Часть 5. Оборванный на полуслове

      — Лазарева Наталья не убивала Ксению — через несколько часов, после неудачной попытки ареста Наташи и удачного ареста Простакова, молодая следовательница сообщила результат своих исследований потрясённым Наркоманам Петровичам.       Команда сидела на диване в гостиной — там же, где и разворачивались все события. Сейчас их новая следовательница — Дарина Васильева Константиновна, пытается что-то им объяснить.       Все были ужасно напряжены. Буквально недавно следователя, расследующего это дело, арестовал невесть откуда взявшийся прокурор, во время попытки этого следователя арестовать Наташу. Однако, Наталья всë равно стала объектом для внимания нервных и недоверчивых взглядов.       — Нож, которым убили Ксюшу, нашли в комнате Наташи — возразил раннее хранивший молчание Костя.       — Нож могли подкинуть — Васильева не растерялась и невозмутимо продолжила — точнее не так. Нож подкинули. Когда его нашла спец группа, он лежал под кроватью — следовательно, у убийцы было не так много времени, чтобы его спрятать. Будь это Наташа — она могла легко перепрятать его. Это же еë комната.       — Но комната Наташи самая дальняя от окна, из которого упала Ксюша, зачем убийце прятать так далеко? Это точно Наташа — вскинулся Антон. Маша задержала на нëм взгляд, а затем отвернулась.       — Зачем… — хмыкнув, отозвалась Дарина — ты сам ответил на свой же вопрос. Убийца хотел спрятать своë орудие и решил, что лучше спрятать его как можно дальше. А из-за большого расстояния у него было мало времени, и он просто бросил нож под кровать.       — А вам не кажется, что вы сами себе противоречите? — сложив руки на груди, сказал Эдуард и посмотрел на Дарину, стоявшую рядом с ним — Тем более, что Наташа ушла практически сразу после того, как ушла Ксюша. Нож также нашли в еë комнате. Два совпадения подряд, серьëзно?       Эдуард ожидал, что молодая следователь, разозлится, начнëт обвинять его, угрожать ему и так далее, но, к его удивлению, девушка лишь улыбнулась и снова повернулась к команде.       — Вы руководствуетесь той же логикой, что и мой бывший коллега Простаков — вздохнула следовательница — однако, позвольте мне дать вам ещë одну деталь, чтобы дополнить пазл. Благодаря Иннесе Викторовне я получила доступ к камерам видеонаблюдения…       — Камеры? — удивилась раннее хранившая молчание Нала — но откуда?       — Ты что, разговаривать умеешь? — опешил Клайп, за что получил подзатыльник.       — И почему Иннеса Викторовна не предоставила улики следствию? — не сдержался Дмитрий, стоявший по правую руку от блондинки.       — У хозяйки дома и прошлого следователя был конфликт, из-за которого Иннеса Викторовна отказалась сотрудничать со следствием и решила не ставить следователя в известность о наличии камер видеонаблюдения снаружи построения на земельном участке.       — А попроще можно? — кашлянув, спросила Гречка. Остальные Наркоманы Петровичи были с ней солидарны. Юридический язык был им не подвластен. Васильева обвела команду внимательным взглядом       — Хозяйка дома просто умолчала о камерах снаружи дома, Простаков о них так и не узнал — пожала плечами Дарина — так вот…       — И что дают нам камеры, которые были снаружи, если убийство произошло внутри? Это Наташа! — сорвалось с языка у Данила, он нетерпеливо зачесал волосы назад.       — Так… — начала было Дарина, но еë быстро перебили.       — Может хватит гнать на Наташу?! — Херейд поднялся со своего места и повернулся к друзьям — вы сами видели, как этого придурка арестовали, думаете мы можем доверять результатам его работы?       — То, что того уебка — Дмитрий украдкой прикрыл рукой лицо — арестовали, не отменяет того факта, что он закрыл много дел и у него большой опыт — сделав шаг вперед, ответил ему Эдуард.       — Может хватит меня обвинять? Я как бы здесь нахожусь — воскликнула в слезах Наташа — и я никого не убивала!       — Тогда как ты объяснишь нож в своей комнате?! — набросилась на неë с обвинениями Маша.       — Тем более ты ушла сразу после того, как Ксю… — начала было Гречка…       — Твою мать, вы уже дадите мне сказать?! — не выдержала прежде обманчиво-спокойная Дарина. Все взгляды присутствующих моментально устремились на неë. От такого внимания молодая следовательница немного смутилась, отчего сжала губы в тонкую нить. Дмитрий, стоявший за еë спиной, не сдержал тихий смешок. — Точнее… — девушка судорожно вздохнула в попытке взять себя в руки, после чего продолжила уже более спокойным голосом — Эдуард записывал на камеру всë, что происходило на вечеринке. По крайне мере, бо́льшую часть от всего происходящего он заснял. А ещë там был момент, когда Наташа как раз ушла наверх. Используя сведения о видео и его длительности, можно рассчитать время еë ухода. Наталья ушла в ноль часов тридцать две минуты…       — И что нам это дает? — усмехнулся Антон.       — Пожалуйста, дослушайте до конца — призвала к тишине следовательница, и сразу вернулась к делу — камеры, стоявшие на улице, зафиксировали время падения тела из окна — Эдуард внимательно посмотрел на Дарину, нахмурив брови — время падения Ксюши из окна — ноль часов двадцать пять минут. Наталья просто не могла убить Ксению, потому что Ксюшу убили за семь минут до еë ухода наверх.       Наступила тишина. Никто больше не осмеливался что-то говорить. В который раз потрясённая команда молча сидела на своих местах, обдумывая всë. Всë, что происходит сейчас. Всë, что происходило раннее. Каждый отчаянно искал в глубинах своей памяти фрагменты с вечеринки. Каждый не находил чего-то стоящего. Каждый терпел неудачу.       Настало время ахуевать с происходящего и Дмитрию. Не зря же говорят, что каждая девушка — в какой-то мере ФСБшница. Особенно когда нужно найти дуру, с которой парень изменил своей второй половинке.       — Давайте соберем общую картину — первой нарушила тишину молодая следовательница — итак, вы устроили вечеринку. На ней вы играли в «Правду или действие», и Ксения призналась Гибадуллину в любви. Гибадуллин в мягкой в форме ей отказал, она расстроилась и убежала на второй этаж. После этого живой еë никто не видел. Через некоторое время ушла Лазарева Наталья, а после Эдуард прогнал всех спать. Утром вы нашли девушку мëртвой.       Блондинка замолчала, ожидая, что кто-то опровергнет сказанное ей, но никто ничего не говорил. Тогда она продолжила:       — Ксюша лежала на газоне, лежа на спине так, что ранений не было видно, из-за чего вы подумали, что она покончила с собой из-за неразделённой любви, но Судебная Медицинская экспертиза показала, что это было ножевое ранение. Простаков провел обыск, спец группа нашла нож с частицами крови пострадавшей, и пластиковый стакан, который также был найден на месте преступления. На нëм тоже были частицы крови, но из-за пролитой красной лужи, все восприняли это, как пролитый сок. На деле, соком это не являлось, а было кровью жертвы. Предположим, что убийца напал со спины, а затем, чтобы избавиться от тела, выбросил его в открытое окно. На записи видно, как Ксения сама открывает окно и дышит воздухом. Затем что-то происходит позади неë, она оборачивается, и в тот момент она уже ранена. Убийца выталкивает еë из окна, она падает на землю и умирает от потери крови — заметив красноречивый взгляд Наркоманов Петровичей, Дарина пояснила — на записи, к сожалению, не видно лица убийцы. Возвращаясь к орудию убийства и стакану — судя по отчету из лаборатории — отпечатков пальцев на них нет, и по ним установить убийцу мы не можем.       Снова наступила давящая тишина. Дарина молчала. Наркоманы Петровичи также молчали. Дарина задумалась, почему их команду назвали Наркоманами Петровичами.       Дарине, которой всего несколько часов назад позвонил прокурор… Действительно, ей — молодой следовательнице, с маленьким опытом работы, о которой только и ходят сплетни о том, что «она ни одного дела не раскроет», звонит прокурор, который в чине в несколько раз выше еë. Да ещё и доверил дело, связанное с медийными личностями.       Личности, конечно, медийные, но очень подозрительные. Кто будет называть свою команду для съемок видео наркоманами?       Ладно, у всех свои тараканы в голове.       — И это вы узнали всего за несколько часов? — первым нарушил тишину помощник следователя, только теперь уже помощник Дарины, а не Простакова, Дмитрий.       — Что? — Дарина, утопая в своих мыслях, не сразу поняла суть вопроса — А, это… Я просто воспользовалась трудами моего бывшего коллеги и сделала соответствующие выводы. Моей работой можно назвать, разве что записи камер наблюдений, но и то с натяжкой.       Пока все начали по-тихоньку расходиться, после того, как их новая следовательница пролила свет на отдельные части сложного кровавого пазла, Наташа плакала. Плакала от горечи в груди, от тоски, распирающей сердце, и от облегчения. Конечно, далеко не всë закончилось, но хотя бы еë оправдали. Хотя бы она перестала быть врагом для команды. Для своих друзей. Хотя бы она снова может смотреть им в глаза.       Руки продолжали трястись. А ведь еë чуть не арестовали. Чуть не лишили свободы. Она чуть ли всей душой не упала ниже дна, в бездну. Чуть ли не потеряла желание жить.       А что было бы, если Васильева не стала бы что-то дополнительно проверять? Если бы она поступила так же, как и еë более опытный коллега? Что было бы тогда?       Где бы сейчас была Наташа? Сидела на диване, спрятав своë слегка опухшее от слëз лицо руками, как сейчас, или же находилась в суде, ожидая сурового приговора? Что бы с ней случилось?       Чем больше Наташа размышляла, тем больше понимала и в полной мере осознавала, насколько ей повезло.       Сердце билось с огромной скоростью. С губ срывались тихие всхлипы. Руки и колени тряслись. Девушка никак не могла успокоиться.       За этой паникой художница не сразу заметила, как осталась в комнате совсем одна.       Почти одна.       — Эй… — послышался ласковый женский голос, обладатель которого осторожно дотронулся до плеча брюнетки. Наташа подняла полный слëз взгляд — не плачь, всë же хорошо закончилось — беловолосая следовательница ободряюще ей улыбнулась и погладила по плечу.       — Угу — нечленораздельно промычала Наташа, сглатывая подступающие слëзы. Дарина присела на диван рядом с Наташей и приобняла еë за плечи. Слëзы у Наташи с новой силой полились рекой       — Не волнуйся, всë… Мы найдем убийцу — прошептала девушка — настоящий преступник будет наказан. Обязательно будет наказан.       — Угу — повторила Лазарева       — Ты ни в чëм не виновата — тем не менее продолжила Васильева, крепче прижав подростка к себе, пытаясь вложить в этот жест столько тепла и поддержки, сколько она могла — не пытайся нести ответственность за то, чего ты не делала. Ты не виновата в смерти Ксюши.       Как она… Откуда?       — Что? — от удивления сорвалось у неë с языка.       — Так ты не… — на секунду опешила Дарина и отстранилась, но быстро взяла себя в руки и виновато улыбнулась — прости, я просто подумала, что… ты винишь себя в еë смерти. Знаешь, у меня пусть и мало опыта, но мне приходилось расследовать убийства. И, зачастую, друзья или родственники в глубине души винят себя в смерти человека, даже при неоспоримых фактах. Вот я и подумала, что ты…       — Нет, я... Спасибо — прервала еë Наташа. Дарина удивлённо замолкла. Наташа отстранилась и, увидев еë немой вопрос, пояснила — за поддержку. Мне, наверно, еë не хватало.       Брюнетка быстро вскочила и бросилась на выход из гостиной — к лестнице, ведущей на второй этаж. Следовательница лишь проводила еë тëплым взглядом.       Наташа не стала ей говорить, как только что близка она была к правде.

