Часть 1

БЫЛ ХОРОШИЙ ДЕНЬ. — Сколько было таких дней? — спросите вы. Бесчисленное множество. После, так называемого, несостоявшегося Армагеддона время перестало быть надёжным ориентиром. Пять лет прошли незаметно — и в то же время оставили след на всём. Кроули и Азирафаэль больше не работали на свои канторы. Жизнь стала проще. Легче. Почти мирной. Почти… Азирафэль, глядя на солнечное небо через витрину книжного магазина, знала, что это спокойствие ненадолго. Вселенная слишком любит напоминать о себе. И вот, в один абсолютно обычный день, мир снова решил устроить беспорядок. Точнее несколько конкретных архангелов… ИНТ.КНИЖНЫЙ МАГАЗИН АЗИРАФЕЛЬ Азирафель в третий раз за минуту идеально выравнивает стопку книг. Потом четвёртый. Часы на стене тикают с раздражающей точностью. Он должен был быть здесь… уже. Ангел ждала курьера. Это было особое ожидание — в нём смешивались терпение прожившего тысячелетия, и абсолютно человеческое нетерпение существа, заказавшего новые книги. Курьер должен был появиться с минуты на минуту. По крайней мере, так казалось уже последние сорок минут. Азирафэль услышала стук в дверь. Ангел просияла. Наконец-то доставка! Книги, которые она ждала уже третий день, должны были прийти именно сегодня. Она поспешно сгладила складку на одежде — просто чтобы придать себе ещё более собранный вид — и направилась к двери, уже представляя себе хруст новой бумаги и тёплый аромат типографской краски. Она распахнула дверь. И сразу же пожалела об этом. На пороге стоял Архангел Гавриил — собственной персоной, а позади него ещё два архангела: Михаил и Уриил. Без улыбки. И, что особенно тревожно, без малейшего намёка на то, что их появление можно считать хорошим знаком. Азирафэль сглотнула. Улыбка исчезла примерно с той скоростью, с какой исчезает надежда, когда вы понимаете, что звонок в дверь — не пицца. Гавриил сияет так, будто только что выиграл конкурс «Самый ослепительный архангел года». Азирафэль чувствует знакомое предчувствие беды — то самое, которое обычно появлялось за пять минут до того, как Кроули открывал дверь ногой. В целом визит одного архангела — уже тревожный знак. Визит двух — недвусмысленный намёк на неприятности. А визит трёх означает лишь одно: Кто-то наверху сделал очень важное лицо и решил, что всё снова идёт не так. — Привет, Азирафэль, — сказал Гавриил так бодро, будто новости у него всегда бывают исключительно хорошими. — Мы зайдём, ты не против? Не дожидаясь ответа (и, честно говоря, даже не предполагая его существования), он уже протискивался внутрь магазина. Сразу за ним — Михаил, уверенная и холодная, и Уриил, тихая, но от этого только более тревожная. Азирафэль подняла взгляд на троицу незваных гостей. Она нервно поправила выбившуюся прядь волос за ухо — жест, знакомый каждому, кто когда-либо пытался выглядеть спокойным перед бывшим руководством. — Какая… встреча, — наконец произнесла она, стараясь звучать бодрее, чем чувствовала. — Признаться, я совсем не ожидала увидеть вас здесь прямо сейчас! — И-и… чем обязана? Она нервно улыбнулась. Михаил смерила её взглядом, в котором не было ровным счётом ничего утешительного. Гавриил сиял так, словно его собственное присутствие уже было подарком судьбы. Уриил смотрела внимательно, будто изучала хрупкий предмет, который вот-вот может треснуть. И Азирафэль поняла: что бы ни произошло — день перестал быть обычным. Гавриил сделал шаг вперёд, сцепив руки за спиной так, будто собирался объявить результаты какого-нибудь весьма сомнительного конкурса. — Мы пришли к тебе по одному дельцу, — сказал он. — Дельцу? — переспросила Азирафэль, слегка нахмурившись. Он сделал выразительную паузу, почти драматическую. — Именно. — Видишь ли, мы всё никак не можем понять, как вы… смогли устоять перед адским огнём и святой водой. Михаил кивнула, как человек, который уже неделю не спит, пытаясь решить уравнение, которое, по идее, вообще не должно было работать. Уриил слегка наклонилась вперёд, будто ожидала от Азирафэль внезапного озарения — или признания. — Да.