1) Уровень 0: Психоделика

Я очнулась от очень неприятного запаха плесени. Я лежала на чем-то мягком и влажном, точно не на бетоне или железе. Еще я слышала странное гудение, которое, во-первых, было очень громким, а во-вторых, очень навязчивое. Мне хотелось верить, что я просто упала и ударилась головой в том туннеле, а ребята меня подобрали и отвезли в больницу. Уверена, я сейчас открою глаза и увижу белые бетонные стены больницы и койку для пациентов, на которой лежу. Однако я сильно ошиблась… Открыв глаза, я увидела первым делом желтые обои с каким-то жутко знакомым цветочным узором. Кажется, я видела такие в квартире бабушки. Или нет?.. Немного осмотревшись, я поняла, что нахожусь в комнате с этими самыми желтыми обоями и дверными проемами без дверей. Особо я туда не вглядывалась, но, кажется, за пределами этой комнаты были еще, с такими же обоями. Я села, опустив глаза вниз. Пол этой комнаты был застелен ковром, причем довольно влажным. Я могла почувствовать жидкость, просто похлопав ладонью по ковру. Кому вообще нужно так сильно смочить его, а потом положить на пол? Оглядев ковер, я перевела взгляд на потолок. Он был самым обычным, белого цвета и, скорее всего, бетонным. Освещалась эта комната одной люминесцентной лампой, которая, как оказалась, и издавала это самое громкое гудение, от которого закладывало уши. Я встала на ноги и еще раз недоуменно осмотрелась. Я точно не была в больнице. И не дома. И точно не в метро. Где же тогда? Не похоже на квартиру кого-то из ребят… Боже, что за бред происходит?! В голову сразу пришли неприятные мысли. Может, я сплю? Да, звучит банально, но почему бы и нет? Приснился кошмар в той же больнице, например. Да-да, точно! Конечно, такие реалистичные сны мне никогда не снились, но я читала о таких случаях, когда во сне человек чувствует запахи, слышит звуки и ощущает влажные ковры. То есть просто что-то ощущает, не ковры. Или там говорилось именно про них?.. Я помотала головой, чтобы вернуть поплывшие мысли в порядок. Скорее всего это и вправду сон. Довольно странный, конечно, но я хотя бы не в реальности. Я бы очень сильно испугалась, если бы на самом деле оказалась в неизвестном помещении с громкими лампами, влажными коврами и… обоями желтого цвета, да… Как бы я не хотела убедить себя, что сплю, я с каждым словом все больше и больше сомневалась в том, что думаю. Сон не может быть настолько реалистичным… Нет, просто не может! Но как тогда, черт возьми, объяснить происходящее?! Я ни с того ни с сего оказалась непонятно где и непонятно как! Бред, полный бред… Лампа начала мигать. Я поморщилась — ненавижу мигающий свет, он меня всегда пугал. Да еще чертово гудение! Почему оно такое громкое?! Такие лампы должны гудеть, но не так громко же! А запах плесени… Меня от него начало подташнивать. Подойдя к одной из стен, я определила источник запаха — гнилые обои. Ужас… Даже звучит отвратительно!.. Под ногами хлюпал ковер. Я специально прошлась вдоль и поперек комнаты, чтобы убедиться в большом количестве влаги в нем. Вся эта ситуация казалась очень абсурдной… Да почему это казалось? Она и вправду такой была! Господи, что происходит?! Я подошла к краю комнаты и присела на корточки. Взяв в руки край ковра, идеально подходившему под размеры комнаты, я напряглась и сжала ткань. На пол закапала жидкость. Не сказать, что это была вода, но она была на нее похожа. Я немного поколебалась, стоит ли пробовать эту жидкость, но передумала. Это ведь то же самое, как незнакомые ягоды — есть нельзя, пока не убедишься, что это безопасно. Я опустила ковер и вернулась на середину комнаты, где и очнулась. Помнится, перед потерей памяти я почувствовала падение вниз… Я подняла голову, словно надеясь, что на потолке образовалась дыра, откуда я и упала, но все было гладко. Боже мой, эта ситуация все абсурднее и абсурднее… Я почувствовала первый приступ паники. Это не сон, не сон! А реальность, определенно реальность! Тогда какого черта?! Почему я здесь? И где это «здесь» находится?!.. Нет-нет-нет, это все бред, полный бред! Я ощутила влагу, подступающую к глазам. Слезы сами покатились по щекам, стоило мне дать им волю. Где я, где ребята? Где мой дом и родители? Кто меня сюда затащил и что мне здесь делать?! Что вообще происходит?! Почему я? Почему не кто-то другой?! Пожалуйста… Я не хочу, не хочу… Господи, услышь меня! Боже, боже… Я зарыдала, сложив