***

      Если это не Наташа, то кто?       В сердце Эдуарда боролись два чувства одновременно: облегчение, что это не Наташа, и усталость. Усталость от того, что это всë продолжится. И при этом вина за эту усталость.       Эд был весьма растерян. Всë это накатилось быстрее ветра, из-за которого сегодня макушки деревьев покачивались из стороны в сторону. Всë: новости о аресте, о новой следовательнице, которая будет вести их дело, новость о (какого хрена хозяйка их не предупредила?!) видеокамерах.       Именно эти видеокамеры Эдуард пошëл искать на улице.       Перец не знал, зачем ему это надо. Возможно, он думал, что найдет в этом что-то стоящее. Возможно, хотел сделать хоть что-нибудь, чтобы найти убийцу.       Первым делом, Эдуард решил пойти на то место, где они нашли тело их подруги. По словам новой, довольно сомнительной следовательницы, камера засняла падение Ксюши, выходит, что камера должна быть где-то там.       Сегодня был особо жаркий день. Ну конечно, середина июля всë-таки! Эту жару сглаживал лишь ветер, гуляющий средь зеленой листвы деревьев, который взъерошил волосы Эдуарда. Однако сохранность причёски Перца не волновала.       Он быстрым и твердым шагом дошëл до того самого места. Места, куда все Наркоманы Петровичи сбежались на крик Маши. Места, где нашли тело Ксюши. Места, с которого началась новая глава их истории.       Это было найти достаточно легко — там был сильно примят газон. Сначала на нëм лежала Ксю, потом мед работники забрали еë и оставили после себя следы. Ещë были более свежие следы — их, наверно, оставила спец группа, которая, непосредственно, проводила обыск.       Эдуард сразу нашëл место, которое снимали. Но ещë предстоит найти, откуда всë засняли.       Шаг сразу замедлился и потерял всю свою настойчивость. Мужчина начал озираться по сторонам, то и дело цепляясь взглядом за густые кроны деревьев. Заветной камеры нигде не было видно.       Перец, не задумываясь о судьбе и без того уже бедного газона, прошел в глубь лужайки, ближе к раскидистым деревьям. Ветер подул ещë сильнее, в сопровождении шуршащей листвы. Перец нахмурился. То, чего он искал, нигде не было видно. Неужели Дарина соврала?       — Что-то ищете? — внезапно раздался женский голос из-за спины. От неожиданности, мужчина, вздрогнув, обернулся и машинально сделал несколько шагов назад.       Перед ним стояла девушка-следовательница. Вспомнишь говно, вот и оно. Она беззастенчиво улыбалась, сложив руки за спину и еле заметно склонив голову набок.       — Ничего — равнодушно буркнул в ответ Эдуард, обратно обернувшись к деревьям у забора. Не скажет же он ей, что ищет камеру, на которую попал момент смерти Ксюши.       — Камера вон там, если что — словно прочитав мысли Перца, Дарина рукой показала на неприметное деревце, в листве которого, действительно, пряталось устройство, чей объектив снимал стену дома и Эдуарда со следовательницей.       — А вы что ищете? — невзначай поинтересовался Эд.       — О, я ищу вас, Эдуард — усмехнулась ему Дарина.       — Меня?       — Да, вас — подтвердила девушка, и кивком указала идти за ней, и, судя по неспешному шагу, просто прогуляться — Видите ли… Могу я договориться с вами о встрече, скажем… послезавтра, в три часа, в «Кофебулке»?       — В каких целях? — Эдуард насмешливо поднял бровь. Зачем ей нужна встреча в кофейне? Это же следовательница. Она только и может, что проводить допросы и расследовать дела, а не приглашать своих клиентов в кафе. Или это свидание?       — Мне нужно, чтобы вы тщательнее рассказали о своей команде, о внутренних отношениях, обо всем по-подробнее — пояснила Васильева.       — А почему в кофейне, а не в допросной комнате?       — А-а, вы хотите участвовать в допросе? — молодая следовательница не сдержала смешка — что ж, это я могу вам устроить. Приходите…       — Ладно-ладно, кафе, так кафе — Эдуард поднял руки вверх, в примирительном жесте, как бы говоря «сдаюсь»       — Вот и отлично — рассмеялась следовательница — завтра в три я вас жду.       Развернувшись на небольшом каблуке, блондинка с яркими прядями двинулась прочь от Эдуарда, с каждым шагом оставляя его в одиночестве. Лëгкий ветер запутался в еë светлых волосах, а жизнерадостная улыбка на еë лице сменилась плотно сжатыми губами.

***

      — Эдуард, можно вас на секунду? — в тот же день Пëтр обратился к Перцу.       — Да, что случилось? — не ожидав подобного вопроса, ответил Эд.       — Послезавтра в шесть нужно встретиться, в Центральном парке — тоном, не терпящим возражений, высказался помощник следователя.       — Зачем?       — Надо — твëрдо ответил мужчина и, не дав Перцу даже слова сказать, вышел из комнаты.       Это был очень информативный разговор.

