Часть 1

Я толком и не помню что было в том письме... Это было давно, но я отчётливо помнил всю ту горечь и страдания что она перенесла за свою короткую жизнь... Девочке было всего девятнадцать лет, когда произошёл тот роковой для ее нити момент. В письме она писала про то что устала и хочет отдохнуть, посетить озеро в горах, где ее родители праздновали пятилетие своего чада. Последний совместный праздник... Дальше завертелось, закружилось... Вы сами понимаете. Ева была мне лишь другом, не более. Поэтому на ее приглашение я отказался... И зря... Может поехав с ней... Я мог помочь ей, украсить последние минуты жизни? Хотя... На что я мог надеяться? По пути рассказать анекдот? Поболтать о прошлом или помечтать и построить планы на будущее? Получив письмо, я предполагал его содержание, не точное, но я мог догадаться о том, что Ева могла написать мне. Я верил в наилучший расклад карт, поэтому отпустил ее, пожелав удачи и хорошего отдыха... Я думал что это то, чего она хочет и то что ей было нужно. Ева была милой, доброй, но уж точно не скромной, по крайней мере она казалась мне не скромной. Девушка всегда веселилась, не смущаясь, всегда бежала на распродажу первой и толкала прохожих, пытаясь забрать товар самой первой. Когда случалась беда, она прибегала и тащила тебя развеяться. Она точно не казалась замкнутой, но и не раскрывалась полностью. У каждого свои черти в голове... Посмотрите на мимо идущего человека и подумайте, что у него там в голове? О чем он думает, мечтает? Что скрывает или что пытается сказать но боится? У каждого есть то, что он не хочет говорить или не хочет вспоминать. Так и Ева, говорила то, что хочет, но скрывала большую часть себя, утаивая от всех истину. Последняя наша встреча была в парке, рядом с кафе где мы впервые встретились. Тогда, мой отец работал официантом в том самом кафе, а я любил к нему "захажевать' и иногда помогать. Лет мне было... Четырнадцать – пятнадцать. Одним словом Я был глупым мальчишкой, незамечающим ничего. Я хотел по быстрее вырасти, отучиться и начать работать по настоящему, по – взрослому. Юность... Тогда Ева подошла ко мне и спросила какое блюдо на мой взгляд самое вкусное, я ответил ей что лазанья с кофе на утро идеально и посоветовал взять его. Если честно, я в таком не разбирался, ответил самое первое что пришло в голову. Мы разболтались и я даже хотел пригласить ее прогуляться до набережной и посмотреть на проплывающие под мостом баржи. Но Ева дала мне свой номер и просто ушла, сказав на прощание что - то на подобии этого : " Позвони мне, когда – нибудь, может погуляем." Дословно я уже не вспомню. У нее были черные как самая темная ночь волосы и нежно голубые как чистое без облаков небо глаза. Нежные как бархат руки, ее взгляд искрился счастьем и в них горела улыбка, когда погода ясная и птицы поют серенады. Когда за окном пасмурно, а птицы спрятались в ветвях деревьев, в ее глазах можно было заметить бушующее море и молнии бьющие в воду. Ева была невысокого роста, может... Чуть ниже меня. Если она улыбалась, значит всё хорошо, если она улыбалась искренне. Она умела поднять настроение, но её разговорчивость часто могла раздражать. Или когда вы собрались встретиться и уже стоите в указанном месте, всегда приходилось ждать ее, часто больше получаса. Капуша, что ещё сказать. Я могу многое рассказать про Еву... Но я не могу сказать, что именно было в том письме, что напугало меня, то что я понял только после аварии... Дом у озера в горах назывался "Лазурным". Красивое название для места отдыха и вид оттуда был восхитительный. Ночью с балкона было видно всё небо, усыпанное звёздами. А днём, выйдя во дворик можно было пройтись по лесу или искупаться в озере, хотя это не рекомендуется, оно достаточно глубокое, чтобы можно было утонуть. Но всё же, отдохнуть в тишине там можно. Ева отправилась туда на следующий день после нашей встречи. Я был единственным с кем она попрощалась по настоящему. Мы прогулялись по парку, поговорили на отдаленные темы, обменялись комментариями и... И замолчали, сев на скамейку напротив озера с утками. Просидели мы так недолго, но этого нам хватило. Ева отдала мне письмо, обняла шепнув слова с извинениями и ушла. Открыл я его только придя домой. Прочитал быстро, после уставился в окно, понимая что возможно увижу её нескоро... Я ошибался, сильно ошибался. Увидел я её довольно скоро, только... Не так как хотел бы. Ева была мне только другом... Другом которого я любил и не понял сразу.