Мозоль

— Рыжий, а можешь, это самое, — Гибрид шмыгнул носом, присаживаясь рядом с вожаком на корточки. — Глянуть, а? — Куда глянуть? — вздохнул Рыжий, приоткрывая глаза. В такую жару шевелиться не хотелось, поэтому вожак лежал на куче спальников под вентилятором и слушал музыку — какой-то старинный сборник американского рока, доставшийся ещё от прошлого выпуска и переписанный на десяток кассет. Магнитофон шипел и хрипел, но это только добавляло атмосферности. Можно было представить, что ты летишь по трассе среди прерии (или что у них там) за мечтой, а ветер бьёт в лицо... Гибрид шлёпнулся на пятую точку и начал стягивать с себя ботинок. — Ну это... Сюда. Вот, — перед Рыжим предстаёт ступня не первой и даже не второй категории свежести. На большом пальце красуется стёртая до крови мозоль. — Чё с этим делать-то? — в голосе уже зазвучали нотки Крысиного отчаянья и вселенской тоски. Очень хотелось ответить ехидно. Посоветовать посыпать солью или приложить горчичник, но кто ж знает, вдруг поверит и сделает? Потом вся стая будет неделю слушать его стенания. — Нажуй подорожника в напальчник, натяни на палец и ходи в тапках, пока не заживет... — Рыжий зевнул и прикрыл глаза. — А где взять подорожник? Я его не видел тут, только в Доме-на-море. Рыж?! — Гибрид, заметив, что вожак отвернулся и не реагирует, начал трясти его за ногу. — Он небось только на пустырях, а мне дотудова не дойти, ёшки-поварёшки! Образ хайвея среди прерий съежился и распался. Рыжий снова приоткрыл один глаз. — Ну пускай кто другой туда сгоняет. Близко же, — он дотянулся до бутылки с газировкой и сделал большой глоток. Поморщился. Лимонад порядком нагрелся, выдохся, и от него еще больше захотелось пить. — Или зеленкой намажь и ваты сверху. — А кто? Они все заняты, палатки собирают. А напальчник где взять? У тебя есть? Блииин, чё делать-то? А вдруг там нагноится? А Пауки палец отрежут... — заныл Гибрид. Рыжий перевернулся на другой бок в последней отчаянной попытке вернуть ту расслабленную, ленивую благость, что окутывала его пять минут назад. — У перчатки паучиной отрежь. Перчатка в Могильнике, — в вентилятор задуло какой-то фантик, и он начал противно дребезжать, цепляясь за лопасти. — Или иди сдаваться Паукам. Отрежут так отрежут, ещё девять останется. — Не, к Паукам стрёмно соваться. Может можно у Летунов заказать? Или нельзя? А у тебя точно их нет? — Гибрид придвинулся ближе и ныл в самое ухо. — Их вообще где продают? И кто их покупает? А подорожник? — Гибрид, блин! — Рыжий рывком сел. — Как будто это первая мозоль в жизни! Рюкзак мой кинь, сзади тебя. — Первая, прикинь, — голос Гибрида задрожал, будто Лог признался в чем-то очень постыдном. — Болит, сука, и берц испачкался. А еще меня Мочалка послала на хрен! Вожак долго копался в рюкзаке, пока не извлёк оттуда стерильный бинт в коричневой хрустящей бумаге и тёмный пузырек с жидкостью. Торжественно вручил это всё состайнику. — Поздравляю с дефлорацией твоей ноги, амиго! — вожак расплылся в какой-то людоедской улыбке и преувеличенно радушно хлопнул Гибрида по плечу, вложив в удар всю досаду. — А палец ты всё же замотай. — А чо с ними делать-то? — КрысоЛог понюхал и облизал пузырёк. — Ногу мазать, чего еще. Это зеленка, — Рыжий вдруг хитро улыбнулся. — Можешь Сола остатками раскрасить, когда заснёт. Гибрид хмыкнул, усмехаясь уже зелеными от зеленки губами. — А напальчник? — Презик надень. Всё равно вы с Мочалкой поссорились, — отмахнулся Рыжий. Это его мелкая месть за потерянные прерии. Гибрид, весь путь о чем-то серьёзно размышляя, доковылял до своего спальника. Через некоторое время из угла послышался страдальческий писк — зелёный палец дрыгался вместе со своим хозяином, Гибрид успел закапать зеленкой спальник Микроба и Падали, а писк и скулёж не затихали минут десять. КрысоЛоги ввалились в спальню тогда, когда Гибрид безуспешно пытался зафиксировать презерватив на забинтованном пальце. Логи дружно захохотали. — Глянь, чё делает... — завопил Микроб с абсолютным восторгом, пихнув Мартышку острым локтем под ребра так, что тот едва не подавился жвачкой. — Ты ничего не перепутал? — вопрошал Москит, захлебываясь лающим смехом: из-под шкуры Крыса лез не до конца перелинявший Пёс. — Да он не знает, куда его натягивать надо! — заржал Мартышка, подскакивая ближе. — Просто размерчик велик оказался, — гаденько пискнул затесавшийся в толпу Логов Крошка. — Только с этого пальца и не сваливается. — А может, у него другого и нету! — подал голос Хохотун, забегая сбоку, чтобы лучше рассмотреть предмет обсуждений. Гибрид начал истерику через секунду. Щелчком раскрыв складной нож, принялся кромсать им линолеум и визжать: — У меня мозоль, гады! Я ходить не могу, а они...!! Мне напальчник нужен!! Мартышка захохотал ещё громче, повалившись на спальник. — Презик на палец, напальчник на пипку! Зашибись! — Это с кем ты так... мозоль... ой! — Москит пытался сказать что-то внятное, но всякий раз давился смехом. — Мо...золь... А палец тут при чём? Гибрид с надеждой оглянулся на вожака. — Рыжий, скажи им! — У него две мозоли. Одна на пальце, – лениво ответствовал Рыжий, наблюдая, как цветной бабочкой бьется в клетке вентилятора фантик. – А насчет другой завидуйте молча. Кто-то из Логов присвистнул. Смеха поубавилось, лишь Мартышка не унимался. — Москит, купи ему напальчник на пипку, а мы глянем, как он его... Я ради такого даже вложусь! Он передал Логу-Летуну купюру. — Бери сразу два десятка, чтоб на всех, — подмигнул Рыжий, приспустив очки. — Они же сейчас марафон устроят и тоже мозоли натрут, чемпионы. — Чё, напальчники, что ли? На всех? — Москит перестал пересчитывать деньги, зависнув от взгляда Рыжего и разом лишаясь остатков разума. — Двадцать? На все Гибридовы... Пальцы? Или Крысьи? Тогда надо помножить на шестнадцать? Или двадцать? И тебе тоже? Четыреста, что ли, напальчников?.... Чё вы ржёте-то?! — Двадцать, Москит. Просто двадцать, а там уж я разберусь, кому и куда они нужнее, — вожак порылся в кармане и протянул Летуну купюры и список. — И вот это ещё прикупи, чтоб два раза не вставать.