***

      На следующий день, накануне встречи с Эдуардом, Дарина Васильева решилась самой понаблюдать за жизнью команды.       Кто то из еë коллег, когда расследует подобные преступления, в основном ищет улики с отпечатками пальцев. Однако на самых стоящих уликах в этом деле, их нет.       Кто-то наоборот проводит много допросов, исследует камеры видеонаблюдения. Но в деле, которое выпало расследовать Дарине, допросы уже провели, и камеры видеонаблюдения стояли только снаружи, и то заснять убийцу они не смогли.       Тогда Дарина решила понаблюдать. Понаблюдать за их отношениями, что они обычно делают, как общаются, как реагируют на что-либо.       А самое главное — узнать возможные мотивы.       От этих мотивов Васильева и собирается отталкиваться и убирать Наркоманов Петровичей в список подозреваемых. Пока в этом списке есть они все.       Кроме Натальи, разумеется. Она, конечно, может быть причастной к убийству, но шанс на то, что это действительно так, меньше зернышка риса.       Изучив отчеты о допросе, проведëнном Простаковом и его помощниками, Дарина сделала вывод, что к допросу многие Наркоманы Петровичи отнеслись скептически. Прослушав записи, она в этом убедилась. Кто-то срывался прямо во время процедуры, кто-то — Дарина это чувствовала — недоговаривал. Но кто?       С одной стороны их можно понять. Все они — несовершеннолетние.       …       Ладно, не все. Нугзар, Антон, Даниэлус, Эдуард — им по восемнадцать лет и больше. Но остальным то нет. А первые два, Васильева уверенна, принимали участие в допросах впервые.       Поэтому Дарина решила поговорить со всеми Наркоманами Петровичами, с кем успеет, вне допроса, то есть… по-домашнему? Ну, к детям всегда нужен подход. В данном случае — к клиентам.       Молодая следовательница очень надеется, что еë затея оправдает себя, и всë пройдет более чем успешно. По крайне мере должно. Сегодня она даже предпочла вместо строгого костюма с пиджаком, что требует их дресс-код, надеть простое белое платье-крестьянку, с простым цветочным принтом.       Единственное — о своем визите она никого не предупреждала.       — Здравствуйте, Эдуард — как только она зашла в почему-то не запертый дом, она столкнулась с Перцем. Перец едва не подавился кофе.       Неужели еë приход настолько внезапен?       — Здравствуйте — откашлявшись, поприветствовал еë Эд — не ожидал, что вы придете. Наша встреча разве не была запланирована на завтра?       — Встреча… Да, всë также и остаëтся завтра в три — подтвердила девушка — но я сюда пришла по другому делу…       Васильева краем глаза заметила какое-то движение на лестнице. Возможно, ей просто показалось…       — Извините, что не предупредила — Васильева виновато улыбнулась, сложив руки за спину — но мне надо поговорить с вашей командой и…       — С командой? — нахмурился Эдуард. Ой, да чего он всегда хмурится? — тогда я их сейчас позову.       — Нет-нет — во время остановила его Дарина — я хочу поговорить с каждым из них по отдельности.       — По отдельности? — мужчина недоверчиво выгнул бровь.       — Да — кивнула следователь — что-то вроде «домашнего» допроса.       — «Домашний» допрос? — с его губ слетел смешок. Только сейчас она поняла, как глупо это звучит.       — Ой да ладно, я пошла — Васильева махнула рукой на все приличия и просто прошла мимо Перца в сторону лестницы, но напоследок обернулась — вся команда в доме?       — Вся — кивнул Эдуард и снова принялся за кофе.       «Этот Эдуард какой-то кофеман» — размышляла следовательница, преодолевая лестницу, ведущую на второй этаж, и вспомнила свою любовь к латте — «Ну что ж, общий язык мы точно должны найти»       Первым делом следовательница решила пройти в комнату девушки, которую вчера едва не арестовали.       Пересекая длинный коридор, Дарина поняла, что это за движение было во время разговора с Эдуардом. На втором этаже царила тишина — все забились по своим комнатам. Видимо, о еë внезапном приходе Наркоманов Петровичей кто-то известил.       Ну ничего. Еë расследованию это не должно мешать.       Следовательница осторожно постучалась в дверь и прислушалась — в тишине это сделать, кстати, было несложно. В комнате была какая-то нервная возня. И шëпот, который не получалось разобрать.       И наконец жилец комнаты соизволил открыть ей дверь. Ну, как открыть. Наташа немного приоткрыла дверь и выглянула в образовавшуюся щель. Что заметила блондинка сразу — это бегающий взгляд и горящие щëки брюнетки.       И, конечно, еë ужас на лице, когда она заметила молодую следовательницу, которая сделала внезапный визит.       — Здравствуй — Дарина улыбнулась и сложила руки за спину, немного задев ткань своего платья — у меня есть к тебе разговор, могу я пройти?       — Д-да, конечно — спохватилась брюнетка и открыла дверь, пропуская следовательницу в комнату.       А в комнате, видимо, сидела причина еë раскрасневшихся щек. На кровати сидел темноволосый кудрявый паренек, который вчера пытался защитить Наташу. Кажется, это был Нугзар Гибадуллин. Он тоже был весь красный. Наташа закрыла дверь за внезапной гостьей и не стала садиться, а просто встала рядом. И у неë, и у него было сбившееся дыхание.       Всë сразу встало на свои места.       — Здравствуйте — Нугзар был немного в шоке, но не забыл про правила приличия. А вот следовательница забыла.       — Вы встречаетесь? — с ухмылкой, заговорщически произнесла Васильева.       — Нет — резко и синхронно ответили эти двое. Пожалуй, даже слишком резко.       — Всë с вами ясно — рассмеялась блондинка — сколько вы уже вместе?       — Пол года — сдалась Наташа и села на край кровати рядом с Нугзаром.       — Но это секрет — шëпотом дополнил Нугзар.       — Да-да, хорошо — согласилась Васильева и приложила руку к груди — Я — могила. Но пришла я к вам не за этим…       И что ей говорить? Что спрашивать?       Браво, Дарина, ты пришла, и даже не подготовилась! Заслуживаешь Оскара! Хотела более менее втереться в доверие, чтобы было проще всë разузнать? Хуй тебе!       — Я хочу собрать больше информации о взаимоотношениях внутри вашей команды — невозмутимо продолжила она, хоть в голове творилось непонятно что — Давайте начнëм с того, как вы считаете, у кого могли бы быть мотивы для совершения убийства?       Если они хотя бы что-то знают, кого-то подозревают, то это уже станет зацепкой.       Нугзар задумчиво приложил руку к подбородку и о чëм-то размышлял. Наталья опустила голову, сжав пальцами край футболки, тоже о чëм-то думая. Оба некоторое время молчали.       — Перед вечеринкой Ксюша поругалась с Антоном — в конце концов заявил Гибадуллин, зачесав свои кудрявые волосы назад, — помнишь, Наташ?       — Ага — кивнув, ответила Наташа — они тогда поругались из-за того, что Антон нечаянно на неë пролил чай, когда они столкнулись у кухни. Потом их Эд вроде как помирил…       — Нет, не помирил — нахмурившись, возразил Нугзар — Эд, грубо говоря, их оттащил друг от друга, чтобы не помешали подготовке. Поговорить с ними он хотел после вечеринки.       Дарина всë выслушала и достала блокнот, где немедля сделала быструю пометку. В этом блокноте, куда она собиралась записывать быстрые заметки по делу, она заранее выписала список всех подозреваемых. То есть всех, кто на момент убийства был в доме. Первыми этот список покинули Наталья Лазарева, Нугзар Гибадуллин и Эдуард Перец. Эдуард записывал всë, что происходило на вечеринке и практически не поднимался наверх, Нугзар на момент убийства был в кадре, а Наталья… С Натальей всë и так ясно.       Теперь более главным подозреваемым стал парень по имени Антон. Его имя в списке оказалось подчëркнуто тонкой линией.       — Может быть, вы ещë что-то видели? — напоследок спросила Дарина, всë ещë держа в руке наготове шариковую ручку.       — Вроде всë — пожал плечами Нугзар.       — Я тоже ничего больше не припоминаю — вздохнула Лазарева.       Дарина поднялась, неторопливо подошла к двери и, обернувшись, улыбнулась.       — Спасибо вам за содействие следствию — вежливо поблагодарила она и хитро прищурила глаза — Когда всë закончится, вы же позовете меня на вашу свадьбу?       Парочка влюбленных голубков мгновенно покраснели и отвели взгляд в сторону. Надо же, и сделали всë синхронно!       — В конце концов, я оказала вам бесплатную услугу адвоката, не перед судом, но всë же — продолжила Васильева, наслаждаясь зрелищем       — М-мы не… — начал Нугзар, но был нагло прерван.       — Увидимся, голубки — молодая следовательница, довольная собой, распахнула дверь и резво вышла из комнаты, оставив пару наедине.       Пара из молодых воркующих сердец, что может быть лучше! Наверное, только успешно закрытое дело.       Впрочем, у следовательницы теперь появилась новая (ну как новая… эта же информация была на допросе) зацепка. Антон… Он поссорился с Ксюшей прямо перед вечеринкой. Прямо перед еë смертью. Нугзар сказал, что Эд «растащил их в разные стороны» и хотел помирить на следующий день, но… До следующего дня она дожить не смогла.       Вполне вероятно, что именно Антон и убил Ксю, но из-за чего? Из-за бытовой ссоры? Да, конечно, такие случаи бывают и нередко, когда муж-насильник может зарезать свою жену за сущий пустяк, но это же не замужняя пара. Просто подростки. Ладно, Антон уже совершеннолетний и ему восемнадцать есть, но мотив то всë равно несерьезный!       Блондинка быстро спустилась по лестнице и внезапно для Эдуарда, вломилась на кухню. Эдуард снова едва не поперхнулся кофе. Кофеман чëртов… хоть бы поделился.       — Мне нужен Абрамов Антон — сразу переходя к делу, заявила следовательница.       — Он в гостиной — Эдуард кивнул в сторону соседней комнаты.       — Ага, спасибо — напоследок бросила Барина и умчалась в зал.       — Пожалуйста — пробормотал пустоте Перец.       Покинув кухню и подходя к гостиной, блондинка замедлила шаг. Дарина незаметно заглянула в комнату и нашла глазами свою цель — Антон сидел на диване в позе лотоса, одновременно просматривая что-то в телефоне.       Действительно ли он убил Ксюшу? Какие вопросы ему следует задать? Что ж… Медлить нельзя.       Блондинка, теперь не скрываясь, встала у входа, прислонившись к дверному косяку, ожидая, пока Абрамов еë заметит. А пока она многое может обдумать и переосмыслить.       По идеи, дело об убийстве, в котором участвуют подростки, не должно вызвать какие-то трудности. Это же подростки, а не взрослые люди. Тем более, зачем убийце устранять эту девушку? Что может быть тому причиной?       Надо будет по лучше о ней разузнать. И желательно не от Наркоманов Петровичей, а из базы данных.       — А… Здравствуйте? — вздрогнув, выдавил из себя Антон, заставив молодую следовательницу вынырнуть из потока мыслей — А… как долго вы здесь стоите?       Васильева подняла него взгляд и пару раз проморгала, вспоминая, зачем вообще она здесь находится.       — Здравствуй — девушка рассеянно улыбнулась ему и, бросив подпирать дверной косяк, прошла в глубь комнаты — не так уж и долго на самом деле, не переживай на этот счëт.       Дарина села в кресло рядом с диваном, загнув ногу под себя и, никого не стесняясь, села в удобную ей позу. Антон настороженно наблюдал за еë действиями.       — Я пришла сюда опросить некоторых членов команды об убийстве и о возможных мотивах убийцы — размеренным голосом продолжила Васильева, сложив ладони и пальцы в замок — Как ты считаешь, кто может быть убийцей и почему?       — А разве это не ваша работа? — помолчав, ответил Антон — вы должны делать предположения и прочее, чтобы найти убийцу.       «А давай я сама разберусь с тем, что мне надо делать?» — хотела было съязвить Дарина, однако во время придержала язык за зубами.       — Верно — Дарина вежливо улыбнулась — но чтобы делать предположения, мне не достает информации о взаимоотношениях внутри команды.       — А, так вот вы о чëм… — вздохнул парень.       — Да — следовательница кивнула — можешь ответить на мои вопросы?       — Попытаюсь — Антон пожал плечами и поддался вперед.       — Вот вы все здесь друзья, верно? — Антон кивнул и Васильева продолжила — а с кем Ксюша особо тесно общалась? У неë есть более близкие подруги?       — Да — помолчав, ответил Антон — Ксю хорошо общалась с Машей, Ларисой и Аней. Насколько я знаю, с Машей она дружила дольше всего.       — Хорошо, а можешь сказать, что вы делали на вечеринке?       — Да я уже и не очень помню… с того дня две недели прошло, в конце-концов       — А в общих чертах?       — В основном у нас была дискотека, кто жра… то есть ел еду, а кто-то играл в настолки — ответил ей парень и неловко почесал затылок.       — Хорошо… — на всякий случай следовательница решила это записать. Так на листе бумаги появилось три колонки: еда, дискотека и настольные игры — а ты помнишь, кто чем занимался?       — Очень смутно — признался Антон и вздохнул — я с Гречкой, то есть с Владой, занимались музыкой и дискотека была на нас. Мы с ней иногда менялись, чтобы все было честно и каждый что-нибудь попробовал.       То есть, он и девушка по имени Влада занимали пост диджея… наверно, от туда, где они сидели, было замечательно всех видно.       В колонке «дискотека» появилось два имени, тщательно выведенных ручкой: Абрамов Антон и Ламина Влада.       — Вроде в основном танцевали Ефимова Аня, Котова Нала, Филатова Лариса и Чайникова Маша, но потом она ушла играть в игры — продолжил Антон, тщательно выискивая в глубинах своей памяти фрагменты вечеринки.       К «дискотеке» оказалось приписано еще четыре имени. Под «настольными играми» оказалось записано ещë четыре имени: Лазарева Наталья, Гибадуллин Нугзар, Эдуард Перец и Чайникова Мария.       Дарина добавила имя Эдуарда во все оставшиеся столбцы. В конце концов он снимал влог, и должен был записать абсолютно всë.       — В настольные игры — продолжал Абрамов — играли Эд, Наташа и Нугзар… ну и Маша тоже. И Ксюша. — парень щелкнул пальцами — Ксюша там тоже точно была. Был кто-то еще из пацанов, но это я уже сказать не смогу       — А кто ел еду?       «Все, что-ли?» — подумала Дарина.       — Все. — подтвердил еë мысли Антон.       — Хорошо… — задумчиво пробормотала Дарина, мельком осматривая свои записи, и подняла глаза на Антона — скажи, Антон, почему вы поссорились с Ксюшей? Кто-то из твоих друзей говорил, что ты вообще не вспыльчивый и довольно спокойный…       — Да мы из-за ерунды поссорились — вздохнул Антон и опустил голову — я случайно столкнулся с Ксюшей, когда нес чашки с чаем в гостиную, где мы были с Владой и готовили плейлисты. Бо́льшая часть чая пролилась на Ксюшу, вот она и вспылила.       Ничего нового это не дало.       — Но мне кажется… — продолжил брюнет. Дарина напряглась — она и до этого была… не в духе. А пролитый на неë чай был, наверно, последней каплей.       А вот это что-то новенькое. Пострадавшая была не в лучшем настроении… Поссорилась с кем-то до этого? Встала не с той ноги? Что могло послужить причиной этого «не в духе»?       — Она была такой с самого утра, или после какого-то определенного момента? — поинтересовалась Васильева, еще сильнее сжав в пальцах ручку.       — Наверно это было не с самого утра — немного поразмыслив, ответил Антон — скорее всего она была такой сразу после похода в магазин. Но это не точно…       Что ж… Значит, Ксюша после похода в магазин была в плохом настроении или же…       В тот вечер она же призналась в любви, верно?       Может быть, что Ксения просто была очень встревожена? Признания в любви ведь всегда очень волнительны. Но тогда почему это было именно после похода в магазин? Может, в магазине еë угрожали убить, вот она и испугалась, а призналась в любви, потому что думала, что не выживет больше?       Но кто тогда ей угрожал?       — Знаешь, что происходило в магазине?       — Нет — признался брюнет — я с Владой в это время занимались подготовкой, а в магазин ушли те, кому поручили приготовить закуски и напитки.       Повисло молчание. Дарина решила прервать его первой.       — Антон… А ты можешь сказать, ты на вечеринке поднимался на второй этаж?       — Да, было пару раз — нахмурившись, ответил ей Абрамов.       Дарина пристально посмотрела ему в глаза. Вроде не врëт. Но…       — А можешь сказать, когда именно?       — Это я вспомнить не могу, простите — вздохнул брюнет и опустил взгляд — две недели в конце концов прошло, я не могу всë помнить до мельчайших подробностей.       — Ладно — девушка поднялась, попутно сверяясь с написанным в блокноте — так, стоп… — следовательница обратно опустилась в кресло.       Антон вопросительно посмотрел на молодую следовательницу.       — А ты не знаешь, что делали Ярослав Леонов и Виталина Леонова в это время?       Парень молчал, приложив руку к подбородку, он о чëм-то думал. И чем дольше он думал, тем мрачнее становилось его выражение лица.       — Я не знаю — наконец ответил он — я вроде их видел мельком, но… они скорее всего немного потанцевали, а потом… потом я не знаю.       Ладно… Это дело поправимое. В конце-концов, у неë есть запись Эда, да и она их может самостоятельно опросить.       — А ты можешь сказать, где они сейчас?       — Нет — Антон виновато мотнул головой — они вчера уехали из дома       Сердце Дарины пропустил удар. Как они могли уехать, если расследование еще не завершилось? Вся команда приехала сюда из разных городов и даже стран, и как быть, если кто-то из этой пары окажется убийцей? Где их теперь искать? В какой город они уехали?       — Ярик сказал, что ему надо выходить на работу, вот они и уехали — продолжил Антон — вы можете спросить у Эда, где они живут или работают. Я сам не знаю, в Новосибирске впервые…       — Так они в Новосибирске? — Дарина шумно выдохнула. У неë, блять, инфаркт чуть не случился.       — Да, а вы о чем подумали? — брюнет не сдержал смешка. И его не в чем винить, Дарина смутно представила, какое у неë было лицо, пока она не узнала, что никуда из города они не уезжали.       — Да так, ни о чем — отмахнулась следовательница и убрала блокнот в сумку — кстати, может ты кого-нибудь подозреваешь?       — Подозреваю?       — Да, подозреваешь — подтвердила Дарина — ты и так дал достаточно много информации, но было бы неплохо, если бы ты высказал свое предположение.       Брюнет сжал руки в замок и ненадолго уставился в одну точку, прищурив глаза. Видимо, о чем-то раздумывая.       — Маша — помолчав, ответил он — наверно это Маша. Да, она еë близкая подруга, но она что-то слишком много кого подозревает без причины.       — Что ты имеешь ввиду?       — Один раз — Антон тяжело вздохнул — она начала обвинять меня. До этого, когда мы думали, что Ксюша покончила с собой, она как-то странно смотрела на Нугзара. Наверно, это из-за того, что все считали, что Ксю убила себя из-за неразделенной любви. В общем, странная она.       Ага. Странная? Да если честно, все Наркоманы Петровичи странные. Да взять хоть название их команды! Да ещë и этот кофеман-Эдуард… Наверное, у блогеров, да и медийных личностей в целом, это так принято быть «странными».       — Хорошо, спасибо — Дарина улыбнулась. Антон слабо улыбнулся в ответ. Ну как улыбнулся… Уголки его губ слабо приподнялись, и на этом всë. Ну ладно, хотя бы попытался — Благодарю за содействие следствию. Ещë увидимся.       Девушка поднялась и быстрым шагом направилась к двери, а после завернула куда-то вправо — видимо, направилась на кухню. Антон, проводив еë взглядом, уронил голову на руки и шумно выдохнул.       Все начинает слишком сильно усложняться.