это необычно, — подтвердила Уриил. — Даже для вас двоих. Азирафэль дернула плечами. После всей этой истории она старательно избегала мыслей о том дне. — Эм… ну, я не… не совсем понимаю, что вы от меня хотите? — начала она осторожно, хотя на самом деле всё прекрасно смекнула. Гавриил расплылся в своей фирменной, абсолютно неестественно лучезарной улыбке — той самой, за которой обычно прячутся очень неприятные намерения. Он бросил беглый взгляд на Азирафэль и, к собственному удивлению, на секунду замолчал. Новая одежда ангела была… неожиданной. Бежевая блузка без рукавов с аккуратным квадратным вырезом, широкие брюки в тон, элегантные белые шпильки — всё выглядело так непривычно стильно, что Гавриил невольно задержал взгляд и мысленно отметил: «Хрупкая. Элегантная. Идеальная стражница Восточных врат… когда она успела так измениться?» Прошла секунда, другая. Сердце словно на миг чуть ускорило ритм, но он быстро собрал себя и вернул привычное выражение лица: «ничего необычного, всё под контролем». — Что мы хотим? — повторил он, будто сам удивился вопросу. Он сделал ещё один шаг вперёд, и теперь казалось, что вот-вот начнёт вручать Азирафэлю грамоту «За выдающийся вклад в нарушение всех возможных законов мироустройства». — Мы хотим понять, как вы остались живы, ведь по сути это невозможно, — сказал он предельно простым тоном, как будто речь шла о рецепте лимонного пирога. Михаил поджала губы. — Потому что, — произнесла она сухо, — по всем нашим отчётам вы должны были… ну…умереть. — То есть… вы хотите, чтобы я… объяснила, как мы это пережили? Ангел немного вспотела от стресса. Михаил холодно кивнула. Уриил чуть наклонила голову. А Гавриил вновь, на долю секунды, позволил себе мысль, которую, конечно же, никто никогда не услышит: «И всё-таки… она действительно изменилась. Стала сильнее, увереннее… и при этом всё ещё удивительно хрупкая и нежная. Интересно, как долго ей удастся сохранить этот баланс». Азирафэль улыбнулась натянуто, слишком. Внутри всё кипело — хотелось чтобы они ушли, но она старалась держать лицо. — Простите, но я… не совсем понимаю, зачем это вам. — И почему именно сейчас вы решили это выяснить? — голос дрогнул чуть заметно, хотя сама она старалась этого не показывать. Она сделала маленький шаг назад — как будто пространство между ней и архангелами могло стать хоть каплю безопаснее. Сердце билось чаще обычного, а руки невольно сжались в кулак. — Впрочем… прошу меня простить, но у меня много дел. Очень много. Гавриил усмехнулся — эта самая усмешка, от которой у большинства существ, включая высших ангелов, начинало слегка сводить челюсть. Он явно расслышал в её голосе попытку закончить разговор, но предпочёл сделать вид, что этого не произошло. — Конечно-конечно. Мы понимаем, что ты занята. Но дело… мм… приоритетное, — произнёс он медленно, растягивая слова так, будто наслаждался каждым оттенком её реакции. Михаил скрестила руки на груди, сказала холодно и твёрдо: — Мы никуда не уйдём. Гавриил невольно чуть наклонил голову, изучая её реакцию. Внутри ощущался азарт — не ради опасности, а ради чистого интереса к тому, как Азирафэль справляется с давлением. У Азирафэль предательски задрожали колени от волнения. Она, конечно, божий воин, страж Восточных врат и всё такое… но страх разоблачения вызывает дрожь даже у самых стойких. Что будет, если они узнают правду?.