руки на лицо. Осев на пол, я забилась в угол и перестала отдавать себе отчет, что происходит. Я просто разрыдалась, как маленькая девочка, оставшаяся в детском саду без мамы. Мне было все равно, что кто-то может меня услышать, мне было плевать, что здесь может быть небезопасно. Я просто плакала, ощущая ужасную панику, которая сковывала мои движения и затуманивала разум. Громкое гудение ламп давило на уши, я перестала слышать свой плач. Противный запах не давал нормально дышать, меня тошнило. Я хотела лишь одного — чтобы вдруг из-за угла показались ребята и со смехом сказали, что это все их шутка! Или пусть мама сюда придет! Пожалуйста… Хоть кто-нибудь… За мной никто так и не пришел… Ни ребята, ни мама — никто. Я перестала плакать уже скоро, слез у меня небольшой запас. Я просто зажалась в угол и невидящим взглядом смотрела в стену. Меня трясло — результат недавней истерики. Я потихоньку стала приходить в себя, успокаиваясь. Я шепотом говорила себе, что все будет в порядке, мне просто нужно прийти в себя и пойти… поискать выход, например? Я как-то слишком быстро сдалась и даже не попробовала покинуть комнату. Пройтись и поискать выход казалось хорошей идеей. Может, это здание не такое уж и большое, и я легко найду дверь. Или окно… А, может, телефон, как раз позвоню родителям или ребятам! Мое настроение немного улучшилось, я слабо улыбнулась. Нужно действовать, а не поддаваться панике. Позже я обязательно узнаю, как здесь оказалась, но сначала нужно выбраться! Я окончательно успокоилась и уняла дрожь. Встав на ноги, я привела себя в порядок: завязала волосы в пучок, сняла и встряхнула помятую одежду, а также стянула обувь, она и так уже успела промокнуть, да и пол был покрыт ковром, и ходить босиком было не холодно. Только сейчас я вспомнила про свой рюкзак, но, осмотревшись, в комнате его не нашла. Впрочем, расстраиваться рано нельзя! Может, он где-то рядом, в соседнем помещении, например. Я решительно направилась к одному из дверных проемов. Выйдя из комнаты, я удивленно осмотрелась: я оказалась в точь-в-точь таком же помещении, в котором и проснулась! Такие же желтые обои, гудящие лампы и мокрый ковер! Да что за бред? Неужели хозяин этой квартиры или дома так скуп на фантазию? Самое удивительное — в этой комнате также ничего не было, никакой мебели. А так же здесь было еще несколько таких же пустых дверных проемов, которые вели в похожие помещения. Я напряглась, пересекая комнату. Было странное ощущение, что здесь что-то не так. В смысле, я и так оказалась в странной ситуации, просто именно эта комната не давала мне покоя… Аргх, я не могу это объяснить, нужно просто побыть здесь самому пару минут, чтобы ощутить это давящую тревогу. Следующая комната была прямым клоном предыдущих. Пустая, молчаливая и жуткая. Навязчивый цвет обоев мне уже успел приесться. А гудение так вообще выводило из себя! Почему так громко, черт возьми?! Ладно… Нужно успокоиться… Еще меня тревожила практически могильная тишина этого места. Ни одного звука, не считая ламп! Ни гудения электроприборов (не считая того самого, конечно же!), ни музыки, ни разговоров, ни шагов. Если бы не гудение ламп, я бы смогла спокойно услышать биение собственного сердца! Был один звук — хлюпанье бесконечных влажных ковров, но он был настолько надоедающим, что я перестала его замечать. Я бродила из комнаты в комнату, надеясь вот-вот увидеть тот самый выход, но тщетно. Все помещения были идентичны, без мебели и каких-либо намеков на окна или лестницы. Мне становилось дурно, накатывала новая волна паники. Нет, отсюда точно есть выход! Я уже прошла столько метров, настолько большой квартира или даже дом быть не может! Не мо-жет! Сейчас-сейчас, я очень скоро уже увижу выход! Обязательно, без этого нельзя! Обязательно… Однако уверенность отпускала меня. С каждым шагом, с каждой проклятой комнатой, я понимала, что выход я так просто не найду. Если он вообще здесь есть, черт! Мысли начали перебивать друг друга. Я рвалась между желанием снова забиться в угол и зарыдать и пустой надеждой идти дальше, где я обязательно увижу заветную дверь. От запаха гнилья стало так дурно, что я почти сдерживала тошноту. Голова начала кружиться, хлюпанье ковров стало навязчивым звуком, как и гудение, которое, кажется, стало еще громче. Я то и дело мотала головой, чтобы сбить нарастающее помутнение. У меня начала болеть голова, боль