Часть 14

Глава 14. Открываю тебе глаза на мир! — Крикнул Гаязов и повернулся на стук в дверь. — Бегом в комнату! Агата толкнула Тимура за дверь, а сама убежала в спальню. Ильяс открыл Ксюше входную дверь и кивнул в сторону комнаты Агаты. Оба прошли туда. — Одеяло откинь. — Шёпотом сказала Ксюша и включила камеру на телефоне. — Деньги. — Ильяс закрыл собой «спящую» Агату и строго посмотрел на блондинку. — Сначала перевод. — А ты не промах, может ещё поработаем. Держи. — Смотри. Тимур обернулся назад и увидел семью Одинцовых и Александру Петровну в сборе. Отец развёл руками в стороны и жестом указал молчать. Мама девочек осторожно смотрела в приоткрытую дверь, а бабушка старалась расслышать разговор в спальне. Гаязов пытался понять, что происходит, но спросить шанса не было и осталось только ждать, когда закончится эта тишина в тёмной комнате. Две недели назад. Ильяс пришёл в кафе, адрес которого получил в смс от Ксюши. Парень сел напротив и начал слушать предложение девушки, которое он ожидал получить. Обговорив сумму и сроки выполнения, Гаязов покинул кафе, быстрыми шагами направляясь к остановке. — Сто тысяч. — Ильяс усмехнулся и положил на стол Алексея Викторовича диктофон. — Дёшево сестру продаёт. — Мужчина сел в кресло и сдавил пальцами переносицу. — Поступим так… Квартира Агаты. — Хорошо, я так и скажу ему, если заговорит со мной. — Брюнетка вздохнула и посмотрела на отца, который кипел от злости. — Зачем всё так усложнять? — Чтоб мать лично убедилась в том, что покрывала всю жизнь монстра. — Отец сделал глоток воды, посмотрев на Ильяса с надеждой. — Ты не в обиде, что мы так с Тимуром? — Нет, он может с горяча весь план обрушить. — Гаязов стучал по столу, стараясь быстрее всё обдумывать. — В курсе только мы? — Александра Петровна уже знает, а с Надей поговорю в тот день, как будем всё играть. Я поехал домой, Ильяс? — Да, подкиньте, если не сложно. Агата, звони, если что-то нужно. Сейчас, квартира Агаты. Тимур подошёл к двери и тоже начал наблюдать за разговором брата и бывшей возлюбленной. Женщины вопросительно посмотрели на него, но он пожал плечами и продолжил подглядывать. -… Разнес пол дома, псих. — Одинцова старшая усмехнулась и подошла к Агате, толкнув её в плечо. — А снотворное зачем? — Предполагал, что ты лично приедешь. — Ильяс натянул на себя футболку и поправил волосы. — Всё, насмотрелась? — Кровь была? — Я не мясник. — Это хорошо, она всё-таки моя сестра. — Ты продала её за сто косарей, а теперь называешь сестрой? — Лучше ты, проверенный, чем какой-то ботаник неопытный. Тебе то что, и деньги, и одноразовая девочка, которая до тебя только книжки обнимала. — Почему же одноразовая? — Не говори, что она тебя чем-то зацепила. Хотя после припадков Тимура, я уже не удивляюсь ничему. Только вот папенька может тебя прибить, когда я им фотки покажу. — Тебя он убьёт первой. — Нет, меня маменька защитит. Всю жизнь покрывала каждый косяк, вечно только на мелкую срывалась. Даже не знаю, за что же она меня так любит. Тимур старался быть как можно тише, но дыхание учащалось от злости и непонимания. Он видел как меняется лицо Надежды Ивановны и понимал, что сейчас в её голову пришло полное осознание того, какая мразь её старшая дочь. Ильяс махнул рукой и вся семья ринулась из комнаты. Тимур слегка замешкался и побежал следом. Он чуть не врезался в Ильяса и увидел, как Агата встала с кровати, скидывая с себя простынь, под которой был топик и широкие шёлковые штаны. Ксюша с удивленными глазами смотрела на сестру, а затем на всх остальных и так по несколько раз. — Ты снова