........

Однажды дженовику поручили на конкурсе написать про любовь. Сидит он за компьютером и размышляет: «Можно написать про любовь мужчины и женщины. Но вся мировая литература — это гет, кому нужны еще и фики на эту тему? Можно написать про любовь мужчины и мужчины. Но слэш пишут все, кому не лень, куда мне лезть-то? Можно написать про любовь женщины и женщины. Но фемслэш — это на любителя, никто читать не будет. Напишу-ка лучше про любовь к своему делу!» И дженовик радостно начал писать джен. Ассиди «Однажды в фэндоме» Ольга позвонила во вторник. На самом деле когда они с Ксенией обменивались номерами телефонов, Ксения полагала, что это обычная дань вежливости, после которой все контакты обрываются до того дня икс, когда в панических попытках пристроить свое собственное или чье-то дитя в универ люди готовы приносить кровавые жертвы и просто перебирать контакты в телефонной книжке, прозванивая один за другим в поисках хоть кого-то, кто хоть как-то связан с университетом. Даже точно зная, что никакое знакомство уже никак не поможет, многие, особенно родители безмозглых выпускников, готовы положить чертову прорву часов на личные переговоры просто потому что непотизм, в отличие от коррупции – это безусловный социальный рефлекс. Однако у Ольги, насколько Ксении было известно, ребенок был вполне дошкольного возраста, так что звонок от не был для Ксении полной неожиданностью. – Какая-то хрень шлет мне смски! – слегка истеричным тоном поведала она после приветствий. – С пентаграммами и сефиротами! – В смысле? Рекламный бот? – Да нет… Я не знаю… Там, понимаешь, такое… Я думаю, это по вашей части! – и Ольга пустилась в долгий пересказ обстоятельств получения подозрительных смс сообщений. Есть люди, которым для душевного равновесия достаточно просто болтать, не столь важно с кем, и в общем не важны даже практические выводы, которые можно сделать из разговоров, само по себе транслирование внутреннего монолога, вроде как, спасает их от переполнения, поэтому кажется решением проблемы само по себе. Однако Ксении в жаркий день менее всего хотелось бы поработать аналогом виртуальной исповедальни, поэтому она решительно развернула разговор в практическое русло: – Ты знаешь, я сейчас занята, поэтому не могу долго говорить, но к вечеру освобожусь. Как насчет встречи у реки вечером? И они договорились о встрече. – Так что там за бот тебе пишет? – спросила вместо приветствия Ксения при личной встрече. – Может, кстати, и бот. – Ольга озадаченно уставилась на экран смартфона, кооторый несла в руке, не опуская в сумочку на ходу. – Я не знаю, что это такое, но у меня уже ум за разум заходит. Может, это по вашей части? Я, конечно, не специалист, но все эти вот сефироты и прочее… Смотрится подозрительно. С этими словами она сунула Ксении разблокированный смартфон. На набережную Ксения по вечерам выходила проветриться и намотать свои ежедневные десять тысяч шагов пешедралом, помедитировать на заходящее солнце, насладиться прохладой вечернего бриза и заодно, иногда, и поужинать. – Будешь? Могу заказать тебе еще одну. С рыбой – просто прелесть! – Фффууууу! – с выражением омерзения на лице отшатнулась Ольга. – Как ты можешь такое есть? Ну нафиг… У меня дома гречка с котлетой, еще тут травиться… Шаверма с ломтиком поджаренного на гриле лосося, листьями салата айсберг, творожным сыром, кольцами розового лука и майонезным соусом с разноцветной икрой тобико была совершенно не «фу!», но спорить о вкусах, как известно, дело почти безнадежное. Ксения присела на бортик клумбы, откусила как следует от своей рыбной шаурмы и погрузилась в изучение текста. Некоторое время спустя, полистав туда и обратно, она вернулась к началу, затем снова в конец серии сообщений и, прожевав откушенное с чувством, с толком и торжественным выражением в голосе прочла: «Невозможно представить, что ты потратишь всю жизнь на бессмысленные заботы о ком-то, не стоящем кончиков твоих ногтей. Судьба предназначила нас друг другу как два направления одной дороги, как право и лево, как альфу и омегу, как углы падения и отражения. Помни об этом всегда. Пусть сейчас мы не вместе – это