Она прекрасно понимала, чего они хотят. И что хуже — она прекрасно понимала, чего она не может им сказать. Нет. Это был не вариант. Совсем не вариант. Категорически неприемлемый вариант. Она нервно закусила нижнюю губу. Если они узнают, что мы сделали… что мы были готовы сделать друг ради друга… это будет конец. Причём конец-конец. Такой, который не исправить ни чудом, ни отчётом, ни даже очень крепким чаем. Оу… ну где же Кроули?! Он должен был вернуться уже полчаса назад! Сейчас требовались срочно: спасение, план или хотя бы Кроули с его фирменным: «я сейчас всё испорчу, но так, что это в итоге всех спасёт». Гавриил будто изучал её под микроскопом. — Азирафэль, — произнёс он мягко, подозрительно мягко, — так ты скажешь… Она почувствовала, как у неё дрожат руки, и попыталась спрятать их за спину. Слово «скажешь» звучало почти как вызов, хотя Гавриил проговорил это нарочито ласково и слишком спокойно для её нервов. Почему его голос звучит так спокойно, а внутри меня всё переворачивается? Азирафэль сделала глубокий вдох. Слова застряли в горле, и она молчала лишние секунды — ровно столько, чтобы Гавриил мог подумать, что она обдумывает его вопрос, а она на самом деле думала только о Кроули. Где, чёрт возьми, Кроули? Он должен был быть здесь уже… с этим проклятым кофе. Азирафэль выпрямилась, плечи слегка расправила — стараясь выглядеть спокойной, хотя колени всё ещё предательски дрожали. — Ну знаете что, — сказала она, важно подняв подбородок, голос ангела звучал мягко, но с оттенком стальной решимости. — С чего вы вообще решили, что я буду вам что-то рассказывать или помогать? Она сделала паузу, обводя взглядом троицу архангелов, словно проверяя, кто из них первый осмелится вмешаться. Она отчаянно пыталась тянуть время до прихода Кроули. — Помните нашу последнюю встречу? — продолжила она. — Мы как-то не очень ладили. Гавриил заулыбался так, будто только что выиграл какой-то невидимый конкурс. Да, она научилась держаться. Но как же это раздражает… и в то же время интригует. Каждый её вздох, каждый жест — словно маленькое испытание. Я так остро на реагирую! Михаил хмуро скрестила руки, её голос стал холоднее зимнего ветра. — Потому что ты всё ещё ангел, Азирафэль, и ты должна помогать Небесам — это твой долг, — сказала Михаил, отчеканив каждое слово так, будто ставила печати. Азирафэль слегка поёжилась, но её мягкая, упрямая улыбка не исчезла. — Долг… — повторила она тихо, будто пробуя слово на вкус. — Видите ли, обязанности хороши лишь тогда, когда ведут к добру. Михаил нахмурилась, прищурив глаза. Как она смела говорить так? Разве можно подвергать сомнению приказ Небес? — мысли метались внутри архангела, словно холодный ветер, стучащий в окна пустого храма. — Небеса определяют, что есть добро. Но Азирафэль покачала головой. — Когда-то я бы согласилась. Но теперь я знаю: мир куда сложнее, чем приказ сверху. И если «долг» требует разрушения того, что мне дорого… боюсь, мне придётся поступить иначе. Верховный архангел наблюдал за ними обоими. Азирафэль говорит так спокойно, но за этим голосом скрывается стальная решимость. И это… удивительно. Но я чувствую странное напряжение? Раздражение? Или… любопытство? — он позволил себе мгновение внутренней честности, стараясь скрыть эмоции за привычной улыбкой. — Азирафэль, — мягко сказал он, — мы пришли не для того, чтобы тебя пугать. — Просто хотим понять, небесам это может быть полезным, — добавила Уриил. — И, может быть, кое-что улучшить, — вставила Михаил, голос которой звучал почти как предупреждение. Азирафэль едва заметно дернулась. — Я… — не успела договорить ангел. Как тут раздался скрип двери. Кроули вошёл, держа два стакана кофе и с выражением лица: «Ну что, опять без меня устроили цирк?» — О, отлично, — сказал он лениво, глядя на архангелов. Азирафэль невольно улыбнулась: наконец-то хоть кто-то здесь был на её стороне. Кроули нёс кофейные стаканы, слегка покачивая их в воздухе: — Ангел, держи. — Он оглянулся на архангелов. — И да, объясни мне на горесть, что тут вообще происходит? — Мы пришли за ответом, — сказал Гавриил с той самой мягкой, но в то же время невозмутимой строгостью, которую используют архангелы, когда знают: сейчас будет очень важный разговор. — Как вам удалось уцелеть? — продолжил он, голос ровный, без намёка на эмоции. — Ведь после такого никому ещё не удавалось выжить. Азирафэль