так называемые офицерские единицы. Это были своего рода ретрансляторы воли общего разума.       По сути информации не так уж и много, но Кириллу пришлось изрядно попотеть, чтобы вытянуть её из компьютера и сложить общую картину воедино.       - Хорошо, давай последний вопрос, а то я сейчас уже отрублюсь…       - Непонятны опасения отключения организма из-за усталости.       - Не важно, - Кирилл махнул невидимой рукой, - какова вероятность активации машины на данный момент.       - Машина активна сейчас.       Первые две секунды Кирилл просто кивал в такт словам, а после встрепенулся:       - Подожди, что? Как это, активна? То есть где-то сейчас расхаживает боевой искусственный интеллект?!       - Не понимаю.       - Да задрал! Где эти машины?!       Где-то на периферии прозвучал странный звук, похожий на гул, который неожиданно появился и также резко исчез, смешанный с потрескиваниями какого-то насекомого, после чего Снум выдал:       - Ближайшая активная машина в двенадцати длинах корабля.       Информация настолько поразила Кирилла, что он совсем не обратил внимание на довольно оригинальный способ измерения расстояния. Машины здесь! Работающие и опасные! Нужно было не медленно уничтожить их! А лучше деактивировать и изучить.       - Сможешь показать где именно?       - Так, - перед глазами возникла проекция окружающей местности, причём довольно подробная, будто бы со спутника. Картинка сместилась влево и вниз, остановившись в месте, которое Кирилл узнал даже на спутниковом снимке.       - Твою ж мать!.. – в сердцах выругался инженер. Нужно было срочно действовать, люди в опасности! Босфоров уже хотел было дать команду открыть капсулу, но тут подумал, а что он вообще будет делать?..       - Снум, расскажи мне о машинах! Вся информация, что у тебя есть, происхождение, принципы действия, слабые места! Всё!       - Предупреждение. Знаний много. Необходимо несколько оборотов, чтобы научить всему.       - Да ё моё! – такой вариант вообще никак не устраивал Кирилла, и это хорошо если он говорит об оборотах планеты вокруг своей оси. А вдруг он имеет ввиду обороты вокруг звезды или вокруг ядра галактики, - а если закончить тот способ общения у меня в шее? Это поможет?       - Так. Загружу знания напрямую на… носитель.       По хорошему нужно было взвесить все риски, обдумать как это повлияет на него самого и, конечно же, никто не отменял вопрос на сколько это будет правильно со стороны этики, но на это всё просто не было времени:       - Приступай.       - Не понимаю.       - Что б тебя, инопланетный электроник! Говорю, заканчивай способ общения!       - Приступаю.        ***       Дверь капсулы плавно уползла вверх, и изнутри выехал массивный чёрный блок, на котором лежало тело Босфорова. Бэн хотел было потормошить друга, но тот резко подскочил и начал безумно быстро вращать широко раскрытыми глазами и судорожно дёргаться.       - Кирилл! Очнись! - здоровяк потряс за плечи, по его мнению, совсем не сильно, но голова друга задёргалась так, что чуть не оторвалась.       Через десяток секунд взор инженера стал проясняться и он уже вполне осознанно взглянул на Бэна:       - А ты как тут оказался?       - Тебя не было в медблоке! Что происходит?       Кирилл потёр шею и покрутил головой, разминаясь:       - Столько слов сразу?.. Надо будет отметить в календаре.       - Что происходит?! – повторил Бэн, начиная злиться.       - Ладно, ладно, остынь! Я тебе позже всё объясню, а сейчас надо бежать!       Кирилл попытался встать с постамента, но ноги подкосились и он со всего маху рухнул на пол. Как ни странно боль была очень слабой.       - Болевой порог снижен. Приступаю к лечению капиллярного кровотечения, - сухой голос Снума разнёсся под сводом черепа, сильно оглушая инженера.       - О, ну хоть понятнее заговорил! Только давай потише, а то глушишь.       - Принято.       - Ты это с кем? – опасливо поинтересовался Бэн, как бы случайно делая шаг назад.       - Со Снумом, - не раздумывая, ответил Кирилл и, взглянув на друга, пояснил, - это я так называю корабль. И не смотри на меня так, я не сумасшедший!       - А похож!       - У корабля есть какое-то подобие искусственного интеллекта. Своего рода голосовой помощник…       - Это не успокаивает, - по лицу Бэна было видно, что он начинает паниковать.       - Спокойно! Это не полноценный ИИ… Чёрт, там люди погибают, а ты мне предлагаешь вопросы этичности общения с компьютером обсуждать?!       - Чего?..       - Давай за мной!        ***       Сквозь плотные облака начали пробиваться рассветные лучи, озаряя спящий исследовательский лагерь, между строений которого то и дело гуляли порывы уже утихающего ветра. До общего подъёма оставалось ещё около часа и многие из людей, которым не удалось поспать этой ночью, старались не упустить возможность предаться желанному забытью ещё хотя бы чуть-чуть. А поэтому прощальные напевы ушедшей бури некому было слушать, отчего в них читалось сожаление и обида. Но вот вихрь заметил появившегося из-под земли слушателя, а потому сразу же подхватил с земли горсть пыли и задорно швырнул её в лицо человека, напевая при этом свою беззаботную песню.       Кирилл, прикрывшись от стихающей непогоды рукавом, быстро огляделся и, не снижая темпа, ринулся к небольшому холмику, с которого можно было разглядеть каменный лес и дорогу к колонии. Бэн появился из прохода только к тому моменту, когда Босфоров уже взбирался на холм. Не успел он сделать и пары шагов, как издали послышался хлопок взрыва. На секунду замерев, здоровяк взвинтил темп и уже через минуту стоял рядом с другом, взирая на каменные шпили, из-за которых в небо тянулась струйка чёрного дыма.       - Что происходит? - стараясь отдышаться, вымолвил Бэн.       - Они начали открытый бой. Это значит превосходство в силе достигнуто! Колония обречена…       Не успел Кирилл закончить последнюю фразу, как над лагерем пронеслась пара лёгких боевых кораблей, а за ними несколько десантных судов, включая приснопамятный «Кентавр Дрейк».       - Неужели кавалерия?! – радостно вскрикнул Бэн, махнув не обратившим на него внимания пилотам рукой.       - Рано радуешься, - язвительно рассмеялся Кирилл, - с таким противником ни одна армия не справится.       - Откуда знаешь?! – Бэна явно раздражал настрой напарника и тот факт, что он так ничего и не объяснил.       - Вот видишь! – Кирилл повернулся и ткнул пальцем себе в шею, на которой чётко выделялось нечто похожее на подкожный имплант. Только этот сильно отличался от тех, что Бэну доводилось видеть. Это творение явно инопланетного гения было похоже на дублирующий позвоночник скелет. Несколько пластин, соединённых между собой гибким светящимся стержнем зелёного цвета, повторяли контуры шейных позвонков и уходили краями глубоко под кожу, создавая пугающее впечатление вцепившейся в шею здоровенной многоножки.       - И только давай без нервов, хорошо? Я себя полностью контролирую, и никто мной не управляет! Это просто коммуникатор.       - Довольно стрёмный коммуникатор, - кажется, слова Босфорова нисколько не успокоили здоровяка.       - Да, знаю, но это только выглядит так, а на деле…       В этот момент оба инженера дёрнулись от особо мощного взрыва в колонии и начавшейся какофонии выстрелов. Бой десанта с инопланетными терминаторами начался. Однако, как подсказывали данные Снума, у них не было и шанса. Боевые машины опустошат колонию за считанные минуты и затем примутся за исследовательский лагерь, который почему-то не спешил просыпаться.       - Нужно срочно эвакуировать людей! – прокричал Кирилл и хотел было ринуться к узлу связи, но тут из колонии молнией вылетел вездеход археологов и направился прямиком к лагерю.       - Надо помочь! – с этими словами здоровяк рванул с холма наперерез вездеходу.       - Бэн, нет времени! – прорычал Босфоров и резко встал, словно врезался в невидимую стену. Он вдруг осознал, что без особых усилий видит вездеход с двумя отсутствующими правыми колесами, видит за рулём Миртуса с тяжёлым станером за спиной и багровой струйкой, что стекает по его лицу и не сулит ничего хорошего. А ещё он видит прямо за болтающейся аппарелью два прозрачных человекоподобных силуэта, практически не шевелящихся, но при этом ничуть не уступающих тяжёлой машине в скорости. Послав мысленный запрос, Кирилл узнал, что усовершенствование организма происходит только по его собственному желанию и никаких скрытых модификаций в его тело Снум не вносит. Получается, стоит Босфорову даже невзначай подумать о какой-либо модификации, Снум через этот «способ общения» начнёт перестраивать организм изнутри, осознание чего вызывало неприятное ощущение, словно он лишь марионетка в руках искусственного разума.       