видение полночная гроза

*Внимание! Всё происходящие далее, является выдумкой! Совпадения с реальной жизнью случайны* Цветущая Италия, её прекрасные маленькие города и пахучие виноградники с винодельнями. Ах, если бы вы только знали, как сильно в каждом переулке пахнет горячим терпким кофе, который уже начинает дурманить голову, но жители привыкли к этому. Так же как и Николь. Хоть она и является француженкой, но большую частью прожила именно здесь, на родине сыра и вина. Её слегка выгоревшие темно-каштановые волосы струились лёгкой волной до самых лопаток, слегка щекоча оголённую часть спины. Она неспеша поправила свой шёлковый топ нежно кремового цвета и взяла в свои тонкие руки достаточно громоздкую лютню. Удобно положив её на своих ногах, она начала перебирать струны, зажимая ноты на ладу другой рукой. Со стороны может показаться, что играть на этом инструменте крайне просто, но на самом деле это не так. Девушка добивалась такой плавной игры многие годы (да и до сих пор добивается). Её пальцы будто бы плывут по волнам, издавая загадочные мелодии, которые словно выходят не из резонатора, а из дремучих и тёмных лесов Средиземья, под которые кружатся в воздухе маленькие феи, а нимфы начинают что-то напевать. Буквально через пару минут вокруг девушки собирается небольшая кучка любопытных глаз. Когда игра заканчивается, начинаются бурные аплодисменты и свист. Николь тут же выходит из своих мечтаний. Она оглядывает подошедших к ней людей и в недоумении начинает хлопать длинными ресницами, пытаясь найти хоть одну пару знакомых глаз. И это у неё выходит. На её лице появляется незаметная улыбка, означающая какое-то облегчение. Француженка быстро убирает инструмент в чехол и закрыв, закидывает на плечо. Она пытается как можно быстрее просочиться через людей. Их взгляды заставляют её ноги подкоситься, они будто бы становятся ватными и совсем не держат Николь. Она идёт вперёд, смотря только под ноги, надеясь на свои внутренние ориентиры, чтобы наконец добраться до той самой знакомой паре глаз. Эти глаза принадлежат её лучшей подружке и по совместительству однокурснице Маргарет Риккарди. Симпатичная блондиночка с ореховыми глазами. Николь постоянно сравнивает их с солёной карамелью и шутит, что когда-нибудь съест их! Но что-то не так…       Девушка утыкается макушкой в что-то твёрдое. Это точно не Маргарет, она ниже Николь и при всём желании девушка не сможет так уткнутся в неё. От ног в голову будто бы пробивается электрический шок, который заставляет поднять глаза и посмотреть во что она врезалась. Её взгляд встречает пара голубых глаз настолько чистых и сияющих, что напоминают фианиты. Это не те янтарные глаза. Кто же это? Де Колетт пару секунд изучает лицо мужчины, который стоит перед ней, но она совершенно не может понять кто это. Точенные черты лица, выраженные скулы и жевательные кости, острые подбородок, родинка на левой щеке — всё это кажется больно знакомым, но в закоулках памяти пусто, ничего не удаётся найти. Молодой мужчина лишь широко улыбнулся, заметив, что эта юная дама не сводит с него глаз. Ситуацию решает подбежавшая Маргарет, которая запыхавшись схватила подругу за плечи и кричала: — Извини, извини! — доносилось уже откуда-то из-за угла, потому что девушки начали быстро отдаляться с мест событий. Риккарди заводит девушку за угол кампуса и прижимает её к стене, она явна чем-то недовольна, её брови сведены к переносице, а губы скривились, как в детстве, когда что-то делали не по её приказу. — Николь! Ты что творишь! Ты кокетничала с Франциском у всех на виду! Ты с ума сошла?!.. Ты действительно сумасшедшая. — Чего.? — прошептала Николь, поправляя лютню на плече и отводя взгляд в сторону, разглядывая рассасывающеюся толпу, --Я ничего не делала, просто под ноги смотрела и не заметила. И вообще кто этот Франциск? — от этих слов между девушек воцарилась тишина, слышно было лишь живой гул со стороны спортивной площадки, где сейчас красовался тот самый Франциск Бенесуа.       