***

      Стук в дверь гулко раздался в комнате.       Верно. Это была следовательница.       Зачем она пришла? Маша не знала. Понятия не имела. Чайникова слышала, как она прошла мимо еë комнаты и зашла в комнату Наташи. Что дальше там происходило — она не знала.       Потом Васильева быстрым шагом направилась к лестнице. Что было дальше, она опять-таки не знала. А потом… Шаги зазвучали по второму этажу. А затем и стук в дверь еë комнаты. Хорошо, что Нала успела предупредить если не всех, то большинство Наркоманов Петровичей о приходе следовательницы. Так Маша могла хотя бы морально подготовиться.       Но что нужно этой следовательнице? Ну, раскрыть дело, но каким образом она собирается это делать в их (ну почти их) доме?       — Да? — неуверенно подала голос Маша.       — Здравствуй, могу я войти? — вежливо ответил ей из-за двери голос девушки.       — Да… Конечно…       Дарина уверенно толкнула дверь и к еë глазам предстала картина — рыжая девушка сидела на своей кровати в одной пижаме. Под глазами залегли небольшие синяки, а волосы оказались немного спутаны.       — Здравствуй ещë раз — Васильева неловко улыбнулась — я пришла сюда опросить некоторых членов команды об убийстве и о возможных мотивах убийцы. Сможешь ответить на некоторые мои вопросы?       — Да, хорошо — Маша кивнула.       А сегодня эта девушка… Мария. Да, Мария более спокойная, чем вчера. И более спокойная, чем еë описал Антон. Что ж, время, наверно, лечит. Жаль, что не всегда оно это делает полностью.       — Можешь рассказать, что ты делала на вечеринке?       — Я… Я кушала, танцевала, а потом пошла играть с ребятами. Но после того, как Ксюша ушла… После этого я осталась внизу и просто. Танцевала, иногда ела. Особо ничем не занималась…       Ну… Еë описание того, что она делала, совпадает с описанием Антона. Хотя бы здесь она не соврала.       — Так, хорошо… — Дарина снова достала свой блокнот и сделала пометку — ты не замечала чего-нибудь странного? Может, Ксюша вела себя не как обычно?       — Да, в тот день она была будто сама не своя — кивнула Маша и беспокойно сжала края футболки — когда она поссорилась с Антоном, она не стала ничего рассказывать мне, хотя обычно всегда делилась со мной переживаниями…       Так, значит по версии Маши, Ксения Колодяжная была встревожена только после ссоры с Антоном. Но Антон говорил, что она до ещë до этого была сильно напряжена. Не сходится.       — С какого момента она начала вести себя странно? — рискнула спросить следовательница. Блондинка с прищуром наблюдала за еë реакцией, ожидая лжи.       — Во время похода в магазин       — Так ты была там? — в блокноте, не дожидаясь ответа, моментально появилась запись: «Магазин — Чайникова Мария»       — Да — призналась Мария.       — Можешь по-подробнее объяснить, что там произошло? — пальцы молодой следовательницы крепче сжали ручку, а сама Дарина, вся во внимании, непроизвольно подалась вперед.       — Постараюсь — рыжая девушка кивнула и ещë сильнее смяла край футболки -тогда кто-то из мальчиков предложил разделиться и мы с девочками пошли выбирать продукты для закусок, а мальчики пошли за напитками.       Разделение обязанностей… Жаль, что Маша не смогла увидеть, чем занимались мальчики. Придется допрашивать еще одного человека.       — Потом, когда я хотела подойти к Ксюше — продолжала Маша. Продолжала говорить, хоть и с трудом. — я увидела, как она разговаривала с Аней и Ларисой…       — Это которая Ефимова и Филатова? — перебила еë следовательница. Чайникова кивнула. В блокноте появилась ещë одна пометка «Ксения с Ефимовой.А и Филатовой.Л» — хорошо, продолжай.       — Когда я подошла к ним, они…

Следующий фрагмент рекомендуется читать под музыкальное сопровождение: aeseaes — Six Feet Under.

      -…Всë будет нормально, не волнуйся — до Маши донёсся обрывок фразы, принадлежащей Ане.       — Если что — мы с тобой — улыбнулась Ксении Лариса       — О чëм болтаете?       Тройка ожидаемо вздрогнула.       — А, Маш, это ты… ты так меня напугала… — Ксюша покраснела ещë больше.       — Больше не пугай нас так, ладно — обернувшись, сказала Лариса, не сдержав смешка.       — Ладно — улыбнулась Маша — так о чем…       — Совсем забыла, надо помидоры на всякий случай взять — неожиданно сказала Ксюша — я мигом — и она быстро скрылась за стеллажами. Выражение лица Ларисы тут же изменилось, словно ей что то пришло на ум и в подтверждение этому послужил щелчок пальцами.       — Я пойду возьму чипсы       -…Тогда я думала, что они избегают меня, а сейчас… — Маша запнулась и виновато опустила голову.       — А сейчас? — в ожидании спросила Дарина.       — Я не знаю — голос еë дрогнул и Маша тяжело вздохнула, не поднимая головы — почему только Ксюша мне ничего не сказала…       Следовательница всë сразу поняла. Нет, конечно детали дела она ещë не все поняла, но то, что чувствует сейчас Мари… то есть, Маша, она поняла.       Это чувство… когда понимаешь, что твой родной, близкий человек что-то от тебя скрыл. Что-то очень важное… И ты тогда не знала что делать. А теперь жалеешь, что не оказалась более уверенной и не выпытала у этого человека секрет. Или не сделала что-то по-другому.       Тогда всю голову до самого конца преследуют мысли, каждая из которых начинается с «А что если…», «Почему я не…», «Надо было…».       Если немного забыть о работе… То да, Дарина и сейчас испытывала эти чувства. Чувство растерянности. Безысходности. Чувство жалости к прошлому. Именно жалости, а не сочувствия к прошлому. К себе в прошлом. К той Дарине, которая десять лет назад не понимала, почему с ней так поступили. Которая не понимала, что она сделала не так, что оказалась в том месте. Которая винила себя во всем, а окружающие также винили во всех проблемах еë. К той Дарине, которая действительно была жалкой.       Сейчас эти проблемы кажутся такими… далекими. К счастью, у неë нашлась подруга, которая сводила Дарину к психологу, где все еë травмы были успешно проработаны. Но… Была бы у неë всë это время хоть какая-то поддержка — блондинка смогла бы обойтись и без помощи специалиста.       К счастью, у Маши, в отличии от Дарины в прошлом, есть друзья.       Следовательница поднялась с кровати, на которой, похоже, ранее спала Ксюша, подошла к Маше и присела так, чтобы их глаза были на одном уровне и легонько сжала еë плечо в качестве поддержки.       — Не волнуйся — мягко прошептала она — не волнуйся, всë скоро закончится. Только… не держи все эмоции и чувства взаперти. Поделись ими со своими друзьями. У вас такая большая и дружная команда… Я уверенна, хоть кто-то сможет тебя поддержать, а если нет — Маша подняла на неë полные слëз глаза и встретилась с другим, мягким взглядом, наполненным теплотой, направленный на неë — то ты можешь обратиться ко мне. Я обязательно найду время, чтобы тебя выслушать и поддержать.       Блондинка осторожно заключила Чайника в объятия. Маша не выдержала. Она внезапно почувствовала, как что-то внутри неë сломалось. Переломилось. Словно металлический стержень внутри неë в одночасье оказался графитом и легко переломился пополам. Это ощущение было у неë ещë две недели назад, но…       Только сейчас она его осознала. Осознала, что больше не может так жить. Не может прятаться за маской, какой бы она ни была: маской счастья, или же злобы. Она не может в одиночку справиться с потерей.       Из груди вырвался тихий плач. Дарина бережно поглаживала еë по спине и волосам, нашептывая ей успокаивающие слова. Слова поддержки. О том, что она не одна. О том, что она может в любой момент обратиться за поддержкой к друзьям, или же к ней.       Руки Маши тряслись, а плечи бессильно содрогались от рыданий и редкого безумного смеха. Она что-то попыталась объяснить, однако речь еë была настолько не связной, что Дарина не смогла ничего разобрать.       Васильева ещë с самого начала заметила, когда только получила это дело, как всë же трудно приходится команде справляться с потерями. Как спустя даже две недели после произошедшего, они не могут отпустить. Две недели. Да, это ничтожно мало, но при этом слишком много, чтобы помнить мельчайшие детали.       Но ничего. Пройдет время. Возможно, даже очень много времени. Но… Станет легче. Этим детям точно должно стать легче. Никак иначе.       — Спасибо за информацию — когда Маша немного успокоилась, блондинка отстранилась и мягко взъерошила рыжие волосы девушки — Благодарю за содействие следствию. Ещë увидимся.

