1. "Журналистка".

— И всё-таки, мисс Грэйнджер, хочется напомнить вам, что подобные поездки — не место для устройства ваших амурных дел, — не скрывая насмешки, громко произнёс Снейп. Когда он поднялся в башню директора, Грэйнджер была уже там, сводя на нет идею образумить старого интригана без лишних свидетелей. Там же стояла и МакГонагалл — решительная, но немало встревоженная, женщина замерла возле директорского стола, гордо, почти воинственно вскинув голову. Разговор не слишком задался, и Снейпу давно хотелось уйти. Гермиона залилась краской и едва не зашипела в ответ, Дамблдор хитро прищурился. Но заговорила Минерва. — Мне кажется, профессор Снейп, что наличие хороших знакомых там, — выделила она, — это отличное подспорье, и, — гриффиндорка зло взглянула на директора, — не буду скрывать, единственное условие моего согласия. — Мне кажется, профессор МакГонагалл, — Снейп склонил голову с наигранной учтивостью, — наличие ваших хороших студентов там — в принципе недопустимо. — То есть ваши студенты не являются хорошими даже по вашей оценке? — не преминула вставить Минерва. — В нашем контексте, боюсь, что да, — абсолютно равнодушно кивнул Снейп. Дамблдор переводил взгляд с одного декана на другого, хитро улыбаясь и не забывая привычно жевать лимонные дольки. — Я в Ордене Феникса! — твёрдо заявила Грэйнджер. — То есть почти, — смутилась она под пристальным взглядом зельевара, — я в резервном списке. — О, сей предмет неразумной гордости вашего факультета включает даже первокурсников, — парировал Снейп. — И, раз уж мы все здесь собрались, полагаю, не надо уточнять, кто сопровождает поездку? — Каркаров? — с сомнением спросила Гермиона. От неожиданности Северус переглянулся с Дамблдором. Тот слегка помотал головой. — Я имел в виду, что едет мой факультет, мисс Грэйнджер, — вздохнул слизеринец. — И, соответственно, сопровождать вас буду я. — Это было понятно с первых строк объявления, — спешно сообщила Грэйнджер. — Кому ещё в школе, кроме Слизерина, пришло бы в голову ехать в Дурмстранг? — Вы сами подошли к вопросу, которым я задаюсь уже несколько недель. Какого чёрта вы там забыли? Надеюсь, директор пояснил, что это не увеселительное мероприятие? — Снейп заметно нервничал, что вызывало у МакГонагалл слабую улыбку. — Бывает, Северус, — она попыталась сказать это с теплом, — что всё идёт не так, как мы задумали. Думаете, я готова была отпустить мисс Грэйнджер? — Вам нужно её только отпустить, — фыркнул Снейп, — а мне, к сожалению, ещё и вернуть вам в сохранности. — К сожалению?! — рявкнула Минерва так, что Снейп отшатнулся. — Мне придётся следить за ней, а я, поверьте, тоже не в отпуск еду, — он скрестил руки на груди с надменным видом. Дамблдор безмятежно подлил себе чай. — Я хотел собрать всех студентов, чтобы рассказать им подробности, но мисс Грэйнджер подошла ко мне с вопросами сама, поэтому, коллеги, я пригласил вас. Не мог же я отказать нашей старосте, но и собрание ученикам Слизерина провести следует. — Своим студентам я сам разъясню подробности, — буркнул Снейп. — В разумных пределах, — сказал директор с лёгкой ноткой протеста. — Вернёмся к мисс Грэйнджер, ведь мы должны всё же предостеречь юную леди от возможных опасностей… Снейп возвёл глаза к потолку. — Мерлин, вы должны не пустить её к этим опасностям! — Северус! Я не имею права запрещать студентам, это открытое мероприятие, о нём даже в газетах уже написали. — Как написали, так и новое напишут, враньё в «Пророке» даст фору даже предсказаниям Сивиллы! Дамблдора передёрнуло после упоминания предсказаний Сивиллы, да ещё не от кого-то, а от Снейпа. Он даже забыл донести до рта лимонную дольку, взгляд его стал колючим. — Грэйнджер, вечером зайдите в мой кабинет, — холодно сказал Снейп, удаляясь. — Зачем? — встрепенулась Минерва. — Разве мы собрались не для того, чтобы поговорить с мисс Грэйнджер вместе с директором? — Должен же и я дать ей некоторые напутствия, — Северус терпеливо подождал, пока горгулья нехотя распахнёт дверь. — Что мешает вам здесь? — Боюсь, что Северус их ещё не придумал, — подмигнул