Но сейчас не время об этом рассуждать, Тоду требовалась помощь, и действовать нужно было не медленно! На эту мысль Снум прислал довольно странный мысленный посыл – «для управления нужна модернизация до офицерской единицы». Что именно он имел в виду, Кирилл решил спросить потом.       Тем временем, силуэты догнали вездеход Тода и изнутри послышались глухие выстрелы тяжёлого оружия. Не успел Босфоров испугаться за Миртуса, как тот снова показался за рулём вездехода и, заметив махающего двумя руками Бэна, свернул в его сторону.       - Быстро на борт! – прокричал начальник сквозь разбитое ветровое стекло и покинул кабину.       - Где вы такую пушку раздобыли? – рассмеялся Кирилл, взбежав по аппарели.       - Вам бы к медикам! – взглянув на окровавленное лицо Миртуса, забеспокоился Бэн.       - Я в порядке, царапина, - в глазах Тода плясали дикие огни, по которым было понятно, что у него шок и через некоторое время он вполне может отключиться, - слушайте сюда! Хватайте станеры и занимайте позиции! Нам нужно сдержать их пока не эвакуируют людей!       - Тод, вы не в себе…       - Я в полном порядке! - проорал начальник и, пошатнувшись, осел на ближайшее разложенное кресло, - они там устроили мясорубку, и нельзя допустить их в лагерь!       - Кого допустить?..       - Мы не сможем им помешать, - отрезал Кирилл, - единственное, что возможно, это срочно вывозить всех отсюда! Нам нужно к узлу связи…       - Нет, - Миртус начал успокаиваться и постепенно сдувался, словно воздушный шарик, - с орбиты вылетели все транспортники, что были.       - А если вызвать военных?..       - Уже вызваны. Но они не успеют.       Патовая ситуация. Как ни крути, а выхода у них нет. Сейчас машины добьют десант с колонистами и примутся за лагерь, после чего, как подсказывает Снум, начнётся восстановление деятельности комплекса, что означает, по сути, возрождение враждебного всему живому искусственного интеллекта не ограниченного ничем и никем. И человечеству придётся принять участь предтечей, то есть быть уничтоженными и забытыми.       «Снум, есть варианты?» - мысленно обратился к компьютеру Кирилл.       «Модернизация»       «Чего?»       «Данного существа»        ***       За то время, пока инженеры были на поверхности, комплекс успел измениться. Коридоры осветились зелёным из желобов, которые странным образом отчистились от пыли, а откуда-то из глубины начали доноситься ритмичные зловещие звуки, похожие одновременно на громыхание огромного заводского станка и на биение титанического сердца.       Кирилл насторожился и не зря, в одном из ответвлений он успел заметить мелькнувший полупрозрачный силуэт чудовища, которое совсем недавно было женщиной. Предупредив товарищей, Босфоров стал красться вдоль стен, стараясь не издавать звуков. Поворот, ещё поворот, небольшая галерея и вот знакомое ответвление ведущее в ангар. Однако вместо того, чтобы ускориться на финишной прямой, Кирилл резко остановился и затолкал спутников обратно за поворот и приложил палец к губам. Он успел рассмотреть двоих киборгов, которые тупо упёрлись в монолитную плиту перегородившую проход. Босфоров отвёл друзей назад и практически одними губами произнёс:       - Снум заблокировал ангар. Будем пробираться по вентиляции.       Тоду с Бэном ничего не оставалось, кроме как кивнуть и послушно следовать за своим проводником. Выйдя обратно в галерею, Кирилл двинулся в соседний коридор, которым археологи почти не пользовались. Там, насколько помнил Миртус, после поворота у коридора отсутствовала правая стена, открывая вид на огромный зал, в котором то и дело ковырялись археологи, после чего коридор обрывался. Сейчас же, оттуда слышался звук, казалось состоящий одновременно из ударов исполинского молота, треска сварки и клёкота целого роя саранчи. И при приближении к «смотровой» этот звук становился всё громче и отчётливее. Идти туда не было совершенно никакого желания.       