почувствовала, как в груди снова забилась тревога. Если они узнают правду… — пронеслось у неё в голове. Никакой, даже самый хитрый план Кроули, не поможет. — Уцелеть? — переспросил Кроули с фирменной саркастической интонацией, лениво опершись на стол. Гавриил слегка сощурился, улыбка спала с лица, а взгляд стал более проницательным. Он слегка нахмурился, но внутри его немного раздражала эта лёгкая, дерзость Кроули. Эти двое… настолько непредсказуемы, — подумал он, стараясь не показывать внутреннее недоумение. И всё же… странно, как это интересно. — Да, — сказала Михаил коротко, сухо, словно ставила точку в очень неудобном для всех деле. — Мы пришли за ответом, — повторила она, пристально глядя на Азирафэль. — И без них мы не уйдём. — Ангел, ты не возражаешь, если мы всё объясним этим архангелам? Азирафэль коротко кивнула, стараясь выглядеть невозмутимо. Появление демона заставило её тело расслабиться, хотя ум всё ещё пытался держать себя в стойкой дисциплине. Казалось, само его присутствие растворяло ту ледяную строгость, которую Михаил так тщательно навешивала на её плечи, оставляя лишь тёплую, почти обманчивую свободу. Азирафэль сжала пальцы, стараясь выглядеть невозмутимо: — Ну… э-э… — Азирафэль только открыла рот, ловя взгляд Кроули. чтобы осторожно начать объяснять, как всё произошло. Но Кроули резко перебил её: — Ну, — сказал он, лениво опершись на стол, — мы начали встречаться как раз в ту ночь после недо-Армагедона. Он слегка улыбнулся, с той самой ленивой, демонической наглостью. — И возможно… это как-то повлияло на то, что вас интересует. И демонстративно приобнял Азирафэль за талию, прижимая её к себе. Азирафэль на мгновение растеряно посмотрела на него: Что он делает? Зачем он сказал, что мы вместе? Но внутренне она поняла, что спорить бесполезно. Михаил моментально сжала кулаки, словно готовясь вмешаться. — Хватит! — голос прозвучал холодно и резко, будто ледяной клинок. — Что ты себе позволяешь? Уриил слегка наклонила голову, сужая глаза. А взгляд был пронзительным, оценивающим каждое движение Кроули. Этот демон совсем не понимает границ… — подумала она. — Или делает вид, что не понимает. Гавриил же… снова улыбнулся, но внутри всё было иначе.Как это возможно? Он ощутил странное раздражение, почти… личное.Как будто кто-то коснулся того места, о котором архангелы вообще не любят думать — своего собственного престижа и непогрешимости. — Азирафэль… это правда? — начал он, и тут же поморщился. — Да… — сказала она утвердительно кивая головой, подтверждая слова демона — Именно так. Мы… мы вместе. Михаил и Уриил просто оторопели. На их лицах читался весь спектр эмоций — от откровенного шока до лёгкой брезгливости. Михаил сжала руки, словно готовясь предъявить претензии сразу всем. — Но как это… могло повлиять на вашу… неуязвимость перед адским огнём и святой водой? — её голос звучал напряжённо, с едва сдержанным изумлением. Азирафэль чуть дернулась, поймав паузу. Гавриил, кажется, слегка сжался внутри, а Кроули лениво прислонился к столу, держа кофе, всё ещё прижимая к своему боку ангела с той самой насмешливой улыбкой: — Ах, — протянул он, — вот теперь интересное место для объяснения. — Он подмигнул Азирафэль. — Ангел, твоя очередь блистать. Азирафэль глубоко вдохнула, стараясь выглядеть невозмутимо, хотя сердце колотилось. — Да… что ж, — начала она, ловя взгляд Кроули, — мы… мы провели ночь вместе. Кроули слегка улыбнулся, лениво кивая в её сторону, будто подтверждая её слова. Да… она ещё похлеще меня, — подумал он про себя. Михаил скрестила руки, глаза сузились. — Вы говорите серьёзно? — прохрипела Михаил. — Вы действительно…? — Абсолютно, — спокойно ответила Азирафэль. — И это дало нам необычную синхронизацию. Мы смогли перенять часть способностей друг у друга. Уриил сузила глаза, её голос был ровный, но на её лице читался настоящий шок: — В смысле «провели ночь вместе»… как это понять? — спросила