Часть 4. И вспыхнет пламя в гуще серого тумана.

      С момента начала чаепития пошёл уже второй час. Сатана уделял каждой девушке львиную долю своего внимания задавая различные каверзные и не очень вопросы, проверяя тем самым каждую на знание истории и сообразительность.       Как бы Вики не пыталась, у неё всё никак не получалось сосредоточиться. Она слышала о чём спрашивал Сатана, понимала что отвечают ему девушки, но связать эти два потока информации не могла.       — Виктория, — обратился к ней повелитель, — Не могли бы вы мне напомнить кто возглавлял наши легионы до падения Вельзевула, а то я немного запамятовал.       Уокер сразу же оживилась.       — Я, конечно могу не знать каких-то секретных фактов… И, возможно, до нашего прихода в Ад, здесь кто-то жил, — игриво и каплей сарказма, но не переходя границы, протянула Вики, на что Правитель Ада хитро, но довольно усмехнулся, — Но, насколько я знаю, наши легионы возникли только после появления в аду Лилит, прародительницы всех низших демонов и вашей нынешней жены, а произошло это намного позже его падения.       Сатана довольно улыбнулся, опуская взгляд в пол. Он прекрасно знал, что вопрос был по-детски глупым и очень простым, но его целью было застать дочь своего лучшего друга врасплох и посмотреть на её реакцию. И, по его мнению, она успешно эту проверку прошла.       Вики заметила улыбку Его Величества и незаметно выдохнула с облегчением. Она точно знала, что за время чаепития не допустила ни одной «ошибки».       «Надо отдать тебе должное, мама. Всё-таки бесконечные стопки учебников по истории и философии Ада оказались достаточно полезны. И уже совсем не важно сколько страданий они принесли мне в те бессонные ночи».       В комнате воцарилось молчание. Дочь Ребекки уже заметно всех достала. Вызвать у правителя улыбку оказалось той ещё задачей, с которой девушка справлялась из раза в раз. Кто-то прожигал Уокер недовольным взглядом, кто-то наблюдал за Правителем, а кто-то, в лице Вики и Сатаны, нервно спокойно попивали свой чай. И опять же только эти двое заметили какую-то перемену в воздухе и одновременно подумали: «Лилит».       Вики чуть выпрямила спину и нервно отпила ещё чаю. Его Величество это заметил, и у него закрались некоторые подозрения.       Король прочистил горло.       — Эшли, а как вы относитесь к обезглавливанию, как к мере наказания в Аду? — взор Дьявола переместился на блондинку, которая тут же выпрямилась и уверенно сказала:       — Я считаю, что это правильно. Любой, кто провинился должен понести наказание. И чем оно жёстче тем лучше. Уокер сделала очередной глоток, чтобы скрыть волнение. Она знала, что сейчас повелитель задаст этот же вопрос и ей. Надо было не ударить в грязь лицом, как это только что сделала Кейн. За зеркальной стеной стояла Лилит. И она жестокость ой как не любила.       — А что вы об этом думаете, Виктория? — Сатана хитро прищурился, наблюдая как Уокер младшая медленно опускала кружку на столик.       — Ну… — Чуть протянула демонесса, судорожно соображая, что именно надо сказать, чтобы удовлетворить своим ответом теперь уже обоих Правителей. Масла в огонь подливали шесть дополнительных взглядов, которые сбивали с мысли своей пристальностью, — На самом деле, мне кажется это достаточно жестоким, — Сатана чуть скривил губы от недовольства, но энергия по ту сторону зеркальной стены отозвалась нотками удовлетворения.       — Я имею ввиду, — слегка протараторила Вики, за что готова была откусить себе язык, — что для многих провинившихся, кого наказывают таким образом, это слишком жестокий и не самый подходящий способ, так как около 60 процентов нарушителей приговаривают к обезглавливанию, — спокойнее добавила Уокер, невинно улыбаясь.       — Не хотите ли вы обвинить в этом Суды? — слегка требовательно и даже с долькой обиды спросил Правитель. Но останавливаться на этом было нельзя. Виктория хорошо изучила все недочеты в Судебной системы Ада, и прекрасно знала, что Сатана очень поощряет конструктивную критику. Честно говоря, она именно поэтому и завела разговор в эту степь.       — Честно говоря, законодательная часть судебного процесса очень устарела. Многие законы предусматривают смертные приговоры за достаточно легкие преступления. Таким образом наказание за действительно тяжкое деяние не сильно отличается от наказание за незначительное нарушение, что подталкивает бессмертных на совершение полного беззакония и нежелание останавливаться. Тем более из-за этого можно потерять достаточно ценные кадры, ведь талант можно найти даже в самом низком сословии, — Сатана с каждым сказанным словом менялся в лице. Недовольство сменилось на интерес, а недоверие на вдумчивость.       Король был очень озадачен только что произнесенной речью. Конечно, на деле решить эту проблему было гораздо сложнее, чем в теории, но девушка перед ним явно обладала достаточными основаниями для таких доводов. Он принял во внимание ее слова. Он сам часто обращался к сыну или его друзьям за помощью в решении какой-либо серьезной проблемы. Молодежь редко предлагала что-нибудь стоящее, хотя Люцифер со временем действительно находил неплохие, а порой и вовсе блестящие решения, но незамыленный, еще горящий взгляд молодых бессмертных всегда отправлял мысли правителя в правильное русло.       — Что ж, Виктория, — спустя непродолжительное, но многозначительное молчание, Сатана внимательно посмотрел на Уокер, — Мы с вами как нибудь обязательно поговорим на данную тему. У вас весьма интересная точка зрения.       Виктория внутри ликовала. Уокер умудрилась удовлетворить своим ответом обоих правителей, в отличие от Эшли. За всё то время, что они здесь находились, Уокер для себя определила, что самыми сильными игроками были Эшли, Эмили и Мими. Ости чуть стушевалась в присутствии дьявола и вела себя слишком скромно, в то время как Кэтрин была так же самоуверенна. Аннета же, казалось, перестала вообще существовать и старалась слиться с местным интерьером, медленно но верно превращаясь для всех в пустое место.       «Вот кто первым вылетит»       Пронеслось в голове Виктории, стоило ей только обвести побледневшую девушку взглядом.       Вики чуть резче, чем планировала повернула голову в сторону зеркальной стены. Энергия шелохнулась и двинулась в сторону.       «Попалась!»       Мысленно воскликну Сатана.       «Почувствовать бессмертного, особенно такого сильного, как Лилит, в секретной комнате несложно, если знать где искать. Но сам тот факт, что она знала о такой уловке, доказывает, что её мамаша знатно постаралась. Не нравится мне это. Слишком грязные игры ты научила вести свою дочурку, Ребекка.»       — Её величество, Лилит, — прогремел глашатый. Все девушки нервно переглянулись.       Виктория спокойно встала и, взглянув на часы, которые показывали почти десять вечера, почтено склонила голову, приветствуя Королеву. Остальные демонессы повскакивали в след за ней.       — Добрый вечер, — лёгкое и грациозное приветствие лилось из уст Лилит медовой рекой, мягко обволакивая и слегка усыпляя сознание, — Ости, Мими, — девушки подняли головы, встречаясь с мягким, не менее пьянящим взглядом Её Величества, — Давно я вас не видела. Вы так похорошели!       Их щёки залил лёгкий румянец, а лица озарили счастливые улыбки.       — Эмили, — Лилит перевела взгляд на следующую гостью, смело смотрящую в ответ, — рада тебя видеть.       — Кэтрин, Аннета, — Королева легонько кивнула головой в приветствии, переводя взгляд от одной девушке к другой.       — Вы, я полагаю, Эшли, — воззрилась она на блондинку. Нервы Вики, тем временем, натянулись до предела, в осознании, что она следующая на очереди.       — Для меня честь познакомится с вами, Ваше величество, — сделав кроткий поклон головой, произнесла Эшли. Лилит довольно кивнула в ответ и перевела взгляд на последнюю девушку, приветливо улыбаясь.       — Виктория, — Уокер, склонила голову ещё ниже и сделала лёгкий реверанс, как и пологалось дочери не первородного демона, какую бы высокую должность её отец не занимал и какой бы чистой она не была по крови. В груди всё сжималось в страхе не превзойти все их ожидания, в страхе поражения, в страхе перед матерью, которая будет недовольна любым исходом, кроме безупречного успеха. Выждав две положенные по этикету секунды, она подняла на королеву глаза. Даже на этих высоченных каблуках, Вики была ниже её величества на пару сантиметров, от чего ещё больше чувствовала себя загнанным зверьком в клетке с как минимум двумя хищниками.       «Ты змея, ты змея, ты змея. Ты изворотливая, хитрая и ядовитая змея, Вики. Тебе нечего боятся, а вот им наоборот стоит.»       И ведь Лилит действительно чуть стушевалась.       «Глаза. Серые.»       Какой-то давний, спящий уже несколько столетий животный страх, вдруг встрепенулся в её груди. Давно. Очень давно королеву ничто не могло выбить из колеи. Но что-то знакомое и и до жути пугающее проскользнуло во взгляде этой девушки. Жестокость. Лилит повидала её достаточно. Она видела её отголоски в глазах мужа, сына и многих других бессмертных. Но та жестокость, что жила в глазах Виктории, безмятежно спала. Пока. И она была совершенно другой и откуда-то знакомой.       — Дамы, — напомнил о своём присутствии Повелитель, возвращая жену из размышлений, — Предлагаю продолжить наше чаепитие.       Всё согласно кивнули двигаясь к своим местам.       Его Величество галантно протянул руку жене, помогая аккуратно пройти мимо стола и сесть на только что принесенное слугами кресло. Когда королева удобно расположилась, он опустился следом, не отпуская её руки.       И лишь сейчас девушкам можно было сесть, и то не всем. Аннета и Виктория сели последними, как самые низшие по рангу из всех присутствующих.       Воцарилась неловкая пауза, которая, к счастью, практически сразу была прервана самым медовым в жизни Вики голосом.       — Я думаю, что нет смысла скрывать причину моего визита. Я здесь, чтобы узнать вас всех поближе. Но, если с остальными я хорошо знакома, то с вами, девушки, я встретилась в первый раз, — Королева прошлась по Вики и Эшли оценивающим взглядом, — Сэм уже, верно, знатно потрепал вас своими замудренными вопросами, — Она повернула голову в сторону мужа, который мягко усмехнулся, нежно её разглядывая.       Что-то ёкнуло в сердце Вики, наблюдавшей эту картину. Эти двое были как будто бы счастливы рядом друг с другом. В голове всплыл образ отца, который как самый настоящий идиот смотрел на маму со слепым обожанием и такой противоречивый холодный расчётливый взгляд в ответ. Два образа «любви», вера в которую давно была растоптана в её душе, подобно нежному цветку, но которая ещё грозилась вырасти из оставшегося перегноя, были одинаково ей далеки. И, как бы Вики не пыталась, она не могла понять зачем все вокруг пытаются втянуть себя в подобного рода отношения. В них не было смысла. Развлечение для низших и одна огромная слабость для высших. Все как будто бы слепли, стоило им влюбится: отец, Мими, Ости, и даже сама Вики, которая однажды пошла на поводу у чувств. Но теперь она изменилась. Любовь, привязанность и тому подобное было сейчас лишь оружием в ее глазах, а самой большой мечтой было научится всем этим управлять. — Эшли, какие у тебя есть увлечения?       Блондинка стушевалась, не ожидая подобного вопроса.       — Я, ну…– Протянула Кейн судорожно соображая, что и как ответить, — Я занимаюсь скульптурами, — Чуть более уверенно произнесла Эшли, замечая заинтересованные взгляды.       — Как интересно, — не скрывая энтузиазм подтолкнула её к продолжению Лилит.       — Да, — блондинка игриво вздернула подбородок, обезоруживающе улыбаясь, — В первый раз, когда я оказалась на земле, я увидела античные изваяния. Их детализация поражает до сих пор, а в пять лет и подавно…       В голове Виктории всё выключилось. Она не слушала воодушевленный рассказ Эшли о том, как она влюблялась в скульптуры и пыталась повторить некоторые сама. В ушах гудело, а подсознание противилось выдавать хоть что-то внятное и хотя бы отдаленно похожее на творческое увлечение. От чувства безысходности и боязни провала хотелось рыдать прямо тут на месте, но Вики давно уже не могла позволить себе такой роскоши. И вот в момент, когда Уокер уже была на грани обморока, её как будто бы вытянуло из-под толщи воды и она смогла сосредоточится на рассказе Эшли.       — А в восемнадцатом веке на земле начали создавать мраморные вуали, — девушка закрыла глаза от удовольствия, мысленно возвращаясь в тот момент, — Помню, когда их впервые увидела, не могла оторвать глаз и стояла, как выкопанная около часа! А вернувшись домой закрылась в мастерской на неделю и пыталась повторить увиденное! — Кейн с удовольствием делилась своими впечатлениями от этого произведения искусства и рассказывала о сложностях в изготовлении данной скульптуры. Правители внимательно её слушали: Лилит с такими же горящими, как у Эшли, глазами, а её супруг пусть и не разделял её детский восторг, всё же старался сделать вид крайней заинтересованности.       — Виктория, — услышав своё имя девушка поняла, что снова впала в транс на несколько секунд, отчего чуть резче, чем того следовало, повернула голову в сторону Лилит, слегка испуганным и потерянным взглядом воззрясь на неё. Её Величество, непроизвольно отпрянув, прочистила горло и, набрав воздуха в лёгкие хотела задать тот же вопрос, но была бестактно прервана глашатым.       — Его королевское высочество, Люцифер, — громогласно объявил демон.       От резкого, но максимально бесшумного выдоха облегчения, у Уокер чуть не потемнело в глазах. Пока всё отвлеклись на дверь и демонесса осталась без капли чего-либо внимания, она залпом осушила свой почти полный бокал вина.       «Так, Виктория, возьми себя в руки! Так ты точно провалишься… Весело, однако, получилось: мы с ним даже не знакомы, а я уже у него в долгу».       Двери отворились, а все девушки повскакивали с мест.       По комнате разнеся звук уверенных шагов, он же стал причиной звона в ушах Уокер, которая по правилам этикета, даже не могла поднять головы и посмотреть на вошедшего.       Люцифер медленно прошел ближе к столу, по дороге оглядывая всех собравшихся. Взгляд сразу выцепил два незнакомых силуэта: Виктории и Эшли.       — Добрый вечер, — У дочери Адмирона замерло сердце. Низкий, глубокий голос. Такое чувство, что ей в уши стучали самые низкие и мягкие басы в мире. Почти идеальное сочетание. Не хватало лишь лёгкой хрипотцы.       Люцифер тем временем встретился глазами с Эшли. В жизни она ещё больше походила на куклу. Эти большие голубые глаза, так и манили. Они захватывали всё внимание, отвлекая от достаточно мелкого носа, тонковатых губ и широкого лба, который Эшли искусно прятала за старомодной, но очень ей подходящей челкой. Люциферу понадобилось всего пару секунд чтобы отметить про себя все ее недостатки и достоинства. Девушка бла похожа на принцессу из сказки. Больше всего, конечно, на Золушку. «Надо будет обязательно как нибудь пошутить на эту тему»       — Мисс Кейн, — он галантно взял её кисть и оставил на ней нежный поцелуй, от чего девушка знатно прифигела и покрылась лёгким румянцем от смущения, — Безумно рад с вами познакомиться.       Отец с матерью одобрительно улыбнулись, наблюдая эту картину.       А наследный принц тем временем сделал шаг назад и двинулся в сторону второй не знакомой ему до селе особы.       Напряглись всё, кроме Люцифера. Кто-то меньше, а кто-то, в лице Ости, Мими, Лилит и Самаэля, больше. Про Уокер вообще говорить не стоило: голова наполнялась свинцом, ноги подкашивались, а сердце упало в желудок и отбивало там аборигенский ритм.       — Виктория, — учтиво произнес он, призывая Уокер наконец посмотреть на него, внутри сгорая от любопытства.       Медленно поднимая голову она скользнула взглядом по узким бёдрам, упрямо игнорируя зону паха, мускулистой груди и самой главной своей слабости: жилистым, сильным рукам и широким, как горизонт, плечам. Он подобрал неудачную рубашку: она не скрывала ничего, плотно обтягивая усовершенствованное до предела тело. По этому демону можно было учить миологию.       И вот, когда нетерпеливый наследный принц был в шаге от того, чтобы самому поднять её лицо за подбородок, они наконец встретились взглядами.       Даже на пятнадцатисантиметровой шпильке и с прямой, как его взгляд, осанкой, она едва доставала макушкой до уровня его глаз. Вики не была маленькой и хрупкой, но сейчас она почувствовала себя именно таковой.       Его красота не вызвала у неё шока с первых секунд: слишком часто мать пихал ей его фотографии для изучения. Но спустя всего мгновенье, когда она начала осматривать его пристальнее, у неё на секунду перехватило дыхание. Четкие линии широких бровей, розоватые губы, ровный нос, слегка выделяющиеся скулы, широкий лоб, на который упала прядь ещё влажных, чистых и безумно шелковистых черных, как истинная демоническая душа, волос, которые Уокер сейчас необходимо было потрогать. А этот четкий подбородок с ровной, словно под линеечку, щетиной завершал его образ брутального но ухоженного аристократа. Она видела всё это сотни раз, но та детализация с которой она увидела его сейчас, действительно завораживала. Будучи всегда честной с самой собой, Вики признала факт того, что Люцифер действительно красив и был в её вкусе.       Но всё его лицо и мнимые недостатки меркли на фоне этих красных глаз. Чем дольше она их изучала, тем больше оттенков она находила: от ярко красного вокруг зрачка, до черно-бордового края радужки.       «Белокрылая бордель, если у нас всё срастется, клянусь, что потрачу не один десяток часов, изучая это произведение биологического искусства.»       Он не мог оторвать от нее глаз.       «Ангельский пудинг, она же идеальная!»       Мягкие черты и их четкие границы создавали образ строгого ангела. Обманчивая, а он готов был руку отдать на отсечение, что это именно так, доброта сквозила из каждого миллиметра ее лица: в нежных пухлых губах, маленьком курносом носике, светлой, на грани бледности, коже и легком румянце. Все это ярко контрастировало с хитро вздернутыми изгибами бровей и ледяным взглядом мендалевидных глаз.       