была невыносима. Я перестала смотреть под ноги. Уши стали до боли чувствительными к звукам. Мне даже стало казаться, будто я слышу чьи-то шаги то совсем рядом, то очень далеко. Мне хотелось пить. Хотелось увидеть человека, но при этом я очень боялась кого-то встретить. Слезы снова непроизвольно покатились по лицу. Нет-нет, все будет хорошо… Нет… Мне было плохо, очень плохо. Я начала потихоньку забывать, что я ищу. Что вообще здесь делаю. Воспоминания стали размываться. Через час ходьбы я уже смутно помнила, как оказалась здесь. А через три — что вообще произошло. Мне стало казаться, будто я всегда была здесь, будто я всю жизнь вот так вот ходила из комнаты в комнату, что-то ища. Конечно, я противилась забывчивости, пыталась вспомнить прошлое, но это место слишком сильно давило на меня своими противными запахами и звуками. Я даже несколько раз забывала свое имя, но тут же возвращала эту частицу информацию себе в мозг. Господи, если я еще и забуду кто я, то точно пропаду здесь навеки-вечные! У меня началась паранойя… То самое чувство, которое я никогда не испытывала. Я боялась с минуту на минуту встретить за углом что-то пугающее и жуткое. На ум, как назло, нахлынули яркие образы разных чудовищ из фильмов ужасов. Я боялась того, чего нет. Боялась воспроизводить в уме эти образы, потому что моя фантазия тут же переносила их в реальность. Я стала оборачиваться назад, мне стали мерещиться разные тени и звуки, которые еще больше пугали меня, чем несуществующие образы. Никогда бы не подумала, что буду бояться неизвестности пустых желтых комнат. Меня захватил настоящий животный страх, страх смерти… Внезапно я увидела что-то сильно выделяющееся на фоне однообразных комнат. Это что-то находилось на стене соседней комнаты. Забыв про всякий страх, я бросилась вперед и подошла к стене, на которой и было это «что-то». И им оказалась надпись. Каждая буква была сделана из железа, надпись висела на гвоздях, вбитых в стену, и была настолько большой, что занимала всю поверхность от угла до угла. Надпись была на английском, но я легко перевела ее: — Уровень «0»… Мой собственный голос казался мне чужим и лишним в этой тишине. За все это время я так и не решилась ничего сказать вслух, проговаривая все про себя. Во рту было сухо, язык еле проворачивался. Мой голос был сухим, хриплым и неприятным. Тем не менее, я заставила себя дать обещание, что с этого момента буду как можно чаще говорить свои мысли вслух. Где-то я читала, что люди, которые надолго остались без общества, должны говорить сами с собой, чтобы вообще не забыть, как это — говорить. Закончив обдумывать эту тему, я резко поняла: какого черта здесь вообще есть надпись?! Еще и на иностранном языке… Тут есть люди? Или они здесь были? Они иностранцы? Что они здесь делали? Что это за место? Почему уровень нулевой? Есть другие уровни? Уровни чего? Эти мысли заняли всю мою голову, отчего она еще сильнее разболелась. — Нет-нет, нельзя забываться! — вслух сказала я, успокаиваясь. — Еще успею все обдумать… Опустив глаза вниз, я сначала шокировано замерла, а потом радостно вскрикнула. На полу, сразу под надписью, стоял мой рюкзак! Старый добрый потрепанный в заплатках рюкзак! Я была так счастлива вновь обрести хоть что-то, что связывало меня с обычным миром, что чуть не заплакала от радости. Наконец-то, мой рюкзак! — В нем должно быть что-то полезное! — прошептала я, поспешно расстегивая молнию. Я не ошиблась — внутри рюкзака лежало следующее: мой паспорт, коробка с едой, вода в бутылке, телефон, фонарик с дополнительными батарейками, зарядная станция, несколько конфет, расческа, аккуратно сложенное тонкое покрывало и записная книжка с масляной ручкой. Я почти рыдала от счастья. Больше всего я была рада телефону и провизии — это связь в прямом ее проявлении и желаемые уже несколько часов еда и вода! Почему-то я совсем не задумалась, что мой рюкзак делал в этой комнате и кто его туда принес…