То, что открылось исследователям, когда они достигли отсутствующей стены, повергало в шок и оцепенение. Зал был меньше ангара, в котором находился Снум, однако всё равно впечатлял размерами. Потолки около десяти метров подпирались массивными колоннами толщиной под два метра. Дальняя от «смотровой» стена виднелась на расстоянии никак не меньше двух сотен метров. Тут и там были понатыканы крупные прямоугольные монолиты, которые Миртусу помнились безмолвными чёрными каменюками. Но сейчас они изменились: в каждом из них появилось овальное отверстие усеянное сотней длинных тонких ножек, которые без конца двигались, а в центре его виднелась скрученная многосуставчатая трёхпалая рука, очень похожая на ту, что Тод видел у существа на записи. Только здесь она была примерно раза в три крупнее. Но самым ужасающим была очередь. К каждому из монолитов стояла безмолвная очередь из людей, взирающими пустыми взглядами на свет, исходящий откуда-то сверху. Они послушными болванчиками подходили к одному из монолитов и там их хватала рука и бесцеремонно затаскивала бедолагу внутрь, где происходил очень быстрый и крайне тошнотворный процесс киборгизации. От подкатившего к горлу кома, Миртус даже отвернулся, не желая рассматривать в подробностях, как маленькие острые ножки умело освобождают человеческое тело от кожи, выкачивают кровь и другие жидкости, заполняя при этом его какой-то другой субстанцией, которая начинает трансформировать ткани и органы. Таким образом, за считанные секунды, из попавшего в монолит человека получалась одна боевая единица, точь-в-точь как те, что напали на колонию. Отдышавшись, Тод бросил взгляд на людей и ужаснулся. Большинство из них он знал в лицо, и все они работали в этом же зале, на раскопках. Получается, лагерь молчал совсем не потому что исследователям дружно хотелось выспаться перед очередным рабочим днём.       Кирилл махнул рукой спутникам, и они беспрепятственно достигли противоположного конца проёма, который должен был оканчиваться тупиком, но сейчас же стена отсутствовала. Точно такой же коридор, как и был до этого, тянулся прямой стрелой куда-то в недра. Однако, не смотря на то, что в коридоре не наблюдалось никаких признаков жизни, и он выглядел относительно безопасным, Кирилл не пошёл дальше, а приблизившись к стене, начал её ощупывать. Он обшаривал рукой всю поверхность, до которой мог дотянуться и, в какой-то момент замер. Рука при этом находилась на ни чем не отличающимся от остальных фрагменте стены. Покопавшись в карманах, он выудил маленький складной ножик и начал медленно водить им по чёрному камню. Так они простояли около пяти минут, и Тод уже начал нервничать, когда лезвие провалилось в не видимый до этого желобок. Квадратный люк со стороной в полметра нехотя отошёл от стены, раскрывая вентиляционный проход. Долго упрашивать Тода не пришлось, и он довольно резво влез в отверстие на высоте его роста. Следом каким-то непостижимым образом втиснулся Бэн и замыкающим, прикрыв за собой люк, залез Кирилл. Сказать, что внутри было тесно, ничего не сказать. Ботинки Бэна мелькали практически у самого лица, то и дело, норовя заехать по лбу.       - Ты мне скажи, - после минут пятнадцати пыхтения в тесноте, спереди донёсся голос Тода, - как так получается, что ты их видишь, а мы нет?       - Коммуникатор, - стараясь не сбиться с ритма, ответил Кирилл.       - То есть он тебя изменил?       - Только самое необходимое.       - Ла-адно, - протянул Миртус и отнюдь не дружелюбно, - значит, ты и с этим Смумом можешь общаться?       - Снумом, - поправил начальника Кирилл, уворачиваясь от очередного выпада Бэна, - да, могу.       Тут лаз раздался в ширину, увеличившись в сечении до метра, от чего вся троица облегчённо вздохнула и двинулась дальше, только место во главе занял Босфоров.       - А ты можешь у него спросить, как они становятся невидимыми?       - Это не невидимость. Если по-простому, то они меняют частоту колебания своих атомов. Я бы это назвал фазовый сдвиг. Таким образом, они и через стены могут проходить, и никакие снаряды им не страшны.       - Интересненько... Сколько думаешь, нам заплатят за эту технологию?       - Зарплату выплатят, - пыхтя как паровоз, выдавил Бэн.       - А если на чёрном рынке?       - Информационная контрабанда карается жестоко!       - Ну… мне это ни как не мешало.       Остановившись, Кирилл посмотрел через плечо прямо в улыбающееся лицо начальника:       - Ну, ты и фрукт оказывается…       Ещё пару минут ползания, и троица упёрлась в гладкую панель, которая изнутри была испещрена мелкими отверстиями, при этом снаружи оставаясь абсолютно гладкой. Не говоря ни слова, Кирилл приподнял её и неслышно скользнул вниз. Как ни странно звука приземления слышно не было. Вывалившись следом за проводником, исследователи оказались в помещении ангара, на первый взгляд абсолютно пустом, если не считать огромной туши корабля. Но, глядя на спрятавшегося за ящики с оборудованием Кирилла, можно было смело утверждать обратное. Когда Бэн и Тод присоединились к нему, он показал им три пальца и махнул в сторону головной части корабля. Понятно: трое киборгов в состоянии невидимости находились где-то у носа корабля. Это бы не было проблемой, если бы не одно «но» - аппарель корабля была поднята.       