она, пыталась осознать, что только что услышала. Кроули, конечно, не упустил момент. Он облокотился на стол, опасно близко к Азирафэль, и ухмыльнулся так, будто речь шла о погоде в Сохо: — В прямом смысле, — протянул он, лениво поднимая бровь. — Ночь, двое существ, отсутствие необходимости спать… много возможностей для… ну, ночи. Знаете ли. Азирафэль моментально побелела, потом покраснела, словно пыталась сочетать два оттенка одновременно. Она вцепилась взглядом в Кроули, надеясь, что хотя бы взглядом сможет заставить его замолчать. — Кроули! — прошептала она сквозь натянутую улыбку, которая могла бы служить мостом между мирами. Но демон только чуть крепче приобнял её, явно получая удовольствие от ситуации, в то время как трое архангелов наблюдали за ними с каменными лицами. — Азирафэль, это же мерзко, как ты можешь прикасаться к нему? — сказала Михаил. Азирафэль слегка улыбнулась, её голос был мягкий, но уверенный: — Михаил… это не мерзко. Совсем даже наоборот. — она сделала паузу, ловя взгляд архангела. — Это… естественно для нас. И, поверьте, мы сами понимаем, что делаем. Михаил мгновенно сжала руки, её взгляд стал ледяным, но в глазах промелькнуло недоумение: — Совсем даже наоборот? — переспросила она, едва сдерживая отвращения. — Ты… ты серьёзно? Азирафэль глубоко вздохнула, чуть расправив плечи, и произнесла ровным, уверенным голосом: — Да, вполне. — она коротко кивнула. Гавриил смотрел на них таким тяжёлым, ледяным взглядом, что у любого нормального человека кожа бы мгновенно покрылась инеем. Впрочем, Кроули не был нормальным человеком, и Азирафэль… тоже нет. Но даже у них этот взгляд вызвал неприятный холодок. Он наблюдал, как демон совершенно бесстыдно обнимает ангела за талию — на глазах у архангелов — и как она, что особенно возмутительно, даже не пытается оттолкнуть его. Но всё же… что-то не сходилось. Какая-то маленькая деталь не укладывалась в свод небесной логики. Какие-то они… нервные. Слишком. И реагируют странно резко. Гавриил, конечно, не был экспертом по человеческим… эммм, обычаям взаимодействия, но даже ему сейчас всё казалось подозрительным. Он выпрямился, чуть приподняв подбородок — это движение у него получалось особенно авторитетным. — Допустим. Но… — его взгляд снова упал на лежащую руку Кроули на талии Азирафэль, и что-то внутри неприятно кольнуло. — Вы можете доказать то, что говорите? Он произнёс слово «доказать», но звучало это куда ближе к: «и мне это всё категорически не нравится». Кроули приподнял бровь, заметив изменение тона. Азирафэль нервно сглотнула. Её смущало всё сразу — и Кроули, и архангелы, и то, что Гавриил смотрел так… словно не знал, злиться ему или требовать объяснений. И худшее — он явно ждал ответа. Наступила та самая пауза, которая длится всего секунду — но ощущается как столетие. Азирафэль замерла, глядя на Гавриила так, будто он предложил ей произнести вслух формулу запрещённого демонического обряда. Кроули же, напротив, расплылся в ещё более самодовольной ухмылке. На лице было написано: «О-о-о, сейчас будет весело». — Доказательства? — лениво протянул он, словно архангелы попросили рецепт лимонада. — Да, — жёстко сказала Михаил. — Раз уж вы утверждаете, что… встречаетесь… и что это каким-то образом спасло вас обоих, мы хотим убедиться, что ваша… связь… не фикция. Слово «связь» Михаил произнесла так, будто оно оставляло послевкусие. Уриил молча кивнула, но взгляд у неё был острый, почти пронзающий. Она изучала их, как уравнение, которое пока не сошлось. А Гавриил… У Гавриила в глазах что-то мелькнуло. Не гнев. Не подозрение. Что-то… слишком человеческое. Но он быстро спрятал это под идеально выровненным выражением лица. — Мы не можем просто поверить, — сказал он ровно. — Нам нужно это увидеть. Его голос был холоден, но внутри всё кипело. «Почему меня это беспокоит? Почему демон прижимает её так близко? Почему она выглядит так, словно…» — думал он, резко оборвав