Конец музыкального фрагмента

***

      Итак, после того, как она выяснила о странном разговоре в магазине… Да, конечно этот разговор Маша упомянула ещë на допросе и Дарина могла узнать о нëм из отчета, но ей всë же лучше узнавать об этом непосредственно от первых лиц.       Теперь необходимо определиться, кого допрашивать теперь: Ларису Филатову или Анну Ефимову.       И в поиске одной из них, разумеется, ноги привели еë к Эдуарду. А Эдуард до сих пор пил кофе. Ну нет, у этого кофемана вообще есть сердце? Даже не делится, что за ужас!       — До сих пор кофе пьете, Эдуард? — Дарина прислонилась к дверному косяку и мужчина обернулся.       — А что? — усмехнулся Перец и поставил кружку на стол.       «Ц, мог бы догадаться» — подумала Дарина, однако в слух сказала ему другое.       — Подскажите пожалуйста, а где сейчас Лариса Филатова и Анна Ефимова?       — Лариса сейчас во дворе — ответил ей Перец — А Аня в своей комнате. Идете по коридору направо, третья дверь слева.       — Спасибо — Дарина улыбнулась мужчине и сразу исчезла из его поля зрения.       Сперва Васильева решила опросить Ларису, которая сейчас находилась на улице. И, выйдя из прохладного дома и попав прямиком на жару, быстро пожалела о своем решении.       Если верить прогнозу погоды, то на улице должно было быть плюс тридцать градусов, а она какого то хрена на улицу вышла.       Следовательница решила проверить задний двор, и, как оказалось, не зря. Облокотившись на дерево, там сидело две девушки. Одна с рыжими волосами, а другая с тëмными. Они о чëм-то болтали, но если приглядеться, девушка с рыжими волосами чувствовала себя немного хуже.       Так как Дарина абсолютно всех запомнить ещë не успела, ей придется спрашивать их имена…       — Привет — блондинка подошла к этим двоим и те сразу замолчали.       — Э. Здравствуйте — поздоровалась в ответ брюнетка, неловко улыбнувшись.       — Здравствуйте — рыжая девушка последовала еë примеру и нервно заправила прядь волос за ухо.       «Режим экстраверта включен» — подумала Дарина и уголки еë губ слегка поползли наверх.       — Я ещë не запомнила вас всех — блондинка виновато пожала плечами и присела перед ними так, чтобы их глаза оказались на одном уровне, немного поправив платье — назовите свои имена, пожалуйста       — Я Лариса — представилась рыжая девушка и снова заправила прядь волос за ухо.       — Я Нала, приятно познакомиться — брюнетка протянула следовательнице руку для рукопожатия.       У кого-то тоже включился режим экстраверта. Ну что ж… так даже легче.       — Если вы не запомнили, то меня зовут Дарина. Это я так. На всякий случай… В общем — я пришла дополнительно допросить некоторых членов вашей команды и попрошу вас ответить на мои вопросы.       Девушки переглянулись между собой. Лариса начала нервно теребить край своей футболки, а Нала наоборот сжала сильно сжала руки в кулаки так, что костяшки на них побелели, как наркотическое вещество в виде белого порошка, которое в студенчестве показывали им преподаватели.       — Хорошо — Нала кивнула, натянув на лицо приветливую улыбку — спрашивайте.       «Дорогая ты моя, ни мне, ни вам не стоит наживать себе врагов… От твоей «искренней» улыбки мне никак не хочется тебе верить и сомневаюсь, что ты будешь говорить мне правду» — подумала Дарина.       А потом резко осознала, как она выглядела в их глазах.       «Сорян, ошиблась…»       — Я бы хотела у вас спросить, что всë-таки произошло в магазине? — следовательница в который раз достала свой блокнот с ручкой, для создания новых пометок. И из этих же пометок должен будет сложиться портрет убийцы.       Неожиданно для Васильевы брюнетка нахмурилась и не понимающе посмотрела на следовательницу, а Лариса сдавленно выдохнула. Брови Дарины непроизвольно взметнулись вверх, а губы совсем немного приоткрылись, чтобы уточнить, что случилось, но еë опередили:       — А разве в магазине что-то произошло? — Нала переглянулась с Ларисой — я думала, что мы просто закупались перед вечеринкой. Какое отношение происходившее в магазине имеет к произошедшему убийству в доме?       «Самое прямое»       — Дело в том, что выяснилось, что Ксюша вела себя довольно странно именно после похода в магазин — терпеливо пояснила им блондинка — поэтому я хочу узнать, что там произошло. — девушка повернулась к Ларисе — Ларис, ты знаешь, что произошло?       — Да вроде ничего особенного не случилось… — пробормотала рыжая девушка, опустив глаза.       — Ну ладно — Дарина пожала плечами — тогда я сужу круг. О чем вы говорила с Ксюшей?       — Я с Ксюшей практически не разговаривала — ответила Нала — мы с ней пересекались только у входа в магазин. А ты, Ларис?       — Я говорила с Ксюшей вместе с Аней — призналась Лариса — тогда Ксюша говорила… Она говорила, что любит Нугзара.       Опана. Дело набирает новые обороты.       То есть… Она знала, что умрет, и поэтому призналась в этом подругам, потому что знала, что это последний день в еë жизни? Тогда почему она сначала сказала это подругам, а не самому Нугзару?       А у этого Нугзара, тем более, есть девушка. То есть она оказалась в любовном треугольнике… Господи, что это за роман? Сериал? Детектив?       — А вы что ответили?       — Мы начали уговаривать еë признаться, думали, что у них всë взаимно — Лариса печально вздохнула — а там… Он ей отказал.       «Ну разумеется отказал. У него девушка есть, которая тогда, кстати, присутствовала»       — Ясно…       — После этого она начала очень сильно нервничать и сорвалась на Антона. Я потом к ней подошла и спросила, как она, но она сказала, что боится признаваться. Но потом всë-таки призналась.       Значит… Она волновалась из-за признания, а не из-за скорой смерти? Все снова зашло в тупик.       — Ладно, спасибо — погрустнев, поблагодарила следовательница и посмотрела на солнце, сложив руки козырьком — ну и жара…       — Это по-вашему — жара? — необычно весело усмехнулась Нала — это ещë довольно прохладно.       Лариса в ответ недовольно цокнула и закатила глаза.       — В смысле прохладно?! — чуть не поперхнулась Дарина и удивленно посмотрела на собеседницу — тридцать три градуса на улице!       — Не сорок пять же — возразила Нала и прислонилась к дереву — вот у нас в Астрахани летом каждый день от тридцати до тридцати пяти градусов минимум, и ничего. Живем.       — А — вздохнула Дарина — южный регион?       — Ага — кивнула Нала.       — А ты, Ларис, откуда? — Васильева повернулась к рыжей девушке.       — Я из Беларуси       — Понятно. — блондинка усмехнулась и прищурила глаза — а чего картошки не привезла?       Лариса недовольно закатила глаза, но сдержать улыбки всë же не смогла.       — Ну ладно — продолжила Васильева и поднялась на ноги — удачи вам.       Блондинка помахала рукой и направилась к дому. Вместе с этим подул легкий ветерок, разбавляющий летний зной, и запутался в подоле платья девушки и еë светлых волосах с цветными прядями. Наконец, когда она исчезла из их поля зрения, подруги решились заговорить:       — И что это было? — первой нарушила молчание Нала. Лариса лишь пожала плечами и помотала головой.       — Не знаю…

***

      Внезапно в дверь раздался стук, от которого Аня вздрогнула и обернулась.       Это наверняка она.       Следовательница.       — Можно? — раздался мягкий женский голос.       Да. Это была она.       — Да, конечно — приветливо ответила ей Аня и поднялась с кровати, задев красные перчатки. Одна из них упала на пол.       Дверь открылась и на пороге оказалась блондинка в летнем платье.       — Здра. Оу, я не во время? — недоуменно произнесла Дарине, когда еë взору предстала брюнетка в… странном наряде.       На девушке была надета чëрная безрукавка, а на плечи была накинута такая же черная, как и душа некоторых людей, меховая кофта. Образ дополняли массивные серебристые и металлические цепи, свисавшие чуть ниже груди.       Аня поспешно подняла чëрную перчатку и положила еë на кровать. Тогда Дарина заметила лежащую рядом чëрную диадему, украшенную тусклыми рубинами.       — Да нет, всë хорошо… — соврала Аня, но Дарина не стала зацикливать на этом       — Ты гот? — сорвалось у неë с языка.       — Н-нет… — ответила Аня, а потом, видимо, смекнула, что происходит — это косплей персонажа из аниме — брюнетка взяла диадему с рубинами и надела на голову — я не гот, это просто костюм.       — Аа — понимающе вздохнула Дарина — понятно… А что за аниме, хоть?       — «Чëрная королева» — ответила Аня, заложив руки за спину — там главная героиня переродилась в главную злодейку романа, который она написала и…       Эх… А Дарина в детстве смотрела только эту… ну, которая… «Лунная призма, дай мне сил!»       Даже названия не помнит.       — Прости, но я пришла сюда не за этим — прервав начало долгого повествования, Дарина виновато улыбнулась. На этот раз улыбнулась с трудом. Всë-таки усталость от работы и усталость от жары дают о себе знать. Девушка надеется, что допросит последнего человека очень быстро — я пришла дополнительно допросить некоторых членов вашей команды и попрошу ответить на мои вопросы       — Да, хорошо — Аня согласно кивнула и присела на кровать. Следовательница последовала еë примеру.       — Аня, не могла бы ты мне рассказать, что произошло в магазине в день вечеринки?       — В магазине… — пробормотала в раздумьях Аня, приложив кулак к подбородку, и более громко продолжила — из необычного: Ксюша по секрету сказала мне с Ларисой о своих чувствах к Хере… к Нугзару.       Что ж, ничего интересного.       — А что ты делала на вечеринке?       — Я в основном ела и танцевала. Недалеко играли ребята, но я играть не хотела — ответила брюнетка и сняла с головы диадему — тогда вроде еще была Ксюша.       — Хорошо… — Дарина сделала пометку в блокноте, что сведения Ани совпадают с остальной информацией — а ты уходила с вечеринки? Поднималась наверх?       — Да — призналась девушка и сжала в руке головной убор       — А когда это было? В какой момент?       Ефимова опустила взгляд и вздохнула.       — Я не помню.       Чëрт бы побрал этого Простакова. Можно было передать ей дело, когда все еще более подробно помнят, что там происходило?       — Ладно — разочарованно выдохнула Дарина — благодарю за содействие.       Как бы она не старалась, в голосе все равно отчетливо слышалась усталость и отчаяние.       Молодая следовательница много думала об этом. Она размышляла на эту тему в такси по пути сюда, когда допрашивала подростков и когда пересекала территорию коттеджа вместе с закатом солнца и вызывала машину через приложение, чтобы добраться до дома до темноты.       Она думала о том, как ей повезло и не повезло одновременно. Удача повернулась к ней спиной, когда сам прокурор передал ей это дело. Было жаль, что это не сделали гораздо раньше, когда они всë помнили в более мелких деталях. Ей дали дело с медийными личностями. При чем с личностями довольно вежливыми. Обычно, такое поручали только гораздо опытным сотрудникам следствия, таким, как Простаков. То есть это сложно. Но эти личности — дети, а значит, это проще.       Но ещë…       Это был еë шанс. Шанс сделать шаг в карьере. Шанс, чтобы одним махом пресечь все сплетни за еë спиной.       Вряд ли такая возможность выпадет ли в еë жизни ещë раз.