***

Я решила немного передохнуть и поесть. Мне кажется, я это вполне заслужила. Прошло достаточно времени с того, кажущегося теперь далекого, ужина дома перед побегом, хотя я точно не знала, сколько именно. Здесь не было окон, так что определить время суток было затруднительно, оставалось лишь опираться на собственные ощущения. Я обосновалась в одной из комнат, показавшейся мне самой безопасной: в ней был лишь один проход, а также всего одна громкая лампа. Я все еще плохо соображала, да и голова кружилась, но теперь я хотя бы не забывалась, да и паранойя улеглась — я перестала ощущать взгляды со всех сторон. Я постелила на ковре то самое покрывало цвета морской волны, этот спокойный тон меня умиротворял. Не помню, зачем я тогда взяла это покрывало с собой, но теперь я была благодарна такой странности. Вытащив из рюкзака коробку с едой, я открыла ее. Не богатый ужин, но питательно: два яблока, бутерброды и сырок. Интересно, как я смогла незаметно вытащить все это из холодильника? Странная, но, несомненно, приятная деталь, что вся еда была в полной сохранности — яблоки не прогнили, бутерброды не тронуты, а сырок не растаял. Такое чувство, что я упаковала это все минуту назад. Голод был неимоверно сильным! Я так хотела есть, что тут же набросилась бы на еду и съела все за раз, если бы не благоразумные мысли, которыми я всегда славилась в школе. Нужно максимально ограничить себя в потреблении пищи, чтобы растянуть запасы как можно на дольше. Неизвестно, сколько еще я просижу здесь без еды, так что экономить — лучшее решение. С водой я решила поступить точно также. Ограниченный перекус вышел скудным: я позволила себе съесть лишь одно яблоко, которое лишь на время подавило тупое чувство голода. К воде я вообще не притронулась, убедив себя, что сока яблока вполне хватит, чтобы напиться. Впрочем, у меня была одна противоречивая мысль. Она пыталась убедить меня, что я очень скоро найду выход и мне понадобиться много сил, чтобы найти путь домой. Однако я ей не поддавалась. Ясно же, что это просто было оправданием моей слабости перед голодом. После еды (если это можно так назвать), я вспомнила о телефоне и быстро нашла его на дне рюкзака. Он был выключен, мне понадобилось несколько минут терпения, чтобы дождаться загрузки. Как только экран включился, я бросила взгляд на полоски связи. Связи не было совсем… Впрочем, я и не надеялась на обратное. В таком месте связи по закону не должно быть! Тем не менее я попыталась позвонить матери, найдя ее номер в контактах, но ничего не вышло. Я решила попробовать еще пару раз, выбрав другого человека, но тщетно. После нескольких неудачных попыток я решила, что нужно идти дальше. Нельзя долго засиживаться на одном месте, зная, что где-то совсем рядом могут быть люди. Так я решила по надписи на стене, которую могли сделать только люди. В том, что сами бесконечные комнаты созданы чем-то иным, я уже давно не сомневалась. Возможно, найденные мною люди будут говорить на другом языке, но это не так уж и важно. Главное, что они тоже люди и обязательно помогут мне! Собрав все свои пожитки в рюкзак, я двинулась дальше. Я уже успела отвыкнуть от хлюпанья ковров и гудения ламп. В горлу подступил комок, меня снова затошнило, но отвлекаться на это чувство было нельзя. Съеденное яблоко нисколько не подавило голод, а только усилило его, отчего теперь у меня разболелся еще и живот. Наверное, не стоило так насиловать себя и отказывать в еде, но здравый смысл, вперемешку с паникой, не давали мне поесть. Хоть я и понимала, что с больным животом далеко не уйду, доставать коробку не спешила… У меня был безграничный запас времени, но это не значит, что я могла никуда не спешить. Торопливость не дает человеку ничего хорошего, напротив, она лишь отрицательно сказывается на результатах труда, мешает жить сегодняшним днем, проживать эмоции и чувства, наслаждаться счастливыми моментами жизни… Если человека постоянно преследует мысль о том, что он упускает время, лучшее, что он может сделать — это продолжить двигаться вперед в том темпе, который будет для него наиболее комфортным. Почему-то мою голову занимали именно эти мысли. Я потеряла счет времени и не могла понять, какое сейчас время суток. У меня не было информации о том, сколько я уже здесь нахожусь и, самое главное, как долго еще буду находиться. Несмотря на все свои благоразумные мысли и вполне умные доводы, я все равно подсознательно торопила себя. «Иди быстрее, быстрее! Выход ускользает от тебя!» — постоянно всплывала одна и та же мысль, сбивающая с толку. — Спешить? Но куда?! Эти желтые стены не выпускают меня! Ты слышишь меня?! — Господи, кажется, я схожу с ума! Я начала ругать саму себя за безделье. Я не могла смириться с тем, что при огромном количестве времени мне приходится тратить свое время еще и на бессмысленную ходьбу. Когда