промахнулась. — Брюнетка собрала волосы крабом и повернулась к матери. — Снова оправдаешь её? — Дикое желание ударить тебя. — Надежда Ивановна брезгливо посмотрела на старшую дочь. — Я же всегда на твоей стороне была, защищала, боготворила. Мне казалось, что Лёша тебя не любит, поэтому за двоих отдавала любовь. А казалось мне так, потому что ты ему не родная. Мы когда встретились, тебе полтора года было. Ты вся в своего биологического отца. Он такой же эгоист и моральный урод. Жаль, что я раньше этого не поняла. — Что? — Ксюша проглотила ком в горле и посмотрела на отца. — Ты поэтому мелкую всегда защищал? — Я любил вас обоих одинаково. — Отец глубоко вздохнул. — За всю жизнь я никогда не напомнил матери, что ты мне не родная. Ты сама села на шею и разрушила все тёплые чувства к себе. Значит так, переезжаешь в общагу, получаешь минимум средств на проживание, а после окончания учёбы ищешь работу. Тебе двадцать один год, ты уже большая девочка. Разговор окончен, Ксения в машину, я отвезу тебя на учёбу. Надя, Александра Петровна, на выход, нам есть что обсудить. Тимур, Ильяс… Потом поговорим. Спасибо за помощь. Семья вышла из квартиры, а Агата осталась в окружении Гаязовых. Девушка накинула шелковую рубашку и прошла на кухню. Пока девушка делала себе кофе, Ильяс быстро попрощался и ушёл, а у Тимура было много вопросов и он остался, нагло потребовав что-то крепче кофе. — Вино, которое мы для вида открыли. — Одинцова наполнила бокал и поставила его перед Тимуром. — Не брезгуешь после брата, надеюсь? — Ты вроде раньше не переносила алкоголь. — Брюнет посмотрел на то, как Агата наполняет свой бокал. — Я не переношу табак, а алкоголь просто мне не нравится. Это вино сладкое и совсем не отдаёт спиртом. — Почему ты раньше не говорила про табак? Я всегда курил рядом с тобой, дома у тебя курил. — Раз уж у всех открылись глаза на этот мир, то и я не буду ничего скрывать. Ты любил и должен понимать, что в любимом человеке недостатков никогда не замечаешь. Ты не замечал ужасный характер, а я не замечала запах табака. — Мне нравится твоя прямолинейность. Что насчёт истерики сегодня в спортзале? — Извини, что накричала и обманула. — Я разнес пол квартиры твоих родителей. — Я знаю, Ксюша написала маме. Какова вероятность того, что ты снова будешь с Ксюшей? — Нулевая. Я, спустя три года, понял, что она совершенно не подходит для отношений. Может потом что-то изменится, она станет более спокойной и встретит того, кто усмирит её характер. — Ты так бегал вокруг неё, а сейчас спокойно отпускаешь. Кто-то достучался до тебя? — Дам тебе совет, если хочешь. — Конечно. — Если не видишь в свою сторону взаимности, то отпусти, как бы больно не было. Я пойду. Спокойной ночи. Тимур вышел с кухни и вскоре послышался хлопок двери. Агата отодвинула в сторону бокал вина и глубоко вздохнула. Она поняла, что Тимур говорил о себе и своём безразличии в её сторону. Теперь было точно больно. Он так долго молчал, избегал этой темы, что стало ясно, он думал об этом и вот что вышло. — Я тебя совсем не понимаю. — Ильяс наблюдал за тем, как Тимур заполняет журнал. — Ты говорил, что с ней ты понял, какая же Ксюша тварь. Потом ты говорил, что она тебе нравится. Ей ты чуть ли не прямо сказал, чтоб отпустила свои чувства к тебе. Объяснись. — Да, она прекрасный человек и девушка очень привлекательная, но… — Тимур захлопнул журнал и откинулся на спинку стула. — Я сам не понимаю, что я хочу от неё и нашего общения. Я же чувствую, что она никогда мне не будет доверять полностью. Да и меня посадят, если хоть кто-то увидит нас