1.2

***

      — Если вы будете оказывать сопротивление, мы откроем огонь! — послышалось из мегафона, как только Белова вышла из машины.       — Елизавета Сергеевна! Вы в порядке? — спросил майор, что оказался около девушки.       — Да, более чем, — голова болела ещё сильнее, но дело должно быть завершено.       Двери страховой компании распахнулись и впустили сотрудников полиции. Двое охраняли Белову, как представительное лицо, имеющее неопровержимые доказательства виновности Симонова и Спиридонова.       — Спиридонов Евгений Семёнович и Симонов Пëтр Николаевич, покиньте свои рабочие места и проедьте с нами в отделение, — говорил капитан полиции, — Мы будем гарантировать вам неприкосновенность!       Сотрудники, работавшие в этой конторе, до ужаса испугались пришедших полицейских. До этого ни у кого из служащих не было проблем с законом. Но из-за стоек с неохотой вышли двое, в которых Лиза точно узнала коллег Умецкого. Они были внешне такие же, как он — мерзкие и неприятные. Девушка даже не удивилась такому сходству, а лишь усмехнулась, схватившись за голову и чудом устояв на ногах.       — Мы не виновны! — крикнул Симонов, — Нас подставил Дмитрий Константинович!       — Он уже в тюрьме, — сиплый голос Беловой звучал угрожающе, поэтому Спиридонов чуть ли не моментально кинулся на колени перед полицейскими и сам на себя надел наручники.       Симонов пытался сопротивляться, говоря, что он не знал ни о чем, и стало известно только недавно, что человек в другой машине погиб. К его сожалению, его это не спасло — он с истерическими криками уселся в автозак к дрожащему от ужаса Евгению.       — Ты мог получше спрятать документы? — шипел тот на пугливого.       — Мне их надо было съесть?! — обиделся Евгений.       — Как минимум! Урод! — бросил Симонов и замолчал.       В небе тем временем показались своеобразные пробоины, где вовсю сияло солнце. Елизавета с надеждой вскинула глаза. Точно так же, как и Марта на балконе квартиры Лизы. «Всё будет так, как должно…» — думали обе и были уверены в своей стойкости. Тут же Марту окликнул Слава, а Лизу — майор Семчев, который сегодняшним днём назначен ответственным за неё в период поимки преступников.       — Кто следующий? — спросил майор.       — Товарищ майор, далее у нас Кривда Юрий Михайлович. Пост совсем рядом, можем даже пешком дойти! — сказал один из сержантов.       — Можем, но есть ли смысл? — спросил он, усаживая Лизавету в машину.       — Никак нет, — задумался сержант.       — И я о чем. Держим курс на ближайший пост ДПС! — сказал Семчев, отправляясь к нему же.