мне хотелось просто посидеть в углу и поразглядывать потолок, я убеждала себя в том, что мне нужно идти дальше. Дальше… дальше… Я не могла избавиться от убеждения, что я не могу просто остановиться и отдохнуть — это досадная ошибка, которая мешала мне оставаться в рассудке. Моим счастьем была цель, которую я хотела достигнуть больше всего на свете. Я была подвластна галлюцинациям дверей, через которые можно покинуть это ужасное место. Как только я достигну своей цели, выхода отсюда, у меня больше не будет никаких желаний. Никаких… Вместо того, чтобы правильно разбить время на поиски и отдых, я навязчиво искала выход, ругая себя за любое проявление слабости. Во мне словно поселилось две противоречивые друг другу личности… Мне страшно… У меня не было ни одного человека, с которым я могла поговорить, попросить помощи в этой безумной ситуации и надеяться на то, что он окажет мне ее, это была причина ставить на себе крест и делать вывод, что я умру в одиночестве. Теперь мне казалось, что быть одиноким, находясь в компании людей, которых ты называешь друзьями — преступление. А вот наедине с самим собой чувствовать себя спокойно и проводить время с интересом казалось ужасной ошибкой. Боже мой, почему я раньше не задумывалась об этом?! Я стала бояться того, что я останусь одинокой навсегда! Все вокруг не зависит от меня — бесконечные жуткие комнаты, отсутствие выходов и ужасное чувство, что здесь не было и нет никаких людей… — Быть может, то, что происходит сейчас, нужно мне как раз для того, чтобы я лучше познала себя?! Или это мой персональный ад из-за множества грехов, которые я насобирала за всю свою жизнь… — прошептала я, захлебываясь слезами и сидя на полу одной из многочисленных комнат с гниющими желтыми обоями, гудящими лампами и влажными коврами…

***

Я не помнила, когда сознание вернулось ко мне. Просто в какой-то момент я очнулась от слез, резко подняла голову. Я не могла плакать вечность. Это место определенно влияло на меня, но я не обязана подчиняться ему, его желтым стенам и мокрым коврам. Нужно было собраться (в который раз), пересилить себя и попытаться найти… Нет, не так. Нужно хотя бы просто не поддаваться панике и успокоиться. Для начала этого хватит. Я так и сделала. Поднялась на трясущиеся ноги, уняла дрожь, попыталась улыбнуться. Нельзя… нельзя вот так вот легко терять самообладание и забиваться в угол, как напуганный до смерти заяц. Да, это место определенно жуткое, да, совершенно непонятна его природа и местонахождение выхода, но сдаваться еще рано. Возможно, поиск выхода занимает куда больше времени, ну или его нельзя найти, просто бродя по этим комнатам. Да и от таких частых срывов у меня начинает болеть голова… Нужно держать себя в руках. Немного справившись с беспокойством, я попыталась обдумать план ближайших действий. Нужно немного поесть, снова попытаться с кем-то связаться и пойти дальше изучать это место. Именно изучать, а не пытаться выбраться, так как сама мысль о выходе снова ввела меня в ступор. План был выполнен достаточно быстро. Я старалась не обращать внимания на проявления тревоги, которые сопровождались какими-то непонятными галлюцинациями и навязчивым желанием постоянно оборачиваться. Поела я совсем немного: съела один из бутербродов и таки открыла бутылку с водой, но сильно ей не увлекалась. Со вторым пунктом я справилась также быстро — попробовала пару раз дозвониться в службу спасения, в полицию и напоследок Леше, но все без толку. Оставалось только пойти дальше блуждать по этим приевшимся комнатам, пока не устану. К слову, за все это время я даже не пыталась прилечь и поспать… Наверное, слишком переволновалась и забыла про сон. — Нужно добавить пункт «попытаться заснуть» в свой почти выполненный план. Обсуждение своих мысли вслух уже стало привычкой, хотя буквально два-три часа назад (хотя я не уверена…) я боялась собственного голоса. Возобновилось бесцельное блуждание… Я просто шла вперед, смотря себе под ноги и не ожидая встретить на своем пути ничего, кроме гниющих обоев, хлюпающего ковра и гудения ламп. Я подавляла желание оборачиваться, чтобы не поддаться подступающей волнами паранойе. Не хватало еще окончательно потерять связь с реальностью! А проверяла я свою адекватность с помощью боли: время от времени подносила палец ко рту и прикусывала его. Если ощущала боль — значит все в порядке, значит я в сознании. Пока