директор, взгляд Снейпа полыхнул яростью. Гермиона робко постучала в деканат Слизерина после ужина. Здесь были пуффендуйцы на отработке, но Снейп немедленно их отпустил. Он смерил девушку взглядом, помолчал, потом подвинул ей стул к своему столу. — Послушайте, мисс Грэйнджер, можете вы мне дать слово не ехать, если я привезу сюда этого вашего Крама? — Что?! — у девушки вспыхнули гриффиндорским цветом кончики ушей, глаза воинственно заблестели. — Не отпирайтесь, вы покраснели, когда у Дамблдора я сказал про «амурные дела». А во время Турнира было множество разных событий, чтобы этот период отложился и в моей памяти. Я даже не поленился пересмотреть воспоминания. — Сэр, при чём здесь Крам? Объявление висит почти месяц, я не понимаю, если бы кто-то ещё захотел поехать, вам бы тоже пришлось смириться. — Смириться? — брови Снейпа удивлённо приподнялись. — Грэйнджер, вы знаете, что оно висит для отвода глаз. И, как видите, кто-то ещё не захотел. Или вы плохо уговаривали? — Почему я? — но Гермиона всё же дёрнулась, выдав неоднократные попытки подбить на поездку сокурсников. — Ну а кто? Не Минерва же. Какому кентавру придёт в башку накануне войны бежать, но не от боевых действий, а в тылы врага? — А никто с Когтеврана или Пуффендуя… — Не в это время, — перебил Снейп. — Да, некоторые задавали вопросы, но их даже не пришлось разубеждать. Это были только вопросы. Гермиона нахмурилась. Он продолжил. — Вы почти в Ордене. Директор вряд ли сказал, но я скажу, хотя не имею на это права. Мои студенты останутся там. Это цель поездки, которую знаю я и Дамблдор. Мои студенты думают, что едут на стажировку по тёмным боевым искусствам. Что ж, они почти правы. Но им не будет позволено влезть в эту войну. — Это идея профессора Дамблдора? Почему тогда он не хочет защитить и других студентов? — справедливо заметила Грэйнджер. — Это моя идея. Мой факультет — пятая колонна для Ордена, Дамблдор и сам рад спровадить их подальше. Не буду называть имён, но кое-кто со старших курсов даже приняли метку. — Чёрную метку тёмного лорда? — в ужасе отшатнулась девушка. Снейп кивнул. — Лорд имеет влияние, может отдавать приказы. Приказы, которых нельзя избежать. И я не хочу, чтобы эта бомба замедленного действия находилась в Хогвартсе и под моей ответственностью. — А вы не боитесь, что ситуация здесь затянется и ваши студенты вернутся и влезут в войну как тренированная готовая армия? — Не затянется. Дальше некуда, — сухо возразил профессор. — А если серьёзно, помните, как жили гости Турнира? Мало с кем они завели дружбу. И, если помните, они говорили с сильным акцентом. — Но что это меняет? — Обучение в Дурмстранге происходит на латинском языке, большинство студентов из разных стран Европы. У нас этот предмет факультативный, и со Слизерина мало кто предпочёл тратить на него время. Мои студенты знают его только в рамках других дисциплин, так что они ни черта не поймут, а учитывая их высокомерие, даже не попытаются. На пользу и замкнутость учеников принимающей стороны. — Вы правда так думаете? — усомнилась Гермиона. — Но ведь их бы тогда никто не пустил. Родители, ваш тёмный лорд, он ведь тоже надеется на их боевую подготовку? — Да. Но Каркаров сходит с ума от гордости, что его школа, наконец, стала интересна и нужна, ему и в голову не приходит узреть отсутствие практической пользы. А я не собираюсь открывать ему глаза. Да и когда поймёт, он не скажет об этом, чтобы не очернять школу. Английский там многие знают, сами помните, какой огромный отряд прибыл сюда. Но учить слизеринцев подпольно они не станут. И знать язык для общения и для того, чтобы учить других, это разные вещи. Наши магии очень различны. О родителях отдельная тема. Даже Малфои одно время хотели отправить Драко в Дурмстранг, но передумали. Слизерин — сплошь потомки аристократов и те, кто скрывает неугодную родословную. Их юность — это приёмы, балы, личные единороги и Министр в друзьях у родни. Там, куда мы едем, маги сами по себе никогда не делились по классам, а класс магов в целом обществе был изгойским. У них маги — это отшельники, уходящие