собственную мысль. Это были неправильные вопросы. Азирафэль почувствовала, как сердце резко сжалось, а руки непроизвольно напряглись. Она пыталась отойти, но рука Кроули лишь чуть плотнее легла ей на талию, словно напоминая о своей власти и одновременно поддержке. Гавриил заметил этот момент и невольно напрягся ещё сильнее, пытаясь скрыть дрожь раздражения и странного… чего-то ещё, что он не мог назвать вслух. — Э-э… доказать? — повторила Азирафэль, ощущая, как всё её внутреннее равновесие съехало набок. — Доказать… что мы… вместе. Её сердце застучало быстрее, руки чуть дрожали, а дыхание сбилось. Судорожная улыбка выскользнула на лице, такая неловкая и почти детская, будто ангел вдруг вспомнил, что забыл выключить духовку… пять веков назад. — Да, — подтвердила Михаил. Азирафэль открыла рот, но слова застряли где-то между «боже упаси» и «я сейчас потеряю сознание». Её взгляд инстинктивно скользнул к Кроули, надеясь, что он хоть чем-то спасёт ситуацию. Кроули же выглядел так, будто обожал каждую секунду происходящего, и эта самодовольная, слегка хищная улыбка только усиливала её смятение. — Ох, ну… если вам нужны доказательства… — протянул он со своей фирменной ленивой вальяжностью. — Что ж, ангел, пошли им навстречу. Он наклонился к Азирафэль чуть ближе, почти касаясь её щекой. Тепло его голоса ударило в ухо, вызывая одновременно тревогу и странное облегчение: — Расслабься. Я импровизирую. Азирафэль невольно вздрогнула. — Вот это и пугает, — прошептала она в ответ, не двигая губами, словно стараясь сохранить хоть толику контроля над собой. Кроули лишь чуть приподнял бровь, наслаждаясь её реакцией, но внутри него проскользнула тихая тревога: «Не переборщить». — Мы, знаете ли, вполне… нежная пара. Сказал он. У Азирафэль перехватило дыхание. Кроули не остановился. Конечно же. — Мы проводим много времени вместе. Очень много. Порой даже чересчур много, но это уже вопрос вкуса, — добавил он и лениво коснулся пальцами локтя Азирафэль. У ангела вспотели ладони. — От паники, разумеется. Наверное. Гавриил почувствовал резкий укол в груди, словно кто-то стукнул его крылом. «Это раздражение», — сказал он себе. Раздражение. Потому что они нарушают протокол. Вот и всё. Но он стоял чересчур неподвижно, чтобы это было просто раздражение. — Этого недостаточно, — сказала Михаил и поморщилась. — Ласковая поза ещё не доказательство. Михаил явно понятия не имела, насколько это звучало сейчас нелепо. Уриил осторожно уточнила: — Люди… встречающиеся… обычно демонстрируют эмоции. Симпатию, Привязанность. Азирафэль почувствовала, как в груди вспыхнуло едва заметное раздражение. Она резко, чуть надрывно выдохнула и сказала: — А как вы вообще хотите, чтобы мы это доказали? Слова сорвались сами, неожиданно резко, даже для неё самой. Михаил чуть дернулась, будто не ожидала подобного тона. Уриил слегка приподняла подбородок, её взгляд стал ещё острее. А Гавриил… Гавриил замер. Он посмотрел на Азирафэль чуть дольше, чем требовал любой официальный разговор. А потом медленно, медленно произнёс: — Ну… например, мы могли бы наблюдать издалека, как вы ведёте себя… как пара. — Как… как пара? — переспросила она. — Что за… абсурд? — Это не абсурд, — жёстко сказала Михаил. — Если вы утверждаете, что ваши… отношения дали вам какую-то необычную синхронизацию или связь, мы должны увидеть её. Кроули тихо выдохнул сквозь зубы, опуская очки на кончик носа: — Вы хотите, чтобы ангел и демон… при вас демонстрировали «романтическую связь»? — Да, — ответили три архангела почти одновременно. Азирафэль оторвалась от Кроули, делая шаг вперёд, и проговорила возмущённо и почти искренне оскорблённо: — Вы будете следить за нами даже в квартире? Или… в комнате будете смотреть за нами?! Это уж слишком! Кроули тут же подхватил её, картинно прижимая к себе одной рукой, другой поправляя очки: — О-о, да, прекрасная идея. — Фу, нет! — хором отозвались Михаил и Уриил, чуть