Голубое небо Эшли тут же вылетело из головы. Оно потерялось где-то в тумане. Серые глаза, всегда казались ему чем-то неинтересным, но увидев их вблизи он понял, что чертовски ошибался. Лёгкая серая дымка. Многогранная и сгущающаяся местами. Дым от сигареты, который он всегда считал чем-то очень эстетичным, и который являлся одной из главных причин, по которой он и не думал бросать курить. Он мог наблюдать за ним часами, изредка делая затяжку, и сейчас, глядя в эти серые глаза, он буквально чувствовал запах табака и никотина в лёгких. Закрыв глаза на долю секунды, наваждение чуть спало и он понял, что мысли эти были слегка навязаны. Привкус сигареты не возник только от воспоминай, он материализовался от легкой магии, на которую многие высшие были способны, но таким образом ее еще никто, на его памяти, не использовал. Только что Виктория одурманила его не поведя и бровью. Глаза чуть сощурились, а губы чуть изогнулись в легкой улыбке. Ее не смутило то, что ее поймали, она даже не пыталось скрыть такое маленькое вмешательство в момент их первой встречи и это заставило Люцифера слегка трепетать.       «Шепфа, как она это делает?»       Чтобы снова не попасться на ее игривые уловки, он легонько скользнул взглядом по точёной фигуре. Высокие плечи, острые ключицы, большая грудь… Дышать становилось всё труднее. Пышная юбка безбожно прятала от его взгляда её бедра, но даже так его бурная фантазия начала вырисовывать руки на её тонкой талии и…       Люцифер сглотнул, запрещая своему мозгу рисовать продолжение и вернул все свое внимание серым глазам.       Дымка потемнела, сгустилась и только сейчас он заметил хитрый прищур и лёгкую ухмылку.       «Да, Люцифер, я тебя поймала. Похотливый баран. Что ж, будем брать измором. Главное самой сдержаться. Уж слишком ты хорош.»       «Так. Посрать умная ты или тупая, я тебя хочу. Сегодня. После окончания всего этого цирка.»       — Кхм, — прочистил он горло, приходя в чувство. Вики тут же заморгала опуская глаза. Нечаянно скользнув взглядами по телам друг друга, они мысленно чертыхнулись.       — Приятно с вами познакомиться, Виктория, — Люцифер галантно взял её руку и поднес к губам. Мягкие и тонкие пальцы Виктории ощущали линии на больших шершавых ладоней. Уокер чуть сжалась внутренне, осознавая насколько большая у них разница не только в росте, но и во всем остальном. Он мог сломать её кости одним лишь объятьем и как бы странно это ни было, девушку от этого накрыло лёгкой волной возбуждения. Демон слегка наклонился и поцеловал тыльную сторону её ладони, прямо смотря в её глаза. От места, где мгновение назад были его губы, по руке, а потом и по всему телу волной пробежали мурашки. Сама того не ожидая, Вики покрылась лёгким, почти незаметным румянцем, и про себя подумала, что это очень даже кстати, потому как Наследник его заметил и довольно ухмыльнулся, выпрямляясь.       «Игра началась, дымок. Врубаю режим искусителя.»       — Не знал, что у Винчесто есть такая обворожительная дочь! — он с лёгкой насмешкой, наблюдал за чуть растерянной Уокер, которая окончательно потеряв связь с реальностью, взболтнула первое, что пришло ей в голову.       — Я тоже не знала лет до пяти, а потом мне объяснили, что моего отца зовут Винчесто, а не папа.       «Дура! Тупая идиотка! Как можно было сказать такую несуразицу! Думай, Виктория! Думай! Пора попить чаёк с ромашкой и подлечить нервы. С такой стрессоустойчивостью тебе все просранные года тренировок не помогут.»       В зале воцарилась тишина. Первым хохотнул Сатана. Потом смысл сказанного дошел и до Лилит и они вдвоем начали посмеиваться. Люцифер с трудом сдержал смех и искренне улыбнулся. Остальные же начали улыбаться, и хихикать, чувствуя неловкость от своего молчания. Настолько глупая шутка в такой серьёзной и действительно напряженной обстановке неожиданно ее разрядила и Виктория слегка выдохнула.       — Так, — немного погодя хлопнул повелитель в ладоши, обращая свой взор на часы, — время уже позднее, а значит пора расходиться.       Девушки немного оживились, представляя, как они снимут дурацкие платья и неудобные туфли, а Люцифер слегка расстроился, что не пришел раньше и подойдя к столу, взял себе чашечку чая. Блаженно сделав глоток, он сел на кресло. Виктория же, превратилась в статую, зная, что сейчас Сатана что-нибудь ещё обязательно выкинет. Что-то вроде последнего выстрела. А он, в свою очередь не заставил долго ждать.       — Ах, да, — якобы спохватившись, Король обратил на себя всеобщее внимание, — Это всего лишь формальность, но теперь, когда вы провели друг с другом достаточно времени, я думаю, что каждая из вас может назвать хотя бы одно свое самое главное отличие на общем фоне. Ости, давай ты начнешь.       — Ну, — слегка задумавшись, Ости с уверенностью произнесла, — У моего отца самая многочисленная армия в аду, которая служит верой и правдой правящей семье уже несколько веков. А я являюсь одной из лучших игроков в крылоборстве и стала первой девушкой, которую допустили к официальным райско-адским играм в команде Юниоров.       — Чтож, неплохо, — его величество одобрительно кивнул, — А что насчет вас, Эмили?       — Я достаточно хитра и изворотлива, — серьезно произнесла девушка, и тут же игриво продолжила, — а ещё я дочь Асмодея, а значит Люциферу никогда не будет со мной скучно.       Она подмигнула наследнику и он весело улыбнулся ей в ответ. Лилит же слегка зарделась, не ожидая такой откровенности. Виктория так же заметила, что Сататна остался доволен ее ответом. Видимо для него это был принципиальный момент. Но почему? Желал сыну счастья таким образом или просто хотел избежать измен в королевском семейном гнездышке? Не понятно.       — Я хороша в языках и литературе и могу поддержать любой философский разговор, — перетянула на себя внимание Мими, — У моего отца многочисленные богатства, которые перейдут в мои владения, но самое главное, что мы знакомы с Люцифером с детства, а это значит, что в наших отношениях всегда будет взаимопонимание и поддержка.       