все было стабильно… Зайдя в очередную комнату, я не сразу поняла, что не так. Только обведя помещение глазами, до меня дошло… Посреди комнаты, прислонившись к стене, лежал труп. Труп человека… Я вскрикнула и отскочила назад, во все глаза смотря на него. На моем лице отразился неописуемый ужас — впервые в своей жизни я видела мертвого человека так близко. Это было ужасным зрелищем, настолько, что меня затошнило. Мне пришлось на несколько минут покинуть комнату, чтобы отдышаться. Какая гадость… А этот труп еще и развернут прямо к дверному проему, как будто специально, чтобы смотреть своими пустыми глазницами на каждого вошедшего. И тут до меня дошла вся суть происходящего… — Это труп человека! Человека! Значит, здесь точно был как минимум один человек! Господи!.. — я с безумным огоньком в глазах посмотрела на свои руки. — Боже мой… Невероятно! Я рассмеялась от радости, на мгновение даже позабыв, что в соседней комнате находится не живой человек, а труп. Вспомнив эту «незначительную» деталь, я прикусила губу, расстроенно выдохнув. — Так, нужно собраться и осмотреть труп. Так всегда поступают во всяких фильмах… Да и у него может оказаться что-то полезное для моего выживания, — незаметно для себя я стала говорить так, будто собираюсь остаться в этих стенах надолго. Я вернулась к дверному проему. Труп лежал на месте. Ну да, я бы больше удивилась, если бы его там не оказалось… Несколько мгновений я колебалась, но все-таки заставила себя подойди ближе. От него ужасно несло мертвечиной, а к этому еще добавлялся запах гнилых обоев, так что дышать в этой комнате было просто невозможно. Я закрыла нос рукой и решила дышать через рот, иначе находиться здесь не смогу дольше, чем на секунду. Я нерешительно тронула одежду трупа рукой. Ладно, нужно преодолеть отвращение и обыскать его… Рыская в карманах рваной кофты и грязных брюк, я рассматривала умершего. Скорее всего, умер он недавно, так как еще не успел начать разлагаться (хотя пахло от него, как от гнилья). Также по форме лица можно было понять, что передо мной мужчина средних лет. Одет он был повседневно, скорее всего, оказался здесь случайно, как и я… У мужчины были короткие русые волосы и тонкие усы. Я не эксперт, но могла предположить, что он умер от болевого шока — на это указывали многочисленные ранения на его теле, довольно серьезные к слову. Скорее всего, человек потерял много крови и, не дождавшись помощи, умер. Жаль… Я не смогла точно определить, жалею ли я умершего или мне горько от того, что я не успела встретить его живым. Впрочем, ладно, это не так важно… В карманах я нашла пару полезных вещей: зажигалку и паспорт. Ценность последнего заключалась в том, что паспорт оказался бумажным, а значит, его можно будет использовать для разжигания огня. Данные мужчины меня не заинтересовали: он оказался обычным среднестатистическим рабочим с женой и детьми. Единственное, меня удивило его место жительства — Армения. Неужели моя теория о том, что в этом странном месте могут оказаться не только граждане России оправдалась? В голову сразу пришли размытые и неточные теории: может быть, это место что-то по типу межпространственной ошибки? Или прослойки между нашим и каким-то другим миром? В настоящей ситуации я могла поверить во все что угодно, кроме логичного объяснения, потому что логики в этих комнатах не было. Я не сразу заметила сумку, лежащую под боком у трупа. Она могла мне пригодиться… Я осторожно приподняла руку умершего и подтащила к себе сумку. Она оказалась довольно маленькой, кожаной и потрепанной. Не похоже, чтобы этот мужчина таскал такую тряпку с собой на работу или куда там… Может, он нашел ее где-то здесь? Я открыла сумку и стала искать в ней что-то полезное. Там ничего интересного не оказалось, кроме на четверть заполненной бутылки воды, ключей, тупого ножа и… блокнота. Все это я с радостью забрала себе и сложила в рюкзак. Воды хоть и немного, но лишней не будет. Ключи… Ими можно будет что-то разрезать, плюс это хорошее оружие. Нож вообще подарок! Да, тупой, но обязательно еще пригодиться. А вот блокнот заинтересовал меня больше всего остального… Надев рюкзак, я напоследок повернулась к трупу. Одарив его сочувственным взглядом и попрощавшись, я не забыла поблагодарить его за нужные вещи. Да, странно общаться с мертвым телом, но он мне и вправду серьезно помог. Я развернулась к дверному проему и