Что же это за парень, раз за его игрой в баскетбол наблюдали так много людей, но в основном на трибунах сидела большая часть болельщиков женского пола, хотя нельзя говорить за всех, ведь в университете было предостаточно красивых юношей, но Франциск однозначно было популярнее остальных. С чем это связано до конца не ясно то ли большинству нравятся его золотистые кудри, в которых отражается солнце, и голубые, словно фианиты, глаза, то ли его игра за органом завораживала и придавала таинственности его образу, то ли вид «плохого мальчика» или «хулигана» заставлял сердца девушек трепещать, когда он встревал в споры с кем-либо из-за его вспыльчивого характера.       Тишину решила оборвать Маргарет своим тяжелым вздохом. Она осторожна положила ладонь на плечо подруги слегка сжала, тем самым заставляя взглянуть на себя. — Николь, тот самый Франциск. Франциск Бенесуа, который ещё на первом курсе постоянно ссорился с учителем Фицжельнием и это тебя так раздражало, — спокойно сказала девушка, а на лице Николь будто бы проступило просветление. Она выгнула брови в изумлении и стала смотреть то на стадион, то на подругу и так несколько раз, не веря только что сказанным словам. Ещё пару раз похлопала ресницами и шлёпнула ладошками себе по щекам, чтобы как-то прийти в чувство. Она лишь смогла выдохнуть и поправить ремешок от чехла на своём плече. — Пошли, не хочу здесь больше стоять…-- пробормотала Де Коллет и тут же вышла из-за угла, направляясь в нужное крыло. Блондинка тяжело вздохнула и направилась вслед за девушкой. Пары, к счастью, прошли без происшествий, но остались дополнительные занятия, которые вроде как необязательные, но если ты не будешь их посещать, то плакал твой автомат. Девушки, как самые прилежные ученицы, посещали все занятия. Николь прижимала к себе стопку записей с прошлых лекций и рассказывала Маргарет очередной каламбур, который она недавно вычитала в очередном посте из твиттера. И под общий смех темноволосая осмотрела аудиторию. Она вместе с Маргарет сразу заметила новое лицо на их занятиях. Это был он. Но что он тут забыл? Девушки тут же изменились в лице, явно недовольные новой персоной. Де Коллет попыталась абстрагироваться от Франциска и специально села впереди него, чтобы уж точно не встретиться с ним взглядом. Уж лучше тот прожжёт ей затылок, чем она посмотрит в его бесстыжие глаза! В аудиторию зашёл лектор и поздоровался со всеми, в ответ он получил разнообразие непонятных звуков, которые не возможно было соединить в различимые слова. Мужчина лишь кивнул и усмехнулся сам себе. Это был смугловатый человек с темными волосами, в которых уже мелькали переливающиеся на свету серебряные пряди, гладко выбритый и ухоженный. Его рубашки были без единого залома, а брюки были с такими острыми стрелками, что казалось ими можно вспороть рядом сидящему ногу. Прокашлявшись пару раз он осмотрел свои записи, затем взглянул на всех собравшихся, а особенно он заострил внимание на новопришедшем. После томной паузы он вновь опустил глаза и начал говорить: — Скоро, как вы знаете, у нас отчётный концерт перед администрацией города и министерства культуры. Поэтому, чтобы вы с большей вероятностью не упали в грязь лицом... — вздохнул мужчина и оторвался от записей, вглядываясь куда-то чуть выше макушки Николь, — я распределил вас на пары. Так сказать, дуэты,— и из зала раздался недовольный гул больше похожий на мычание огромного стада. Николь усмехнулась, взглянув на Маргарет, пока лектор стал перечислять пары по фамилиям. Блондинка недовольно взглянула на подругу и тихо шепнула ей: — Что ты так смотришь? Думаешь он поставит нас в одну пару?