Лилит довольно улыбнулась, слушая ответ Мими, что очень подбодило дочь Момона.       — Эшли, было очень интересно слушать о твоем увличении скульптурой, — дружелюбно обратилась к девушке Королева, — Но может есть ещё что-то, о чем ты могла бы так же воодушевленно рассказывать?       — Я хороша в Истории, — вдумчиво проговорила Эшли, поднимая взгляд с ковра на ее величество. Она явно не готовилась к подобному вопросу заранее, все это время искала ответ и только сейчас поняла, что именно есть в ней уникального — А поскольку история всегда повторяется, то я смогла бы быть хорошим советником и помогать принимать лучшие решения на основе своих знаний.       «О, черт. Это было действительно хорошо, пожалуй это лучший ответ, который можно было произнести в этом помещении. Переплюнуть это изречение будет достаточно сложно. Так, Виктория, сосредоточься.»       Виктории во чтобы то не стало надо закончить сегодняшний вечер ярко и громко. Ей просто необходимо выбится в фаворитки, если не у троих, так хотя бы у двоих представителей семейства Дениц. Первое впечатление самое сильное, и если она попадет вверх списка сейчас, то почти со стопроцентной вероятностью вылетит из «битвы за трон» предпоследней или не вылетит вообще. Ее ответ должен понравится всем.       Уокер внимательно обвела правящую чету взглядом. Лилит любит кротость и скромность. Не смотря на то, что она демон воплоти и была известна своей твердой рукой, вольным поведением и жесткими взглядами, с рождением сына она заметно смягчилась, и сейчас будет выбирать для своего чада «сущего ангела», девушку, способную дать ее сыну умиротворение и нежность. Король, в отличие от своей пассии, выбирает не жену для своего сына, а королеву для своего народа. Ему нужна бестия с твердым рассудком, но мягким сердцем, способная как отсекать головы врагам и усмирять бунты, так и дать демонам кров и взрастить в будущем наследнике моральные ценности и чувство справедливости. Что искал в девушках Люцифер Виктория даже не догадывалась. Скорей всего мозгами он, подобно отцу, пытался выбрать образованную и здравомыслящую бессмертную, но его душа и сердце тихонько, в тайне от Сатаны и самого Люцифера, питали надежду, что его будущая жена станет его самым близким другом и союзником.       Не спуская глаз с наследного принца, Уокер заметила, что спокойное незаинтересованное выражение его лица резко сменилось на раздражение. Переведя взгляд на короля с королевой, она заметила тоже самое. Видимо все трое не сильно жаловали Кэтрин, которая расхваливала себя на право и на лево, после дочери Родента, которую спросили чисто для приличия. Девчонка была хорошенькая, в ней даже просматривался неплохой потенциал, но место, куда она метила своим приходом сюда, было для нее почти не досягаемо.       «Так. Мышка можно считать уже вылетела. На следующем «этапе» ее уже не будет.»       Вики перевела взгляд на вторую девушку.       «Кэтрин тут явно не в почете. Пригласили, чтоб не дать Бельфогору повода для скандала. Она скорей всего следующая. Чтож, неплохо, что она отвечает передо мной, выделится после нее будет проще. Можно сыграть на конрасте. Это явно будет в мою пользу. Кэт слывет той ещё шлюхой, поэтому для Вау-эффекта придется доставать козырь из рукава. Не хотелось бы конечно делать это так рано, но это убьет как минимум двух зайцев одним выстрелом: Лилит заценит чистоту, а Люцифера явно захлестнет желание меня поиметь. Не известно только, как отреагирует Сатана, но два из трех уже неплохо.»       Уокер легонько кивнула своим мыслям, а Кэтрин как раз закончила деферамбы в свою честь.       — Спасибо, мисс Вольт, — натянуто улыбаясь сказал Правитель, и со вздохом облегчения, обратился к дочери адмирона, — Виктория, а что насчет вас? Чем вы отличаетесь от всех этих прекрасных леди?       — Я не могу выделить какое-то свое качество, которое бы отличало меня от остальных, поскольку последние пару лет круг моего общения был несколько ограничен и я вообще не привыкла сравнивать себя с кем-то… — скромно улыбаясь Вики поглядывала то на Короля, то на королеву, — Я могу назвать целый список своих достоинств и недостатков, но маловероятно, что где-то я проявила себя лучше всех, поскольку я не ограничиваю свою деятельность лишь одной сферой. — Люцифер прямо заскучал. Он перестал смотреть на девушку и тихонько попивал чай. Виктория мысленно усмехнулась «пристегни ремни, малыш. Хотя правильнее будет сказать: застегни ширинку. Сейчас ты этим чаем подавишься.» — Хотя, пожалуй, есть кое-что, чем в моем возрасте похвастаться могут лишь единицы.       — Да? И чем же? — с легкой иронией поинтерисоваля Сатана, на что Виктория лукаво улыбнулась предав своему взгляду невинно-наивный вид.       — Дело в том, ваше Величество, что у меня ещё ни разу не было мужчины.       Люцифер, в попытке не прыснуть только что отпитым чаем, подавился им же и тяжело и громче, чем ему этого хотелось, закашлял. Поднимая круглые, как чайные блюдца глаза, он воззрился на Викторию, которая с огромным трудом подавив смешок, подумала о том, что она его предупреждала. Да, мысленно, но предупреждала же.       Реакция остальных присутствующих была хотя и более сдержанной, но тоже очень яркой. Король и его пассия были достаточно поражены, смотря на нее такими же круглыми, как у сына глазами. Кэтрин смотрела на Уокер с презрением, как бывший чемпион, тяжело переживающий спад в карьере, но всё ещё считающий себя лучшим, смотрел бы на новичка, который неожиданно становится новым кумиром и, по словам первого, «надолго здесь не задержится». Остальные девушки наблюдали за Викторией, которая стала как будто бы воздушной во всеобщем напряжении, в немом шоке. Все, кроме Ости. Они с Уокер никогда не говорили об этом, но неловкость во время вспыхивающих разговорах, молчание дочери адмировна во время обсуждения пикантных тем, всегда наталкивали и подтверждали эти мысли. Один из тех моментов, когда ты не знаешь навернека, но ты чувствуешь и…знаешь.       