в леса или странствующие по городам, часто нищие. Представляете диссонанс со Слизерином? — Но тогда зачем? — Я же сказал. Убрать их с дороги и пресечь попытки влезть в боевые действия. Пусть займутся изучением чужой культуры и мелкими разборками с товарищами. — А если они разгадают вашу идею? — Это вряд ли. Местные маги не подведут Каркарова и будут учить их прилежно. Может, даже латынь к концу поездки уже отложится в их головах. И если ситуацию мы обсудили, давайте вернёмся к вам. — Я стажируюсь у Риты Скитер и профессор Дамблдор разрешил мне ехать, чтобы написать репортаж о Дурмстранге, — уверенно сообщила Грэйнджер, ожидая, впрочем, что Снейп ей не поверит. — Мы же почти ничего не знаем об этой школе, и попасть туда очень трудно, особенно таким, как я. Снейп замер, будто взвешивая каждое произнесённое ею слово. — То есть, Грэйнджер, — с сомнением начал он, — идёт война, любой из нас может завтра стать мишенью, а у вас на уме… туризм?! И газетные статейки? — закончил мужчина совсем недоверчиво, Гермиона поёрзала на стуле. — Это не туризм. Это… разведка! — Так мы вроде не с Каркаровым лично воюем, вам напомнить, с кем? Может, вас разведки ради в Малфой-мэнор проводить? А то пока по Дурмстрангам катаетесь, вашего друга Поттера тут, не дай Мерлин, авадой огреют. На кого вы его оставите? — Если директор отсылает вас, значит, здесь пока ничего не случится. — Вы так уверены? — Без вас не начнут. Он сам так сказал. Или придётся допустить… — Гермиона помедлила и закончила совсем тихо, — что вас Дамблдор отсылает по той же причине, что и студентов. — Прекрасно, — криво улыбнулся Снейп. Он долго с интересом смотрел на девушку. — А про Скитер вы это всерьёз? — А вы мне не верите? — На полкната бы поспорил. Но даже не на сикль. Чтобы вы и в журналистику? Тиражировать то, что решили за вас и без вас, и в лучшем случае выискивать пошлые сплетни? — Почему вы так говорите? — А чем ещё занята госпожа Скитер? — Снейп вдруг улыбнулся, — я вам сейчас покажу. Он отошёл к шкафу и порылся в нижнем отделении. — Чтобы про меня, и сочинить такое, — мужчина вернулся с прошлогодней газетой. Бульварное издание «Волчья ягодка» печаталось в Лютном переулке и в Хогвартсе не выписывалось, но автором статьи значилась вездесущая Рита. На первой же полосе была колдография Снейпа и Люциуса Малфоя, ниже — колдо госпожи Малфой на крыльце дома Снейпа в Паучьем тупике. «Сложный выбор» называлась заметка, гласившая, что миссис Малфой тайком от мужа посещает холостяцкую квартиру Северуса Снейпа, известного многим профессора Хогвартса, у которого, к слову, учится сын четы Малфоев. И не по тому ли аристократический брак трещит по швам? В конце Скитер пафосно отмечала, что мир всё чаще погружается во тьму, вот и госпожа Малфой не устояла перед чёрными омутами глаз мастера зелий, никогда не скрывавшего тяги к тёмной магии. — Нарцисса Малфой пару раз приходила ко мне по делу, — пояснил Снейп, — а так это видят журналисты. Мило, правда? Я бы и не узнал, что за нами следили, Малфой сам приволок мне газету. Наше сиятельство ещё не утратило чувство юмора. — Я не знала, что Скитер пишет не только в «Пророк», — Гермиона хотела пролистать всю газету, но Северус её убрал. — Если вы стажируетесь так же, как учите ЗОТИ, то я не удивлён. Гермиона промолчала. Тёмные искусства давались ей с трудом. На другой день Северус позвал её в коридор после отбоя. Профессор дежурил, но больше думал о грядущем совсем скоро дне поездки. — Мисс Грэйнджер, Дамблдор пару раз выдвигал идею, что Ордену неплохо бы тоже расширить влияние. Например, с помощью Крама. Он известный спортсмен, его уважают, к тому же он мог бы стать двойным агентом в Дурмстранге. В отзывах местной прессе он говорил, что остался в восторге от поездки в Хогвартс и тамошних студентов. Кто, как не вы, мог повлиять на это? — Что вы имеете в виду, сэр? — Крам не общался даже с нашим героем Поттером или с Уизли, хотя кроме Турнира у них есть общая тема — квиддич. — Но и со мной он не общался, он только пригласил меня на бал! — Вас, девушку, непричастную