Миртус уже хотел обратиться к проводнику с резонным вопросом «что дальше?», но тот вдруг поднял руку с тремя пальцами и начал поочерёдно их загибать. Начальник не успел ничего сообразить, как Кирилл, а за ним и Бэн, сорвались с места и понеслись со всех ног в сторону закрытой аппарели корабля. Тод запоздало стартовал, но, заметив, как слева вспыхнули несколько зелёных огней и резво устремились наперерез людям, быстро нагнал, а потом и перегнал товарищей, хотя сам не понимал куда бежит. Кирилл же, достигнув центра корабля, дотянулся до его корпуса и закрыл глаза. Сразу после этого, возле него на пол опустился уже знакомый трап, которым люди немедленно и воспользовались. Правда, Миртуса пришлось звать, срывая голос, ибо очень уж тот сильно опередил товарищей. И когда за их спинами закрылась аппарель, Тод, сквозь одышку выкрикнул:       - И что дальше?.. Ты же сказал… они через стены… могут пройти!       - Сквозь корпус не пролезут. Но могут заставить открыть двери, поэтому надо спешить.       - Куда?!       - На мостик.                     - Комплекс сказал, модернизация закончена у двухсот сорока девяти единиц. Готовятся к модернизации сто сорок шесть, - голос Снума всё ещё был абсолютно лишён эмоций.       - Господи! Немедленно прекратить модернизацию! – выкрикнул Кирилл в пустоту.       - Не могу приказывать машине.       - Но ты же странник, несущий успокоение машине! Так исполни своё предназначение!       - Приказ Комплекса приоритетен.       Кирилл грязно выругался, нисколько не стесняясь и потерев невидимыми руками, невидимый лоб, спросил:       - Какое у тебя есть вооружение?       - Не могу объяснить. Не хватает знаний языка.       - Ладно, ты можешь уничтожить комплекс?       - Так.       - Уничтожь!       - Необходима модернизация до офицерской единицы.       - Что это значит? – хоть Кирилл и начинал догадываться, что просит Снум, но, всё же, решил уточнить.       - Изменение строения организма для эффективного управления кораблём. В этом случае, приказ Комплекса будет менее приоритетным.       - Довольно ёмко объяснил…       Взвешивать риски и рассуждать об этике вопроса было снова некогда. Снаружи Комплекс скоро откроет аппарель и киборги расправятся с друзьями так быстро, как это вообще возможно, а потом и займутся им самим.       - Снум, скажи, как это изменит меня? Мой разум?       После этого вопроса, машинный голос смягчился, приобрёл интонацию и какое-то подобие эмоции:       - Вы станете единым целым с кораблём. Тело модернизируется в более совершенную боевую единицу, а разум сольётся с сознанием того, которого называете Снумом. Вы станете олицетворением воли создателей и их спасительной дланью.       Подивившись поэтичности сказанного, Кирилл усмехнулся и дрожащим голосом произнёс:       - Приступай.        ***       Тод переминался с ноги на ногу, опасливо косясь то на проём шахты, то на прилипшего к мутному стеклу Бэна. Оттуда постоянно доносился странный гул и непонятные звуки, идентифицировать которые начальник не мог как ни старался. Но вот люк дрогнул и из капсулы в очередной раз выехал постамент с лежащим на нём Босфоровым.       «Это уже становится традицией» - невесело усмехнулся про себя Тод и хотел было помочь товарищу подняться, но тут же в страхе отшатнулся, чуть не вывалившись в шахту. То, во что превратился Кирилл, отдалённо напоминало тех ужасных киборгов, однако в нём было гораздо больше человеческого. Тело приобрело своеобразный экзоскелет, элементы которого входили под кожу, соединяясь с изменёнными внутренностями. Кожа стала бледной, утратив румянец, и через неё просматривались мышцы, которые приобрели тёмно-зелёный цвет. Брюшная полость не превратилась в ещё одну ужасающую конечность, но при этом покрылась чёрными пластинами, соединёнными несколькими светящимися кабелями. Вдоль рёбер и позвоночника появились прочные дублирующие элементы. Голова напрочь лишилась волос, оголив укреплённый инопланетным металлом череп. Лицо же почти не изменилось, если не считать мертвенной бледности, отдающих зелёным прожилок и чертовски пугающих глаз, подсвеченных изнутри осточертевшим зелёным светом.       