***

      Допрос в кафе. Что может быть страннее?       Может то, что эта следовательница без предупреждения пришла в дом допросить Наркоманов Петровичей?       Так думал Эдуард, ожидая следовательницу в назначенное время в назначенном месте. То есть — в «Кофебулке».       В заведении играла красивая расслабляющая фоновая музыка. Вокруг суетились официанты, стремящиеся быстрее обслужить посетителей. Подростки, которые сидели и смеялись над шутками своих друзей. Взрослые люди, пришедшие с ноутбуком поработать за чашечкой капучино и черничным чизкейком.       А Эдуард сидел в ожидании Васильевы Дарины, которая решила устроить допрос в кафе. Мало того, что это, как минимум, странно, так она ещë и опаздывает. На встречу, которую сама же и назначила. Если она опоздает ещë сильнее, то успеет ли он на встречу, которую назначил Пëтр?       — Эдуард, здравствуйте — прозвучал женский голос из-за спины. Эдуард резко обернулся до хруста в шее. Старость не радость… Перед ним стояла блондинка с цветными прядями в волосах. На этот раз вместо того летнего платья, которое она одевала вчера, на ней был белый топ-майка и черные велосипедки. С обычным образом следователя в голове Эдуарда вид Васильевой никак не был схож — извините за опоздание, в следственном комитете задержали.       — Да ничего страшного. — вздохнув, пробормотал Перец и крепче сжал свою чашку с кофе.       — Тогда хорошо — Дарина обошла стол и села напротив Эдуарда, повесив свой чëрный шопер на спинку стула. Следовательница положила локти на столешницу и сцепила пальцы в замок — вы же помните, зачем я вас сюда пригласила?       — Да, помню.       — Так вот…       — Постойте — прервал еë мужчина и блондинка вопросительно посмотрела на него — всë-таки почему вы не проводите допрос в специально предназначенной для этого комнате?       — А, это… — Дарина с сожалением вздохнула и опустила взгляд — все комнаты для допросов заняты, и мне не дают возможности провести допрос там.       — А, понятно…       Не понятно почему, но после своего же вопроса Эдуард пожалел о нем.       — Вернемся к делу — Дарина подняла на него взгляд и Перец кивнул — меня интересует всë, что происходило до приезда вашей команды в Новосибирск, чем конкретно занимается ваша команда, какие у вас внутренние отношения, что происходило за несколько дней до вечеринки и в день еë проведения. А также то, как чувствуют себя члены команды после смерти Ксении, какое у всех настроение, кто сильнее выделяется на фоне остальных и кто нет, у кого необычное поведение и так далее по списку.       Нихуя себе «списочек».       — А ещë я время от времени буду задавать вам вопросы — продолжила блондинка — хорошо?       — Да. — неуверенно выдавил из себя Эдуард.       — Тогда начинайте ваш рассказ.       Мда… Дело за малым…       — Наркоманы Петровичи — это команда, основанная мной для записи роликов на ютуб канал. Из старого состава сейчас остался только Нугзар и Костя. И.       — А записи роликов в каком формате и какую цель они несут? — спросила следовательница и достала блокнот с ручкой из сумки       — Это ролики развлекательного характера по видеоигре — ответил ей Перец и сделал небольшой глоток кофе — так вот. Мы договорились встретиться в Новосибирске как в прошлом году. Кто-то не поехал, а кто-то поехал впервые. И…

Следующий фрагмент рекомендуется читать под музыкальное сопровождение: Alexey Kosenko, KoSSen — Melancholy

      — То есть вы уже снимали тот коттедж в прошлом году?       — Да — Эдуард кивнул и сделал ещë глоток из чашки — тогда произошло сразу несколько плохих ситуаций, но не думаю, что сейчас они имеют отношение к происходящему сейчас. И.       — Расскажите вкратце — прервала его Васильева — что тогда произошло в двух словах?       — Тогда… — Эдуард вздохнул и опустил глаза — тогда на нас хотели напасть. Одной нашей участнице — Наташе, угрожали во время попытки ограбления. А в конце, в последний день, когда мы уже разъезжались… я не знаю, почему, но. Наташа пыталась покончить с собой. Но еë удалось спасти и сейчас всë хорошо.       Эдуард взглянул на следовательницу. Он ожидал, что она кивнет и снова запишет что-то в блокнот, но… вместо это увидел, как она с приоткрытым ртом и с сочувствием в кариях глазах смотрела в пустоту.       — Это… ужасно — промолвила Дарина и судорожно вздохнула — какого же вам тогда было…       — Хорошо, что тогда все закончилось благополучно для всех. Не то, что в этот раз…– ответил Эдуард и слегка кашлянул — продолжим…       На самом деле… Эд не хотел теребить старые раны и сыпать на них соль. Было больно говорить о прошлом. Было… нестерпимо больно. Он не стал говорить, какой страх тогда испытал. Не стал говорить и о том, что именно тогда понял, как дорога ему команда. Каждый еë участник. И не из-за того, что они помогают ему в записи.       В первую очередь — они его друзья. И всегда ими будут. Даже если покинут команду. Даже если перестанут видеться. Они были его друзьями, есть и всегда таковыми будут. Да и в конце-концов…       В конце-концов, они — его дети. Пусть и не настоящие, пусть они и приëмные, но они — его дети. Это точно ничего не изменит.       И тогда, когда была совершена попытка их ограбить… Он смертельно испугался. Что если бы их кто-то ранил? Убил? А когда Наташа совершила попытку покончить с собой? Он до сих пор не знает, почему она решилась на это. Что тогда с ней произошло? Что случилось?       Он никогда никому не говорил, как скрепя сердцем отпускал еë из своего дома, боясь, что та снова что-то подобное учинит. Никогда не говорил, как заставил силком каждого Наркомана Петровича, а в особенности Нугзара, сесть на самолет или поезд и отправиться домой.       Никогда не говорил, как они дороги ему.       А потому для него очень сложно рассказывать о таком. О неприятностях, которые могли стоить жизни членам его команды.       А сейчас эта команда, возможно, распадётся. Если найти убийцу Ксюши не получится, то все будут винить друг друга. Все могут превратиться в параноиков, чего Эдуарду совсем бы не хотелось.       Но сейчас следует отложить чувства в сторону и с холодной головой решить проблему.

Конец музыкального фрагмента.