Никто не мог найти что сказать в течении минуты — двух. И Вики поняла, что надо брать ситуацию в свои руки. А брать все под контроль было любим занятием дочери Ребекки.        — Я девственница, — резюмировала Уокер закрепляя в голове у каждого эту информацию и вырывая Правителя из мыслей.       — Кхм, — неловко прочистил горло Король, чуть ослабляя галстук, — И что же удержало вас от бурных романов?       — Ну, — потянула Виктория и лукаво улыбаясь посмотрела на Люцифера, который практически не моргая, смотрел только на нее все ещё ошарашенным взглядом, — Не нашлось как-то достойного претендента, — возвращая свое внимание на Правителя сладко проговорила Уокер. А потом, мимолетно взглянув на принца, соблазнительно ему подмигнула. Люцифер снова закашлялся, а Лилит не сводя с девушки глаз постучала сына по спине.       «И это называется королевская выдержка?» — фыркнула про себя Виктория, — «Да, ну, вы что серьезно? Неужели такая мелочь, как нетронутая девственная плева, может выбить из колеи даже высокородных демонов? А говорят, что люди придают этому слишком большое значение. Цирк да и только. Я, конечно, ожидала яркой реакции, но не думала, что это приведет всех в такой шок, что мы молчим уже полминуты.»       Часы на стене пробили десять.       — Ну, что ж, дамы, — бодро проговорил правитель, — Было приятно провести с Вами время. Надеюсь, что последующие наши встречи пройдут в такой же приятной обстановке, — Он обвел всех девушек внимательным взглядом чуть дольше задержавшись на Виктории, на что она неловко улыбнулась, — Лилит, — обратился он к жене. Та, улыбнувшись всем на прощание, взяла мужа за локоть и удалилась с ним из зала, под всеобщий поклон.       Люцифер тоже встал, отставляя злополучный чай на столик.       — Мне тоже пора идти. Надеюсь, что нам удастся провести больше времени в нашу следующую встречу, — он двинулся к двери.       Девушки снова опустились в реверансе.       «Шепфа, как же неудобно сидеть в этом скрученном положении. Стану королевой нормализую обычный поклон головой.»       «Демоны, кто вообще придумал этот способ показывать повиновение? Как же хотелось снова взглянуть в эти серые глаза, а из-за этого сраного реверанса меня лишили такой возможности.»       Не сводя глаз с Виктории, Люцифер покинул комнату.       Уокер медленно выровнялась, тупо смотря перед собой. В ушах зазвенело. Виски пульсировали, а воздуха не хватало. Весь мир был размытым и замедленным. Было это из-за туго затянутого корсета или она просто перенервничала, а сейчас ее начало отпускать, но ей надо было взять себя в руки. Ей еще надо добраться домой, а там хоть в обморок, хоть сразу в небытие.       — Эй, — кто-то дернул Вики за плечо, приводя в чувство. Она дернулась от неожиданности, чем слегка напугала Эшли, — Всё в порядке? — аккуратно поинтересовалась девушка.       — А. Да, — слегка растерянно улыбнулась Уокер, — просто потерялась в пространстве немного.       — Понимаю, — весело поддержала диалог Кейн, — Всё это было так волнительно. Я сама чуть в обморок пять раз не упала.       Вики усмехнулась. «Удивительная девушка. Эдокий человек-солнце. Мы бы даже могли подружится, если бы обстоятельства сложились по-другому. Но увы и ах. У тебя скорей всего и так большой круг общения, а я не вожу дружбу с конкурентами.»       — Ладно, я побежала, а то повара уйдут и я останусь без ужина, — произнесла Эшли, — Было приятно познакомится.       — Взаимно, — кивнула в ответ Вики и белокурая демонесса унеслась прочь, мило щебеча о чем-то с Мими и Эмили.       Кэтрин и Аннеты в комнате уже не было. Ости села обратно за диван и взяла себе бокал вина. Она подчеркнуто игнорировала присутствие Уокер и, как бы Вики не пыталась лишить себя чувств по отношению к их мнимой дружбе, это все равно больно ее кольнуло. Она не была очень дружна с Мими, хотя та считала себя ее лучшей подругой, но вот Ости была ей действительно дорога, в каком-то плане. Девушка всегда рубила с плеча и не было в ней этого притворства и мечтательности. Дочь Вельзевула мыслила всегда трезво и рационально, чем очень нравилась Уокер, но она не была лишена чувств и всегда ярко их проявляла. Она была специфична в общении и часто обижалась на всякие мелочи, но с ней было легко. И теперь, когда они снова поссорились из-за ерунды, из-за острого языка Вики, который она не всегда могла держать за зубами, между ними царило напряженное молчание. Стена, которую можно было разрушить буквально одним словом. Не важно каким. И всё снова будет как прежде: Ости получит человека, с которым можно обсудить всё на свете и который сможет направить её на верный путь в сложную минуту, а Вики сможет снова позвонить кому-то в слезах с просьбой просто посидеть на крыше её дома и помолчать смотря на звезды. Мелочи коммуникации. В любом случае неравноценный обмен. Но, так им двоим необходимый.       Одно слово, любое, которое Вики не скажет. Потому что это не честно. Они «воюют» за Люцифера. Одна за любимого демона, вторая за возможность дышать. И Уокер уже вцепилась добыче в глотку и ни за что не отпустит. Она готова дойти до убийства лишь бы достигнуть цели и лучше уж разорвать живьем врага, чем воткнуть нож другу в спину.       Вики подошла к столику и, взяв сумку, ушла не попрощавшись. Ости тяжело вздохнула, глядя ей в след.       Коридор был холодным и темным. Свечи не горели, а пасмурный свет из редких узких окон справа не сильно спасал ситуацию. Если бы Виктория встретила архитектора этого отвратительного здания, то лично бы обломала ему руки, которыми он нарисовал этот шедевр. Сейчас на земле подходил к концу двадцать первый век, но бессмертные могли попасть в любую временную точку. Вероятно, этот гений забывал откуда черпал идеи в прошлый раз и отправлялся то в эпоху ренессанса, то в готику, то в рококо. Из-за этой мешанины здание получилось не только не красивым, но и не удобным. Света из окон не хватало даже днем, когда она пришла, а поскольку летом адское солнце закатывалось на нижний круг поздно, а свечи тут были дорогим удовольствием из-за неспособности воска вынести температуру восьмого круга в каких-то 70 градусов Цельсия, то зажигали их уже только после наступления темноты.       