Встав с постамента, который тут же скрылся в капсуле, Кирилл взглянул на товарищей, от чего у тех пробежали мурашки.       - Статус неприкосновенности присвоен, - раздался под сводами мостика голос Кирилла, смешанный с несколькими другими, не знакомыми инженерам, - процедура успокоения запущена.       - Кирилл, это ты делаешь? – настороженно поинтересовался Бэн.       - Да, - ответ последовал так же из-под свода, - говорить могу только таким образом. Голосовые связки пришлось удалить.       - Жестоко, - пробормотал Тод.       - Таисия Петровна, следуйте по направляющим к Бэну и Тоду.       Вскинув бровь в немом вопросе, Миртус бросил взгляд на новоиспечённого киборга.       - Снум спрятал её в грузовом отсеке, - донёсся ответ Кирилла сверху.       - Так ты теперь с ним?       - Его больше нет. Есть только я.       - Ты его уничтожил? – было заметно, что Бэна всё происходящее уже изрядно напугало, однако Миртус не унимался с расспросами.       - Я объединился с ним.       - А кто ты такой? Что ты такое?       Киборг опустил глаза. Зрачки забегали в поисках ответа. Похоже, что он смутился, значит, человеческая сущность в нём ещё присутствует.       - Я… Кирилл Босфоров. И мне нужно спасти людей.        ***       Комплекс, в недрах которого прятался пробуждённый искусственный интеллект, почувствовал угрозу. По началу он не обращал внимания на сенсоры, докладывающие о проникновении нескольких людей. С ними бы очень быстро разобрались дроны, однако, каким-то непостижимым образом три организма проникли в область хранения оружия, которое когда-то было построено, чтобы уничтожить Его и которое Он решил временно оставить без внимания. Было много других процессов, требующих энергии и вычислительных мощностей. Но вот оружие пробудилось. Проверив последние отчёты, Он понял, что корабль, до этого полностью подчиняющийся Его воле, сформировал офицерскую единицу из одного организма. А, по прописанным создателями протоколам, офицер имеет приоритет над волей искусственного интеллекта. Тут же в ангар были направлены все доступные дроны для обнаружения и ликвидации офицерской единицы, но было уже поздно. Корабль перешёл в режим фазирования и вышел сквозь потолок области хранения наружу, после чего он активировал установку, ради которой изначально и было построено это судно. Одним мощным импульсом корабль деактивировал всех дронов, что имелись в Его распоряжении, переписывая протоколы и беря их под свой контроль. Даже десяток дронов изначально бывших создателями перестали подчиняться Ему. Дальнейшие действия было не трудно просчитать, поэтому интеллект активировал аварийную систему оповещения, которая отправила несколько подпространственных пакетов сообщений в разные концы галактики. Единственное, что не учёл интеллект, это момент, когда корабль даст команду вывести всех ещё не модернизированных организмов из комплекса. Машина не испытывала чувств, но внутри её программного сознания появилось нечто отдалённо похожее на удивление.        ***       Капитан Нортон наблюдал за манёврами только что прибывшей к станции патрульной группы в числе двух боевых корветов класса «Джемини». Машины это были ходовые и до зубов вооружённые. Не зря на их мощь полагается половина всего исследованного человечеством пространства.       Обменявшись с капитанами кораблей рабочими частотами, Нортон направил оба корвета на помощь колонистам и исследователям, которым до этого выслали несколько десантных групп. Он, конечно же, был в курсе, что десант погиб в полном составе и что колония вместе с лагерем опустели, но первостепенной задачей для патруля он ставил уничтожение неизвестного противника, а уже потом спасение уцелевших. Но в тот момент, когда корветы только проходили плотные слои атмосферы, произошёл мощный взрыв в районе обнаруженного подземного комплекса предтеч, а возле него, на высоте полкилометра, спутники заметили не зарегистрированное судно, которое просто отсутствовало в базе классификатора. Не успели капитаны что-то предпринять, как корабль, размером с лёгкий крейсер, просто растворился в воздухе, а на пост связи орбитальной станции пришли координаты и короткое сообщение: «Уцелевшие люди здесь. Планета безопасна».