***

      Пустой на вид пост ДПС на деле кипел и бурлил изнутри — возня с бумагами, экстренное сжигание важных документов, где говорилось, что за рулём второго автомобиля сидел сам Кривда, что у него была машина в угоне, что номера были поддельные, что он обвинил Могилевского Алексея Юрьевича в данном злодеянии… Много воды утекло и бумаг сгорело перед тем, как в здание залетели оперативники во главе с Беловой.       — Зачем вы эту больную привели, коллеги? — нервно смеялся Кривда, — Она нам явно не нужна. Почему она не в жёлтом доме?       — Потому что сейчас там окажешься ты, жирный боров! — прошипела Лиза и тут же чуть не получила пулю в плечо. Она прошла мимо, зацепив только кожу и немного кости́. Чёрное пальто мгновенно закровилось на том месте, отчего девушка зашипела, — Огонь!       Из всех пистолетов шла стрельба. Ни в чем неповинные полицейские, по виду новобранцы, упали ниц и слёзно просили оставить их в живых:       — Ради всего святого, помилуйте! У меня жена, дети! — стонал один, но Елизавета почти в тупую игнорировала его жалобы, глазами ища несгоревшие бумаги, пока Семчев с сержантами пытался прострелить ноги Кривде.       Тут же, на столе, где сидел Юрий, Белова нашла бумаги с именем Могилевского и Бутусова. В них было что-то наподобие «Они были там-то там-то в такое-то время, следовательно, они виновны по такой-то статье». То, что было нужно как факт клеветы. Так же она нашла документ о состоянии машины, где приписывалась не одна неисправность, подержанные чужие номера и угон.       — Оригиналы удалили, а копии оставили, — ухмыльнулась Лиза и сгребла бумаги в кучу, унося их в руки дежурному сержанту.       — Положи на место! — крикнул один из постовых и выстрелил в девушку.       Белову закрыл собой один из сержантов опергруппы. Он моментально упал замертво, отчего глаза Лизы округлились, а голова разболелась ещё сильнее, и она с силой выдержала этот удар. Ноги подкосились, но она выстояла. Руки сжали документы как можно сильнее, ведь она не успела их передать. Лиза просто выбежала на улицу и заметила чью-то знакомую фигуру, расхаживающую по улице. Это был Игорь:       — Гогич, солнышко, — она подбежала к басисту, и он тут же схватил её за плечи, чтобы она не рухнула, — Возьми это и беги к моему информатору… — она задыхалась, — Информатор на Советской, 34, вывеска будет «Антей», скажи, что ты от Беловой, они всё возьмут и сделают.       — А ты? — испуганно говорил Копылов, замечая, как Белова бледнеет с каждой секундой.       — А я дальше, по делам, — она криво улыбнулась, — Тебе повезло, что ты уже без подозрений. Сейчас поторопись, нам нужно составить приказы на задержание.       — Хорошо… Удачи тебе, — он невесомо коснулся губами её щеки и мигом помчал по адресу, который назвала Лиза.       Гога спотыкался, заплетался в собственных ногах, но бежал. Глаза перестали различать стену от столба, и парень периодически впечатывался руками в стены, но продолжал бежать. Взгляд бегал от таблички к табличке — он искал Советскую, 34. В один момент ему показалось что-то похожее на вывеску «Антей», потому Игорь мгновенно направился туда, в пару прыжков достигая двери. Он не ошибся, но думать об этом было некогда.       — Здравствуйте! — наконец проговорил Гога, отдышавшись, — Я от Беловой… Документы… — он глубоко и тяжело вздыхал.       — Отлично, спасибо! — к нему подскочила девушка двадцати пяти лет на вид, — Вам воды? Вы сильно устали.       — Да, если можно, пожалуйста, — он глазами нашёл диванчик и сел на него.       — Как Лиза? Вы её видели, раз уж вы от неё, — спросила она же, обращаясь к Гоге и подавая стакан воды.       — Бывало и лучше, — он вздохнул и залпом выпил стакан.       — Машина стоит и ждет вас, едьте обратно на её квартиру. Там вы в безопасности. Некоторые полицейские отряды всё ещё ищут вас, — в ответ на это Копылов устало кивнул и вышел на улицу прямиком к чёрной машине.

***

      — Остался Станько… — задумался Семчев, — Он же нотариус. Точно уже прознал, что мы его ищем!       — Было бы сложнее ловить его первым. У него несколько офисов, — сказала Белова, растирая виски пальцами, — Я знаю, где они, но теперь он должен понимать, что прятаться ему негде. Он уже в курсе, что я с вами. А я серьёзный оппонент в этом плане.       — Елизавета Сергеевна, вы точно в порядке? — участливо спросил один из сержантов.       — Да, я в порядке, точно. Я дотяну до конца этой пьесы, не переживайте, — она криво улыбнулась, потому что сильно закололо в плече. Левую руку из-за этого тянуло почти всю разом, потому хотелось просто лечь и лежать. Но было нельзя. Она должна закончить с делом. Она должна помочь тем, кем дорожит. Тем, кому сочувствует. Тем, кому досталось от жизни. Именно такой ей казалась Марта.       Дома Зотова почти всё время обнималась со Славой. Рядом сидел Коля и Лёша. Они ждали Игоря с хорошими новостями. Такая тишина от коллеги им явно не нравилось. Они было готовы уже к чему угодно, лишь бы узнать. Бутусов уверял всех, что всё будет более чем хорошо, что Лиза — профессионал и не даст Гогу в обиду. Могилевский нервничал и даже не хотел слушать друга. Лиза успела попасть в больницу. Успела выйти из неё и снова отправиться почти на верную смерть.       — Знаешь, сколько стоит её голова в преступном мире? — злобно вопрошал клавишник.       — Знаю, и что с того? — старался быть спокойным певец.       — Ты не думаешь, что они возьмутся за Игоря, выставят его жизнь взамен на голову Лизы. Это равносильно тому, чтобы ты подписал контракт с дьяволом! — почти истерил Алексей.       Тут дверь распахнулась, и на пороге появился Копылов — живой, но очень уставший. Волосы на его голове спутались, руки еле держали тело о дверной проём, а сам он тяжело дышал до сих пор. Позади Алексея показался Николай, который моментом подхватил Игоря под руки и помог ему зайти.       — Как Лиза? — спросил вышедший Вячеслав, придерживая около себя перепуганную Марту.       — Помятая вся. Нельзя было ей браться за это, — отчётливо проговорил Гога, медленно идя в гостиную и падая лицом на диван.       — А на каком они сейчас этапе? — спросила Марта, осторожно касаясь головы Копылова.       — Остался Станько. Самый сложный вроде как, — басист повернулся ко всем лицом.       — Будем надеяться, что всё будет хорошо.       — Нам помогает какая-то контора «Антей», — задумался Игорь.       — А если это контора Лизы? — прервал его Могилевский, — Это что-то типа нотариата, они занимаются переоформлением любых документов, начиная от паспортов и заканчивая решениями суда. Вполне возможно, что они собирают документы от коллег Димы, которые используют против всей этой шестёрки.       — Всё возможно, но мы должны сначала дождаться конца этой канители с поимкой, — вздохнул Бутусов.       — Кстати о поимке, — Гога почти вскочил, — Я нёс документы из рук Лизы в эту контору. Там было твоё и Лёшино имя. Вы числились водителями угнанной машины. Но внизу было написано имя Кривды Юрия Михайловича. Документ с вашими именами поддельный, даже невооружённым глазом было видно. А документ с Юрой — оригинал. А ещё там были чеки Умецкого. Он оплатил угон и смену номеров машине, на которой сбили Артёма.       — А Дима подготовился… — задумался Алексей, — Но почему они не уничтожили документы?!       — Потому что были уверены, что нас всех обвинят и разом посадят. А начальство требовало документации как истинной, так и ложной, в случае суда над нами.       — Логично, — проговорил Слава. Он отошёл от Марты, потому что услышал телефонный звонок от Лизы, из-за чего сразу вывел её на громкую связь, — Да?       — Ребята, немедленно, на Чехова, 8!       — Разве Станько не на Рубинштейна, 12? — удивился Гога.       — Меньше слов! Больше дела. Сказала Чехова, 8, значит Чехова, 8, — Лиза оскалилась и бросила трубку.       — Неужели тут что-то поменялось? — поинтересовалась Марта.       — Станько — нотариус с несколькими офисами в городе. На Рубинштейна, 12 — головной. Видимо, Чехова, 8 — один из нескольких, — рассуждал Коля, — Если Лиза сказала нам ехать туда, значит, она опять придумала что-то невероятное, что явно поможет нам и помешает Умецкому. Правда, у этого Станько — огромное количество прочих связей…       — Не будем о грустном, Коль, — улыбнулся Слава и, помогая одеться Зотовой, вышел впереди всех из квартиры.

