И больше никого

Он суров и умен. Он-то знает толк В женщинах, что Любят его одного, И больше никого. Они стелятся под ним, Кричат. Просят быть грубее. Они готовы за него отдать Полцарства, не жалея. [Им нужен он] ему так легче. Он ведь живёт, считая Их увечья. Если бы не эти числа, Петля на шее завязалась бы куда туже. И он совершил бы Есенинский трюк , Позабыв про метлу. Не влетев, а вспорхнув. Все оставил бы тут. Всех тех женщин, С чьих уст ночами Срывается его имя. Они в бреду шепчут лишь эти желанные буквы. Им хорошо, ему же лучше. Ему так проще, [ему так хуже.]