Не зная причины, Уокер начала нервничать. То ли на нее так влиял наступающий мрак, то ли это все была усталость, из-за которой Вики не могла контролировать все потоки энергии вокруг, но факт оставался фактом: больше всего на свете она хотела сейчас побыстрее оказаться дома и шла в несколько раз быстрее обычного.       И вот, когда очередное окно осталось позади и до двери оставалось метров двести, её утянуло влево. В темноту.       Дверь за ней закрылась и кто-то прижал её к стене. Фигура была массивная и прямо нависала над ней. Не успев что-либо сообразить, Виктория вмазала кулаком куда-то в район лица незнакомца. Истошное «Блять» и бессмертный по инерции отошел от нее шагов на десять, а Уокер прикрыв в испуге рот рукой, поняла кто перед ней ещё до того, как нащупала цепочку, потянув за которую включила настенный светильник.       Люцифер зажмурив глаза от боли и неожиданности, с глухим щелчком вправил нос обратно.       — М-да, Виктория, — удрученно протянул демон, приходя в себя, — Удар, что надо. Десять из десяти. Спасибо, что не по яй… — оборвал он себя на полуслове. Они ещё даже толком не знакомы, а он уже фривольно себя ведет.       — Я била наугад, не могла же я знать куда попаду, — нелепо начала оправдываться Вики, не желая ставить принца в неловкое положение и прерывая слегка затянувшуюся паузу.       Люцифер наконец выпрямился, осмотрел девушку с ног до головы цепким взглядом и, скрестив руки на груди, оперся на кресло позади него. В желтом свете лампы, ее волосы отдавали медью, ярко контрастируя с холодной внешностью. Спускаясь ниже, демон снова отметил острые плечи и немаленькую грудь.       Вики стало не комфортно, и, желая хоть как-то себя прикрыть, повторила позу демона. Он усмехнулся и снова стал ее рассматривать.       Юбка платья немного прижалась к стене, и открыла, наконец очертание широких бедер. Талия была меньше положенного и вызвала у него легкий мандраж. Он видел, как его мать туго затягивала корсеты чтобы выглядеть более подтянутой. Пару раз отец гневно звал врача, а потом долго ругался с ней, когда она, перестаравшись, ломала себе ребра. После такого случая Сатана устраивал кастрища во дворе, сжигая всю одежду и пояса Лилит, которые хоть как-то могли навредить его супруге. Но спустя время ее величество снова добавляла в свой гардероб подобные аксессуары.       Смотря на корсет Виктории, Люцифер испытывал огромное желания его расслабить. Он был на тысячу процентов уверен, что талия у девушки и так есть и так нарочито ее подчеркивать, в принципе не следовало. Но даже этот нюанс не мешал ему наслаждаться ее видом.       «Хороша… Шепфа, так бы и взял ее прям тут.»       Люцифер прочистил горло, пытаясь изгнать из головы всякие непристойности. Снова наваждение? Нет, неприличные картинки он нарисовал себе сам. Он не был в этом виноват, вся это похоть была неотъемлемой частью демонской сущности, тем более сейчас Наследный принц был как раз в том возрасте, когда ему пора бы уже обзавестить детьми, и это усиливало желание поиметь все вокруг в десятки тысяч раз. Но стоило отдать ему должное, свои порывы он сдерживал довольно часто и искусно, за что отец его неоднократно хвалил, так как сам в его возрасте поимел всё, что движется, а что не движется, двигал сам. Мать его тоже не отличалось нравственностью, и слыла той ещё шлюхой девушкой легкого поведения в высших кругах. Поэтому ни Люцифер, ни его родители не волновались по этому поводу. Год-два и мальчик станет примером верности и сдержанности. Но в такие моменты это становилось для него целой проблемой.       Виктория ему понравилась. Не только девственностью внешне. Ее свобода, которую она проявила в конце встречи и некая надменность, нашли отклик в его душе. Отчасти потому, что он сам считал себя лучшим из лучших, но, если Люцифер чувствовал себя неловко из-за своей гордыни, то дочь Адмирона принимала это как данность. Она не считала себя идеальной, как Кэтрин, но она четко знала свои сильные и слабые стороны и искусно их использовала.       Но больше всего ему понравилась в ней неловкость, сейчас и тогда. Она смущалась. И это было понятно. Теперь понятно, когда Люцифер знал, что ее не касался ни один мужчина. Конечно, это мог быть обман, но ее реакция на его прикосновения, на его взгляды, убеждала в обратном. Вики обладала достаточным самообладанием, и тот факт, что каждый раз она затаивала дыхание, когда он обращал на нее внимание, приводила его в дикий восторг. Больше всего принцу не хватало честности и искренности. Да. Глупо требовать этого от демонов, но всё же, он жаждал найти эти качества в каждом. Поэтому Ади и стал самым близким ему другом. Прямолинейный, рубящий правду-матку, демон всегда показывал искренние эмоции. Его одно-единственное «Пиздец» в качестве поддержки, было красноречивее и дороже огромных дифирамбов от остальных и Люцифер очень это ценил. И сегодня он увидел отголоски этой искренности в девушке, которая белгло осматривала комнату, отчаянно пытаясь отвлечься от его пристального взгляда.       «Что тебе от меня надо, черт? Затянул в комнату, а теперь молчит.»       — Милый интерьер, — произнесла Виктория с таким невозмутимым видом, на какой она только была сейчас способна.       — Вычурный. Не более, — возвращаясь из своих мыслей произнес Люцифер, отталкиваясь от кресла и делая два медленных шага в сторону девушки.       — Да, — напряженно протянула Уокер, наблюдая за ним, — вычурный, — Крон-принц продолжал наступать, а Уокер ещё больше вжималась в стену под его пристальным взглядом.       