нее правило, а исключение. Рано или поздно Вселенная вернется к своим константам, белое станет белым, а черное погрузится во тьму, и воцарится вечная гармония сфер. И мы будем счастливы вечно, ты и я, в неразрывном единстве. Только не теряй надежду. Положись на меня. Осталось совсем немного.» – Пиздец как крипово звучит! – передернулась Ольга. Ксения оглядела ее сверху до низу. Густые светлые волосы до лопаток, светлая кожа, тон которой только подчеркивала пара темных родинок на шее, голубые глаза, гордо развернутые плечи, пышная грудь и вообще крупное женское телосложение приятных округлых очертаний в сочетании с недорогими, но все равно приятными глазу летними вещами делали Ольгу заметной в любой немногочисленной группе, выигрышно отличая, например, от той же Ксении в летних шортах, бывших старых джинсах, пятнистой футболке, жертве экспериментов с окрашиванием тканей в тазу на кухне общаги по методу перевязанного жгута. Русые волосы, сами по себе вполне симпатичные при определенном освещении, были скручены еще днем, на пике жары, в узел и заколоты бамбуковыми палочками для еды, завершая гармонично-помойный или хиповский образ. – Ну а что, если за кем-то из нас наблюдать, то за тобой. Ольга демонстративно поежилась. – Как подумаю об этом – так дрожь пробирает. Влад тоже какие-то сефироты перебирал, и вот… Ксения пожала плечами, и не долго думая перезвонила этому затейнику с смсками, развлекавшему ее друзей уже по второму кругу, одной рукой отбиваясь от Ольги, пытавшейся вырвать у нее из руки телефон. – Ольга Давыдовна? – радостно откликнулся мужской голос, – Вы прочитали наконец? И как вам стиль? – Ща я вам ее передам, и она лично выскажет все, что по этому поводу думает, – ответила Ксения. Ольга нерешительно произнесла: «Алло…», и почти сразу вспыхнула праведным гневом, разразившись яростной отповедью, завершившейся приказанием «немедленно тащить свою задницу сюда!». – Это новый сотрудник из нашего сетевого проекта. Парень с филологического. Придурок, прости господи… Сейчас придет. Давай где-то сядем? Через десять минут на летней веранде кафе творческая свара разгорелась уже лицом к лицу. – Вы же сами мне говорили, что нужно придумать что-то совершенно новое! – Это не новое, это хренова маньячная ерунда!! Так орали друг на друга жертвы творческого вдохновения. – Так, так, брейк! – попыталась преравать их Ксения, – Давайте возьмем по коктейлю, пока нас отсюдова не высадили, и вы спокойно обсудите все свои рабочие недоразумения. И они взяли себе по коктейлю. Заходящее солнце наполнило воздух нежным сиянием и позолотило кроны деревьев, силуэты островов на реке и маковки церквей, совсем как на картинах Всеволода Иванова. Лед в почти что нетронутых бокалах Ольги и Данила тихо потрескивал. Дискуссия быстро уходила в глубокие дебри творческого процесса. Тонкий вкус розового джина отлично подчеркивал веселые тона имбиря и сладость фруктового сока. Глядя на оживленно дискутирующих филологов, в кои-то веки занятых по специальности, Ксения подумала, что может быть и жаль, может быть немного безумной маньячной романтики в этой истории бы не помешало? С другой стороны, в иных творческих союзах маньячной романтики больше, чем в целой супружеской жизни, так что кто знает, может это – удивлять друг друга, пугать до усрачки, радовать и обсуждать громадье планов, и создавать нечто новое, пусть это даже не концептуальное искусство. Это сама жизнь. P.S. «Фирменный» коктейль от Lasse Maja «Волшебный сад»: 50 мл Queen Rose Gin 100 мл имбирный лимонад "Черноголовка" ломтик манго, лед, стаканы. Приготовление: нарезать манго тонкими слайсами. Взять высокий стакан и смочить верхний край соком манго. Добавить лед примерно на треть объема, и сразу же джин. Только после этого следует открывать лимонад, и аккуратно лить в стаканы, не по стенке, но и не слишком толстой струей, чтоб не создавать лишней пены. На кромку стакана можно повесить ломтик манго. Пить в хорошей компании:) Получается чудесный золотисто-розовый "с искрой" веселый напиток с отличным вкусом ::) Манго для украшения летом можно заменить ягодой малины или листиком мяты, по вкусу.