ли не подпрыгнув назад, словно на них внезапно обрушился холодный душ. Уриил поморщилась так, будто ей предложили понюхать что-то не от мира сего, а Михаил заявила с ледяной прямотой: — Мы не хотим увидеть… что-нибудь такое, — она сделала выразительный жест рукой, — после чего придётся… вырвать себе глаза. Кроули тихо хмыкнул. — Ну наконец-то кто-то говорит разумные вещи. Гавриил же, стоя в стороне, наблюдал за всей сценой с такой тяжёлой серьёзностью, что воздух вокруг словно похолодел. Внутри него что-то тихо ворчало: Да они совсем без стыда… что-ли? Азирафэль фыркнула, краснея до кончиков ушей: — Никто вам ничего такого показывать не собирался! Гавриил тяжело вздохнул. — Хорошо, — наконец произнёс он, — такого показывать нам ничего не надо. Архангелы уже поворачивались к двери, явно решив, что вмешательство выполнено и больше ждать смысла нет. Гавриил сделал шаг к выходу, но в последний момент остановился. Он обернулся, взглянув на Азирафэль так, будто пытался прочесть её мысли насквозь. В его глазах было что-то… неожиданное для ангела — почти человеческое любопытство. — Мы ещё вернёмся, — сказал он медленно. — Не сомнено, — пробурчала Азирафэль, пытаясь сохранить равновесие. — Конечно, — ответил он холодно, но голос выдавал напряжение. — Наблюдение начинается. Михаил, слегка раздражённая, но всё ещё с холодным достоинством, сказала: — Надеюсь, вы оба понимаете: если это окажется ложью, то вам просто не жить, — проговорила Михаил, каждое слово падая тяжело, как камень в тишину. Кроули на мгновение перестал ухмыляться. Его золотые глаза сузились, но в них не было страха — лишь раздражённое, хищное предупреждение. — Угрожаешь? Это так по-ангельски! — И, — начала Михаил, но Гавриил слегка её остановил взглядом. Уриил тихо, почти себе под нос, добавила: — Подозрительно… естественно, да. Кроули лениво облокотился на стол и глубоко вздохнул, глядя на уходящую троицу. Когда архангелы исчезли, воздух словно перестал звенеть. Словно кто-то наконец отпустил туго натянутую струну. Кроули тут же убрал руку с талии ангела — не резко, но так, будто вспомнил, что делает это только ради спектакля. Или… возможно, чтобы Азирафэль могла снова дышать. Азирафэль выдохнула слишком быстро, словно всё это время держала воздух в груди. Она устало прикрыла рукой глаза и покачнулась — едва заметно, но достаточно, чтобы Кроули шагнул ближе, будто готов поймать её в любой момент. — Ангел? — тихо спросил он, без насмешки. — Ты в порядке? — Да… — ответила она, но голос сорвался. — Я просто… немного в шоке. Кроули фыркнул, хрипло, без ухмылки. Азирафэль наконец опустилась в кресло — будто её ноги перестали держать. Она поправила выбившуюся прядь светлых волос за ухо, но руки всё равно дрожали. Кроули стоял рядом, не садился — словно был её невидимой стеной от всего внешнего мира. — Ладно, — начал он, переплетая пальцы за спиной. — План. Нам нужен план, чтобы эти небесные ревизоры не догадались, что мы… хм… не совсем настоящая идеальная пара. Кроули наблюдал за ней краем глаза — нагло, лениво, так, как он всегда делал. Азирафэль приподняла бровь, устало, но с лёгкой ноткой иронии. — Значит… — начала она медленно, чтобы скрыть нарастающую грусть в голосе, — мы должны… притворяться. Что у нас… ну… отношения. Её щёки вспыхнули. Отношения. Она раньше никогда не произносила это слово в связке с ним. Даже мысленно. Кроули на мгновение застыл. Но быстро спрятал реакцию за фирменной ухмылкой. — Ну да. Чистая формальность, — сказал он. — Ничего… хм… серьёзного. Азирафэль чуть склонила голову, словно что-то внутри болезненно кольнуло. — Разумеется, — сказала она мягко. — Ничего… личного. Слово прозвучало так тихо, будто она уговаривала саму себя. Кроули опустил глаза в пол и провёл носком ботинка по ковру. — Это всё… для них, — пробормотал он. — Только для них. — Только, — повторила она в ответ, но сердце предательски пропустило удар. Несколько минут