      — Мы тогда решили снова съехаться, повеселиться, снять влог и так далее — продолжил Эдуард — так вышло, что Нугзар приехал раньше остальных и мы разделились. Я встречал Наркоманов Петровичей на вокзале, а он — в аэропорту. Потом мы встретились уже в коттедже. В тот же день я предложил устроить вечеринку.       «Лучше я бы этого не делал».       — На следующий день, то есть в день проведения — уточнил Перец — мы за завтраком повторили, кто и за что отвечает, а потом большая часть команды отправилась в город за продуктами. Что произошло там, я не знаю. Я знаю только то, что дома остались Влада, Антон и Ярик с Витой. Влада и Антон готовили музыку для вечеринки, а Ярик с Витой гуляли с Марти. Во время приготовлений Ксюша поссорилась с Антоном, потом я их отправил заниматься своими делами и хотел на следующий день с ними вместе поговорить, но…       — На следующий день вы нашли Ксюшу мертвой — закончила за него Васильева.       — Да — еле выдавил из себя Эдуард — тогда мы завтракали, потом я начал ругать ребят за в тайне пронесенный от меня алкоголь. Маша вызвалась погулять с Марти — мужчина вздохнул и опустил взгляд — Марти тогда всë рвался на улицу… Наверно почуял не ладное… Так Маша с Марти наткнулась на тело.       Дарина, сжав губы в тонкую линию, промолчала и сделала запись в блокноте. В это время к ним подошёл официант в очках с тонкой оправой и поставил им на стол две тарелки с малиновыми чизкейками. Блондинка вопросительно посмотрела на Перца. Эдуард пожал плечами.       — А мы ничего не заказывали. — опешила Васильева, не дав официанту даже слова сказать.       — В заведении проходит акция — с улыбкой сообщил им официант — для возлюбленных — десерт в подарок.       А… Тогда ясно. Но вот только Эдуард с Дариной таковыми не являются. Перец уже хотел ответить, что они ошиблись и на самом деле они не пара, но…       — Спасибо — Васильева вежливо улыбнулась и притянула тарелку к себе.       Что за.       — Пожалуйста — ответил парень и, забрав поднос, направился обслуживать остальные столики.       — Что это было? — усмехнулся мужчина, как только официант отошëл на достаточно большое расстояние.       — А что? — как ни в чем не бывало ответила Дарина, поедая чизкейк — Я от бесплатного десерта никогда не откажусь — следовательница улыбнулась и склонила голову на бок — вы тоже ешьте. Очень вкусно, между прочим.       Эдуард вздохнул, но всë же решил попробовать принесённый чизкейк.       — Ну, вернемся к делу — продолжила следовательница, отломав вилкой небольшой кусочек десерта — как чувствовала себя команда после убийства и чье поведение особо изменилось?       — Все были очень подавлены и расстроены — помолчав, ответил Эдуард — если честно, то я думаю, что в скором времени команда распадётся…       — Как? — не сдержалась Васильева — из-за того, что одного человека убили? Нет, конечно, это ужасно, что Ксении не стало, но ведь… Одна смерть может стать преградой для дальнейшей дружбы? Это… чушь.       — Чушь? — он не ослышался? Она сказала «чушь»?       — Да, чушь — подтвердила девушка — несомненно, она была их подругой и большинство очень сильно переживают за неë, но… Еë смерть должна ещë сильнее сплотить их. Только поддерживая друг друга и помогая, можно вместе справиться с потерей.       — Но они как раз подозревают друг друга — возразил мужчина и отложил вилку, так и не доев до конца — каждый думает друг на друга и делают обвинения. Как они могут таким образом сплотиться?       — Мда, варианты развития событий разные — вздохнула девушка — но одно другому не мешает.       — Что?       — Одно другому не мешает — терпеливо повторила Дарина — сначала они могут ссориться, но потом сплотиться. Главное — их как-то к этому подтолкнуть…       — Да — кивнув, согласился мужчина — но как?       — Да хоть прямым текстом — легко отмахнулась девушка       На ум внезапно пришла не так давно произошедшая ситуация…       — Вы наверно знаете, у хозяйки дома был конфликт с прошлым следователем…       — Ну да — согласилась девушка.       — Тогда она сказала довольно примитивную фразу «Я дойду до прокурора» или что-то вроде того. И действительно дошла. К ей это удалось?       — А вы не знали? — удивилась блондинка — они женаты.       Если бы это было видео, то комментаторы сто процентов написали: «Топ 5 концовок в аниме: 1 место»       — Да? — эхом отозвался Эдуард.       — Да, да — подтвердила Дарина и уже более серьëзно продолжила, отодвинув от себя пустую тарелку от чизкейка — вернёмся к теме: а кто особо отличился поведением?       Эдуард нахмурился. Кто особо мог отличиться поведением? Нугзар? Наташа? А может быть Маша? В последнее время она постоянно нарывается на конфликты.       В раздумьях Перец включил экран телефона, лежащего рядом, и сверился со временем. Десять минут шестого. Через пятьдесят минут он уже должен быть в Центральном парке, на встрече с Петром.       Как два часа успели пролететь так быстро?       Надо как-то по-быстрее закончить допрос.       — Если подумать… — начал Перец, приложив кулак к подбородку — в последнее время довольно странно ведут себя Наташа, Лариса, Антон и Маша. Наташа ходила нервная, Лариса перестала свободно общаться и замкнулась в себе, с Антоном та же история, а Маша смотрела на всех с подозрением и тоже ушла в себя. Да что уж скрывать… Половина команды замкнулась в себе.       — Значит, все стали более молчаливее?       — Да — согласился Перец — но этот контраст больше всего на Ларисе и Маше хорошо заметен.       — Хоро…       Раздался звонок телефона и Дарина была вынуждена прерваться. Она быстро вытащила телефон из сумки и посмотрела на контакт. Неожиданно еë губы скривились, а брови нахмурились.       — Алло, Юлия, здравствуйте — следовательница приложила телефон к уху и одними губами произнесла: «Извините». Эдуард кивнул и приложился к кофе — нет, я не буду вас так называть — продолжила говорить она. Собеседница по другую сторону провода что-то сказала и Дарина нахмурилась ещë сильнее — вы мне никто, вы просто биологическая мать.       «Занавес»       Эд удивленно взглянул на Дарину. Она этого даже не заметила. Прежде спокойный тон голоса стал в разы агрессивным и резким.       — Не лезьте в мою жизнь — девушка положила, едва не бросила телефон на стол экраном вниз и тяжело вздохнула, прикрыв рукой лицо и сдавленно пробормотала — Извините…       — Да ничего — отозвался Эдуард — а что у вас случилось?       Перец сам не понимал, почему он это спрашивает.       — Как только я родилась мать сдала меня в детдом — ответила Дарина, всë ещë нервно поглядывая на телефон, лежащий экраном вниз, — а сейчас объявилась со своим «я не хотела тебя бросать», «я тогда не могла тебя содержать». Будто я не знаю, как она налегала на бутылку и мужиков.       Похоже, она сердится. Обычно всегда улыбается, а сейчас… Сейчас еë маска слетела с лица.       — Так, что-то мы отвлеклись — уже более спокойно продолжила, но снова отвлеклась — что это за шум?       И правда… где то рядом был какой-то писк, как будто кто-то стал размером с мышь и тщательно пытается достучаться на слишком больших по отношению к ним людей. Можно даже разобрать какие-то слова: «Это… твой. молодой. человек?»       Стоп, что?       Глаза блондинки расширились сразу, как только девушку нашла причину — звук исходил из еë телефона. Она резко взяла его в руку и приложила к уху.       Похоже, кто-то не отключил звонок…       — Ты ещë здесь? — сдавленно прошипела она.       — Это твой молодой человек? А как долго вы знакомы? Почему мне о нем не сказала? У вас с ним всë серьезно? — послышался громкий голос из трубки.       — Это по работе — твердо ответила следовательница и бросила телефон, но уже удостоверившись, что звонок сброшен, и чуть ли не мгновенно залилась краской — вы все слышали, да?       Эд, еле сдерживая смех, кивнул.       Девушка залилась краской ещë сильнее.       — Ээ... Ну… Спасибо за информацию, мне пора — Дарина вскочила и быстро схватила сумку, блокнот, в котором на протяжении встречи делала пометки, и телефон — до свидания.       Следовательница умчалась из кофе так быстро, как будто еë здесь вообще не было. О еë нахождении здесь свидетельствовала лишь тарелка от малинового чизкейка.       Ещë бы она так же быстро пришла к началу встречи…       К слову, надо и самим не опоздать на начало следующей встречи, но уже с Петром.       Перец сверился со временем на телефоне. Двадцать минут шестого. Ну… От сюда до центрального парка на машине ехать всего минут десять.       Только… Зачем это ему? Зачем он назначил эту встречу? Ладно это сделала Дарина — ей нужно было собрать больше информации. Но помощник следователя? А он вообще участвует в расследовании дела, если он был помощником Простакова?       Тогда он ещë так резко говорил… Эдуард очень мало знал Петра, но это было очень на него не похоже. Неужели Эд чего-то не знал? А что знает помощник следователя?       Размышления Перца прервало уведомление на телефон — это как раз от Петра. Пëтр: Здравствуйте, встреча экстренно переносится на пол часа раньше 17:23 Пëтр: Увидимся у фонтана 17:23 Пëтр: Это срочно 17:23

Следующий отрывок рекомендуется читать под музыкальное сопровождение: Kcolc — HOYO-MiX (ставьте на повтор)

      Блять. Если это так срочно, то можно было написать об этом заранее, а не за десять минут?       Эдуард сорвался с места, оставив на столе необходимую сумму за еду, и едва не выскочил из кафе. Мужчина твердой походкой направился к своей машине, попутно вытаскивая из кармана ключ. На этот раз он поехал на мерседесе и и тот услужливо ждал хозяина на парковке.       Фары замигали под писк ключа, оповещающий хозяина о открытии машины, но Эдуард не обратил на это особого внимания и быстро сел в машину, сразу заведя двигатель.       Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.       Плечи мужчины вместе с грудной клеткой то вздымались, то опускались, пока руки покоились на руле, готовясь к движению. Что-то у него плохое предчувствие…       Пора.       Автомобиль тронулся и под характерный шум асфальта Эдуард выехал с парковки.       Так. Надо проехать прямо и на четвертом перекрестке повернуть на Мичурина налево. А потом также проехать три перекрестка прямо и на четвертом свернуть на парковку.       Лишь бы пробок не было.       В конце концов время было далеко не самым удачным. Время близилось к шести — скоро начнется час-пик.       Машина уверенно влилась в общий поток. Осталось пять минут до встречи. И не мог же этот Петя заранее о таком предупредить? Придурок.       Первый перекресток до поворота пройден.       — Блять! — чересчур громко воскликнул Эдуард. Какой-то уебок его подрезал и свернул на другую улицу.       Перец крепче сжал руль. Машина начала всех обгонять, маневрируя между рядами. Эдуарду то и дело приходилось включать поворотники то вправо, то влево, чтобы предупредить остальных участников дорожного движения о совершаемых им действиях.       Второй перекрёсток позади.       Внезапно на дорогу выбежал ребëнок.       — БЛЯТЬ — Эд резко ударил по педали тормоза и машина под пронзительный визг тормозов оставила на асфальте чëрный след от шин. Мужчина надавил на центр руля, подав звуковой сигнал, от которого мальчишка — виновник произошедшего, отскочил от машины и под нецензурную брань Эда бросился к тротуару.       Машина продолжила движение.       Третий тоже проехали.       На следующем Перец, как и задумывалось, повернул налево. Теперь просто прямо. Осталось две минуты.       Наконец, преодолев ещë одну прямую, Эдуард доехал до места назначения.       Центральный парк.       Почему он не мог назначить встречу в следственном комитете или что-то вроде того? Зачем ему понадобилось это делать в парке?       Закрыв машину, он быстрым шагом прошел под аркой с вывеской: «Центральный парк». Они договорились встретиться у фонтана. Насколько Эд понял, речь шла о поющих фонтанах. Это не так далеко отсюда.       Быстрый шаг сменился на бег. Плохое предчувствие никак не желало отпускать Эдуарда. Сердце билось с неистовой скоростью. Что-то здесь не так. Что-то определенно произойдет.

Конец музыкального фрагмента.

      Тяжело дыша, Эдуард подошëл к фонтану. К нему из тени деревьев навстречу вышел «виновник торжества» — Пëтр. Выглядел он очень нервным.       — Здравст… — начал Эдуард, но был сразу прерван Петром:       — Это все было с самого начала продумано — быстро залепетал он. Что совсем было на него непохоже.       «Что, черт возьми, здесь происходит?»       — Это всë… — продолжил он, всë больше повышая голос и судорожно хватая ртом воздух — сделка… расследование… все это ложь! Убийца эт.       Договорить он не успел.       Воздух рассекло два громких выстрела, что пронзительно резанули по ушам. Раздался женский крик и детский плач. Сердце замерло, а затем пустилось в скач в бешеном ритме. Помощник следователя стеклянными глазами мгновение смотрел на Эдуарда, а затем его тело тряпичной куклой упало на землю рядом с фонтаном. Асфальт залило кровью.       — Кто-нибудь вызовите скорую! — крикнула женщина где-то справа.       Эд ошарашенно, словно в замедленной съёмке наблюдал за всем этим. Ноги подкосились от осознания.       Его… убили?       Дыхание сбилось.       Мужчина упал перед ним на колени и попробовал закрыть рану на груди. Только, это рана была не одна. Во лбу помощника следователя зияла кровавая дыра.       Пульс перестал прощупываться. Грудная клетка перестала вздыматься.       Пëтр скончался, так и не дождавшись приезда скорой помощи.