— пробубнила та, на что получила лишь тихое короткое хихиканье,— Да. Не забывай кто его любимые ученицы, он должен помнить, что мы с тобой попугаи неразлучники, тем более мы его коньяком каждые праздники одаривали, так что...— не успела проговорить как тут же очередь дошла до её фамилии как гром среди ясного неба. — Де Коллет и Бенесуа— Николь оцепенела от шока и молча осмотрела преподавателя. Её милое до этого лицо превратилось в ужасную гримасу. Она натянула улыбку, за которой скрежетали её зубы, и медленно повернулась к причине всех её несчастий за последний день. Франциск сидел четко за ней и, обратив внимание на девушку, слегка оторопел такому появлению. У блондинки образовался нервный ком в горле, с трудом сглотнув его, она положила пальцы на виски подруги и осторожно развернула её лицо от объекта агрессии, тихо прошептав ей на ухо: — Николь, это было стрёмно. Ты напугала даже меня,— но Де Коллет не смогла сдержать своих внутренних демонов, закричав. — Да пошёл он!— и тут в комнате воцарилась тишина, и лишь хриплый кашель лектора вибрировал в помещении. — Де Коллет, это было громко и достаточно смело. Вам не нравится ваша пара для концерта? Вам не нравится сочетание лютни и флейте-траверсо?— усмехнулся темноволосый, осторожно подбив стопку бумаги перед ним. Девушка тут же покрылась багровыми пятнами, поняв какой тяжкий грех она только что совершила. Она закусила свою нижнюю губу и опустила взгляд в пол, неразборчиво шепча: — Учитель, простите. Это не так...— её взгляд был полон сожаления, за все года обучения она ни разу не ругалась и не показывала свой характер при старших. Её репутация "ангела" рушилась прямо сейчас. Но мужчина лишь кивнул, продолжая озвучивать список, иногда поглядывая на француженку. После занятий Николь выходила, взяв подругу под руку, прислонившись к её плечу, что позволяла разница их ростов. И только сделав глубокий вдох, зеленоглазая хотела что-то проговорить о прекрасной вечерней погоде. Погода действительно располагала к себе. Теплый свет от уличных фонарей освещал неширокие тропинки выложенные дорожной плиткой с незамысловатым узором. Рядом же располагались небольшие деревянные скамейки недавно покрашенные маслом для дерева, из-за чего дерево приобрело глубокий темно-винный цвет. Почти у входа в общежитие темноволосая не выдержала и чуть ли не на весь кампус закричала: — не могу поверить, что я буду заниматься с этим придурком!— вскрикнула девушка остановившись. Её подруга с понимаем взглянула на неё и положила свою белую ладонь, которую не коснулось жаркое итальянское солнце, на голову и потянула за собой к входу в здание: — Не распыляйся на всю округу. Все и так поняли как ты его недолюбливаешь,— Николь немного сжала плечи и дальше до комнаты они шли в тишине. Никто из них весь оставшийся вечер не желал вспоминать ни о концерте, ни о Франциске. Разговоры были только о долгой влюбленности Маргарет в молодого преподавателя по фортепиано. Она всю ночь, прижавши к себе мягкую игрушку в виде рыжего кота, рассказывала о всей прелести педагога и о его очаровании. Николь с улыбкой слушала вторую, её голос был настолько нежен, что заставлял спустя пару минут окунуться в царство Морфея. Следующий день был пыткой для Де Коллет, ведь сегодня её совместная репетиция с ненавистным ею парнем. За плечом лютня, а на лице усталость от прошедших пар. Она шла с пренеприятнейшим настроем да ещё в такое место. Девушка шла медленно и даже не задумывалась об этом. Её организм пытался максимально отсрочить эту встречу, постоянно отвлекаясь но окружающее. Темноволосая пинала попадавшие ей под ноги камушки, собирала