***

      — Его здесь нет! — говорил Семчев Беловой, уверяя, что нужно ехать в другой офис.       — Я чувствую, что он здесь, — рука ныла сильнее, голова раскалывалась, а щеки и мешки под глазами покрывались едва заметными синими пятнами.       — Да нет его тут! — возмутился Семчев.       — Не ори ты, блять! — крикнула на него Лиза и схватилась за голову.       Майор замолчал. Моментально он понял, что если Белова говорит, что тут кто-то есть, значит, тут кто-то действительно есть. Её методы убеждения очень специфичны, но работают на все 100%. Второй майор, что был с ней, Фетисов, уже однажды опробовал её методы на себе, когда подозревался в краже большой суммы из банка. Он, конечно, раньше удивлялся, почему подозрения пали на него, но теперь, когда они повязали Петрова, понял. Тем не менее, Фетисов благодарен Беловой — выдержка у него стала намного лучше прежнего.       Лиза вышла из машины полиции и увидела, как подъезжает чёрный автомобиль, который увëз Бутусова и остальных к девушке домой. Оттуда сразу же выскочил Коля, кидаясь к Лизе на руки и касаясь её щёк, пытаясь выпытать, всё ли с ней хорошо. Белова отвечала односложно, как раньше: «Да», " Нет», «Не знаю», " Всё хорошо». Петров перепугался, и это заметили остальные, моментом окружив Лизу.       — Пустите, — она вырвалась из их круга и увидела, как с крыши трёхэтажного дома летит труп человека.       — Вы правда думаете, что сможете меня поймать? — громко вопрошал Станько с большой снайперской винтовкой в руках.       — Да! Я сделаю всё для этого! — до сих пор сиплый голос Лизы резко прорезался, и она звучала почти смешно — её высокий голос не вязался с образом Робина Гуда, который она себе создала.       — Ну, удачи, — он приложил глаз к прицелу на винтовке и направил её на Марту.       Лиза вмиг кинулась к девушке, которая стояла поодаль от всех, и повалила её на землю, прокатившись в сторону и полностью накрыв её собой. Пуля из винтовки пролетела мимо, зацепив уже второе плечо девушки, отчего она почти взвыла и упала, но мигом возмужала внешне и помогла барабанщице встать, прижимая её к себе.       — Ты её не убьёшь, пока я здесь! — крикнула она, — Ты сядешь, у нас есть компромат и свидетели!       — Да мне наплевать, у меня влияния намного больше твоего, — он опустил винтовку.       — Жаль, что у тебя «Баррет», а не «СВД», да? — усмехнулась она и передала девушку Славе. Сама она подошла к полицейским и взяла пару табельных, заложив их в кобуры сзади, — Спускайся, и мы тебя не тронем! Просто посадим на пару лет и всё.       — Не спущусь! — он кинул винтовку вниз прямо на труп человека и побежал по крыше в сторону.       — За ним! — крикнул Фетисов.       — Мы по земле его не догоним! — крикнула Лиза и остановила всех, — Надо вызвать вертолёт. Или ждать, пока он слезет. По моему мнению, он сейчас направится на Лиговский, 17 — тоже один из офисов. Правда, я не уверена, — на её глазах выступили слезы от боли в обоих плечах.       — Лиза, ты в порядке? — заботливо спросил Алексей, подходя к Беловой.       — Бывало и лучше, но жить можно, — она криво улыбнулась.