Подойдя вплотную, мужчина расставил руки по обе стороны от Виктории, блуждая взглядом по ее лицу, уделяя особое внимание губам и глазам, которые стали практически белыми от страха. Конечно, Люцифер не знал, что чем ближе к обморочному состоянию становилась Уокер, тем бледнее становился ее взгляд, иначе он бы сразу что-нибудь сделал, что бы привести Леди в порядок, но сейчас он просто любовался девушкой, даже не подозревая, что стал для демонессы кошмаром на Яву.       — Вы что-то от меня хотели? — практически беззвучно спросила девушка. Виктории было страшно. Люцифер был просто огромным по сравнению с ней. Да, они стояли близко в зале, но сейчас, нависая над ней, он казался непомерным, гиганским. Она чувствовала себя новорожденной мышкой загнанной в угол взрослым страшным Тигром.       — Тебя, — с легкой усмешкой произносит демон, а у Уокер во рту и горле пересохло. — А что нельзя?       Последняя фраза произнесенная с усмешкой как будто бы вытаскивает Вики из-под толщи воды. Он спрашивает. И он не наседает. Ей оставили право выбора.       — Ну, можно, конечно…- скользяще произносит девушка, интонацией показывая, что собирается сейчас продолжить фразу. Люцифер понимает, что она сейчас ему откажет, он сам бы этого хотел. Но, не способный контролировать себя до конца, он медленно наклоняется ещё ближе к ее лицу, не отрывая взгляда от ее губ. Виктория их облизывает, пересохшие, то ли от его горящего взгляда, то ли от самой обстановки, и тихонько, будто боясь разрушить эту стеклянную идиллию между ними, произносит, — Но ведь, чем дольше чего-то ждешь, тем приятней потом это получить.       Он поднимает глаза цвета венозной крови и встречается с ее серым туманом. Теперь они такие же как в первый раз.       Люцифер ещё ее не знает. Не знает и того, что этот серый дым значит, что она больше не боится. Она чувствует легкий трепет. Все вокруг ощущается, как те мечты перед сном, в которых кто-то тебя обнимает. Бесформенная фигура в твоей голове. Ты не знаешь кто это будет, как он будет выглядеть, но такие чувства может вызвать лишь твоя «истинная любовь». Головой ты понимаешь, что это глупо и наивно, но надежда на это теплится не смотря ни на что. И сейчас в душе Уокер что-то зашевелилось. Слабо, почти незаметно, но это ведь только начало.       Виктория ещё его не знает. Не знает и того, что этот оттенок красного появляется когда ему нравится на что-то смотреть. Когда ему перекрывает дыхание осознание красоты, что открывается перед ним. Будь то заснеженные горы, лучи солнца из узких окон библиотеки или хрустальная бабочка в траве ангельского острова. То чувство, когда ты не можешь поверить своим глазам. Время замирает и в голове просто не укладывается тот факт, что такие идеальные вещи существуют в этом мире.       Ее ответ был безупречен. Мягкий отказ с ноткой интриги. Он хотел ее. Безумно, но ему нравилась мысль о том, что она может стать самым желанным десертом. Не интересно есть то, что уже стоит на столе. Гораздо вкуснее когда ты не ел с утра, пришел после тяжелого и полного активностей дня, и сидишь рядом с духовкой, где готовится нежнейшее мясо или сдобный пирог. Этот запах сводит с ума.       Сущность Виктории пахла мокрым асфальтом и сладкой цветущей вишней. От этого сочетания нос начало морозить. В голове возникла ассоциация с весной. Ледяной ветер, лужи вокруг и сонное солнце, которое уже пытается греть, но стоит зайти в тень, хочется накинуть шерстяную кофту. От удовольствия Люцифер прикрыл глаза и вдохнул поглубже. В груди потеплело.       Сам он сейчас пах горячим глинтвеном из красного вина с корицей, бадьяном, гвоздикой и долькой апельсина, который чуть больше выделялся на фоне остальных специй. Виктория обожала цитрусы. Особенно апельсины. А ещё она все время мерзла. Но сейчас ее как будто бы укутали мягким теплым пледом. Теперь всё напряжение, преследовавшее ее на протяжении всей ее жизни этого дня, куда-то улетучилось.       — А поцеловать? — тихонько спросил Люцифер.       Уокер падняла на него глаза, покрываясь румянцем. Вопрос был неожиданным. Вернее, то, как он спросил было неожиданно. Он сам как будто был в нем не уверен. Это поставило ее в тупик. Что ответить? Если согласится, то ее прошлый отказ потеряет свою силу, если откажет, может потерять его интерес вообще…       — Мисс Уокер, вы здесь? — из-за двери послышался старческий голос.       «Альфред, ну еб твою мать. Нельзя было попозже?»       Люцифер раздраженно покосился на дверь и, оттолкнувшись от стены, отошел от девушки. А вместе с ним ушло и тепло. Виктория поежилась. Повисло молчанье. Его нарушали лишь неспешные шаги Дворецкого в коридоре, который отправился искать дочь главного советника дальше, чтобы сообщить, что ее карета уже давно ждет у крыльца.       — Мне пора, — заключила девушка. Его высочество всё еще продолжал буравить взглядом дверь, — Было приятно познакомится.       — Мгм, — недовольно буркнул Демон, надувшись как маленький ребенок. Уокер попыталась сдержать улыбку, но уголки губ все равно вздернули вверх и застыли в этом состоянии.       Люцифер тяжело вздохнул и, проведя по лицу рукой, «смахивая» все эмоции, наконец посмотрел на девушку, которая все это время внимательно за ним наблюдала. Мягко ей улыбнувшись, он протянул руку.       — Раз уж вы задержались тут по моей вине, дайте мне хотя бы вас проводить.       Ладонь, протянутая ему в ответ, была холодной, что слегка его удивило. Он не заметил этого, при знакомстве. Но сейчас этот факт показался ему занимательным. Пальцы были практически ледяными, но его рука была такой горячей, что они быстро согрелись.       Старый дворецкий двинулся дальше и демоны с легкостью проскочив за его спиной вышли на улицу. Люцифер помог Уокер спустится по лестнице и залезть в «карету» под внимательным взглядом кучера.       — До свидания, Виктория, — принц поцеловал тыльную сторону ладони на прощанье, не отрывая глаз от девушки.       — До скорой встречи, Люцифер, — с трудом вынимая руку из его хватки, демонесса обратилась к кучеру, — Поехали.       Проводив повозку взглядом, мужчина достал пачку ванильных сигарет из заднего кармана брюк и закурил.       «Ох, Виктория. Ты даже не представляешь настолько скорой.»