мусор валявшийся рядом с ней, выкидывая в урну, здоровалась с теми кого видела от силы два раза, чтобы как можно дольше не видеть его лицо. Но все хорошее когда-то кончается, и сейчас она встретилась лицом к лицу с тем кто ей не нравился. Парень стоял возле бокового входа облокотившись на здание, скрестив руки, ритмично постукивая пальцами по предплечью в ожидании неё. Когда девушка подошла к нему достаточно близко, то он выпрямился перед ней и упёр руки на свои бедра, презрительно осудив её: — Опаздываешь, — Задерживаюсь,— недовольно фыркнула девушка, что даже прядь с её лба подскочила вверх, яро показывая отпор этому Бенесуа. Она не стала ждать чего либо и специально толкнув однокурсника плечом зашла в здание, подходя к их репетиционному кабинету. Эта враждебность к Франциску началась ещё на первом курсе, когда из-за его постоянных выходок срывались пары или вся группа получала нагоняй только из-за него. Николь считала его напыщенным болваном, который родился с золотой ложкой, его родители являются не последними людьми в мире музыки. Отец — популярный современный композитор, а мать — директор одного из крупнейших театров. По её мнению Франциск не был достоин того, что имеет он сейчас и чего вообще добился. Может быть это играла в ней зависть, потому что ей все доставалось с тяжелым трудом и упорством. Её сначала не хотели брать в музыкальной школе, у неё ничего не получилось, ей приходилось сталкиваться с проблемами и издевательствами раз за разом, но всё же достигла своего. И её крайне раздражало везение этого золотистого ретривера. Подойдя к нужному кабинету, она встала напротив двери в ожидании парня, потому что у него были злополучные ключи от неё. Де Коллет взглянула на подходящего и оглядела его с головы до ног, вновь убедившись, что он никак не изменился за эту ночь. Хотя вчера утром она даже не узнала его, оценив как симпатичного молодого человека с безумно лучезарной улыбкой, а теперь это ненавистный парень в спортивных шортах и широкой серой футболке. Услышав долгожданный звон металла, девушка встрепенулась, и, когда дверь распахнулась, быстро зашла во внутрь. Это был обычный малый кабинет, который больше напоминал школьный. Небольшое помещение, множество стульев и каких-то шкафов, учительский стол и большие окна, а ещё тухлые яблоки..? Девушка немного нахмурилась, почувствовав неприятный приторно-горький запах тухлого фрукта, она тут же вся сморщилась, как вещь после неудачной стирки и посмотрела на блондина: — Чувствуешь? — пробормотала девушка положив лютню в чехле на ближайший стол, побежав быстрее открывать окна для проветривания, — Чую, — проговорил парень, положив ключи и рюкзак на стол, раскрыв сумку, быстро достал свою потрепанную флейту, на которой явно играли долго и упорно, —достань, пожалуйста, из шкафа пюпитр, а то я не брал свой,— последнее юноша проговорил немного стеснительно, явно волнуясь о своей ошибке. По нему было видно, что он не хотел доставлять неудобства своей партнерше, но той было некомфортно даже дышать с ним одним воздухом. Девушка лишь закатила глаза, но направилась за пюпитром. Чем ближе она подходила к шкафу, тем ярче и противнее становился запах, словно где-то рядом лежал целый мешок с тухлыми яблоками, что не могло не напрячь лютниску. Николь все же бесцеремонно открыла дверцу шкафа, а затем проследовал оглушающий визг, от которого бедняга Бенесуа подпрыгнул и подошёл тут же к ней. Девушка закрыла рот руками, не веря своим глазам, а эта картина повергла Франциска в шок. С трудом взглотнув, мужчина осмотрелся и начал набирать номер на телефоне, спустя пару гудков ему ответили и он быстро протараторит в трубку: — Музыкальная академия Джованни Мартинелли, корпус 3 , кабинет 114, обнаружен труп…