1 часть

— Извините, Вы не подскажете, где я могу найти Грома Игоря Константиновича? — Прямо и налево, — отозвался угрюмый голос какого-то полицейского. — Спасибо, — ответила девушка не особо дружелюбному собеседнику. Она прошла по коридору, который был слабо освещен, но, на удивление, оживлен. Где-то разговаривали на повышенных тонах, а где-то становилось так тихо, что можно было услышать тиканье часов. «Прямо и налево. Отлично, я почти на месте», — подумала девушка, внимательно читая таблички на кабинетах.   — Войдите, — раздался низкий голос после короткого стука в дубовую дверь. — Игорь Константинович? — Собственной персоной. А Вы, простите, кто? — Да, точно, прошу прощения. Меня зовут Зуева Елизавета Степановна. Может, мое имя Вам знакомо. Гром удивленно посмотрел на девушку и нахмурил брови. В кабинете лучшего полицейского Петербурга нависла напряженная тишина. Игорь думал о своем, а девушка нервно покусывала губу.   — Что Вы хотите от меня, Елизавета Степановна? — небрежно бросил Гром. — Выйти за Вас замуж. *** После визита к Грому, Лиза нервничала все чаще и плохо спала. Учебу пропускать она не могла, ведь девушка с детства знала, что злить отца нельзя. Что ей оставалось делать? Притворяться. Мило и фальшиво улыбаться друзьям отца и ходить на эти идиотские светские мероприятия. Елизавета все чаще прокручивала тот момент в кабинете майора полиции. Она, как идиотка, вломилась к нему и предложила сделку. Лиза никогда не отличалась смелостью. Она предпочитала оставаться в тени. Так было проще. А что сейчас? По прихоти отца ей пришлось переступить через себя и свои принципы. Сердце щемило от досады и унижения, а Степан Аркадьевич добился своего и хвалил дочь за смелость каждую их встречу. Лиза с отчаянным вздохом кинула подушку в стену и опустилась на холодный пол. Привычка сидеть на полу и размышлять осталась еще со старших классов, когда она полночи читала или прокручивала в памяти прошедший день снова и снова. Она вернулась из забытья, когда услышала телефонный звонок. — Да? — Елизавета Степановна? Вас беспокоит майор Гром. — Я Вас внимательно слушаю, — стук сердца мешал трезво мыслить. Голос Грома приятно ласкал ее слух. Что может быть приятнее этого низкого баритона? — Не могли бы Вы сказать свой адрес? Я полагаю, нам нужно вернуться к теме нашего последнего разговора. — Невский проспект, 88. — Буду через полчаса. И все. Он даже не спросил, дома ли она. Какая наглость. Хотя она сама недалеко ушла. На удивление, Лиза не нервничала. Интуитивно она ждала этой встречи, но не у себя дома, а где-нибудь в парке или ближайшем кафе. Видимо, майор решил перейти сразу к делу без лишних церемоний. — Проходите. Чай, кофе? — начала хозяйка квартиры. — Предпочту информативный разговор, спасибо, — ответил Гром, проходя в глубь квартиры. Девушка закатила глаза и прошла за ним. — Я Вас слушаю, Игорь Константинович. — Нет, это я Вас слушаю Елизавета Степановна, — сказал Гром и посмотрел в глаза девушке, которая была возмущена такой наглостью гостя. — Что вы хотите услышать? — Почему именно я? Хотя я догадываюсь, — ухмыльнулся мужчина. — Что, простите? Вы приходите ко мне посреди ночи и еще что-то пытаетесь мне предъявить? Где ваши манеры? — Ваш отец давно точит на меня зуб. Зуев не успокоится, пока не узнает все мои слабые стороны. А как же этого добиться? Конечно, путем брака с его любимой дочерью, которая будет докладывать каждую мелочь обо мне. Я прав? Раскусил ваш план, Елизавета Степановна? — спокойно, но уверенно проговорил Гром. Лиза отшатнулась от его проницательности. Она была удивлена его логическому мышлению и в глубине души признавала его победу и поражение своего отца, но сердце пыталось затмить здравый смысл. — Нет, вы не правы. Брак — это не прихоть моего отца. — А чья же? — Моя. Наглая ложь. Неужели Лиза решила, что умный и проницательный майор поверит в ее отговорки и выгораживания отца. Не могла же она влюбиться в него с первого взгляда? Конечно, если она не верит в детские сказки или сверхумные теории психологов о том, что человеку нужно всего