***

      — Она же может узнать, где мы, шеф, — говорил мужчина в костюме со Станько.       — Да мне всё равно, нам нужно уничтожить документы!       — Да как же мы это сделаем? Нам даже сжечь их нечем, да и негде!       — Жопу разорви, но придумай хоть что-то. Я тебе за что деньги плачу? — разозлился Дмитрий и чуть не ударил мужчину.       — Слушаюсь! — он взял бумаги из рук начальника и посеменил вон из кабинета. Он не знал, куда деть их, как их уничтожить, как их спрятать, как их убрать с глаз в принципе. Он судорожно набрал чей-то номер на телефоне, — Да? Бумаги у меня.

***

      — Кто звонил? — спросил Коля, придерживая Лизу двумя руками за талию.       — Сергеев. Мой человек у Станько. Боюсь, нам надо торопиться. Долго он теперь не протянет. Ребята, по коням! — сказала громко Марта и позвала за своей машиной с Семчевым и Фетисовым остальные автомобили.       Они ехали так быстро, как не ехали, наверно, никогда. Лиза понимала, что у них мало шансов спасти Сергеева, но попытать удачу стоило. Ехали все машины с сиреной, которую ближе у Лиговскому отключили, чтобы не спугнуть Станько. Он уже был в кабинете, уверенный в том, что на него нет никакого компромата. Но он был у пока ещё живого партизана Беловой. Как только её машина подъехала к заднему входу здания, он тут же передал все бумаги девушке:       — Там подтверждение угона, смены номеров, страховка на автомобиль и фальшивое завещание, которое написано от лица господина Зотова, — Сергеев постоянно оглядывался.       — Спасибо, ты очень ценный коллега… — она обняла его, и он тут же упал ей на плечо замертво, но девушка успела спрятать бумаги, чтобы они не испачкались в крови.       — Он уже не нужен, — она услышала мерзкий голос Дмитрия.       — Ты тоже уже не нужен, — прорычала она, спиной выходя обратно на улицу. Станько шёл за ней и почти приложил пистолет к её лбу, как они оказались снаружи и он тут же упал головой на ступени, выронив пистолет.       — Ах ты сука, Белова, — лязгнул зубами Дмитрий и, упираясь, сел в автозак и мгновенно помчал в отделение полиции.       — Наконец-то, — она тяжело выдохнула и вручила документы Фетисову, — Отвези в «Антей», они всё оформят.       — Как скажете, Елизавета Сергеевна, — майор тут же умчал на своей машине, а девушка в полуобморочном состоянии подошла к ребятам.       — Лиза? — обеспокоенно спросила Марта.       — Да, солнце? — она взглянула на неё уставшими добрыми серыми глазами, которые мгновенно закрылись, а тело полетело в руки девушки.       — Что с ней?! — вскричал Лёша.       — Плечи чуть не пробиты пулями, — спокойно говорил Слава, стягивая с неё пальто и обнажая плечи, — В багажнике лежит аптечка, неси её сюда.       Вячеслав взял из рук Алексея аптечку и заботливо принялся обрабатывать раны и заматывать их бинтами. Марта даже не ожидала такого поведения от мужчины. Еë голубые глаза засияли под бледным небом таким восторгом, что он невольно поднял взгляд и разулыбался, как идиот. Но он был рад. Рад, что все в итоге остались живы. Он слышал, как подъехала скорая, чтобы забрать Сергеева. От госпитализации Беловой отказались все разом, поскольку она только покинула стены больницы.       Глубокая ночь. Ребята едут домой. Слава держит полураздетую Лизу на руках, а Зотова придерживает её голову, отчего та просыпается и тупым взглядом смотрит на каждого. Ребята выдохнули все разом, когда узнали, что Лиза в сознании. Девушка не понимала, что не так. Её разум был в тумане. Глаза были в тумане. Всё тело ломило. Голова раскалывалась. Ноги подкашивались даже в подвешенном состоянии. Не в силах выдержать это, Елизавета уснула крепким сном и после уже не вспомнила, как оказалась на своей кровати в своём доме.