вышла. Сделав пару шагов, я обернулась, но на месте могилы мужчины была уже другая, но идентичная остальным комната. Я вздохнула, уже давно заметив эту особенность перестройки комнат. Усевшись на пол одной из комнат, я достала коробку с едой и бутылку. Нужно было перекусить, а потом попытаться заснуть. Усталость уже нагнала меня и все не теряла надежды сомкнуть мои веки. Разрешив себе съесть второе яблоко, я достала из рюкзака блокнот, принадлежавший тому человеку. К счастью, несмотря на свою национальность, тот мужчина писал на русском. На обложке блокнота кривым почерком было написано «Личный дневник», а чуть ниже — Ярослав. Наверное, его имя… Я раскрыла дневник и начала читать, жуя яблоко. Удивительно, но чтение успокаивало меня и напоминало, что я еще в рассудке. Я перестала нервничать, правда, ненадолго. Дело в том, что в своих записях Ярослав назвал это место Закулисьем — тем самым словом, на которое я тем вечером наткнулась в интернете. Но это не самое страшное… Мужчина также писал, что у этого места есть несколько уровней и он провел много времени, пытаясь найти выход на следующий. А последняя запись меня шокировала и напугала так, что я даже подавилась яблоком: В Закулисье есть монстры. Кровожадные неопознанные твари, охотящиеся на людей — быстрые, жестокие и хитрые. Они прямо сейчас могут наблюдать за вами…

***

День 1 Я решила остаться в одной из комнат. Обустроила себе место для сна — то самое покрывало, которое будет служить мне одеялом. Лежать можно прямо на ковре, а вместо подушки буду использовать рюкзак. Еда убывает очень быстро, как бы я не пыталась ее растянуть на подольше. Я стараюсь вообще не пить, только раз в сутки, чтобы не умереть от обезвоживания, но при этом и не выпить все за раз. Мне становиться все труднее держать себя в руках… Я не теряю счет времени только благодаря часам на телефоне. Я стараюсь как можно реже включать его, чтобы не разрядить окончательно. С помощью часов я могу точно определить, какое сейчас время суток и число. Я не помнила, в какой день пошла на ту станцию с ребятами, так что определить, сколько я здесь не могла. Пришлось с этим смириться… Чтобы не потерять свое пристанище, но при этом дальше изучать «Закулисье», я придумала очень необычный способ. Я взяла край ковра и выжила из него воду. После чего обмакнула в этой жидкости подошву кроссовок и взяла их в руки. Теперь с каждым шагом я оставляю подошвой мокрый след на стенах, чтобы потом по ним вернуться в свое пристанище. Следы долго не высыхают, возможно, это связано с составом неизвестной жидкости. День 2 Я не могу спокойно спать… В голову постоянно приходят тревожные мысли, связанные с чудными очертаниями монстров. Теперь я была уверена в их существовании — моя паранойя подтвердилась записками Ярослава. Когда я закрываю глаза, я постоянно боюсь открыть их и увидеть перед собой или в дверном проеме какое-нибудь чудовище. Я начала все чаще и чаще оборачиваться, когда куда-то иду. Убить того человека мог только монстр, судя по травмам на его теле. Эта тварь прямо сейчас может бродить за ближайшим поворотом. Я дрожу от каждого звука и боюсь собственных шагов. Я боюсь подходить к поворотам, я боюсь увидеть что-то страшное за любым из них… Я заметила, что чернила в моей ручке не до конца заполнены, а значит, вести этот дневник долго я не смогу. Попытаюсь растянуть, но, боюсь, случится тоже, что и с едой. Писательство — это единственное, что оставляет меня в сознании. День 3 Еды почти не осталось, мне дурно каждый раз, когда я вспоминаю об этом. Во время одной из «прогулок» я увидела на стене какой-то мох. На всякий случай забрав его, я думаю его съесть. Такие мхи должны быть съедобны… Никогда раньше не ела подобного, боюсь отравиться. Сегодня утром, после двухчасового сна я поняла, что забыла свое имя. Я сильно разволновалась и запаниковала, но быстро вспомнила об паспорте в рюкзаке. Вспомнив свое имя, я облегченно выдохнула и успокоилась. Кажется, я принимаю все слишком близко к сердцу… Вода стремительно кончается. Я начинаю думать о том, чтобы начать пить ту жидкость, которой смочены ковры. Да, я совершенно без понятия, что она из себя представляет, но, боюсь, у меня нет выбора. День 4 Еда закончилась… Я не стала отчаиваться, прекрасно понимая, что по-другому быть не могло. Да и я слишком слабовольная, чтобы ограничить себя в еде надолго. Пару часов назад я