Часть 16

      Ох уж эти бесконечные женские сборы. Пускай Синьора и была номер восемь из Фатуи, прозванной Горящей Алой Ведьмой, она в первую очередь оставалась женщиной. И на душе у неё было не спокойно. Долгое время она собиралась, решала что ей нужно, а что не нужно, несколько раз меняла своё мнение на противоположное, потом вновь возвращалась к первоначальному, но ещё дольше она решала, нужно ли ей вообще туда возвращаться. Со стороны эта ситуация казалась полным бредом, изнутри – ещё хуже. Но она решила, что пойдёт. Ей было наплевать, куда и сколько идти, кого придётся убить на своём пути, лишь бы дойти. Наконец собравшись, она вышла из своего дома. Был поздний вечер, в Снежной давно стемнело. Луна ярко освещала предвестнице дорогу, высокие каблуки стучали по неровной мостовой. До границы с Монштадтом было от силы два часа пути пешком. Однако добираться таким способом не соответствует её статусу, а телепортироваться сразу она не хотела, чтобы не привлекать внимания, так что воспользовалась этой замечательной способностью Глаза Порчи у выхода из главных ворот. Оказавшись на месте, Синьора подняла голову, устремив взгляд к небесам. Хоть она и стояла на земле, но даже так смотрела свысока.       Луна над Каньоном Светлой короны была как-будто не такая, как над Снежной. Её тёплый молочно-белый свет сменился холодным, светло-серым. Луна больше не была источником света, теперь она стала зловещим символом, белая как кость, знаменующая один из двух возможных исходов: либо мёртвые восстанут, либо живые погибнут. Звуки битвы раздавались рядом. Она направилась в ту сторону. Перед ней, на краю каньона сражались двое мужчин, один из них казался ей смутно знакомым. Второй, огневолосый, с большим горящим двуручником явно проигрывал, как минимум из-за стихии оппонента. Тот бил электро, постоянные Перегрузки то и дело выбивали рослого Дилюка из равновесия. Поглощенные битвой они не заметили, как "Прекрасная леди" приблизилась к ним. Тот, что владел электро окончательно вошёл во вкус, жажда крови полностью им завладела. Его внешность начала меняться: длинные, до локтей, чёрные железные перчатки закрыли руки, на ногах появились такие же черно-фиолетовые сапоги, лицо стало полностью закрыто красной рогатой маской с драгоценным светло-сиреневым камнем наподобие глаза циклопа. И плащ. Кусок ткани самой Вселенной, переливающееся из фиолетового в эбеново-черный кусок звёздного неба, уходящий в бесконечность, развевался за его спиной. Холод и отрешённость во взгляде Синьоры на мгновение пропали, она стояла, завороженная зрелищем. Когда она вернулась к своему прежнему состоянию, заметила, как капли росы с травы начали собираться в одну точку. Ещё пара мгновений, и из этой точки ввысь взмыла огромная китовья туша, полностью состоящая из воды, собирающаяся рухнуть обратно на землю. Сомнений в том, что последствия от такого падения будут такие же, как при падении кита настоящего, не было никаких ни у одного из присутствующих. Огневолосый стоял на одном колене, опираясь на свой меч. В уголках рта виднелась кровь. За спиной был обрыв, на таком маленьком поле боя и с такими ранами, без возможности отступления, благополучно отрезанной фигурой в маске, он был обречён. И не то, что бы Синьора очень хотела это делать, но она это сделала. Выставила руку ладонью вперёд, перед ней образовался ведьмин круг какого-то заклинания. Туша кита быстро стала обрастать ледяной коркой, и вскоре застыла над Каньоном. Но долго она так не простояла. Через пару секунд ледяной панцирь треснул, и всех окатило водой, клинок Дилюка потух. Всех, кроме Синьоры. На неё, каким-то чудом не попало ни капельки. Чайльд обернулся, и тут же принял свой обычный облик. Скорее от неожиданности, чем в попытке сохранить в тайне свои способности. Леди смотрела на него своим обычным холодным, высокомерным взглядом. — Ну, одиннадцатый, неплохо, наверное...