пару секунд, чтобы влюбиться. Как глупо! — Я смотрю, с чувством юмора у вас все в порядке; а теперь не тяните кота за хвост и скажите мне всю правду. У меня мало времени, — спустя пару минут добавил Гром, бросив мимолетный взгляд на настенные часы. А что говорить, если этот мужчина в кожаной куртке уже все разгадал. Чертов Шерлок Холмс. Девушка заламывала руки и покусывала губу, дыхание сбивалось, голова кружилась. Она заметно нервничала и проклинала отца за то, что он втянул ее в эту игру. — Игорь Константинович… Простите, но я не знаю, что Вы от меня хотите. Я полагаю, Вы и сами во всем разобрались, так давайте забудем об этом и мирно разойдемся, — очень неловко и еле слышно сказала девушка. Гром смотрел на нее долго и внимательно. Изучал ее, как ученые изучают строение ранее неизвестных растение и животных. Он хотел разгадать ее, раскусить, попробовать на вкус, как конфету с начинкой. Игорь не понимал ее или не хотел понять. Зачем все это? Зачем отец хочет испортить жизнь своей единственной дочери? Гром никогда не считал себя семейным человеком. Не думал, что сможет кого-то полюбить и воспитывать детей. Куда ему? Ведь для него проще ночевать в полицейском участке и разгадывать тайны Петербурга. -Е лизавета Степановна, — после долгой паузы Гром заговорил. — Простите, конечно, но ваш отец здоров? — Вы сейчас серьезно?  — Абсолютно. Да, на его лице не было и тени улыбки. Он стоял неподвижно, как статуя, и смотрел прямо в серые глаза хозяйки квартиры. — Да, он здоров. Еще вопросы? — Тогда я не понимаю одного… — опять пауза. -Какого черта он рискует своей дочерью? — Игорь Константинович, я прошу Вас, давайте мы не будем копаться в медицинской книжке моего отца и чертогах его разума. Он здоров, мной не рискует, а просто предлагает сделку, на которую Вы, как я вижу, не согласны. — Пять баллов за сообразительность, — снова усмешка.   *** После этой фразы разговор не завязался, и Гром вынужден был покинуть квартиру Зуевой. Он был раздражен, она — озадачена. Он хотел метать молнии, а она — размышлять. Что-то странное зацепило Грома, что-то неправильное и противоестественное. Еще пару дней Игорь ходил угрюмый, задумчивый и раздраженный. Коллеги не подходили к нему, а он и был рад. Лиза все чаще сидела на холодном полу и думала. О нем, о разговоре, об отце. Ей так хотелось еще раз услышать этот низкий голос майора полиции, но понимала, что тот вечерний разговор в ее квартире был последним. Их пути разошлись, как расходятся иногда мосты в Петербурге. «Делай то, что ты действительно хочешь делать. Не играй в их игры. Когда они хотят, чтобы ты мчался направо, дуй на самой высокой скорости налево! Не делай то, чего хотят другие. Ищи свой собственный путь.» Так однажды сказал Джонни Депп. Удивительно, правда? Лиза была не из тех, кто сдается. Ей просто не хватает немного уверенности идти до конца или делать безумные вещи. Сегодня был ее дебют. Она выскочила из квартиры и под проливной дождь бежала к полицейскому участку, не обратив внимание на то, что она в одной пижаме. Волосы липли к лицу, ноги намокли, но ей было все равно. Когда она зашла в здание, сразу направилась к кабинету Грома. Кто-то ей кричал в след, а кто-то удивленно смотрел на нее. Один из задержанных принял девушку за сумасшедшую. — Я занят, зайдите позже, —раздался знакомый голос — Нет! Игорь поднял глаза на посетителя и присвистнул. — Что ты тут делаешь? — он удивился его резкому обращению к ней на «ты», но еще больше удивился ее внешнему виду и присутствию в его кабинете. — Я пришла к Вам…тебе. Он тяжело вздохнул и, сняв с себя свою любимую куртку, накинул на озябшую девушку. Они долго смотрели друг на друга. Будто время замерло специально для них.  Что-то в них изменилось, они это чувствовали. Какое-то новое чувство зарождалось в их сердцах, но оно было слишком крохотным, чтобы Гром или Лиза переступили через себя и сделали первый шаг. Девушка продолжала стоять в кабинете майора, пытаясь согреться, а Игорь смотрел в окно; в голове у него была только одна мысль: «Типичная погода для Петербурга»