попробовала съесть мох, немного подержав его над зажженной зажигалкой. Не знаю, помогла ли «жарка», но мох зашел мне нормально. Не конфетка, конечно, но съедобно. Надеюсь, мне не будет плохо от такого «деликатеса». Я больше вообще не сплю. Просто не могу себя заставить, постоянно накручиваю, жутко боясь невидимых монстров. Усталость часто сражает меня в неравном бою, но я не могу спать… Просто не могу… От усталости и недостатка сна у меня часто болит голова. Я пишу эти строки очень медленно, глаза слипаются… Сегодня я снова перечитала записки Ярослава и на этот раз акцентировала свое внимание не на монстрах, а на других уровнях. Если они и вправду есть, то на них должно быть куда лучше, чем здесь. И еще есть шанс, что там будут люди. Может, я до сих пор никого не встретила, потому что все люди ушли на 1 уровень? Да, скорее всего… День 5 Вода закончилась — этим утром я выпила все, что оставалось. Я не имею понятия, что делать дальше. Нужно всерьез задуматься о принятии жидкости, которой пропитаны ковры. Скорее всего я сделаю какой-нибудь примитивный фильтр с помощью своего свитера. У меня случился нервный срыв. Никогда не испытывала такого раньше, это ужасные ощущения! И еще страшнее то, что это произошло на ровном месте, я в тот момент пребывала в хорошем расположении духа! Боюсь, если я задержусь здесь еще на пару дней, я окончательно сойду с ума… Я отложила ручку и закрыла блокнот. Хватит на сегодня, чувствую себя паршиво… Не знаю даже, для кого веду эти записи, но все же. Может быть, они также пригодятся кому-нибудь другому после моей смерти, как мне пригодился личный дневник Ярослава. Я поднялась на ноги, чтобы положить блокнот в рюкзак, попутно доставая телефон из кармана. На циферблате зажглись цифры «20:00». Да уж, вовремя я закончила… Выключив телефон, я остановилась подумать, что делать дальше. Можно было, в принципе, сделать еще один заход перед бессонной ночью. Все равно делать мне больше нечего. Я сложила покрывало, засунула его в рюкзак и надела последний. Я всегда ходила на «прогулки» со всеми вещами, на случай, если вдруг найду выход. Ну, чтобы не тратить время на возвращение ради рюкзака. Я подошла к дверному проему и выглянула из комнаты. Все чисто… Вздохнув, я взяла оставшиеся силы в кулак и отправилась в путь, по пути оставляя влажные следы на стенах с помощью тех же кроссовок, которые я не забыла намочить. Идя все дальше и дальше, я и не думала останавливаться. Глядя себе под ноги, я прислушивалась к каждому чужому звуку, чтобы, если что, быстро среагировать на внезапную опасность. Под «чужими» звуками я имела в виду не мои шаги, рычание, дыхание и так далее. Гудение ламп, хлюпанье шагов и собственное сердцебиение уже успели стать для меня родными, как иронично… Продвигаясь все дальше и дальше, я не обращала внимания на мелькающие дверные проемы и не поднимала головы, однако в какой-то момент я вдруг внезапно подняла ее и повернула направо. Оказалось, что мои глаза, уловившие какое-то несоответствие желтым обоям, не ошиблись. Я в самом деле стояла у дверного проема, в котором была самая настоящая дверь! Я удивленно вскинула брови и сделала шаг назад. Это было не пугающе, просто… внезапно! Приглядевшись, я поняла, что это не обычная дверь, а раздвижная железная, такие часто используются в лифтах. — Какой бред… — нахмурилась я, подойдя к «аномалии» ближе. — В этом месте не должно быть лифтов! Если бы они были, я бы обязательно их встретила еще давно! Тем не менее факт оставался фактом — передо мной лифтовая дверь. И это даже не галлюцинация. Куда же может вести этот лифт? Неужели на… другой уровень! Я радостно воскликнула что-то неразборчивое. Наконец-то! Наконец! Вот оно — мое спасение! А я-то думала, что застряла здесь навсегда! На следующем уровне однозначно будет спасение, я уверена! Я бросилась к тому месту, где у лифтов обычно кнопка вызова, но ее там не оказалось. Я недоуменно обвела стену взглядом — ничего. Тогда, не раздумывая, я повернулась к самим дверям и попробовала раздвинуть их. Спустя пару секунд стараний я услышала скрип железа и двери лифта раздвинулись. Я не верила собственному счастью. Неужели… неужели это конец? Конец моим страданиям?! Господи, спасибо, спасибо… Я не стала тратить времени и тут же зашла в кабину. В ней была всего одна кнопка, на которую я и нажала. Двери со скрипом закрылись, и лифт плавно поехал вверх…