они провели в тишине. — Ладно! — Кроули подал голос первым, чем вывел Азирафэль из тяжёлых дум. — Ангел, — начал он тихо, — я… я прошу у тебя разрешения прикасаться к тебе… ну и всё такое, когда мы не в книжном и не в моей квартире. Азирафэль застыла. Голос дрогнул у неё в груди сильнее, чем она ожидала. — Ну… сегодня тебе явно не нужно было моё разрешение, — сказала она растерянно, но это прозвучало как упрёк. Кроули прищурился, лениво улыбаясь, но с едва уловимой ноткой смущения: — Ну, я действовал по обстоятельствам, — начал Кроули с характерной ленивой ухмылкой, — чтобы это выглядело убедительно. Азирафэль чуть моргнула, ловя каждое слово. — Я же не мог сказать: «Минутку, архангелы, мне необходимо спросить разрешения, чтобы прикоснуться», — сказал он, едва заметно наклоняя голову. Азирафэль почувствовала, как по щекам пробежал лёгкий румянец. Она слегка открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли. — Ладно. Да… да, я… — начала Азирафэль, замерев на секунду, — даю своё согласие. Можешь прикасаться… если так нужно. Кроули лениво прищурился, улыбка на лице была такой, словно он только что выиграл бесплатный билет в Диснейленд. Кроули кашлянул, будто собирался сказать что-то совершенно прагматичное и важное, но голос всё равно вышел мягче, чем он планировал: — Ты тоже можешь прикасаться ко мне… — пробормотал он, опуская глаза куда‑то в сторону, — если… ну… если захочешь. Азирафэль замерла, словно её на мгновение отключили от реальности. — Я… — она моргнула. — О. Кроули мгновенно вскинул руку, словно защищаясь от возможного эмоционального взрыва. — Только не делай из этого трагедию, ангел! — сказал Кроули, лениво разводя руки. — Просто… чтобы было честно. Равные условия, симметрия, космический баланс и всё такое. — Оу, да, конечно, — ответила Азирафэль, чуть улыбаясь, но с лёгким подтекстом, который сразу насторожил Кроули. — Это же… для дела. Тем более будет странно, если мы не будем взаимодействовать. Мы же, как ты выразился, очень… нежная парочка. Кроули прищурился, лениво улыбаясь, но глаза его блестели искоркой. — «Нежная парочка», — протянул он, словно пересказывая цитату из какого‑то странного пособия по человеческим отношениям. — Отлично. Абсолютно научный термин. Архангелы будут в восторге. Азирафэль фыркнула, с трудом удерживая серьёзность. — Я серьёзна! — почти зашептала она. — Который час? — внезапно вспомнила она. Книга уже должна была быть доставлена, а она всё ещё сидела в кресле, погружённая в мысли. Вдруг она вскочила, бросив взгляд на комнату, и почти побежала к двери. На пороге стоял курьер, держа коробку так, будто она могла взорваться от одного неверного движения. — Ну наконец-то! — воскликнула она, слегка запинаясь. — Я уже думала, что вы совсем пропали! Курьер лениво пожал плечами, протягивая коробку: — Я уже думал уходить, — сказал он. — Но раз вы всё-таки открыли дверь… вот ваша книга. — Он протянул коробку и указал ручку для росписи. — Отлично, — пробормотала она, принимая коробку с едва скрытой радостью. — Спасибо, что не убежали. Азирафэль осторожно вернулась к Кроули, держа в руках долгожданную коробку с книгами. Он повернулся к ней, опершись на стол, глаза полны лёгкой насмешки и едва заметного тепла: — Ладно, ангел, — сказал он. — До завтра. Я заеду за тобой ближе к часу. Азирафэль кивнула, пытаясь выглядеть невозмутимо, хотя сердце бешено колотилось. — Хорошо… — пробормотала она, слегка улыбаясь. — Буду ждать. Кроули уголки губ дернулись хитрой полуулыбкой. — Отлично, тогда… до завтра, ангел. Азирафэль кивнула, чуть приподняв подбородок, стараясь сохранить спокойный вид, но лёгкая улыбка выдала всю теплоту, что она ощущала внутри. — Да, дорогой мой… до завтра, — мягко, почти шёпотом, повторила она. Кроули повернулся к двери и вышел. Если бы здесь был всезнающий рассказчик, он наверняка добавил бы: «И мир снова стал чуть спокойнее… ну, до завтрашнего дня, конечно».