вместе. В этих отношениях не было бы будущего. — Смотри, у меня завтра выходной. После обеда есть вариант заехать на студию и записать то, что ты там набросал. Может уйдёшь с этого гиблого места и перестанешь всего бояться. — Да, хорошо, я подойду к тебе и вместе поедем на студию. Придётся подменяться. — Плевать, это наш шанс и я не позволю его упустить. Октябрь пролетел незаметно, закрывая золотистую листву белоснежным ковром снега. Ноябрь совсем застрелил город, а декабрь принёс морозы. За панорамным окном квартиры Агаты открылся прекрасный вид на цветущий майский город. Девушка каждый день проводила за книгами, учебниками и физическими занятиями. В общем, она делала всё, чтоб только не думать о своих проблемах, которые всё равно преследовали её. Часто приходил Тимур и стучал в дверь, которую никто, кроме доставщика, не открывал уже семь месяцев. Гаязов младший стал приходить реже только после слов соседки о том, что Одинцова улетела за границу. — У меня дни проходят, как в сумерках. — Агата сделала глоток кофе и взяла в руки мобильный. — Точнее, как в той сцене, где Каллены уехали, а Белла ждала у окна. — Это точно твоя сцена. — Бабушка грустно усмехнулась на том конце провода. — Агата, нельзя себя так губить. Тебе почти семнадцать, а не семьдесят. Разве этот Тимур последний в твоей жизни? — А вдруг? Время идёт, а я всё ещё не могу выгнать его из головы. — Это потому что он вечно стучит в твою дверь. Может ты лучше переедешь ко мне? — Нет, я после школы поеду уже. Не хочу привыкать к новой школе, одноклассникам, людям вокруг. — Почему ты прячешься, а не он? Ты была честна со всеми, а вот он лгал тебе. — Потому что я унизилась, признаваясь ему в чувствах раз за разом. Мне нужно ещё совсем немного провести времени в одиночестве, чтоб чувств совсем не осталось. — Мне очень жаль, что тебе приходится переживать всё это. Если бы я только могла помочь или забрать у тебя хоть часть боли… — Не стоит, мне эта боль нравится. Бабуль, я пойду уже в душ и буду ложиться спать. Приятных снов. Тимур выставлял в журнал годовые оценки и остановился на фамилии Одинцова. Парень смотрел на целый ряд точек и понимал, что он не может выставить оценку, либо поставить хотя бы пару пятерок, чтоб вывести годовую. Расстроился он не из-за оценок, а из-за того, что всё снова напоминает о ней. Куда она пропала? Почему так резко? Почему её отсутствие доставляет больше боли, чем присутствие? Всё очень сложно. — Тимур Ихтиярович, я по поводу Одинцовой. — Директор села на стул и улыбнулась. — Девочка в сложной ситуации и я бы хотела вас попросить проставить пару пятерочек. — А что у неё случилось? — Тимур закрыл журнал и с интересом посмотрел на женщину. — Я не вдавалась в подробности, но бабушка рассказала, что с октября она из дома не выходит. Закрылась и не впускает никого. Она девочка тихая, всегда первая, дружная очень. Я этот год её совсем не узнаю. — Это возраст такой. Да, я поставлю оценки, Татьяна Ивановна. Тимур схватил телефон и набрал номер Ильяса, ведь был пропущенный от него. -… Вот так вот. — Договорил Ильяс. — Что-то будешь делать? — Да, пойду туда. — Тимур сложил все журналы на край стола и вышел с кабинета. — Зачем? Я же говорю, она хочет остыть к тебе. Вообще то ты ей и дал этот совет. — Я тогда думал о её же безопасности. — А сейчас что изменилось? — Всё, не могу больше. Тимур зашёл в лифт и нажал нужный этаж. Он посмотрел на доставщика и осторожно поинтересовался в какую тот квартиру. Удача сегодня была на стороне Гаязова, поэтому он уговорил доставщика одолжить свой плащ и рюкзак.