к Турниру и на три курса младше. Это же не просто так. — Профессор! Я с ним не общаюсь, не переписываюсь, я даже не знаю, где он! В газетах был слух, что он давно помолвлен. И сразу уточню — не со мной! А то имя там не называлось, мало ли что вы подумали. Виктор ведь уже закончил Дурмстранг. Северус удивлённо оглянулся. — Вы серьёзно? Директор не говорил вам, что Крам преподаёт полётную подготовку и тренирует сборную? — Эээ… — Вот чёрт, — Снейп взмахнул руками, не находя слов, — чёрт возьми, Грэйнджер, объясните мне тогда, зачем вы туда едете? Привлечь Крама в Орден было бы хотя бы логично. И… не думаю, что сложно для вас. — Ну… — Гермиона погрустнела, — если очень нужно, я могу попробовать, но без каких-то крайностей, директор тоже говорил об этом, но я не… — Так может, — не дал ей договорить Снейп, — я просто привезу его сюда? Вам, директору, Ордену, мне плевать! А вы не поедете. Гермиона нахмурилась, но в конце коридора показалась МакГонагалл. — Профессор Снейп, позвольте узнать, что вы делаете возле башни Гриффиндор? — Что? Минерва, я хоть раз спрашивал вас, что вы делаете в моих подземельях? Или, может, расскажем студентам, что там крысы жирнее? Гермиона закусила губу, чтобы сдержать улыбку. Минерва зло сверкнула глазами. — Если вы отговариваете мисс Грэйнджер или угрожаете ей, то у меня есть даже разрешение её родителей на поездку. — Она же совершеннолетняя, разве нет? — Да, — быстро ответила Гермиона. — Всё равно, — отпечатала Минерва, — я предпочла сообщить её родителям о поездке в другую школу в другой стране. — Зачем? — возмутилась Грэйнджер. — Зачем создавать им лишнее беспокойство? — Если бы они ответили отказом, у меня было бы основание прислушаться к доводам профессора Снейпа, — МакГонагалл протянула Гермионе письмо. Снейп развернулся и пошёл прочь по коридору. На уроке ЗОТИ профессор, обходя класс, задержался у парты Гермионы всего на пару секунд. — Мисс Грэйнджер, у вас отработка сразу после ужина. Или, если хотите, вместо — я туда не иду. — У меня? Только у меня из всего курса? — Грэйнджер всерьёз разозлилась. Конечно, со Снейпом не всегда бывает возможность поговорить, а тут он нашёл время специально для неё, но и тема была ясна заранее. — Пока не могу сказать за Пуффендуй и Когтевран, их урок следующий, а из вашей половины только у вас. — Но как? И никто не написал хуже меня? — Не знаю, вы же не сдали свою работу. — Понятно, — девушка смотрела, как сокурсники собирают вещи, Снейп уже вернулся за свой стол. Некоторые студенты подолгу копались в вещах, и это начинало раздражать и Снейпа. Перемена — для личных дел, и кабинет нужно освобождать быстрее. Грэйнджер ожидаемо осталась. — Что значит не сдала работу? — она подошла к столу и спокойно взяла общую стопку листов. — Её там нет, — кивнул Северус. — Все видели, что я её писала. Могли бы придумать что-то получше! — Никто не видел, что вы пишете контрольную по ЗОТИ. Может, вы писали письмо? Например, в Дурмстранг. — Кому? Вам? Так вы ещё не уехали. Хорошо, я приду вместо ужина. У меня как раз уже нет аппетита. Вечером она постучалась и с порога начала свою речь. — Знаете, профессор, я всё понимаю, но выбросить мою работу… — в руках девушка держала новую, написанную за перемены контрольную. — Я её не выбросил, — холодно возразил Снейп, — так что свои листы оставьте себе на память. И вы правы, речь пойдёт не о ЗОТИ. Хотя, — он внимательно посмотрел на студентку. — О ЗОТИ тоже, вы подготовлены намного хуже слизеринцев. — Так подготовьте, вы же теперь его ведёте! — Увы, я вынужден учить вас по программе. И у меня нет времени, чтобы восполнить шесть курсов за неделю. — По курсу в день, — улыбнулась Гермиона. — Я говорил с Дамблдором, он тоже не видит никакой необходимости в этих ваших газетных обзорах магических школ. Когда весь мир может оказаться в руках у лорда, не всё ли равно, что и как преподают в Дурмстранге? — Но он же… он же не мог мне запретить? — К сожалению. Значит, у вас есть более весомая причина. О которой он знает, в отличие от стажировки у Скитер. Вы едете, чтобы следить за мной?